Глава XII
Это был выстрел Стального Тела.
Он прицелился и спустил курок с той молниеносной быстротой охотника степей, которая поражает даже лучших стрелков цивилизованных стран.
Ему удалось уловить мгновение, когда незнакомец, метнув лассо, протянул руку в ожидании, когда петля упадет на плечи девушки. Рука оставалась еще четверть секунды в том же положении, а затем бессильно опустилась, раздробленная пулей.
– Карамба! – вскрикнул раненый. – Мерзавец искалечил меня!
Как раз в это время петля обвилась вокруг шеи Элизы. Лошадь, приученная к таким упражнениям, уперлась передними ногами в землю и дернула лассо прикрепленное к седлу с помощью массивного железного кольца.
Элиза, однако, была не из тех жалких созданий, которые в минуту опасности окончательно теряют голову и падают в обморок, вместо того чтобы проявить всю свою энергию и сохранить хладнокровие, необходимые при подобных обстоятельствах.
Вероломная атака застала ее врасплох, но не привела в замешательство.
Она прошла школу своих друзей-команчей, знакома была со всеми хитроумными приемами, которыми пользуются в пустыне, и знала, как с ними бороться.
Быстрым движением она протянула руки и опустила голову. Страшная петля соскользнула, не достигая цели, на землю, и человек с раздробленной рукой разразился градом отборных ругательств, которыми испанский язык – нужно отдать справедливость – далеко не беден.
Ловкость, с какой Элиза высвободилась из-под петли, вызвала дружное «браво!» ковбоев и радостные рукоплескания Колибри, а Черный Орел в знак одобрения величественно покачал головой.
Крики и проклятия раненого вывели почему-то из терпения всегда спокойного Жако Канадца.
– Да перестанет ли, наконец, он реветь, этот парень! – воскликнул он с сердцем. – Можно подумать, что его отправляют на тот свет… Из-за одной пули столько шума…
Стальное Тело расхохотался, что окончательно вывело из себя незнакомца, и ругань его стала еще яростнее и грязнее.
– Канадец прав, – прервал его Стальное Тело своим насмешливо спокойным голосом, – вы поднимаете много шума из-за пустяков. Это было с моей стороны лишь предостережением, я вас пощадил, хотя мог бы убить наповал.
– Ты лжешь, негодяй! – вскрикнул раненый.
Несмотря на свое хладнокровие, ковбой вздрогнул, но, сдержавшись, сказал медленно, с ударением на каждом слове:
– Я не негодяй и никогда не лгу. Все, кто знаком со мной, знают это прекрасно. В вашем отряде есть несколько господ, на лице которых еще не изгладились следы моих шпор. Эти джентльмены могут засвидетельствовать, что Стальное Тело…
– А, так это вы тот знаменитый ковбой?.. Мы готовы принять ваши услуги за любую цену…
– Мадемуазель Элиза Дэрош только что вам заявила, что мы не продаемся… Прекратите браниться и болтать лишнее. Не забывайте, что если вы еще живы, то обязаны этим лишь моему терпению и не злоупотребляйте им… Вы только что заградили нам дорогу с целью уничтожить наш отряд… Вы совершили, таким образом, заведомо враждебный акт, который нельзя ничем оправдать…
– Но вы меня ранили!..
– Молчать, когда я говорю! Теперь вы намерены преградить нам путь… Ваши попытки завладеть мисс Дэрош равносильны объявлению войны. Вы, очевидно, добиваетесь битвы; ладно, будем драться!.. Что касается вас, сударыня, – сказал он, почтительно склоняясь перед амазонкой, наблюдавшей за ним с презрительным и в то же время любопытным видом, – то не угодно ли вам отсюда удалиться. Стычка будет серьезная, и я буду в отчаянии, если вас заденет какая-нибудь шальная пуля.
– А если мне заблагорассудится остаться здесь? – возразила она резким голосом. – Если мне не страшны эти пули, которых вы так из-за меня боитесь…
– Как вам угодно, сударыня. Я исполнил свой долг. Будь что будет…
Пока велись эти переговоры, к всадникам приблизились золотоискатели.
Во главе их шел Фрэд, потрясая винтовкой.
Помятый, со свежими следами шпор ковбоя на лице, он хотел отмщения.
Незнакомец после нескольких неудачных попыток всунул, наконец, свою истерзанную, раздробленную руку, в ожидании перевязки, за борт камзола и героически приготовился участвовать в бою.
Как ни бесстрашны были ковбои, но положение их было критическим.
Зная, как важен первый решительный удар, Стальное Тело решил прибегнуть к стремительной и внезапной атаке.
Он окинул опытным взглядом друзей, лежащих с суровым и решительным видом за живыми баррикадами, держа винтовки наготове.
Его честность не позволила ему, однако, начать атаку, не предупредив неприятеля.
– Мы хотим отсюда уйти… Прочь с дороги! – крикнул он громовым голосом.
– Нет!.. Нет!.. Смерть ковбоям!..
При этом возгласе Стальное Тело быстро лег на землю и скомандовал:
– Пли!
Раздалось сразу двадцать пять выстрелов, сопровождаемых шипящими, характерными для картечных ружей звуками.
Каждый ковбой наметил себе противника среди врагов, и залп, направленный в самую гущу скучившихся на мостовой всадников, произвел среди них страшное опустошение.
Люди и лошади, как скошенные, падали наземь, извиваясь в предсмертных судорогах. Ужасное впечатление от этой картины усугублялось душераздирающими криками агонии умирающих.
Осаждающие, заранее торжествовавшие победу, совсем не ожидали подобного поворота событий.
Видя, что не менее четверти отряда вышло из строя, амазонка, побагровев от бешенства, выстрелила из револьвера в клубы дыма, застилавшего вход в таверну. Вслед за ней разрядили ружья и ее всадники, но этот первый неприятельский залп причинил ковбоям мало вреда, так как они были скрыты клубами дыма.
У них были убиты две лошади и ранены два человека.
Однако пассивность такого метода борьбы начинала тяготить ковбоев – этих сынов необъятного простора, этих кочевников, вся жизнь которых проходит в длинных переходах с места на место.
Как ни превосходили их силы неприятеля, они все же жаждали сражения под открытым небом; ими владело страстное желание врезаться в отряд врагов и пробиться сквозь ряды рассвирепевших всадников и бешеных жеребцов.
Стальное Тело угадывал это желание и вполне его разделял, но он не осмеливался на столь опасный шаг.
Да, этот головорез, никогда ни перед чем не останавливавшийся, сотни раз рисковавший своей головой, чуть ли не в первый раз в жизни стал жертвой сомнений и колебаний.
Он смотрел долгим взглядом на Элизу, зардевшуюся под его пламенным взором, и, тронутый видом прелестной девушки, ощущал сердцем огромную потребность в преданности, самопожертвовании и героизме.
Будучи даже не знаком с молодой девушкой, Стальное Тело сначала принял участие в ее судьбе, руководствуясь лишь страстью к приключениям и привязанностью к своему другу Жако Канадцу.
Теперь же, видя, как несчастна Элиза, он мысленно дал себе клятву вырвать ее из рук злодеев и возвратить родителям, даже если бы для этого ему пришлось бы поджечь всю страну с четырех концов.
Такие мысли отрывочно мелькали у него в голове, пока он напряженно думал, как найти выход из создавшегося положения.
Наконец, он догадался.
«Динамит!..» – шепнул он про себя.
В европейских странах, как известно, производство, продажа и применение этого взрывчатого вещества регламентированы государством.
В Америке производство его общедоступно, а употребление не ограничено никакими законами.
В Золотом Поле его используют для обнаружения и разработки золотоносных жил.
Из-за опасных свойств динамит должен храниться в герметически закрытых сосудах и быть доступен далеко не каждому.
Но это не так.
Вследствие свойственного им безразличия янки беспечно таскают его повсюду, невзирая на частые катастрофы с многочисленными жертвами.
Как у всех местных владельцев заведений, самолично расправляющихся из-за отсутствия полиции со строптивыми посетителями, у Джошуа Отравителя было несколько ящиков, где хранились оружейные принадлежности.
Стальное Тело открыл один из них и, порывшись, нашел динамитный патрон.
Он быстро просверлил его и, присоединив к найденному тут же бикфордову шнуру, бросился к дверям.
– Итак, вы не намерены оставить нас в покое? – крикнул он наступавшим.
В ответ раздалось лишь несколько проклятий, и в него стали целиться из дюжины револьверов.
Тогда он со зловещим хладнокровием вынул изо рта дымящуюся сигару, поднес ее к фитилю и стал раздувать огонь.
Фитиль занялся – и никакая сила в мире, казалось бы, не могла предотвратить взрыв, который должен был произойти с секунды на секунду.
Нисколько не думая о страшной опасности, которой он подвергался, Стальное Тело кинул со всего размаху патрон, который, описав в воздухе кривую, упал в центр неприятельского отряда.
Заметив его движение, противники сразу поняли, в чем дело, и их охватил ужас.
Стальное Тело неподвижно стоял со скрещенными на груди руками под направленными в него дулами револьверов, но никто из врагов не осмелился выстрелить.
Они мгновенно рассыпались в разные стороны, как стая воробьев.
Лишь амазонка бесстрашно оставалась на месте, спокойная, точно смерть потеряла над ней свои права.
Ловким прыжком соскочила она с коня, спокойно нагнулась и кончиками своих изящных пальцев, затянутых в перчатку, подняла патрон, фитиль которого едва слышно потрескивал.
Свидетели этой удивительной сцены на мгновение застыли в томительном ожидании.
Мужчины и женщины, друзья и враги – все затаили дыхание при виде этого поступка, говорившего о необычайной смелости молодой женщины.
Грациозным движением руки бесстрашная амазонка кинула патрон в находившийся недалеко «claim», и тотчас же раздался взрыв, похожий на пушечный выстрел.
Шепот изумления и одобрения пробежал по рядам индейцев и ковбоев; а между тем среди этих людей было немало храбрецов.
Ни разу не дрогнула ее рука, ни один мускул прекрасного лица не выдал волнения. Горделивая и властная, она стояла, устремив на Стальное Тело магнетический взгляд черных глаз, и долго не сводила его, будто желая очаровать ковбоя.
Он чувствовал, что все его существо вспыхнуло пламенем.
Сердце взволнованно забилось, и от напряжения кровавой пеленой заволокло зрачки глаз, которые он не в силах был от нее оторвать. Это была дуэль взглядов. Ее глаза, черные и глубокие, в которых отражалась упорная, несокрушимая воля, встретили его взгляд, блестящий и острый как стальной клинок…
Пристыженные своим беспорядочным бегством, в особенности тем уроком храбрости, который им преподала женщина, всадники снова стали группироваться вокруг амазонки.
Отважная попытка Стального Тела не дала, таким образом, никаких результатов, и ковбою пришлось снова начать борьбу, исход которой из-за столь сильной противницы был неизвестен.
Стальное Тело, не знавший до сих пор врага, который мог бы ему противостоять, и убежденный в справедливости защищаемого им дела, пришел в страшный гнев.
– Гром и молния! – заворчал он. – Будь вместо нее мужчина, я бы живо спровадил его… на тот свет!
Между тем лошадь амазонки, замечательно выдрессированная, подбежала к своей госпоже, выделывая грациозные курбеты.
Стальное Тело чувствовал, что из-за этой женщины ускользнет и надежда на спасение.
Он сильно хлопнул в ладоши перед мордой лошади, и она, испугавшись, отпрянула назад.
В этот момент он сжал в кулаке правую руку молодой женщины, просунул эту руку под мышку и сказал ей очень вежливым, хотя и несколько насмешливым тоном:
– Сударыня, вы у меня в плену.
Однако она, будучи истинной американкой, привычной к спорту, обладала такой силой, которой мог бы позавидовать любой мужчина.
Придя в себя от неожиданности, она энергично дернула плечом, но тщетно: рука ее была как в железных тисках.
Ее всадники с яростным криком подскочили к борющимся.
– Сударыня, – обратился к ней ковбой, – прикажите своим людям удалиться отсюда на расстояние выстрела из карабина, в противном случае…
– В противном случае? – спросила она с иронией.
– В противном случае я вас убью.
В ответ на его слова она громко расхохоталась и тем же ироническим тоном сказала:
– Нет, вы не убьете меня. Вы не посмеете… Кроме того, это было бы слишком подло.
– Вас целая сотня, а нас всего двадцать пять человек… Вы нападаете на нас без всякого повода… Вот это, действительно, подлость…
– Берегитесь!
– Вы подвергаете опасности нашу жизнь, а между нами есть две молодые девушки – такие же женщины, как и вы… Кроме того, мы защищаемся…
– О, я отомщу… я отомщу вам за это оскорбление…
– Прикажите вашим прохвостам удалиться!..
– Не хочу.
– В таком случае я отдам вас Черному Орлу.
– Неужели!
– Да! Я скажу ему: вождь, вот женщина, которая хотела погубить твою дочь и ее подругу – француженку.
– Ну, и что ж?
– Увидите, разделяет ли краснокожий предрассудки людей белой расы. Увидите, помешает ли ему ваш магнетический взор укротительницы зверей привязать вас к столбу пыток и проделать над вами страшную операцию скальпировальным ножом.
