Табия тридцать два

Отзыв о книге на 70% процентов состоящей из шахмат - должен быть последовательным и логичным, как и сама игра. Поэтому давайте по пунктам, тезисно - от е2 и до е8.

1) О чём книга? О России изолированной от мира столетним карантином в качестве исправительной меры – за всем известные события. Есть соблазн погрузиться в пучину вопросов, «что же именно хотел сказать автор?» Однако вот же текст от первого лица! В интервью gorky.media Алексей Конаков пишет:

Всё ясно, всё понятно – никаких разногласий. Хорошо, когда автор живой и в состоянии дать личные комментарии. А не вот этот ваш Пушкин - 225 лет со дня рождения…

2) Время создания книги. Ого. Это смело! Как такой книге вообще удалось издаться в 2024 году? Когда все параллели и узнавания – просто бьют тебя в лоб своей очевидностью. Кажется, редакция посчитала, что за лесом из шахмат, ферзей, крамников и фишеров – сюжетные совпадения будут не так заметны. К тому же автор не поскупился на чудовищный синтаксис, через который приходится прорубать себе дорогу. Обрывки предложений по два слова на строчку, примечания в полстраницы, и скобки, скобки, очень много скобок… (очень много). Удачная маскировка. Но книга шагает просто по грани. Поэтому читать её сегодня – это отдельное развлечение.

3) Книга написана в редком жанре "пчелы против мёда". Писатель – против литературы. Корнем всех проблем в стране была признана русская литература. Она культивирует имперский синдром – её нужно срочно аннулировать, запретить, и заменить на шахматы. Мысль по книге – намеренно гротескная, и мы понимаем, что «ин риал лайф» автор не собирается никого запрещать. Но при всей иронии интонации за ней сквозит действительная претензия. А к «великой русской литературе» у населения давно уже накопились вопросы. Ведь чес слово 200 лет уже прошло по календарю. Есть что-нибудь посвежее? Ну нет у нас ни крестьян, ни усадьбы, ни дворянского титула. Зачем же тогда сопутствующие литературные страдания? Не мучайте шестиклассников. И ешьте сами своего Тургенева.

5) Книга на 70% сделана из шахмат. Они плоть и кровь сюжета. Шахматы были выбраны новой национальной идеей в Переучрежденной России - вместо литературы - и на пьедестал нового культурного кода страны. Но шахматы здесь совсем не мифический конструкт, а реальная игра и в большом количестве. Так что если вы не играете в шахматы, не знаете правил, и хотя бы на 5 сантипешек не рубите фишку – вам будет сложно. И хотя автор по ходу пьесы старательно пытается пояснять терминологию, шахматные фамилии и ключевые события – но знать это с самого начала и знать это из примечаний автора – не одно и то же. Текст просто переполнен шахматами и плещется слонами и дебютами через край. Половина иронии и юмора по книге (чего стоят «извращенные» шахматы Фишера) - это local joke, для своих. Для людей привитых в детстве шахматными ДЮСШ. Я ходил, да.

6) Автор определяет свою книгу как «фантастическую оперу». Читаем:

Поэтому любые претензии о том, что вот тут у вас по тексту недопилено, а вот здесь вот противоречие – отметаются сразу. Это игра идей, чистый fun. И относится к тексту нужно именно так – легко. Что, между прочим, созвучно и описанию шахмат по книге. Где главным оказывается рисунок игры, взаимный танец фигур, а вовсе не лобовая победа одной из сторон. По этой же причине в книге нет и окончательного вывода. Чем, как я вижу, многие разочарованы. Пофиг. Пусть будет просто весело.

7) ИТОГО. Отличная книга, с высокой плотностью текста, идей, юмора, и смелых параллелей. Написана несколько тяжело: автором, который фанатеет от скобок и не любит редактуру. Но это можно перетерпеть в обмен на содержание. Я получил от книги удовольствие. Шах и мат )

От книги Алексея Конакова "Табия тридцать два" ничего эдакого не ожидал, зацепила аннотация романа.

Но лично для меня роман превзошел ожидания. После своего поражения много лет назад, Россия стала изгоем, страной, которую закрыли от остального мира непроницаемым Карантином, а чтобы у её граждан не было озлобленности на мир, желания выпячивать свое величие и идти "своим путем", для страны придумали новую идеологию, коей и стали шахматы.

Мир, придуманный Алексеем Конаковым, несколько безумен - здесь изменилось всё, от идеологии до быта и жизни людей. Книга полна различными шахматными терминами и присказками, которые в России 2080-х заменили привычные нам выражения - вместо "не врубаюсь" говорят "не попадаю в квадрат", вместо "одной левой" - "в два хода", а вместо Бога поминают Каиссу. Здесь люди живут на улицах, названных в честь Таля, Капабланки, Карякина, а праздниками у них служат дни рождения Карпова, Ботвинника, Нимцовича.

Сначала всё происходящее кажется абсурдом, но так ли это? А что, если бы жизнь на самом деле могла бы пойти когда-то по описанному сценарию, Россию оградили бы железным занавесом от всего мира и нам бы пришлось выживать и верить в то, что нам спускают сверху? И всё ли то, что рассказывают и преподносят - правда и имеет право на существование Здесь и Сейчас?

Одна из главных идей книги - это поиск так называемой "Табии тридцать два" - идеи, которая может любую шахматную партию свести к ничьей, что, в свою очередь, лишит смысла жизни всех тех, кто поклоняется этой Игре, ведь не будет смысла даже пытаться в них играть. Кирилл пытается разгадать, почему же эту тайну так тщательно хранят, а книгу, написанную в 2042 году Карповым - так сложно хоть где-то найти? Кирилл, как истинный человек своего времени, свято верит в Шахматы и для него они превыше всего.

Эта книга написана весьма мастерски, со знанием дела в повествовательную канву вплетаются различные шахматные термины и теории, что смотрится весьма органично. И хотя вначале чтение идёт тяжело, по мере разыгрывания сюжетной партии, ты уже вчитываешься и готов принять ту действительность, которая преподносится в произведении.

Как ответил сам Алексей Конаков в одном интервью на вопрос, мир "Табии" это утопия или всё же антиутопия:

Ну, а тем, кто отнесется слишком серьезно к написанному, стоит напомнить, что у "Табии тридцать два" есть жанровый подзаголовок: "Фантастическая опера".

Гипермодернистский роман "Табия тридцать два" Алексея Конакова посвящен моделированию российской культуры и русского языка, в которых литературоцентричность заменили шахматоцентричностью. В начале 2080-х альтернативного будущего, где ООН поместила Россию в информационную и товарную изоляцию, аспирант-историк Кирилл Чимахин во время работы над диссером по пешечной структуре берлинской защиты знакомится с идеологом извращенных шахмат-960, а тот открывает ему губительную связку, в какую попало российское общество из-за неспособности властных любителей многоходовочек считать варианты.

Великолепная книга, я в восторге! "Табия тридцать два" – ни в коем случае не (анти)утопия-с-посылами о Проигравшей России, а чистейшее художественное развлечение автора, решившего довести призывы к отмене русской литературы до абсурдного конца: допустим, русская литература отменена – что тогда ее заменит и что из этого получится? Алексей Конаков предлагает – раз уж замыслил литературную игру – вместо чтения классики о хаотических порывах страстей играть в шахматы, никакого хаоса не допускающие. Текст устроен как шахматная партия (долгая расстановка фигур в дебюте, размены в миттельшпиле, попадание черного короля в смертельный цугцванг после неудачного маневра в эндшпиле), повествует о шахматах, до краев наполнен шахматными отсылками, цитатами, анекдотами и написан шахматным новоязом.

Года два назад я начал увлекаться шахматами, в основном как зритель – смотреть разборы классических и новейших партий, следить за турнирами и игроками – и "Табия тридцать два" показалась будто специально для меня написанной: в нее зашито все, что мне интересно и в самой игре, и в ее сообществе. Даже мой любимый берсерк Рашид Нежметдинов упомянут. Роман начинается с советских шахматных классиков и будто бы настраивает на ностальгический лад (автор же специалист по культуре СССР и логично ждать от него воспроизведения привычной ретро-тематики), но очень быстро сквозь отсылки к XX веку прорывается современность – отказ Магнуса Карлсена от шахматной короны, стримы Хикару Накамуры, обвинение Ханса Ниманна в анальном читерстве, всплеск альтернативных правил и, конечно же, компьютерные движки во главе со Стокфишем, полностью изменившие подход к обучению игре и анализу вариантов. Остранение шахмат 2020-х через восприятие Чимахина, для которого Крамник и Непомнящий так же далеки, как Алехин и Тартаковер, лишь добавляют читательскому удовольствию остроты.

Роман безупречно смоделирован. Алексей Конаков ловко отвечает на все вопросы к шахматизации России, которые возникают по ходу чтения, начиная с мотивов отмены русской литературы на государственном уровне (объяснение, почему только руслит имперский-токсичный, а вся иностранная художка правильная-гуманная – локальный пик иронии над "культурой отмены"). Это, наверное, даже не вторая, а первая причина, почему книга мне так понравилась, ведь детальное и непротиворечивое прописывание фантастических декораций лично на мой вкус важнее идей, которые на их фоне высказываются. Весь роман я пытался подловить автора то на одном, то на другом мутном моменте в устройстве российской шахматной идиллии, но Конаков рано или поздно их прояснял, причем с такой убедительностью и изобретательностью, что просто моё глубочайшее уважение.

Кроме того, "Табия тридцать два" написана замечательным воздушным стилем и чаще комична, чем трагична. Рассказчик-аспирант большую часть истории находится в приподнятом настроении (ибо молодость, любовь, радужные перспективы в науке), что весьма нестандартно для современной русской литературы, где действует запрет на белые поля и герои вынуждены или блуждать, как слоны, по однотонной черноте, или преодолевать чересполосицу черного и серого. Энергичная игривая книга на одну из любимых тем с трудолюбиво проработанными языком и миром от реально умного автора с огромным чувством юмора – что еще нужно для читательского счастья?

Буду надеяться, что Алексей Конаков еще вернется к сочинению художки, у него это великолепно получается. Такие авторы нам нужны.

И вот еще одна антиутопия в мою копилку.
Современная.
На мой взгляд, достаточно интересная в плане задумки сюжета.
Захватывающая.
С интересными шахматными метафорами.

Итого — всё достаточно здорово.

Ну а дальше — обо всем по порядку.

2081 год.

Главный герой, Кирилл, родился в Новосибирске, а сейчас учится в Санкт-Петербурге и пишет работу под руководством, овеянного легендами, Дао — Уляшова Дмитрия Александровича — на тему Берлинской стены.

У него есть любимая девушка Майя. Есть друзья. И интересный знакомый — Брянцев.

Именно Брянцев, между прочим, будет суждено сыграть большую роль в жизни Кирилла, рассказав ему историю о нелегальных играх в шахматы-960 и о том, кто когда-то был наказан за эти игрульки — Броткин Александр Сергеевич.

Вообще, наш герой — по сути абсолютно нормальный человек — оказывается втянут в какую-то очень опасную игру. Из которой, в духе антиутопий, ему предстоит выбраться, перед этим узнав много интересного и встретившись с главарем.

Финал также из разряда классических апокалиптических романов показывает нам сложность борьбы с большим государством, которое можно победить, но сделать это можно будет или позже, или никогда…

Вообще, написано действительно интересно. Я пыталась провести параллели с «Мы» Замятина по близкой тематике — вроде шахматы и математические интегралы близки — но не то. Подумалось о «1984», тоже не подходит. Единственное, что общего, так это разговор с Big Boss'ом в конце, и всё.

В итоге получается, что «Табия тридцать два» Алексея Конакова — произведение самостоятельное, «свое собственное», напитанное интересными стилистическими оборотами о шахматах. И читать это все хочется. И вникать в это все хочется. И надежду на лучшее в финале хочется. А вот будет ли «лучик света в темном царстве» — будет известно, если прочитать.

А еще, если прочитать, можно узнать о книгах, виновных в том, что сейчас происходит в 2081 году.

—Но книги-то и были виновны в Кризисе.

— Книги?!

— Это научный, достоверно установленный факт, Кирилл. Увы! Именно через сочинения литераторов входили в умы россиян расхлябанность и необязательность, презрение к элементарной логике и к минимальному порядку, пренебрежение строгостью мысли; входила вера в собственную исключительность («Умом Россию не понять!») и любование дикой, сокрушительной силой («Да, скифы мы, да, азиаты мы!»); входила, в конце концов, темная страсть к экспансии, к расширению, к захвату: сначала — чужого внимания, чуть позже — чужих умов и душ, в итоге — чужих территорий и стран. Теперь об этом забыли, как о страшном сне, а ведь в начале XXI века русская литература была самым настоящим культом, Кирилл; зловещим, как оказалось, культом. Потребовалось поражение в войне, потребовались Кризис и Переучреждение России, чтобы мы — все российское общество — раскрыли наконец глаза и честно и непредвзято взглянули на те якобы «великие произведения», которые сочиняли Пушкин, Достоевский, Толстой, Горький и иже с ними, и которыми нас учили восхищаться, уверяя, что все написанное — прекрасно, разумно и правильно.

Если Вы не большой любитель моря, солнца и полуголых людей, однако зачем-то все-таки приехали на черноморские курорты краснодарского края - можете взять экскурсию на дольмены. Это такие скособоченные коробки из огромных отесанных кусков известняка. Экскурсовод скажет, что назначение этих гигантских построек из неподъемных камней, добытых первобытными людьми в далеких каменоломнях и непонятно как доставленных на место установки, неизвестно. Такая тайна.

Тайна полишинеля для любого, кто служил в наших доблестных вооруженных силах, где надо круглое носить, а квадратное непременно катать. Человеческому обществу для самого его существования необходимо общее дело, объединяющее разрозненных индивидуумов воедино (в единый организм). Если с абстрактным мышлением пока не очень - можно долго и упорно собирать тяжеленные камни в гигантский, очень конкретный мегалит. Или Стену. Великую, естественно. Проще тем, у кого с абстрактным мышлением все в порядке. Им можно объединяться вокруг Идеи. Идеи Конца света, например. Или идеи демократии, но это уже какая-то совсем запредельная абстракция. Самое оптимальное решение найдено в 18 веке и называется национальной идеей. Что-то такое, что делает какими-то удивительно родными сталевара из Днепропетровска и учительницу из Усть-Камчатска.

В альтернативной реальности конаковского романа одна такая национальная идея великороссой имперскости приводит Россию в 2022 году к "маленькой победоносной войне", которая внезапно, на манер Крымской, обрекает страну на чудовищное поражение от союзнических американо-европейских войск. Страна вынуждена влачить жалкое существование под бременем тяжелых репараций и искусственных технологических ограничений (см. Версальский мирный договор). Кроме того, ООН учреждает карантин, не позволяющий всему остальному Свету какие бы то ни было сношения с Россией, кроме экспорта ресурсов. Короче, за границу ездить нельзя, интернетика нет, компьютеров очень мало, электричество по часам, продукты по талонам. (Мне кажется, у нас такой карантин уже однажды был безо всяких ООН).

Дальше интересный финт. Элиты новой России находят, что причиной такого заразного распространения среди населения идей имперскости является насильно насаждаемая в школах русская классическая литература. Дескать, через нее все эти пагубные мысли вдалбливаются в неокрепшие, но отчаянно сопротивляющиеся умы ребятишек (тут мне, правда, стало немножко не по себе).

Дело не хитрое: уроки отменить, учебники изъять, памятники уничтожить, улицы переименовать. Но тогда перед нашими уваровыми встает самый главный вопрос: а чем заткнуть эту огромную зияющую прореху на месте, где раньше было сердце? Чего такого квадратного народу дать, чтобы можно было его героически самоотверженно катать? (уйди, Пелевин, кыш, Сорокин!)

И решение было найдено. Решение на первый взгляд неожиданное, но автор его очень убедительно аргументирует, а если отстраниться, то понимаешь, что оно ничуть не хуже ЛЮБОГО другого. Стена, пирамиды, космические корабли, футбол, шахматы - какая хрен разница?! Ничем не хуже Свободы, Равенства и Братства.

И вот из такой уже ПОЗИЦИИ автор начинает рассказывать свою увлекательную историю, где есть постапокалипсис и антиутопия, любовь и измена, конспирологический заговор элит и академические интриги, людоедские спецслужбы и сумасшедший оппозиционный гений-извращенец, промозглый гнилой Петербург и уютная купеческая Москва, Ян и Толян, целая коробка шахматных анекдотов и прохладных историй и бесконечные, до горизонта колосящиеся поля борщевика. Причем еще и написано таким великолепным интеллигентным языком, как настоящий русский классический роман. Как будто чистой води(о)чки попил.

Все в романе прекрасно, кроме одного. Я, может, туповат, но что-то не догнал, если государственной идеологии действительно грозит гибель от ничейной смерти шахмат, тогда почему они так истово сражаются с еретическими "девятьсотшестидесятниками"? Ведь вот же, казалось бы, прекрасное решение задачи! Шах и мат, ничейная смерть!

К тому же замечательно, как автор 1985 г.р. не придает значения неизбежному, казалось бы в таких условиях, застойному феномену ДОСТАВАНИЯ дефицитных товаров. Хотя о самом дефиците и говорится: кофе, коньяк, ну и, пожалуй, все. Пытается, конечно, ввернуть байку про невозможность существования у одного человека двух пальто, однако сам же, чуть погодя, дарит герою сверхнормы в квартире у шушиного кузена.

А еще забавно, что в кульминационной речи главный босс Уляшов апеллирует к предыдущей прочитанной мною книге За миллиард лет до конца света в контексте того, что это мировой гомеостаз оставил на изуродованном теле Бродкина более ста следов от ударов тупым предметом навроде кастета.

В остальном все очень понравилось даже мне, человеку, который о шахматах знает разве что как какие фигуры ходят и кто такой Каспаров.

P/s: На одной литературной лекции по моде антиутопии докладчик подчеркнул, что ярким признаком жанра служит сжигание книг. Я пошутил про священника и цирюльника, но, по-моему, шутка не зашла. Так вот, Табии 32 не жгут.

Алексей Конаков - поэт, литературовед - рисует не очень прекрасную Россию будущего, в которой наконец искоренили все-все имперские амбиции. Государственной идеологией здесь стали... шахматы.

Это произошло после того, как в первой половине 21 века Россия оглушительно проиграла войну с соседом и подверглась жесткой демилитаризации. Лучшим умам пришлось изобретать новую идеологию, которая отвечала бы повестке западного мира. Он от дикой России все равно закрылся до лучших времен, но российское общество семимильными шагами устремилась к прекрасному будущему. Шахматы, их историю, развитие шахматной мысли, лучшие поединки теперь изучают в школе. Русскую литературу, признанную безоговорочно виновной в культивировании имперскости, выкорчевали из сознания россиян, все подозрительные словечки выпололи, заменив их шахматными терминами.

Шахматная идеология отлично работает во всех областях жизни. Народ присмирел, больше не кидается бомбами в соседей. Правда, живет скудно, ест мало, одевается в лохмотья, грязь месит на улицах, не может выехать за пределы страны, но это ничего. Зато наконец перековались. Почти все. Ведь в любом обществе найдутся иноагенты извращенцы, которые будут раскачивать лодку и обнаружат уязвимость шахмат, угрожающую обрушить таким трудом давшуюся стабильность.

Это было так неожиданно, что я хочу перечитать еще раз буквально сразу же. Роман-головоломка, роман-эксперимент, который мне понравился в первую очередь как интеллектуальное упражнение. Дерзко, необычно, ставит десятки вопросов, увлекает и приоткрывает мир шахмат для тех, кто знает только про "лошадью ходи".

Написана книга довольно просто. У нее линейный сюжет, и это хорошо, потому что слишком запутанная композиция вкупе со сложным шахматным сленгом была бы тяжеловата. Герои схематичны, но все равно понятны и вполне убедительны. Главного героя, аспиранта-историка Кирилла Чимахина, мне все время хотелось накормить и погладить по голове, а некоторых других по голове треснуть шахматной доской. Роман держит внимание до самой последней страницы, и как я уже написала, сразу после этой последней страницы, мне захотелось его перечитать.

Перечитать захотелось потому, что этот роман еще и языковой эксперимент. Что будет, если одни слова заменить другими? Изменит ли это мышление? Тут можно уйти в дебри философских концепций о связи языка и мышления, но мы не будем :)

Пожалуй, единственное, чего мне не хватило, это атмосферы. Необязательно гнетущего давления антиутопии (а если пытаться определить жанровую принадлежность "Табии", то это антиутопия), но скорее описательной части. Как-то очень вскользь, почти намеками там о Питере и Москве 2081 года. Можно было чуть больше, но это я уж совсем придираюсь.

В общем, мне очень понравилось. Более того, я вообще готова записать "Табию" в одну из лучших книг года. И потому что мне созвучен авторский взгляд на государственные скрепы, и за сатиру на либеральную повестку, и за то, что автор оставляет место надежде, пусть и очень призрачной.

Хоть в шахматах я полный ноль, но Табия очень понравилась. Подозреваю, что много остроумных ходов в ней прошло мимо меня из-за незнания шахматной терминологии и всей этой кухни. Но мне кажется, в этом и прелесть крутой книги, что даже если о непонятном, а все равно проймет, найдёт лазейку, как втянуть и увлечь максимально далёкого от темы человека.

Какое-то я в ней почуяла обаяние, свежесть, оригинальность, вызывающую уважение продуманность. И очень приятна лаконичность. Не подумайте,  я вообще люблю увесистые кирпичики читать, но в последнее время создаётся впечатление, что далеко не во всех тысячестраничных томах объём содержательно оправдан, как будто зачастую желание нокаутировать читателя размером побеждает здравый смысл.
И тут вдруг такая изящная остроумная небольшая книженция с очень внятной историей и хорошей фантазией. Мне было любопытно читать, хотя, конечно, многие ходы в ней не то чтобы какое-то откровение - набор давно используемых в литературе схем. Классический герой антиутопии, внезапно открывающий для себя возможность альтернативы, который с одной стороны костно ей сопротивляется, а с другой - его туда влечет, он пускается в путь к изнанке своего мира, а в конце остается у разбитого корыта. Очень хороша, на мой взгляд, метафора "смерти Бога" в финале - тоже классический и такой уже родной диссонанс: разрыв героя на двое, но подано интересно.

Меня всегда ещё очень подкупает, когда автор умеет сделать так, что ты по ходу чтения не раз меняешь своё отношение к героям, к происходящему или в целом к устройству выдуманного мира.  Это как будто показывает владение ситуацией, мастерство, умение раскрывать задуманное постепенно, лепесток за лепестком срывая покровы, давая на каждом шагу новую перспективу. Тут такое есть - в отношении альтернативной реальности, сконструированной в романе. С одной стороны, когда читаешь, что сбили спесь с военных амбиций, думаешь: ух, хорошо. А потом читаешь, что заодно и русскую литературу под ноль упразднили и ты такой: нет-нет, погодите, вот это, кажется, уже перебор. Или читаешь про шахматоцентричность их мира и как-то даже сначала немного радуешься - ну как хорошо, все спокойно, рационально, логично, без истерик. Но потом понимаешь, что кроме шахмат вообще ничего не осталось, и это конечно напрягает и представляется ущербным. Потому что мир прекрасен наличием как рационального, так и иррационального, и хорошо когда имеется и то, и другое, и соблюдён здравый баланс чувств и рассудка, порядка и хаоса. А тут люди настолько устали от иррационального, что просто решили его отменить. Тупиковый путь, как и любой путь, предлагающий сильный перекос в одну сторону и выбирающий спокойствие в ущерб разнообразию.

Когда-то в подростковом книжном клубе мы читали книгу Дарьи Месроповой "Мама, я съела слона" и подростки жаловались, что им недодали шахмат, и вообще, зачем тут все эти подростковые страдания. Теперь я знаю, что можно подсовывать человеку с нехваткой шахмат в организме.
Но и не только.
Какая восхитительная идея лежит на поверхности сюжета - русская литература - зло, поэтому надо отменить ее, а чтоб люди не плакали, вот вам шахматы и живите с этим. Нереалистично? А вот на днях я зашла в кофейню, а там все столики заняты - сидят дети и все играют в шахматы. Вот и думайте.
Я бы назвала "Табию 32" книгой обманутых ожиданий - и это чудесно! Я ожидала эпичного противостояния литературы и шахмат, подпольных чтецов и их преследователей в лучших традициях Брэдбери - но нет, эту остановку мы уже давно проехали. Я ожидала, что у главного героя в процессе раскроются глаза на ужасы и мрак жизни без литературы - но нет, в конце концов, и сейчас миллионы людей не читают и вполне себя хорошо чувствуют.
Но в чем же тогда соль и суть? Для меня - в том, что нам НЕ сказано. Да, очень много слов о прекрасной жизни после Переучреждения, о светлом будущем, которое грозит новой России, но... между строк скрыто очень много важных деталей - мифы о людях, обладающих двумя пальто (ну бред!), роскошные ужины из хлеба и огурца, россказни о богатой Москве, в которой метро работает аж до 23 часов, воспоминания дедов о дверных звонках (ну кто будет тратить электричество на такое?). И самое главное - шахматы приучили нас точно и вовремя отправлять ресурсы на благословенный Запад, не задерживать репарации, точно соблюдать дедлайны.
Опять же - для меня - это книга в том числе и о силе пропаганды (? возможно, слишком сильное слово, но допустим). Действительно, как такое возможно - за жалкие 50 лет выросло общество, в котором память полностью вымарана, заменена, в котором задача россиян - платить и каяться, страдать и надеяться, что когда-нибудь их примут в ряды цивилизованного мира. А вот так и возможно, оглянитесь вокруг. Собственно, нам в первых главах это ДАУ и рассказывает, не особо даже скрываясь, даже гордится - брандмейстер Битти, привет!

Мне показалось, что читатели "Табии 32" разделились на три лагеря:

• пессимисты (о боже, посмотрите, нам показывают, куда мы можем скатиться!)
• оптимисты (ха, какую фантастическую телегу задвигает автор, быть такого не может!)
• и реалисты (ну да, мы тут и живем)

Двойственные у меня ощущения после прочтения.
До самых последних страниц я была почти в восторге, готовая влепить книге 7 или 8. Но финальный диалог в спецхране, а затем и развязка откатили книгу для меня ближе к красным звездочкам. Среднее арифметическое получилось как раз в районе 5-6. Пусть будет 6, я не жадная.
Книга несколько неровная: первая половина неимоверно скучна, там ничего не происходит, кроме бесконечного обсасывания того факта, что в антиутопической России будущего нет вообще ничего, кроме шахмат. Все профессии людей завязаны на шахматах, все разговоры - только о шахматах. Нет ни других хобби, ни занятий, ни предметов для обсуждения. Да, это, разумеется, фантдопущение, но сова в процессе натягивания на глобус все же лопнула. Вспомним о том, что шахматами заменили всего одну область знания - литературу. На текущий момент нашего времени (а, судя по всему, т.наз. Переучреждение состоялось в начале 30-х годов 21 века) литература и близко не занимает того места, что в романе отдано шахматам. То есть логично предположить, что шахматы в том мире заменили не одну только литературу, но все искусство и науку разом. А также шоубизнес и даже бытовые размышления. Имеет место очевидная недоработка со стороны автора. Я уже молчу о том, как вообще были реализованы все те ужасы Переучреждения, как страну лишили вообще всего. Как вообще ядерная держава смогла проиграть войну? Ответов на эти простые и логичные вопросы вы не получите. Фантдопущение же. Но на фантдопущение легко закрывать глаза при чтении ромфанта и прочей низкопробщины, но Конаков-то не в одном своем интервью с пафосом заявлял, что написал большой русский роман, а на деле имеем, как говорится, то, что имеем.
Но когда в дело вступил Крамник со своей статьей, а название романа стало, наконец, понятным, я втянулась: принялась гуглить, кусала локти, что же там будет дальше, как же разрешится подобная история. Хотя финал, в принципе, предсказуем для книг такого объема, но раз уж автор позиционирует себя в некотором роде шахматистом, в его истории не должно содержаться логических дыр. А вот их там, к сожалению, навалом. Некоторые из них я указала выше, но они не шибко смущали... до сцены в спецхране.
Итак, давайте рассуждать: ну хорошо, ДАУ сотоварищи много лет лжет своему народу, но почему же тогда молчат люди Запада? Помнится, во времена железного занавеса все кому не лень рвались просветить отсталых советских людей, а тут вся планета дружно помалкивает о практикуемой в РФ некрофилии? Ну ок, властям тех стран могло быть выгодно подобное положение (и вот как раз логичнее было бы сделать ДАУ их агентом, но в книге об этом ни слова), но журналисты, деятели культуры, другие шахматисты, наконец?! Всей планете вдруг в одночасье стало так плевать на РФ, как не было даже плевать на гитлеровскую Германию? Немцев жалели, им помогали восстанавливать страну, а из наказания лишили только армии и заставили платить репарации. Что же такого учудила Россия, что переплюнуло Бухенвальд и Холокост? Устроила тотальный ядерный геноцид? Нет. Напала на Украину и с ядерным-то паритетом умудрилась профукать войну? Конаков, ты серьезно? Ядерные державы просто так войны не проигрывают. Подводка к Переучреждению должна быть более логичной и обоснованной. Это надо было продумать, а не просто плюнуть и растереть, лишь бы было. Без ядерного конфликта тут точно не обошлось, но так как же умудрились другие Западные страны сохранить свое могущество после ядерной катастрофы? И куда делись союзники России в лице первой экономики мира - Китая? Чувствуете, да, как зашаталась хлипкая конструкция мира Переучрежденной России? Диалог в спецхране просто толкнул ее мизинчиком, и она рухнула.
ДАУ серьезно объясняет все произошедшее простыми роялями в кустах? Я не верила глазам своим, когда читала об этом. И где обоснование того, почему после снятия карантина народ России по-прежнему ничего не узнает о табии 32? Советский железный занавес не справлялся с потоком западного хлама. Получается, в Переучрежденной России умудрились выстроить куда более глобальную систему - не занавес, а купол? И это в стране с разрушенной промышленностью и несуществующей наукой? Любой западный журналист уничтожит их хрустальный купол одним прикосновением ногтя. Почему автор не продумал и это? Играл ли вообще Конаков в шахматы или только книжки читал? Где стратегическое мышление? Где логика, наконец? Где способность залатать любую сюжетную дыру, коих в каждой книге можно нарыть миллион?
Учитывая все вышесказанное, могу только добавить, что финальный аккорд романа показался скучным и предсказуемым. Логичным, да - хоть что-то в этой книге логично. К сожалению, шикарная история с поиском статьи Крамника оказалась похоронена под дырами от бублика.
Жаль, она казалась многообещающей.

Роман современного русского писателя Алексея Конакова «Табия 32» был включён в лонг-лист литературной премии "Главкнига" в начале 2025 года. Но я о ней узнала от своей знакомой, которая отличается хорошим литературным вкусом. И мне в итоге показалась эта книга весьма любопытной.

Что я могу сказать: не хотела бы я оказаться в этой воображаемой России, без хорошей художественной литературы и без кофе.

Россия в 2081 году в романе относит нас и к современности: Карантин (санкции), катастрофа (? Думаю, все понимают, какая катастрофа может иметься в виду), новая политика государства, новая идеология и культура - шахматная. У русского человека не просто отняли литературу, ее обвинили во всех смертных грехах: разложении общей культуры и морали, милитаризме, которому якобы учат русские писатели, эгоизме и тщеславии русского народа, ведь писатели прославляют и превозносят своих людей. Культуру, построенную на литературе, заменили шахматами - математически точными, логичными, взращивающими людей рациональных, мирных, морально стабильных.

Что ж, интересно было наблюдать за тем, что происходит в умах людей. Ведь кроме рациональных и стабильных есть люди мыслящие, чувствующие, подвергающие сомнению навязанную политику и самостоятельно делающие выводы.
В итоге главный герой, молодой ученый, окажется между двух огней и будет искать истину, выбирать сторону. А это всегда нелегко: разочарование, поиск истины, признание того, что тебя обманывали, разрушение картины мира, в которую верил.

Отними у человека культурный код, поставь под сомнение всё, во что он верил, и посмотри, что с ним будет - об этом текст Конакова. И здесь отлично показано, как меняется сознание героя, как им манипулируют и показывают разную истину (ведь у каждого она своя!)

Финал очень неоднозначный, спорный, но он заставляет задуматься о цене свободы и правды. Вообщем книга стоящая, советую почитать тем, кто любит антиутопии и необычные книги.