Wellness

Как-то так случилось, что я прочитала две книги о супружеских отношениях почти подряд, и обе произвели на меня впечатление, хотя они очень разные – и книги, и впечатления.

Начав читать первую – нежную и романтичную - часть «Велнесс», я понадеялась, что и остальное содержание будет не хуже. Но я и не подумала, что дальше это окажется литературной иллюстрацией к концепции ЗОЖ, активно пробивающей себе дорогу в массовое сознание таким вот специфическим образом. Я бесконечно равнодушна к ЗОЖ в любом его измерении и сосредоточилась только на линии отношений супружеской пары героев – фотохудожника Джека и нейробиолога Элизабет, абстрагировавшись от правильного питания, физических нагрузок, осознанного потребительства и прочего. Но потом книга оказалась настоящим перевертышем: к моей радости ее смысловые кульбиты продолжались и продолжались, и все мне было интересно. Пожалуй, давно я не читала книгу так долго и сосредоточенно.

Она была полна ракурсов, контекстов и ассоциаций, в ней было столько содержания, что его самого (и размышлений о прочитанном) хватило бы на много других книг, и главное – она была буквально пропитана внутренним трагическим психологизмом тревожности бытия, столь характерным для сегодняшней жизни. Мне понравилась ее структура: каждая глава с новой позиции формировала читательский взгляд на брак, детско-родительские отношения, влияние социальных сетей, конкуренции, предательстве и пр. Я прочитала ее с глубоким ощущением того, что автор открыл мне глаза на многие вещи, о которых я раньше мало задумывалась. Мне в ней понравилось почти все.

И вот что я при этом думала:

• да, не всякий брак вынесет монотонность и рутину,
• да, не каждый человек вынесет партнера-ЗОЖника и уж тем более доморощенного и непоследовательного в своем усердии спортсмена,
• да, не всякие отношения выдержат постоянный контроль и навязчивое внимание одного из партнеров или рекомендации, почерпнутые с сайтов-продавацев (любовные записочки, обнаруживаемые в собственной сумке, или посылаемое из другого конца комнаты движением губ или жестом безмолвное «люблю тебя» могут заставить задуматься о чем-то совершенно ином, чем хотелось бы партнеру),
• да, не каждый родитель вынесет сложного ребенка, зацикленного на девайсах,
• да, чувства со временем теряют свежесть и яркость красок, глупо надеяться, что конкретно у кого-то это будет не так,
• да, брак должен оставлять свободное пространство для индивидуальной жизни, это не плен,
• да, с возрастом люди меняются, и у них обнаруживаются ранее незамеченные тараканы в голове, а также появляются новые, отличные от прежних представления о себе, о другом, о жизни, о мире и пр. - бороться с этим бессмысленно, но выражать отношение нужно, и уж тем более не стремиться быть заодно в каких-нибудь благоглупостях,
• да, любые отношения требуют внутренней позитивной динамики, и это – дело обоих, а не кого-то одного и уж тем более не участников со стороны,
• да, по молодости разница между партнерами заметна меньше, да и не хочется ее принимать во внимание, но трещинки, которые есть изначально, могут со временем разрастаться до пропасти, и готовность их сшивать и замазывать должна быть у партнеров до того, как они приняли решение наслаждаться брачными узами,
• да, вступая в отношения, вряд ли стоит верить, что твоя миссия – изменить партнера к лучшему (в своем понимании), указывать ему, как жить, все-таки свою аутентичность никто не должен приносить в жертву даже сильным чувствам,
• да, бесконечный рай в шалаше невозможен, хоть верь в это, хоть не верь,
• да, психолог браку не помеха,
• да, ощущение счастья переживает свои взлеты и падения, и во впадине U тоже можно прекрасно себя чувствовать, если не идеализировать потребность в счастье как таковом,
• да, жизнь одна, и прожить ее надо так, чтобы не вспоминать всяко-разное,
• да, со временем начинаешь чувствовать собственную жизнь как историю и по мере завершения ее разных эпизодов усматриваешь в ней самые ценные золотинки,
• да, даже сценки 18+ могут быть очень неаппетитными,
• и – нет, никакая это не сатира на американский социум, это – качественная художественная рефлексия современной жизни.

  Главный, хотя практически единственный, минус книги для меня был в том, что она переполнена многочисленными просветительскими вставками на психолого-педагогические, социальные, искусствоведческие и иные темы, звучавшими с интонациями неофита (даже библиография есть!). Наверное, в этом сказалась авторская журналистская манера, но почему-то казалось, что без них вполне можно было бы обойтись, что сделало бы книгу более информационно плотной (мне, например, совершенно не нужна была история, как Лоуренс осваивал Интернет). Они очень портили впечатление, как если бы я на первом курсе читала учебник по психологии, где в стопятьсотый раз описывается эксперимент с маршмеллоу.

  Тем не менее, это все равно не изменило мое уважительное мнение о книге и ее авторе. И я купила «Нёкк».

Ну вот никак я не научусь понимать современную прозу — мы с ней то ли разговариваем на разных языках, то ли просто идём параллельными дорогами. Мне всегда кажется, что ей не хватает текучести, того пушкинского дыхания фразы, когда слова сами уносят тебя вглубь. Часто ощущение, что читаю длинный репортаж в журнале: всё умно, даже блестяще, но без той красоты, ради которой хочется перечитывать абзацы вслух.

А взялась я за роман осознанно: слишком заманчиво звучали заявленные темы. Кризис пары и их брака, детские травмы и их отголоски во взрослой жизни, границы родительской любви, поиск себя в эпоху бесконечной самодиагностики и культурных «тренингов по счастью». Хотелось взглянуть, как современный автор распутает такой узел.

И, признаюсь, местами Хилл задевает нерв так, что кровь идёт быстрее.

Джек и Элизабет когда-то встретились на арт-перформансе, влюбились, а теперь живут в рутине с ипотекой и ребёнком. Автор дотошно показывает, как взрослые обиды растут из детских историй: несказанные слова, родительские ошибки, наследуемые модели поведения. Эти главы — почти отдельный роман, полный деталей, запахов, неожиданно точных наблюдений и щемящей боли.

Но чем дальше, тем сильнее ощущение, что Хилл не удержал баланс. За блестящими сценами о любви и памяти вырастают километровые отступления: рассуждения о вере, науке, искусстве, социологии. Порой казалось, что читаю лекцию по культурологии, алгоритмах фейсбука, а не историю семьи. Да, умно. Да, есть абзацы, от которых горит пятая точка— точные, острые, болезненные. Но в целом роман превращается в огромный коллаж, где личная драма тонет в авторских экспериментах.

Финал — без спойлеров — оставил двойственное чувство: вроде всё логично, но хотелось не умной запятой, а настоящего эмоционального удара.

️ Итог? Книганеплохая, но не моя. Идеи, глубина анализа, социальная оптика — да. Но язык, стройность повествования? Мне нужен тот самый поток, из которого невозможно вынырнуть. Здесь его нет. Я запомню отдельные страницы — про детство, про уязвимость любви, — но целое не сложилось в музыку, ради которой я открываю книгу.

В кои-то веки я не стала откладывать новинку лет на десять, чтобы отлежалась как следует. Роман понравился. Поначалу показался легковесным и поверхностным (зачем это мне? я такое не читаю! может, бросить?), потом пошло ускорение и понимание (ага! так это прием! эта книжка раскрывается как цветок, лепесток за лепестком!). Автор — действительно прекрасный рассказчик, умеющий держать интригу до конца, как в детективе, и работать в нескольких регистрах одновременно — сентиментальном, юмористическом, психологическом, научном.

Сюжет, казалось бы, бесхитростный: современная американская семья, Ромео и Джульетта двадцать лет спустя, пытаются реанимировать притупившиеся чувства. Каждый со своей стороны так старается. А отражается в этом кривом зеркале вся наша эпоха с ее стереотипами.

Особенно удалось дефиле психологических шаблонов, которые нам скармливают популярные издания — прямо-таки магия и ее разоблачение. История при этом перетекает в жанр исследования — для меня это было самым интересным. Автор хорошо прошерстил источники. Тут и эффект плацебо от многочисленных БАДов, и зефирный эксперимент с малышами, и приложения по улучшению семейной жизни. Каких только опытов не делают над своими детьми и супругами излишне ответственные невротики. Прописала бы эту книжку всем, у кого есть семья и дети.

Иногда встречаются книги, после которых внутри остается не просто след, а тихое, вибрирующее эхо. "Велнесс" Нейтана Хилла именно из таких. Это не про любовь в привычном смысле, а про нашу жизнь — о том, как мы пытаемся быть "правильными" в эпоху осознанности, лайков, бесконечных курсов по саморазвитию и поисков "лучшей версии себя". Но за всеми этими практиками скрывается простое человеческое желание: быть нужным, любимым, живым.

Я открывала книгу с осторожностью, почти с недоверием. Обложка казалась чужой, слишком демонстративной. Но за ней скрывалось нечто совсем другое — глубокое исследование человеческой близости и боли. Мы читали её вслух с мужем, и это стало особым опытом: история отзывалась одинаково сильно у нас обоих, словно автор писал о нашей жизни. В ней мы находили свое прошлое, своих близких, свои страхи, эмоции, попытки понять друг друга. Главная сила романа — в том, что он вскрывает темы, о которых редко говорят даже с самыми близкими: трудности в сексе, чувство вины, усталость от брака, страх потерять себя. Любовь здесь перестаёт быть бурей и превращается в зеркало, где видишь не другого, а самого себя.

Сюжет начинается в 1990‑х, когда Джек и Элизабет встречаются в Чикаго. Он — тихий художник из Канзаса, она — умная и целеустремлённая женщина, уставшая от чужих ожиданий. Их союз рождается из одиночества и поиска свободы. Но двадцать лет спустя они уже типичные представители среднего класса: работа, ребёнок, ипотека, гаджеты. Вместо свободы — привычка, вместо бурной любви — тревожная пустота.

Нейтан Хилл ведёт повествование нелинейно, сплетая прошлое и настоящее. Он показывает, как травмы детства и родительские тени не исчезают, а становятся частью взрослой жизни. Джек и Элизабет несут их в себе — как и мы все.

"Велнесс" — это книга о человеческой недостаточности в эпоху избытка. О том, как мы заменяем живое чувство красивыми теориями, близость — контентом, а боль — практиками "осознанности". Автор пишет иронично, но с состраданием. Его язык почти научный, но при этом живой и эмоциональный. В сатирических наблюдениях он попадает прямо в цель: фальшь соцсетей, синдром сравнения, культ перфекционизма, превращённый в новую религию.

Читать этот роман невозможно спокойно. Он впивается в тебя, заставляет дышать чаще, чувствовать глубже. В какой‑то момент понимаешь: это не история Джека и Элизабет, это история нас всех — уставших, тревожных, зависимых от нормы. Мы ищем ответы в технологиях, марафонах по "осознанности", модных диетах, но остаёмся пустыми внутри.

После прочтения остаётся ощущение тревожной наполненности, будто что‑то важное изменилось и требует осмысления. "Велнесс" — зеркало современности: трепетное и беспощадное. Оно показывает нас такими, какие мы есть — напуганными, противоречивыми, но всё ещё открытыми надежде.

И, возможно, главный вывод книги прост: настоящее благополучие начинается не с фильтрованной воды или йоги на рассвете, а с умения быть честным перед собой и другими. Всё остальное — лишь зависимость от нормы, которая делает вид, что спасает, но на деле только прячет пустоту.

Советую к прочтению.

Наверное, если бы не прекрасные книжные друзья, прошла бы мимо романа «Велнесс» Найта Хилла. А это действительно хорошая, качественная современная литература.

Изначально меня смутило название. Миль пардон, но я не знала, что велнесс – довольно привычное слово, обозначающее здоровый образ жизни, концепцию альтернативной медицины. Я же его перевела как неплохо, мол, всё окей. Вот такой я необразованный, дремучий человек. Впрочем, велнесс и в книге можно трактовать по-разному.

Обложка яркая, запоминающаяся. Но у меня ассоциируется почему-то с якудза. Но ни к Японии, ни к криминалу книга не имеет отношения.

Это Америка. Наши дни. Главные герои – Джек и Элизабет вместе 20 лет. Их отношения начались в духе слащавого любовного романа – он, она и окно. Да-да, окно. Какие-то сцены мне и вовсе напомнили фильм «Одержимость» с Джошом Хартнеттом. Казалось, эти двое просто созданы друг для друга. Но идёт время. У них появляется сын, они вкладывают деньги в квартиру в престижном районе Чикаго. И при этом абсолютно несчастны. Всё вроде так, да не так, как надо. Может быть, всё дело в том, что Джек так и не смог реализоваться как художник, а научные изыскания Элизабет вообще нельзя публиковать под её именем? Но тогда, почему и другие внешне идеальные пары испытывают кризис в отношениях?

Прав был Лев Николаевич Толстой, ой как прав: все несчастные семьи несчастные по-своему. Эту фразу можно было бы продолжить: все несчастные семьи пытаются найти выход по-своему.

Чего только не испробовали Джек и Элизабет – от занятий в спортзале и покупке браслета здоровья, до заказа секс-игрушек и попытки стать своими в очень странном клубе, где пожилая женщина отплясывает в платье, сплетённом из презервативов. В общем, скандальной жене репера Канье Уэста Бьянке Цензори с её прозрачными платьями есть к чему стремиться.

Меня тронула сцена в магазине, когда ребёнок главных героев закатывает истерику. Хотя мои дети такие концерты устраивали исключительно дома, я вспомнила, какого это – остаться наедине с любимым маленьким монстром. С одной стороны, он тебя безумно раздражает, с другой – тебе его невероятно жаль.

В книге под разным углом показаны: и наша зависимость от соцсетей, и вера в аффирмации, и карты желаний, и детские травмы, и не умение признавать проблемы, и боязнь стать плохими родителями. Всё это подано остроумно, легко и с юмором.

Эх, жаль, что нет волшебной таблетки, плацебо, чтобы склеить разбитую чашку. Впрочем, это уже слишком жирный спойлер.

Джек — хрупкий фотограф с факультета искусств.

Элизабет — студентка, взвалившая на себя слишком много курсов.

Они еще не знакомы, но заранее очарованы, так как подглядывают друг за другом в окна, каждый в тайне от другого. Они оба обрубили свое прошлое острым топором и решили больше о нем не вспоминать, переехав в Чикаго и спрятавшись в большом городе от воспоминаний.

Двадцать лет спустя они — вполне успешная внешне пара, покупающая «дом на всю жизнь» в модном районе. Они воспитывают сына, ходят на вечеринки соседей и организовывают быт. Но их брак будто бы разъедает ржавчина: она устала от быта и подозревает, что у их сына особенности развития, он хочет больше тепла от жены и поддержки, но продолжает упираться в стену ее безразличия. И даже по еще недостроенному «дому на всю жизнь» уже идет трещина — она хочет раздельные спальни, а он считает это практически предательством их любви.

Взрослый Джек — временный профессор, чье творчество уже двадцать лет замерло на стадии капания химикатов на чистую фотобумагу. Элизабет руководит фирмой, исследующей эффект плацебо. Они оба посвятили жизнь пустоте, белому пятну на жизни, иллюзии упорядоченности. И эта пустота начинает расползаться и заполнять их жизни все больше.

На первый взгляд можно подумать, что это обычный роман про кризис брака, о чем тут говорить шестьсот страниц? Но стоит приглядеться получше, потому что Хилл подходит к своему проекту почти как к докторской диссертации, вплетая в жизни таких обычных людей размышления о влиянии искусства, алгоритмах соцсетей, информационных страхах, которые нас окружают, о плацебо и о красивой картинке, за которой прячется буря. (В каком еще романе вы найдете десяток страниц с источниками в конце?)

«Велнесс» - это нелинейный роман, в котором читатель прыгает не только от Джека к Элизабет, но и из настоящего в прошлое и обратно, и не забываем про главы-размышления о том, как непросто в современном мире найти что-то реальное. Хилл будто бы стоит над плечом читателя, тыкает пальцем в особенно важные строчки и вмешивается в споры героев (он буквально комментирует их ссору). И поэтому остается ощущение совместности, сопричастности, даже когда читаешь книгу один.

Детство героев разбивает сердце, но при этом добавляет больше смысла их настоящим версиям. Джек всегда был нелюбимым ребенком, а на его плечи взвалили страшную вину, и теперь он боится вновь стать одиноким. От Элизабет всегда требовали быть идеальной, и поэтому она неосознанно ищет в своем ребенке недостатки. Даже по их общению с сыном видно, насколько они иначе воспринимают мир: рядом с Джеком сын кажется самым обычным ребенком, а глазами Элизабет мы видим капризного ребенка с вероятными отклонениями.

Этот роман непредсказуем, но говорит о вечном — о любви, о родителях и детях, о роковых случайностях и критических недопониманиях. Он непредсказуем, как разговор со случайным знакомым в ночном поезде. И это делает его таким чудесным — ни за что не угадаешь, о чем будет следующая страница. Долгое и не самое простое чтение, но прокатившее меня по всем эмоциям, от смеха до жалости, от стыда до сочувствия. В человеческих жизнях много нелепого и непонятного. И Хилл предлагает на это посмотреть.

О чем?

История отношений двух сломленных людей. Джек — подающий надежды художник в прошлом, сейчас читает лекции. Элизабет — наследница семьи Огастинов, сейчас занимается изучением плацебо и его влиянием на испытуемых. В молодости их окна были расположены друг напротив друга, и история любви началась с подглядываний. Двадцать лет спустя — муж и жена. Как любовь двух душ превратилась в ложь? И в тоже время как розовые очки в молодости превратились в оплот семейного счастья и стабильности?

Минусы:

Вот знаете, я не могу понять: то ли история слишком гениально написана, что минусов нет, то ли это графоманские псевдонаучные размышления, несмотря на внушительную библиографию в конце книги, что уже само по себе огромный минус.

Повествование скачет во времени.

Плюсы:

Самый важный — желание дочитать до конца, чтобы понять свое отношение к точки зрения автора на любовь.

Читается легко, несмотря на тяжелые темы.
Читается эмоционально из-за острых моментов.
Читается долго из-за попыток примерить их проблемы на себя.

Анализ отношений в призме эффекта плацебо.
Американское искусство, в частности разбор картины "Прерия в огне" и сравнение роли человека на всеобщем обозрении.
Эксперименты. Неприлично большое количество испытаний, исследований, статистики как людей, так и мира вокруг них.

Достаточно сильный бэкграунд героев. У каждого своя драма. И да, все проблемы из детства.

Раскрыты проблемы американской недвижимости, воспитания детей, человеческих норм морали и этики.

Плюсами можно проспойлерить книгу. Но в целом много информации для размышлений. Либо автор провел скрупулезную работу в поиске достоверной информации объясняющей принципы любви или влюбленности, либо он просто издевается над институтом брака и семьи.

То ли автор пытается сказать, что отношения — слишком сложный механизм, то ли говорит такие очевидные вещи после которых задаёшься вопросом: "А почему мы всё усложняем? Любовь — это же так интуитивно и легко!"

Для кого?

Для тех, кто хочет взглянуть по-новому на любовь, партнеров, ожидания. Для тех, кому нужно вдохнуть жизнь в устоявшиеся отношения. Для тех, кто хочет вспомнить с чего всё начиналось. Для тех, кто хочет посмотреть на свою семью со стороны.

Кому не стоит?

Тем, кто любит «выкидывать страницы» из книг. Что бы важного автор не хотел сказать, таким читателям захочется текст сократить. Тем, кто не готов смотреть правде в глаза по каким угодно причинам.

Вердикт.

Я рекомендую! Но будьте аккуратны, книга может вас стриггерить. А еще, не забывайте говорить своим половинкам, как сильно вы их любите...

Какая же это прекрасная книга! Она, скорее всего, станет лучшей из прочитанных за год, очень жалею, что не имею бумажного файла, чтобы уже начать перечитывать и деребанить на многочисленные цитаты и даже куски текста. Роман немаленький по объему, но еще больше в нем поднятых автором тем. Здесь и извечный конфликт "отцы-дети", и проблемы материнства, кризис среднего возраста и семейный кризис, искусство фотографии и искусство вообще; Канзас и Чикаго, бескрайние прерии, свингерский клуб и социальные сети; главы, посвященные компьютерным алгоритмам и плацебо, - наиболее, мне кажется, сильные и любопытные. С таким взглядом на брак и любовь я еще не сталкивалась, и это неимоверно круто.

Ну что ж, однажды главные герои встречаются, а как же без этого? Окна их домов смотрят друг на друга и они тихонько подсматривают за жизнью друг дружки. Элизабет - наследница великого состояния, нечестно нажитого поколениями предков , сбежавшая и отрекшаяся от своей семьи. Она нахватала множество курсов и проводит свои дни в учебе, чтении. Он - Джек, родом из далекого Канзаса, тщедушный художник-гномик (маленького росточка и почти прячется за швабру, непонятно только, как на таком тельце уместилась огромная татуировка. И да, очень не люблю таких вот ..хм..мальшиков, лишь голос Переля мог частично меня с ним примирить), без гроша в кармане, да, в общем, и без особого таланта. Спустя 20 лет эти двое - семейная пара, переживающая такой банальный и такой необычный по-своему кризис. Элизабет проходит в материнстве все круги ада, а бунтарь Джек - преподаватель с уже появившемся животом (но он все еще тщедушен и мал, не забываем!) пытается день за днем, ночь за ночью добиться расположения своей супруги, получить хоть толику тепла и любви...

У автора много обо всем, как я и упомянула выше. Что-то раздирает душу, что-то заставляет задуматься, и таких тем много, много мыслей. "Любовь — это когда видишь в ком-то другом нечто такое, чего хочешь для себя." - говорит автор, и я согласно киваю, потому что хочу выйти замуж за хороший мотоцикл.

“Сможешь ли ты когда-нибудь полюбить такого сломленного, такого жалкого человека, как я?”

Представьте, что перед вами огромное полотно, на котором изображена картина жизни двух людей. Не генеалогическое дерево, с указанием имен и родом занятий, а вся жизнь в целом. Чувства, эмоции, случай с теннисной ракеткой в детстве, история про то, как не смог открыть окно в классе, а какая-то девчонка оказалась сильнее и смогла. Навык превращаться в серый камень, когда отец в ярости. Умение прятать свои желания, когда мать за них критикует. Мечта уехать, вырваться, осиротеть. Мечта быть не таким как все.

Полотно перед вами такое огромное, такое большое, что вам сложно с чего-то начать, поэтому сначала вы смотрите на один фрагмент – двое, парень и девушка, смотрят друг на друга в окно. Они еще не знакомы, но ждут этой встречи каждый день. Она купила маленький коврик и положила на пол у окна. Он знает все ее привычки. Потом вы разглядываете другой фрагмент – им уже где-то 40, они покупают квартиру и спорят о ремонте, у них сын, требующий особого воспитания… Потом ваш глаз перескакивает в другой угол – история как Она получила первую работу. Другой фрагмент – что случилось с его старшей сестрой. Картина огромна, вы постепенно, шаг за шагом, погружаетесь в чужую жизнь. Жизнь двух уязвимых и хрупких людей, которые ищут друг в друге спасение.

«Твой муж фотографирует ничто, ты прописываешь людям ничто. Он фиксирует ничто на пленку, а ты добавляешь ничто в таблетки. Он занимается искусством ничего, ты — наукой ничего. Вы оба этим одержимы: ничем, пустотой, пробелом, отсутствием»

Пустота не означает отсутствие. Пустота как кризис среднего возраста. Кризис брака – в одном фрагменте. Одиночество, непонимание как проявления пустоты в другом. Поиск отправной точки, чтобы разобраться что делать дальше. Попытки разобраться в себе – во всех временных отрезках. Ошибка думать, что раньше пустоты не было, а потом она появилась. Или что в какой-то момент человек научится ее заполнять. Нейтан Хилл наглядно показывает, что «пустота» – это клише, штамп, который лепят те, кто вас не знает.

«Иногда чувствовать себя плохо полезно. В плохом самочувствии должно быть какое-то преимущество. У боли должен быть какой-то смысл. Верно же? Я считаю, что боль — это своего рода система сигнализации»

Книга-сигнализация. У каждого героя романа Н. Хилла своя боль, рассказывая и описывая проблемы современной семьи, творческого кризиса, системы здравоохранения, алгоритмов соцсетей, общества потребления и фанатиков ЗОЖ, социологических исследований, стремления быть хорошими родителями, Хилл включает сигнализацию. Смотрите, что означает ваше стремление все рационализировать. Смотрите, что означает ваше желание сосредоточиться на своих желаниях. Смотрите, что означает замкнуться в своем мирке. Не обязательно чувствовать эту боль на себе, чтобы понять эти сигналы. Достаточно прочитать о них.

Я… Мне так много хочется сказать и рассказать, меня постоянно что-то цепляло в этой книге. Наверное, идеально бы - писать по одной рецензии каждый день, в один день рецензия о браке в романе (центральная тема, как без такой рецензии?), в другой день об эффекте плацебо. В третий – об одиночестве. В четвертый – об ошибках и страхах, о неуверенности в завтрашнем дне.  Я нахожусь под таким большим впечатлением, что теряюсь. Не знаю о чем именно писать. Хотя один кусок текста, я все-таки пропустила. Но это уже мой личный триггер, не хочу оставлять спойлеров, т.к. это напрямую касается сюжета.

Эта книга огромна. Просто огромна. Т.е. чисто технически в ней чуть меньше бумажных 700 стр., почти 1300 электронных страниц в телефоне или чуть меньше 25 часов аудио формата (я сочетала аудио формат и электронный). Но фактически, значительно больше.

Это одна из лучших книг этого года и совершенно точно, лучшее из прочитанного этим летом. Эта книга из тех, что хочется прочесть заново, едва закрыв. Что за простотой формы скрывает множество проблем. Книга, которая включает сигнализацию… Срез развития современного общества, брака и отдельной личности. Кризис традиционных ценностей и новых идей. Плацебо и пустота, одиночество и уязвимость. И любовь.