Слово живое и мертвое

Это и есть оборотная сторона канцелярита: язык утрачивает краски, понемногу забываются, выпадают из обихода образные, полнозвучные, незатрепанные слова. Они пылятся бесполезным грузом в литературных запасниках, вдали от людского глаза, и уже не только школьник, но и иной писатель, редактор слыхом не слыхал об отличном, ярком, выразительном слове и должен искать в толковом словаре его значение…

Первый раз я конспектировала книгу. Мне вообще всегда важны были именно эмоции и образ, который она вызывает. Поэтому читаю много художественной. Поэтому профлитературу и нон-фикшн часто пробегаю.
Тут тоже пробегала, но по другому поводу. Эта книга будет интересно для тех, кто читает в оригинале, кто обращает внимание на строй слов, использование слов, красоту слов, а не на общую картину смыслов в целом, как я.
Книга полезная, хоть и написана сорок лет назад. Думаешь: что бы сказала Нора, если бы увидела переводы современной зарубежной прозы?

Она бы бросила это дело. Или не допустила бы такого.
Время, конечно, убивает актуальность некоторых примеров. Лексика – она же живая, она меняется, она не статична. Автора удивляло использование слова «переживать» в качестве «беспокоиться», а не «жить дальше». Или вот слово усугублять, которое значит не увеличивать вдвое, а делать хуже. Таких примеров немного.
Отсюда можно узнать о том, как плохой перевод убивает книгу. Как должен работать хороший переводчик и редактор. Как переводили Фолкнера, Хемингуэя, Фицджеральда и Сент-Экзюпери – с примерами, что за прелесть! Как превращать особенности заграничной культуры в культуру русскую; непонятные обороты, фразеологизмы и сравнения в свои, понятные. Как избегать стандартных ошибок: канцеляритов, многословия, иностранных словечек, грязи на страницах, бессмыслицы.

Хоть «лидеры» и «стейки» давно с нами и уже не воспринимаются чем-то чужеродным, я тоже за использование и пополнение русского словаря словами русскими. В национальном лексиконе Исландии нет иностранных слов – их просто туда не допускают. Во Франции – закон, запрещающий заимствования. А что бы ты чувствовала сейчас, Нора Галь, в век, когда русское слово найти невозможно, канцеляризмы в моде, а неправильное использование слов – это норма?

Слова "изи", "хайп", "фиксить" и так далее должно говорить о том, что человек в теме трендов. Он смотрит фильмы и сериалы, играет в игры, стримит и донейтит. Скорее всего, он работает в сфере IT, копирайтерства, digital-маркетинга. Он профессионал – владеет такой лексикой. Он не старпер.
И он предает русский язык.
У нас только вчера был спор. А. говорит: в обязанность входит исполнение райдера.
Я: что такое "райдер"?
А, удивленно: ты что, не знаешь? Это когда певец дает список…
Я: почему бы не сказать список требований?
А.: ну так же непонятнее…

Я вот не люблю американизмы, англицизмы, даже в профессиональной речи. Практически все можно заменить на русский вариант. Вот честное слово. Кому мы хотим доказать, что мы на волне, в теме, и понимаем иностранцев, их язык и культуру?
Иностранные языки все равно не знаем – в основном. Я не за фанатизм и "мокроступы", но "пофейсить" и "пошерить" – это перебор.

Нет уж, пусть язык, как река, остается полноводным, привольным и чистым! Это – забота каждого живого человека, тем более – забота тех, кто со словом работает.
А еще такая претензия, не к переводчикам, а к авторам:
Дети так не говорят! Даже индиго, даже супер-вундеркинды, ей-богу!

А вот диссеры я бы с удовольствием писала живым языком. Но, когда начинаешь так писать, и мысль забилась среди строчек, тебе говорят: слишком ненаучно. Слышали? Дайте больше непонятных амбивалентностей, процессуальных прецедентов и дифференциальной поляризации в тексте о рекламе и связях с общественностью.
И да, я поняла, что отныне буду обращать внимание на лексику в книге – на перевод, ряд, попадание.
И начну, наконец, читать оригиналы.

Конечно, есть счастливые исключения, но общий, обиходный наш словарь становится год от году бедней, ограниченней. Всюду одни и те же наскучившие штампы, каждому незатасканному слову радуешься, как доброму другу.

Нору Галь знают в большинстве случаев по "Маленькому принцу") Но список её переводов огромен - здесь и Бредбери, и Уэлс, и Лондон с Драйзером, и Дюма с Камю!..

В этой книге автор упоминает Диккенса, и во мне загорелось чувство несправедливости: почему нет в её переводе "Больших надежд"...

Несколько лет назад я впервые взяла эту книгу в магазине, полистала, и мой взгляд зацепился за какое-то сравнение "как правильно и как не правильно". Хорошо помню, что я отдала предпочтение неправильному, канцелярскому варианту)) Да, моя речь оставляет желать лучшего. Теперь я это понимаю, а тогда махнула рукой.

Многие ошибки, которые Нора Галь приводит в пример, позабавили, рассмешили:

Или когда переводчик не разбирается, о каком времени идёт повествование в книге, что за люди говорят, к какому сословию, среде они принадлежат.

Это грустно, из-за недобросовестного труда страдает книга, теряет читателей, и сами читатели хватают эти ошибки и бездумно втискивают в свою речь.

В книге разбирается множество деталей и тонкостей художественного перевода. Очень интересно и познавательно. Нелишним для некоторых нынешних переводчиков и редакторов было бы ознакомиться с этой книгой, чтобы текст ожил, чтобы мы читали и верили.

Большое спасибо Норе Галь, что она борется за наш язык и его красоту.

"- Помни, слово требует обращения осторожного. Слово может стать живой водой , но может и обернуться сухим палым листом, пустой гремучей жестянкой, а то и ужалить гадюкой. И слово может стать чудом. А творить чудеса - счастье".
Нора Галь "Слово живое и мертвое". Мне приходят на ум строчки из мультика: "Казнить, нельзя помиловать! Казнить нельзя, помиловать!" Правильная пунктуация - наше все! И не только пунктуация... Как часто мы неосознанно, а может просто по незнанию коверкаем наш красивый и один из самых богатых языков мира. Элеонора Яковлевна Гальперина больше известная, как Нора Галь - великий переводчик французской и английской литературы на русский язык. Нора является выходцем из наисильнейшей школы художественного перевода "кашкИнцы". Названа эта школа в честь своего основоположника - Ивана Александровича КашкИна (литературоведа, советского переводчика и поэта). Данный труд посвящен славнейшему слову "живому и мертвому". Нора Галь в своем труде открывает нам необъятную широту и глубину словесной выразительности нашего языка. В этой книге вы найдете множество примеров канцеляризмов, словесных ляпсусов и человеческой глупости, наверное. А также, здесь указаны примеры слов и выражений, как можно и НУЖНО было перевести предложения и фразы.
"В математике от перемены мест слагаемых сумма не меняется. Но как меняется сумма чувств и настроений, музыкальное и эмоциональное звучание фразы от перестановки тех же слов, иногда одного только слова!"
Нора Галь подарила нам перевод таких замечательных произведений, как: "Американская трагедия", "Маленький принц", "Поющие в терновнике", "Убить пересмешника" и другие. Этот список можно продолжать бесконечно!
Эта книга будет полезна всем-всем-всем! И лингвистам (я думаю, это их настольная книга), и обычным читателям, которые стараются беречь родной язык, а также всем будущим поколениям, дабы наш язык не оскудел и не стал мертвым. Берегите наш великий и могучий РУССКИЙ ЯЗЫК!
"Да, воистину все хорошие книги хороши каждая по-своему, все плохие - похожи друг на друга".

Хороший перевод для иностранной художественной литературы значит очень многое, если не всё. Именно он определяет зачастую судьбу книги - решает, западёт ли она в душу, сможет ли пережить несколько поколений, полюбят ли её автора всей душой и будут переводить и читать или не поймут, не оценят, обвинят в чем угодно, но только не в его истинных грехах... Книга Норы Галь - великой переводчицы "Маленького принца" и "Американской трагедии" - в первую очередь именно об этом. Думаю, что её стоит почитать всем, кто мечтает когда-нибудь стать переводчиком художественной литературы (и я тоже среди этой братии мечтающих). "Слово живое и мёртвое" - это и теория, и сотни живых примеров. Конечно, разобрать каждый из них и пропустить через себя довольно сложно из-за их огромного количества, но хватит и нескольких страниц внимательного прочтения, чтобы сделать выводы. Благодаря книге я стала быстрее замечать свои собственные переводческие монстры и теперь учусь их избегать (например, сокращаю число притяжательных местоимений, которые просачиваются из английского текста, а если можно выбрать между глаголом и существительным, выбираю глагол). Конечно, с момента первого издания книги прошли десятилетия, и какие-то вещи, которые когда-то возмущали Нору Яковлевну, теперь прочно вошли в наш язык. Но расстраиваться по этому поводу считаю лишним. Конечно, следить за чистотой языка нужно, но без фанатизма. Какие-то процессы не обратишь вспять, хоть кричи "караул", хоть не "кричи". Язык - живой организм, его нельзя заморозить, оставить в каком-то одном застывшем положении.

Книга состоит из нескольких частей. Первая часть - сама книга "Слово живое и мёртвое". Вторая - статьи и другие сочинения Норы Галь. Третья - друзья и коллеги великой переводчицы рассказывают о том, каким она была удивительным человеком. Несмотря на всю пользу для меня первой части, больше всего мне понравились именно воспоминания друзей и коллег. Сложился образ гениального переводчика, с непростой судьбой и очень сильным характером. Человека, для которого стремление к совершенству было смыслом жизни. Аскета, альтруиста, прекрасного друга.

Огромная благодарность Норе Яковлевне Галь за её великий труд.

Эта книга действительно must read для тех, кто работает со словом, будь то писатель, поэт, журналист или переводчик. У Норы Галь есть чему поучиться, она мастер своего дела, переводчик, передающий не букву, а дух, и в этом легко можно убедиться, прочитав "Убить пересмешника" или "Маленького принца". Для себя я нашла очень много полезных пунктов, над которыми лично мне надо работать, я поняла, что именно мне надо улучшать в своих переводах и в каком направлении развиваться.
Книга разбита на несколько частей, и ее первая половина мне понравилась больше. Нора Галь подробно разбирает, что такое канцелярит и как с ним бороться. Отглагольные существительные, совпадение падежей в нескольких словах подряд, характерные для английского языка моменты, вещи, шансы - все это усложняет наш язык и загрязняет его. Нора Галь на чужих примерах показывает ошибки, допущенные другими переводчиками или писателями, и предлагает свой, правильный вариант. Когда читаешь ее исправленный вариант, понимаешь, насколько важно подобрать наиболее подходящее ситуации слово. Но к сожалению, прошло уже несколько десятков лет, с тех пор как вышла книга, и некоторые ее примеры кажутся нам странными, устаревшими, именно они режут слух. Но стоит ли к этому придираться, когда 80-90 % ее вариантов актуальны и сейчас?
Вторая часть книги восхваляет школу перевода Ивана Александровича Кашкина. Восхваляет, безусловно, по делу, но через несколько глав от этого начинаешь уставать. Нора Галь берет переводы "кашкинцев" и показывает, как надо переводить. И действительно, восхищаешься переводчиками Хемингуэя, Диккенса, Фицджеральда и Шоу - это тот уровень перевода, о котором мечтаешь, то, к чему день за днем стремишься. Единственное, с чем я была не совсем согласна, это насколько волен переводчик менять оригинал. Нора Галь, а вместе с ней и ее коллеги, так называемые "кашкинцы", безжалостно опускают одни слова и добавляют другие - получается красиво и образно, а все-таки жаль, жаль оригинал.
В целом, это замечательный учебник по переводу и не только для всех тех, кому интересен язык, кто хочет улучшить свою речь, и главное, читать книги в переводе, подмечая все ошибки и неточности. Ведь так приятно встретить в тексте кальку с английского и сразу же видеть в голове оригинал или находить криво построенную фразу и понимать, что ты можешь сказать лучше))

Замечательная книга. И как я еще не добавил ее в список прочитанного?...
Мне самому иногда приходится переводить, и при перепроверке порой вспоминаю некоторые места из этой книги. А еще при прочтении я узнал, что на переводчиков иногда пенять не следует: иногда редакторы сами такое напишут или такие пометы сделают, что жутко становится.
А еще Нора Галь представила русскоязычным читателям "Маленького принца", за что ей огромное спасибо. Перевод удался, а она сама неоднократно его исправляла и шлифовала, ведь нет предела совершенству.

Замечательная книга, написанная замечательным человеком.
Весьма и весьма интересно вникнуть в проблему, о которой особо не задумывался раньше. Искусство перевода, в частности художественного. Стилистические ошибки, косность языка, смысловые неточности перевода - это все приходит в голову. А вот о таком страшном звере как "канцелярит" я понятия-то и не имела. Конечно сталкиваемся с ним повсеместно и сами воспроизводим его и воспроизводим. В наши дни он очевидно процветает еще больше. Это мертвый сухой язык, а душа просыпается только при встречи с живым словом. В большей степени любим все мы художественную литературу именно за это живое слово. К сожалению большинство из нас не владеет иностранными языками, поэтому мы нуждаемся в услугах переводчика. А как много оказывается от него зависит! Можно совершенно уничтожить красоту языка или даже исказить мысль автора. Переводчик должен не только отлично знать иностранный, но и виртуозно владеть русским. Необходимо подходить к переводу творчески: пропустить через себя текст, прочувствовать все интонации, подтексты и подобрать эквивалент в русском языке. Эквивалент не только смысловой, но и эмоциональный. Нора Галь по образованию критик и литературовед, и это, по-моему мнению, стало отличным подспорьем для раскрытия ее таланта.
Нора Яковлевна указывает не только на огрехи в различных переводах, но и на многочисленные типовые ошибки, которые повсеместно встречаются в русских текстах. Примеры яркие и многочисленные. И начинаешь ловить себя на слове... Не к месту употребила, не сочетаемое, штамп и т д. Пытаешься перестроить фразу, всегда ли удается? Сомнительно. Остается только удивляться и расстраиваться своему невежеству. Ну и конечно пытаться с ним бороться. Спасибо огромное Норе Яковлевне Галь и ее соратникам кашкинцам: В.М. Топер, Е.Д. Калашниковой, Н.А. Волжиной, О.П. Холмской, Н.Л. Дарузес, М.П. Богословской, М.Ф. Лорие, Р. Облонской за чудесные переводы. Иначе читали бы мы все "Обрыв на краю ржаного поля детства"...
Теперь приятно, открывая книги Джойса, Хемингуэя, Моэма и По, рядом с названием рассказов узнавать имя переводчика. А еще захотелось перечитать, вкусить с новыми ощущениями "Маленького принца".

«Слово живое и мертвое». Эту книгу я купила в то время, когда увлеклась переводами. Но это увлечение было не слишком серьезным. Переводила небольшие отрывки из любимых книг. Просто так. Для себя. И, может быть, поэтому я сразу ее и не прочла. А потом увлечение переводами прошло. И в итоге книга простояла у меня на полке более десяти лет, прежде чем я, наконец, решила взять ее снова в руки.
Что сказать? Книга своеобразная, неоднозначная, но очень интересная. Причем не только для переводчиков. Но я не могу в полной мере отнести ее к учебникам по переводу или по русскому языку. Для учебной литературы в этой работе очень много личного. Все проблемы русского языка и перевода Нора Галь в своей книги рассматривает исключительно с субъективной точки зрения. Поэтому эту работу можно было бы назвать «заметки переводчика» или «дневник переводчика».

Но все же книга полезная. Хотя бы уже потому, что своей категоричностью Нора Галь провоцирует читателя на мысленный разговор с ней. По крайней мере, я восприняла чтение «Слова живого и мертвого» именно как разговор. В чем-то я соглашалась автором и даже изыскивала среди своего читательского опыта примеры, которые подтверждали ее правоту. А иногда, наоборот, в тех случаях, когда была с ней не согласна, спорила. Старалась подобрать доводы, которые доказывали бы что она не права. В общем, чтение скучным не было. Практически каждая строчка, каждый абзац вызывали те или иные эмоции. И поэтому мозг не просто поглощал информацию, но и активно работал.

Итак, в чем я согласна полностью или частично с Норой Галь.

1. Канцелярит. В разговорной речи его лучше не использовать. Да и в художественной литературе, в журналистике без необходимости – тоже. Громоздкий, неуклюжий. Да и не всегда понятный для людей. Тем более для тех, которые редко с ним сталкиваются. Однако не все так однозначно. В нашем мире есть такие профессии, где только им и пользуются. Говорю это как юрист. В юридической профессии литературный язык как-то не приживается. Сплошной канцелярит. «Было подано заявление». «Была проведена проверка». «Судом ходатайство оставлено без удовлетворения». И таких примеров сколько угодно. И вот начитаешься всего этого на работе, а потом как не следи за своей речью нет-нет да и скажешь какую-нибудь фразу на «канцелярском языке». И поэтому мужчину, которой говорит своей маленькой дочери: «можешь гулять, но поставь в известность меня или маму» мне хочется пожалеть, а не ругать. Может он юрист по профессии или чиновник и сказал так совершенно машинально? А потом только понял, что сказал что-то не так. Такое может же быть? Тем более этот разговор, как сказано в книге, рассказчик услышал случайно и что произошло дальше ему неизвестно.

2. Глаголы. Да. И с этим утверждением автора соглашусь. Глагол делает текст понятнее. Текст с глаголами понять и запомнить легче. Чувства, эмоции, действия людей, да и любых других живых существ проще представить, когда их описывают глаголом. Человек испугался, улыбнулся, прошептал, выбежал ...Собака заскулила, воет....
И наоборот, тяжеловесные словесные конструкции с отглагольными существительными, причастными и деепричастными оборотами мешают следить за развитием сюжета. Пока дочитаешь такое предложение до конца уже забываешь, о чем вообще в нем речь идет. И сразу вспоминаешь слова профессора Преображенского из книги «Собачье сердце»: Кто на ком стоял?.. потрудитесь излагать ваши мысли яснее.
И приходится по нескольку раз возвращаться к малопонятным предложениям, чтобы понять логику событий.
Но опять же, это касается это не только художественной литературы. Наши законодатели как правило пишут нормы закона длинными, малопонятными, в несколько строчек, предложениями, смысл которых понимаешь далеко не сразу. И даже программа Ворд с ними спорит. Цитируешь в документе, например, статью закона, а Ворд подчеркивает ее красной линией и сообщает, что предложение слишком длинное. И советует разбить его на несколько простых.

3. «Словесная шелуха». Да, Нора Галь права. Такие слова, как импульс, вещь, проблема и т.п. которые естественны для чужого языка, для русского человека звучат слишком сухо, казенно. Поэтому, согласна, их лучше буквально не переводить. Да и вообще, без особой необходимости лучше не использовать. Хотя, конечно, все зависит от обстоятельств.

4. Нужно правильно и к месту употреблять слова и выражения. Не допускать двусмысленности. Да и речь героев должна соответствовать их характеру, воспитанию. Тут тоже возразить нечего. И не стоит без необходимости пользоваться научными терминами словесными оборотами там, где можно обойтись без них.

5. Что касается иностранных слов, то многие из тех, которые вызывали неприязнь у Норы Галь уже прочно вошли в нашу речь. И поэтому ее война с ними сейчас вызывает у нас недоумение. Но, с другой стороны, Нора Галь, как человек чья работа была связана со словом, каким-то шестым чувством осознала, что иностранные слова могут представлять опасность для русского языка. И нам теперь остается только удивляться ее прозорливости. Она, к сожалению, оказалась слишком права в своих опасениях! Ведь одно дело, когда иностранные слова дополняют наш язык и другое, когда ими подменяют русские слова. А сегодня это происходит просто на каждом шагу и стало серьезной проблемой.

6. Понравилась глава «На ножах». И особенно повеселила фраза «В силу своего слабоумия», которая наглядно показывает, что над каждым словом в тексте нужно думать. Думать, как оно соотносится с другими словами. И какие чувства и ассоциации вызовет у читателя.

7. Очень полезными считаю главы «Предки Адама», «Мистер с аршином», «Когда глохнет душа», «Пять чувств и еще – шестое». Причем не только для переводчиков.
И, в частности, разделяю мнение, что использовать без необходимости уменьшительно-ласкательные суффиксы не стоит. Не всегда это уместно. Так, несколько лет назад читала детектив А. Милна «Тайна красного дома». И там два джентльмена в разговоре назвали сарай «сараюшко», а чучело – «чучелком». Удивлению моему не было предела. Ну не могут мужчины так говорить! Не естественно это для них. Не поленилась, нашла в интернете книгу на английском. И причин так переводить эти слова не обнаружила ни одной. Зачем переводчик так перевела – понять я не в силах.

А вот с чем не могу согласиться, так это с тем, что «говорящие» имена и фамилии персонажей надо менять на такие, которые схожи с иностранными, но их значение понятно русскому читателю. Ничего хорошего я в таких заменах не вижу. Мадам де Займи, Бекки Востр, Честен... Нет, нет и нет. Уж лучше раскрыть значение таких имен и фамилий в сноске.

И еще я считаю, что сейчас нельзя делать произведения зарубежных авторов слишком уж «русскими». Нельзя иностранных персонажей наделять русской душой. Все-таки иностранцы не похожи на нас. У них во многом другое, чем у русских, мировосприятие, мироощущение. Так, например, на мой взгляд серьезной ошибкой было переводить обращение «мой ангел» как «мой родной». Это, по своей сути, тоже самое, что и «мистер с аршином». Хотя, возможно такой подход к переводу в данном случае мог быть связан с негативным отношением советской власти к религии. И поэтому-то переводчица постаралась, по возможности, убрать из текста все фразы и слова, которые имели религиозное значение.
Да и подыскивать замену названиям иностранных блюд сейчас, нет особой необходимости. Что такое, например, гамбургер, чизкейк сейчас большинство наших соотечественников знают не понаслышке.
Но, с другой стороны, слишком критиковать Нору Галь, да и других кашкинцев, думаю, за такое отношения к переводам не стоит. Большинство советских переводчиков, в том числе и сама Нора Галь, как я поняла, никогда за границей не были, не жили. И поэтому «узнавать» особенности иной, заграничной жизни, им приходилось, главным образом, только по книгам, да из разговоров с теми, кому удалось побывать в других странах.

Но в целом, я за литературный перевод. Ведь, при дословном переводе даже самое хорошее произведение может стать унылым, скучным и даже малопонятным. У каждого языка свой ритм, своя грамматика, которые плохо согласуются с особенностями русского языка. И чтобы читателю был более понятен текст произведения переводчику приходится идти на некоторые жертвы.
За что еще благодарна Норе Галь? За краткий обзор отдельных зарубежных произведений. И хотя она в своих заметках раскрывает часть сюжета, но в то же время такое «приоткрытие тайны» побуждает прочитать все произведение целиком. Так что благодаря Норе Галь мой список книг, которые я хотела бы прочесть несколько расширился.

Но вот с мнением Норы Галь о книге Агаты Кристи «Печальный кипарис» не согласна. Я читала роман и очень люблю, снятый по нему, фильм с Дэвидом Суше в главной роли. Но советскому человеку не подобало читать сентиментальные любовные истории о людях из высшего общества, о спорах о наследстве. И мнение Норы Галь, как я думаю, обусловлено всего лишь тем временем, когда она жила, идеологией тех лет. Так что обижаться за критику романа мне уж точно не стоит. Все закономерно.

Что еще можно сказать о книге «Слово живое и мертвое»? С интересом читала письма Норы Галь. Сейчас таких содержательных, ясных для понимания, увлекательных, последовательных в своем изложении, интересных даже постороннему человеку, писем, наверное, никто уже не пишет, да и не сможет написать. Тем более в этом нет и необходимости. В наши дни общение – это мессенджеры и телефоны. И я думаю, что эпистолярный жанр постепенно уходит в прошлое. Но это плохо. Люди теряют способность последовательно, убедительно и интересно излагать свои мысли в письменной форме (я уже не говорю про почерк).
И как человек Нора Галь вызывает уважение. Да, она резка, категорична, у нее непростой характер. Но она человек преданный своему делу, любящий свою работу. Она – личность в лучшем понимании этого слова. О ней хорошо отзываются друзья, родные.

Подводя итог, скажу, что книга стоит того, чтобы ее прочитать. И я рада, что нашла время на нее и познакомилась с миром Норы Галь.

«Слово живое и мёртвое» едва ли можно назвать книгой в классическом смысле. Это заметки Элеоноры Яковлены касательно своей профессиональной деятельности (она была переводчиком). Однако, инструкцией или руководством это тоже не назовешь. По структуре – это что-то по типу цикла рассказов про ошибки авторов, переводчиков, корректоров и редакторов.

Если вам приходится хотя бы иногда писать что-то длиннее заявления на увольнение, то ознакомление с этим текстом пойдет на пользу.

Но не стоит путать божий дар с другим божьим даром. Ни живое слово и уж точно ни мёртвое не заменит филологического образования, не надейтесь.

Текст объемный, но написан легко и с юмором. Однозначно он достоин внимания. Отличный способ совмещения приятного с полезным.