Чорна книга

Очень неторопливое (настолько, что пару раз я засыпала с книгой) повествование с размышлениями о жизни и очень много Турции, написанное о ней с огромной любовью: мельчайшее описание Стамбула, местной еды, истории, городских легенд, описания религиозных течений и конечно семейные отношения и поиск себя.

Главное действующее лицо - Галип. От него ушла любимая жена Рюйя и в тоже самое время пропал друг журналист Джеляль. Галип растерян, он мечется, то в поисках Рюйи, то Джалипа, то до него наконец доходит, что они могли "потеряться" вместе. И потом "Остапа" понесло... В какой-то момент мне показалось, что он сходит с ума, какие-то буквы мерещатся, скрытый смысл слов и якобы послания в тексте статей. И все эти действия написаны вперемешку со статьями Джеляля.

К сожалению, Галипа я так и не смогла понять, вернее даже, оправдать его действия. Он не создал ничего своего, не пошел своим путём, не смирился с потерей насколько это было возможно, он просто примерил на себя жизнь другого человека и она ему "подошла", так что он в ней и остался.

Однажды занесло меня попутным ветром на концерт - чемпионат по танцам живота. Первое выступление привело меня неописуемый восторг - красивая ритмичная музыка, яркий воздушный наряд танцовщицы, пластика и грация движений - все было волшебным. Через полчаса запал поугас и я уже спокойно любовалась выступающими. Еще через час мне стало казаться, что некоторые наряды и некоторые песни повторяются. К концу третьего часа я, совершенно одуревшая, перестала отличать песни одну от другой, а к концу всего чемпионата, длившегося больше четырех часов, для меня были на одно лицо и танцовщицы, и их наряды.

Вот примерно такие же ощущения у меня остались от книги - красиво, интересно, загадочно, но ровно до тех пор, пока не наступает пресыщения этими красотой и загадочностью. Далее все сливается в одно мутное пятно и... все.

Читала "Черную книгу" прошлым летом, а до сих пор помню - после прочтения осталось впечатление, что только что побывала в Стамбуле. Не том Стамбуле, по которому водят туристов, а в том, в котором живут местные жители. Наверное Памук хотел показать Турцию такой, какая она есть для самих турков, чего европейцы никогда не поймут и не увидят.

Книга завораживает. Книга очень многослойная. Книга о жизни. Это история про историю, это рассказ в рассказе. Книга о лицах, на которых написаны судьбы. И о судьбах непрочитанных лиц.

С одной стороны мне было тяжеловато ее читать, но с другой стороны я не могла оторваться.

Черная книга, которую художник шутливо дал в руки слепому, в зеркале раздваивалась, превращалась в книгу с двумя смыслами, двумя разными содержаниями.
Бывают такие картинки, которые двоятся-троятся-до бесконечности, при этом уменьшаясь в размерах, пока совсем не исчезают. Например, рисунок на котором изображен человек читающий книгу, а на обложке книги нарисован тот же человек с такой же книгой и т.д. Точно так и в "Kara kitap". Сюжет двоится, троится, повторяется, закручивает и опутывает тебя нитями, вроде как, твоих же мыслей. Почему не лично твоими? Потому что человек копирует, подражает с самого детства, а если зацикливаться конкретно на себе, то можно сойти с ума и жить в доме с белыми стенами как наследник трона. Даже любовь: "...приходит к людям под воздействием прочитанных ими историй о любви."
Сюжет вроде абсолютно прост: Галип ищет свою пропавшую жену Рюйю(любит Памук дочку, да), а заодно и Джеляля, ее дядю журналиста. На протяжении книги Галип настолько вживается в образ Джеляля, через все написанное им, что даже начинает писать за него статьи.
А Стамбул в книге, все его улочки, районы, примечательные, и не очень, места - главный герой, ни дать, ни взять!
Стамбул - это очень большая, необъяснимая страна.

Вот тут на обложке написана чудная фраза про "ядовитость Памука, который знает куда жалить своих соотечественников, ибо у Турции все чужое - мечты, одежда, алфавит, кино, сны". По-моему, это просто ностальгия, типичный ее вид. И вот не нужно говорить, что это проблема исключительно Турции, а другие страны с такими вещами не сталкиваются. Глупо как-то получается... Глобализация - штука коварная, а вот где они увидели ядовитость - тайна покрытая мраком.
Отдельное "фе!" я хочу высказать за сноски. Это местами просто феерично. Районы Стамбула подписаны все. И все одинаково. Что за бред? Если человек не знает в какой части находится Фындыклы, Кабаташ или Нишанташи, то вряд ли во время чтения ему поможет сноска типа: р-н в Европейской части Стамбула.
Самым красочным перлом было то, что "куруш" вышел из обращения. Куруш - мелкая разменная монета, 1\100 лиры. Раньше называлась пиастром:) Не знаю, как в мире переводчика, но в Турции куруш жив и вроде как спокойно участвует в денежном обороте.
Дальше было поменьше, но не менее весело:
Сноску на туннель(он же фуникулер) сделали только ко 2му разу. В первый раз это выглядело так: ГГ зашел в туннель и поднялся на Истикляль. Хотелось добавить: угу, пешком и с факелом.
Одеколон на протяжении всего текста просто умилял. Сначала я вглядываюсь в текст: на столе стоял одеколон...?! Зачем он в таком количестве? В общем, это колонью так обозвали, ту которая: "убивает главного врага всех басурман - микропа"(с)

Очень долго шла к этой книге. И морально тоже. Весна, похоже, для меня турецкое время(язык-музыка-книги), потому она попала по адресу. Были места, о которые я запиналась, но все-таки немного детектива, истории и темных улочек любимого города, и вот оно - счастье:)

Благодаря схожести азербайджанского и турецкого, с культурой Турции знакомлюсь через медиа на их же языке. Как мне удалось разнюхать, сами турки не так уж восхищены талантом Памука, для радикалов он вообще должен сгореть на донерном шампуре. Поносить Памука, это любимое занятие турецких снобов, с целью показать, что они в чём-то, да разбираются.
Влияние Достоевского именно на этот роман очевиден даже самому невнимательному читателю, как я.
Стиль его похож на Маркесовский: также меланхолично, но без юмора (вообще ни одной шутки).

Временами нам снятся сны, как мы долго гнались за чем-то жизненно важным, не сумев поймать неведомое за хвост, и просыпаемся в слезах, недоумевая днём, как совершенно не сентиментальные люди вроде меня, могут ещё плакать. Примерно такова "Чёрная книга".

Честно говоря, вряд ли я смогу описать всё, что я думаю, но всё-таки попытаюсь.
Это не моя книга, точно не моя, хотя бы потому, что я не люблю книги в книгах, намёки, жмущиеся к намёкам, витиеватость ради завитушек.

Вдобавок, будучи воспитанным на таки славяно-европейской литературе, я столкнулся с трудностями перевода турецких реалий на русский язык. Если не брать во внимание турецкие топонимы, которые до посещения Стамбула, были для меня китайской грамотой, то всё равно довольно сложно запрыгнуть сходу в гущу салепщиков, мейхан, хуруфитов и мехмедо-ататюрков.

В аннотации обещали-то детектив: у мужика Галипа пропала жена Рюйя; да и двоюродный брат куда-то делся... А "Рюйя" означает мечта...

Знаете, время от времени мы любим задавать себе риторические вопросы: "Зачем жить?", "Зачем вот это всё?", "Кто будет следующим президентом России?" и т. д. И, когда я был маленьким мальчиком, я взял в руки "Кима" Киплинга, и были там слова:

Кто я? Кто я? Это действительно словно мантра, вводящая в совершенно таинственное переживание, и таинственное именно потому, что оно всегда глубоко личное и по-разному неожиданное даже для вопрошающего. Разумеется, я не знаю, отчего оно появляется. Возможно, в тот момент, когда мы теряем тот слабый огонёк, мерцающий вдали, и оказываемся в густом и "сумрачном лесу, чей давний ужас в памяти несу"? Я не знаю. Но именно так я дешифровал потерю Рюйи, именно этим я объясняю поведение главного героя Галипа, носящегося по Стамбулу в поисках своего двоюродного брата и жены.

Знаете, если это и детектив, то метафизический, а, если говорить нормальным человеческим языком, то скорее это похоже на сон, очень грустный и муторный сон, о котором я говорил выше. Сон о прошлом, сон о колеблющихся огоньках, которые внезапно погасли, сон о потерях и прежде всего самого себя. Потому что невозможно всерьёз читать о детективе, который вместо того чтобы копить сведения в графе "Дано" и выносить следствия в графу "Решение", дабы затем произнести победоносное "Элементарно, Ватсон", вместо этого поддаётся неясным порывам и беседует с мужиками-конспирологами, у которых жидо-масонский заговор головного мозга и вообще мания фурибунды во все поля.

Но это в общем-то было бы ещё ничего, если бы не то обстоятельство, что это плохо написано. Серьёзно. Читая книгу, читатель узнает, кто живёт на дне Босфора и что там лежит, но не узнает, что чувствовал главный герой после несколько-часовой прогулки по огромному городу кроме его метафизических переживаний. Болит ли у него большой палец правой ноги? Хочется ли ему жрать? Что он чувствует в тот момент, когда его подкалывают, или он выслушивает откровенную ахинею? и т. д. Как по мне, человеку, почти не отходящего от станка, очень важно знать, почему главный герой, работающий юристом, за все дни поисков лишь раз позвонил на работу, не выпросив предварительно отпуска? Ну бывает чё, забыл.

Так что если вы хотите немного отвлечься и вспомнить, что вы чутка заблудились по жизни, открывайте "Чёрную книгу". Только предварительно намажьте спину вольтареном, чтобы не отвлекаться.

А ведь мне впору танцевать ритуальные танцы с бубном или хотя бы залиться декалитром-другим раки, заедая его (ее?) пахлавой, чтобы отметить, что я таки дочитала эту книгу. Ведь настолько не моим автором, как Памук, еще быть надо, а вот уже третий раз приходится читать его. Впервые это случилось по доброй воли и собственному желанию - новый лауреат Нобелевки, йо, надо покупать! "Снег" мучился пару месяцев и таки не был домучен... Второй раз очень хотелось кушать в студенческие годы, а платили копеечку именно за рецензию на Памука. Так что "Имя мне Красный" прочла и полностью, и быстро, но зареклась читать турецкого товарища даже за деньги. А тут, 7 лет спустя, выпал он мне в игре, и я решила, что, авось, доросла. Нет. Не доросла.

На этом, наверное, и можно было бы закончить, но тогда это будет не рецензия, а история, а нужна именно рецензия. Потому придется продолжать.

Итак, "Черная книга". И что же в ней такого плохого? Да все, как по мне. Ведь если бы книга была вся кафкианско-абсурдной, ее можно было бы воспринимать именно как таковую. Если бы она вся была фактически-исторической, можно было бы оценивать ее с этой стороны. Была бы она мифическо-легендарной, тоже было бы ничего. Но когда это все намешано под одной обложкой, а взболтнуть не забыли, но сделали это слабенько, то коктейль получился совсем не по рецепту - ни тебе смешения вкусов, ни четкого разграничения. А я такое ой как не люблю...

Потому нагло брошу конструктив, забодяжу себе "Мохито" и буду читать что-то если не повеселее, то по-моее, например, "Достоевского над бездной безумия". Давно собиралась.

Запутанная история турецкой семьи, странный треугольник: дядя Джеляль, известный на всю страну журналист, брат и сестра и одновременно муж и жена Галип и Рюйя. Однажды Рюйя уходит от Галипа, Джеляль куда-то пропадает и Галип отправляется на их поиски, так как считает, что они скрываются вместе. Самое главное достоинство книги - богатейший культурный контекст. Вся она пронизана турецким духом. Культура, история, литература, традиции этой страны, - все это нашло отражение на страницах книги. Героя, как и всю Турцию, мучают поиски себя, поиски самосознания и самоощущения. Что написано на его лице? Что значат окружающие знаки? Что скрыто за буквами?
Как жить в стране с многовековыми традициями, которые сейчас никому не нужны, которые отринули в угоду европеизации? Почему все смотрят на дешевые западные афиши, а турецкие манекены спрятаны в подвале. Множество вопросов, которые задает Памук. Ответить на них могут только в самой Турции.
Книга произвела очень сильное впечатление, сразу возник интерес к истории и культуре Турции, захотелось лично побродить по улицам Стамбула и увидеть все лично.