VI. Посвящение
Долго он с Зарудиным делал различные обороты по комнатам, не переменяя позы и, наконец, остановясь, сказал:
– Ударьте три раза кольцом.
Он положил на это кольцо руку Николая Павловича.
Последний исполнил.
Через минуту за дверями послышался голос.
– Кто нарушает спокойствие беседы братской?
Путеводитель Зарудина отвечал:
– Профан, он желает вступить в члены священного братства.
– Не тщетное ли любопытство влечет его к тому?
– Нет, он жаждет озариться светом истины.
– Какое имя его? Звание, лета, месторождение?
Со стороны путеводителя последовали надлежащие ответы. По окончании этого допроса двери отворились, и Зарудин переступил порог, все еще имея на глазах крепкую повязку. Важный, тихий голос спросил его:
– Настоятельно ли желаешь ты, профан, вступить в священное сословие братства?
– Да! – отвечал Николай Павлович.
– Имеешь ли довольно твердости, чтобы перенести испытания, тебе предлежащие?
– Да.
– Брат-учредитель порядка, начни испытания, соверши с ним путь продолжительный и трудный, – воззвал тот же голос.
Тогда брат-учредитель порядка, приставя меч к груди Зарудина и взяв другою его за руку, начал исполнять повеление.
Он начал с Николаем Павловичем путь с востока на запад и тихо малыми шагами продолжал водить его, и говорил громко и внятно о жизни и смерти; потом остановился, потрепал его по плечу и воскликнул:
– Venerable! Профан сделал первое испытание, твердость его подает надежду к перенесению дальнейших испытаний.
Эта речь была повторена двумя голосами, и голос повелевающего сказал:
– Начни второй путь.
Когда и он был окончен, так как и третий, когда брат-наблюдатель порядка поставил Зарудина на место, потрепал по плечу и отдал отчет; когда тоже повторили два голоса, то голос тихий, сострадательный произнес:
– Возлюбленные братья! Профан окончил с похвалою испытания свои, он достоин вступить в общество наше, позволите ли ему приобщиться к лику вашему?
Глухое рукоплескание братьев изъявило согласие; Зарудину велено было приблизиться, его повели прямо, направляя его ноги, чтобы он ступал на известные места; взвели на ступени, поставили коленом на подушку и положили руку на Библию и меч.
Кто-то положил на нее свою руку и повелел клясться в сохранении тайны, потом задом отвели его на прежнее место.
Тогда кто-то возле него сказал:
– Выстави язык! – и приложил к нему какое-то железо.
В то же самое время послышался голос:
– Да спадет повязка с глаз его, да удостоится видеть свет лучезарный!
Она упала.