Yellowface

Что делает историю хорошей?

1. Ты погружаешься в неё с головой. Что и произошло со мной при чтении этой книги. В какие-то моменты я буквально останавливалась перевести дух, потому что вынести это становилось выше моих сил. Сопереживания, "испанского стыда", осуждения, ужаса, опять сопререживания, нервного смеха хватило на все триста с лишним страниц. Скучных моментов для меня в этой книге не было.

2. Сложность - как композиционная, так и смысловая. Автор даёт немало поводов подумать о разных этически спорных и просто глубоких вещах, подавая их в увлекательной и где-то даже провокативной манере. Неоднозначно и отношение к гг. В начале книги и множество раз по ходу сюжета она предстает мелочной, завистливой, невежественной, самодовольной расисткой, но этим её образ далеко не исчерпывается. Автор видит в Джун не просто расистку и плохого человека, но человека, и следует принципу "пусть будут выслушаны обе стороны".
На протяжении повествования Р. Куанг ведёт сложную игру с читателями, иронизируя над собой и другими, обманывая ожидания, так что тот отрывок, где Джун решает написать книгу о себе и Афине, в которой будет полностью контролировать нарратив, даже показался мне обнажением приёма. Куанг полемизирует со своими оппонентами и критиками так, как это делал Пушкин в "Евгении Онегине". Она занимает разные точки зрения, она вкладывает крупицы истины в слова Джун и в слова её хулителей, а затем и той, и другим достаётся от нее порция язвительнейшей критики. Поистине, NoHeroesNoGods.
Здесь есть повод порассуждать о том, насколько толпа на самом деле хочет знать правду, или ей просто нравится иметь повод для травли и самоутверждения. Здесь, на мой взгляд, доступно показано то, почему не стоит (или, в крайнем случае, следует с очень большой осторожностью) писать о чужой, не своей культуре. Вовсе не потому, что тебя изорвут на куски активисты (хотя и это, бесспорно, произойдёт, а вот хорошо ли это - один из вопросов, что ставятся в книге). У этого действительно есть объективные и серьёзные основания, и автор сумела мне понятно объяснить, каковы они. Я, чтобы лучше понять чувства азиатов от глупого и недостоверного их описания в "Последнем фронте", вспомнила свои ощущения от просмотра диснеевского мультфильма "Анастасия" - эксперимент удался, получилось доходчиво.
Еще один из поднятых в книге вопросов: зачем люди пишут книги, и из каких соображений стоит этим заниматься? В статье одной известной писательницы и преподавательницы литературного мастерства я как-то прочла, что на занятиях она задаёт своим студентам вопрос: "Почему люди должны услышать эту историю?" Это немного иной вопрос, продолжала она, чем "почему вы хотите её написать". Подумайте не о том, что написание этой книги даст вам, а что оно даст читателю. Книга начинается с темы, которая волнует писателя, с того, что писателю есть что сказать. В этом была главная ошибка Джун: ей было нечего сказать. В случае с "Последним фронтом" она взяла чужую выстраданную тему и поступила с ней, как неродная мать с младенцем в соломоновой притче. Тема второй книги была её собственной - и книга удалась, хотя маховик подозрений и хейта уже раскрутился и не дал ей насладиться вполне заслуженным успехом. Я испытала боль от того, как Джун провела мастер-класс у подростков, не только из-за крайней гнусности такого поведения учителя и "наставника", но и оттого, что это была так бесконечно глупо и до слез обидно упущенная возможность сделать что-то полезное, не стать в очередной раз анти-Мидасом и, может быть, в конце концов найти свой собственный голос. Но нет. Ещё один вопрос для размышлений, за который я испытала прилив уважения к авторке, был сформулирован так: "Is it ok to send death threats to Karens?"
("Карен" - это типаж спесивой белой расистки, презирающей цветных и готовой ходить по головам ради собственного превосходства. Да, неприятная личность, но действительно ли нормально присылать ей за это письма с угрозами физической расправы?
... А вот высмеивать таких особ - то, что нужно, и Куанг с этим блестяще справляется.)
И это только малая часть того, о чём эта книга.

И, наконец,

• "Меткость" сатиры. Было такое определение в старых советских предисловиях к книгам: "меткая сатира". Вот это она.

(*в результате чего сложилась странная ситуация, когда тысячи приверженцев Трампа бросились покупать книгу о тяжелой судьбе китайских рабочих). Неожиданность и абсурдность этой фразы и самой ситуации в полной мере дали мне почувствовать, что такое "смех и грех". Это был тот случай, когда ахаешь, закрываешь лицо и смеёшься одновременно. Да, Джун, это неожиданное достижение, когда тебя защищают откровенные фашисты. (Но Джун свое моральное падение стойко переносит. Никакому моральному падению её с пути не сбить!) Однако ведь крайне правые всполошились не совсем из-за Джун. Они не обратили бы на неё никакого внимания, если бы не безумный хейт. Не забывайте, как бы говорит автор, в природе сохраняется баланс, и радикализм с одной стороны неизбежно отзовется радикализмом с другой. Может быть, не стоит "бороться за социальную справедливость" таким образом, чтобы не осталось камня на камне? Хейтерство и травля - это не борьба, а вредная глупость.

В общем, хочется отдать должное: автор умна и талантлива. Такой остроумной, захватывающей и эмоционально напряженной книги я не читала уже давно. Одна из тех вещей, которые я больше всего ценю в литературе, - это возможность "побывать в чужой шкуре", посмотреть на мир чужими глазами и попытаться чуть лучше понять других людей. В этом случае, кажется, это получилось.

Напоследок из самых добрых и дружеских побуждений хочу посоветовать при наличии любой другой возможности не читать этот роман в переводе Александра Шабрина. Перевод этот похож на грязное, заплеванное и довольно кривое зеркало, в котором отражается достойный гораздо лучшей оптики пейзаж. Не говоря уже о том, что отдельные участки этого зеркала замазаны краской, и поверх нарисовано что-то, чем переводчик по своему вкусу захотел сдобрить текст. В многотысячный раз пожалела о своей неспособности переводить художественные тексты. Эту книгу перевела бы с большим удовольствием.

Афина Лю, американка китайского происхождения, — любимица книжного мира, автор нескольких бестселлеров.
Джун Хэйворд, просто белая девушка, — автор лишь одного романа, возможно, неплохого, но оставшегося совершенно незамеченным.
Как же это несправедливо! Ведь как писатель Джун ничуть не хуже Афины. Издательский мир жесток, и пробиться в него — ещё полдела. Закрепиться, чтобы тебя не забыли — вот что сложнее.

После несчастного случая с Афиной у Джун появляется такая возможность. Нужно всего лишь всех крупно обмануть.

Очень увлекательный роман, читала не прерываясь, literally каждую свободную минуту.
Я вижу его как сатиру на современные устои (куда ни посмотри, везде в любой момент рискуешь услышать, что ты расист), на могущество соцсетей и Интернета (отмена любого человека происходит сразу и зачастую навсегда), ну и неприглядная порой изнанка книгоиздания тоже видна на просвет весьма отчётливо (занята некая этническая ниша одним писателем — горе остальным, уже перебор).

Где-то в телеге видела, что перевод романа подкачал — ну вот то, что бросилось в глаза прямо сильно:
в тексте — ноутбуки (на деле же «блокноты»);
книга «Помощь» (угадайте, что) и пр., и пр.

Волна неоднозначных отзывов на этот роман докатилась в свое время и до меня, потому стало интересно составить свое собственное мнение о данной книге.

Две молодые писательницы, знакомые с колледжа, иногда встречаются для совместного времяпровождения: сходить в ресторан, в клуб, на вечеринку или просто иногда посидеть посплетничать. Одна из них Афина - американка китайского происхождения, успешна, находится в списке топ-писателей современности, является любимицей публики и удостаивается все возможных премий. Другая – Джун – белая американка с провальным дебютным романом, в поисках дохода и без славы. Сразу хочу отметить, что у Куанг это не первое прочитанное произведение, и здесь, как и в других, писательница довольно явно противопоставляет монголоидную расу представителям европеоидной расы или желтых белым.

Однажды Джун и Афина отмечают новый контракт последней и, Афина не применув случаем, решает показать своей близкой знакомой новый роман, над которым работает. Джун хватает пары страниц, чтобы понять, что это гениальная работа и одновременно осознать, насколько же она сама не обладает подобным талантом. Ну а дальше по сюжету начинается какой-то сюр: находясь в далеко не трезвом состоянии, знаменитая писательница давится блинчиком и умирает на глазах Джун. В свою очередь последняя, наблюдая предсмертные муки Афины, на автомате забирает из ее кабинета рукопись последнего незаконченного романа, полагая, что больше никто не знает об этой работе и вопрос об авторских правах не всплывет. Через какое-то время Джун присваивает роман Афины и выдает за свой собственный, при этом убеждая себя в том, что сил в его завершение и редакцию она вложила ничуть не меньше, чем Афина на написание сырого материала, а потому без зазрения совести его можно считать своим детищем.

Ну а дальше происходит то, что читатели ожидают больше всего: взлет писательской карьеры Джун и ее признание, угрозы со стороны таинственного анонима о ее разоблачении, его поиски и кульминация романа, которая для меня оказалась скомканной, но весьма удовлетворительной.

На этот роман мне встречалось много отрицательных отзывов именно из-за перевода. Да, в переводе есть грешки, но для меня они не были настолько критичными, чтобы испортить мне впечатление. Как раз наоборот, вставленный местами сленг, или странный перевод англоязычных слов, или словечки из так сказать «русского устного языка» создавали впечатление, что я сижу в голове главной героини и просто читаю ее мысли, ведь большая часть повествования отражает размышления и мысленные монологи главной героини самой с собой, поскольку роман написан от первого лица. Кстати, словечко «шелупонь» услышала впервые и добавила в свой лексикон))))

Поначалу мне было интересно копаться в голове главное героини, но она настолько застревающая личность с гиперфокусом внимания на незначительных вещах и с выраженным эгоцентризмом, что к середине романа стала подбешивать своим нелогичным поведением. Сначала она зачитывается исключительно положительными отзывами о себе, а когда они заканчиваются - она переходит к негативным! Ей жизненно необходимо быть в центре внимания, чтобы о ней говорили и о ней знали.

В романе Куанг затрагивается несколько остросоциальных тем, про одну из которых я уже упомянула ранее – тема расизма. Знакомясь с творчеством Куанг, я заметила как много писательница уделяет внимания этой теме, но как человеку, живущему на территории постсоветского пространства, острота и актуальность этой темы остается до конца не понятой, поскольку такой острой проблемы в наших странах я не наблюдаю.

Куанг отметила следующий момент в писательской индустрии: издательства выбирают себе писателей иных этносов и рас, имеющих потенциал, и раскручивают их. В романе так и прописано, что Афина была нужна издательству, поскольку была китаянкой, а не потому, что обладала исключительными талантами. Издательству нужен автор, отвечающий трендам, актуальным в настоящее время. И такой подход издательств является рабочим именно из-за фиксированности многих на теме расизма. При этом возникает иная проблема: коренные американцы, даже те, что обладают талантами, могут остаться не у дел.

Также проблема расизма может приобретать новый оборот: в романе Джун берет себе псевдоним Джун Сонг, однако когда выясняется, что Джун не имеет никакого отношения к азиатской культуре, в социальных сетях ее начинают просто травить и называть самозванкой.

Также писательницей поднимается проблема имиджа автора в СМИ и влияния социальных сетей. Любое сказанное слово легко может быть вырвано из контекста и использоваться против тебя, что на писателя может повлиять по-разному: как в сторону увеличения интереса и продаж, так и наоборот спровоцировать их спад.

Ну и наконец, изнанка издательского дела – то, из-за чего мне было интересно познакомиться с данным романом. Всё, о чём говорится в книге мне, например, досконально очевидно не было. Потому и было интересно узнать о каких-то подводных камнях и нюансах этой индустрии.

Мне очень пришлось по вкусу, как раскрыты персонажи их личностные особенности. Они такие, какие есть со своими достоинствами и со своими темными сторонами, которые прячут от других людей. Вопросы же у меня вызвал большой фокус внимания Куанг на теме расизма. Я так и не поняла, то ли автор действительно зациклена на этой теме, то ли она просто сатиризирует над индустрией по данному поводу. В целом творчество писательницы мне нравится, потому буду продолжать дальше знакомиться с ее романами.

Быть писателем нелегко — я это знаю на собственной шкуре. Казалось бы, бери и пиши, но за каждой страницей стоит вдохновение, сомнения, муки выбора, угрызения совести и желание доказать себе и миру, что твой текст имеет право на жизнь. История Джун Хэйворд и Афины Лю звучит одновременно правдоподобно и невероятно сказочно. Казалось бы, такой сюжет легко представить в чьих-то завистливых фантазиях, но чтобы он разыгрался в реальности — это один шанс на триллион.

Перед нами история о двух писательницах. Одна — талантливая, яркая и любимая публикой. Другая — посредственная, мечтающая о признании, но упорно застрявшая в тени чужого успеха. И вот роковая случайность рушит привычный порядок: Афина Лю внезапно умирает, оставив после себя рукопись, а Джун решается на поступок, который разделит её жизнь на «до» и «после». Этот выбор запускает целую цепочку событий, где слава и деньги перемешиваются с чувством вины, а аплодисменты публики с паранойей и страхом разоблачения...

Мне уже довелось познакомиться с творчеством Куанг по первой части трилогии «Опиумная война». И честно говоря, я ожидала от «Йеллоуфейс» нечто подобного, такого же сногсшибательно-сильного и пронзительного. Однако автор выбрала для этой книги другой путь, нежели в «Опиумной войне». Раннее её истории поднимали глобальные процессы, политику, войны и судьбы народов, но здесь всё камерное и личное, о внутренней кухне писательского мира. Стиль сатирический, местами мрачно-мистический. Автор нарочно обостряет детали, чтобы показать уродливые стороны издательского бизнеса, общественных трендов и авторской зависти. Для кого-то это станет откровением, для кого-то — слишком прямолинейной карикатурой.

Роман погружает в издательский мир с его негласными правилами, маркетинговыми уловками, политкорректностью и бесконечной гонкой за славой. Это мир, где талант не всегда равен успеху, а успех не всегда заслужен. В этом отношении книга звучит мрачно-правдоподобно. Но в то же время многие повороты кажутся слишком упрощёнными, словно автор решила «подсветить» проблему в лоб, без полутона и нюансов. Если в «Опиумной войне» чувствовалось дыхание истории, то здесь — дыхание сатиры и аллюзий на современный литературный рынок.

Книга в целом неплохая, в ней есть о чём подумать и что обсудить. Но из-за выбранной темы она скорее «на любителя». Кому-то будет интересно заглянуть в закулисье писательского мира, кому-то — неприятно наблюдать за цинизмом и завистью, а для кого-то всё это покажется слишком утрированным. Поэтому роман сложно назвать универсальным: он зацепит тех, кто готов к такой подаче, но не каждому придётся по вкусу.

Плюсы:

I История о писательском ремесле и зависти, которая однажды сбила с пути и устроила бал маскарад,

II Повествование ведётся от первого лица и позволяет услышать мысли главной героини: полюбить её или возненавидеть,

III Богатый язык, включающий в себя немало интересных цитат,

IV Живой и дерзкий авторский слог (молодёжно-честный, но опять же на любителя),

V Интересная подача анти героини, которая одновременно отталкивает и притягивает,

VI Вскрытие изнанки писательской профессии: конкуренция, страх забвения, зависимость от общественного одобрения,

VII Сложно предсказать развитие событий.

Минусы/Предупреждения:

Предупреждения и придирки:

I Как я уже написала выше — книга на любителя. И если вы пришли к ней после трилогии «Опиумная война», то сначала ознакомьтесь с отрывком,

II Некоторые сюжетные повороты слишком неправдоподобны, что может раздражать тех, кто сам пишет или знаком с издательским процессом (во всяком случае для русского книгоиздания),

III Герои особо не зацепили, но это скорее дело вкуса.

Необычный роман о тёмной стороне писательства. Здесь нет гениев, есть только амбиции, зависть, правила рынка и попытки удержаться на плаву любой ценой. История подойдёт тем, кто ещё не успел познакомиться с творчеством автора и интересуется издательским миром зарубежья, а ещё кто любит молодёжные и честные тексты без прикрас и с грехами.

О книге.

Две писательницы. Две подруги. Два разных пути.

Афина Лю и Джунипер Хэйворд. Согласитесь, сразу очевидно, кто та самая успешная подруга, которая пишет бестселлеры, не считает деньги, имеет вес в интернет-пространстве и вообще умница и красавица.

Афина Лю собственной персоной зовет в гости свою подругу Джун Хэйворд, чтобы отметить очередные почести. И Джун идет к ней в дом вопреки, потому что завидует ее успеху. А Афина еще и хвастается своей новой рукописью, которую она еще не показывала ни одной живой душе...

Афина в этот вечер погибает. Джун крадет рукопись. Дорабатывает ее и выдает за свою. Что было дальше и так ли всё однозначно, как написано в моей аннотации, вы узнаете, если прочитаете.

Плюсы.

Много информации про издательский бизнес. Какие стадии проходит книга до и после публикации. Денежные вопросы. Грамотный пиар и многое другое.

Тема про расовую дискриминацию и травлю на примере интернета обыграна идеально. Может ли белая женщина писать книгу о китайцах? А могут ли комментарии уничтожить человеческое спокойствие? Или же задуматься о том, что белой женщиной негоже быть в современном мире, потому что она нет-нет да и затронет чьи-то чувства?

Метания, мысли и действия Джун описаны глубоко. Мы узнаем ее жизнь, драму и причины некоторых поступков. И читатель будет задаваться вопросом: "А чем хороша-то Афина Лю?".

Вас вечно будет раскачивать из одной стороны в другую — Джун украла сырой роман, потратила много времени на то, чтобы его доработать. Чей он по итогу — Афины или Джунипер? Моральная дилемма.

Минус.

Один. Существенный. Финал. Просто прочувствуйте. Например. Вы взрослый человек и вам нельзя есть шоколад. У вас обнаружилась недавно непереносимость какого-то ингредиента и после даже маленького кусочка — асфиксия и всё. Вы следите за питанием. Вам тяжело. От этого зависит ваша жизнь. И тут в вас будто бы вселяется какой-то придурок, вы съедаете кусочек и всё. Именно так. Придурок и всё. Логических причин почему вы это сделали нет.

У Джун такая же ситуация почти. Невозможно со стальными яйцами идти сквозь книгу, чтобы в финале по глупым причинам сделать то, что сделала она.

И в итоге книге я поставила всего лишь 8. А могла бы 10. Потому что она действительно держит в напряжении и в ней много психологических крючков.

Вердикт.

Я рекомендую, даже несмотря на финал.

К чтению “Йеллоуфейса” я приступила, будучи уже изрядно нагруженной отзывами и порицаниями на счет этой книги. Во-первых, все говорили, что Куанг, будучи американской азиаткой, написала книгу в стиле “повесточки”, во-вторых, что у нее отвратный перевод. При этом моё знакомство с ее творчеством началось с “Вавилона”, который оставил просто потрясающие впечатления, и мне не верилось, что автор, способный написать такое, дальше выдаст что-то совершенно провальное.

Я оказалась права - “Йеллоуфейс” хорош. Что касается огрех перевода, то могу допустить их наличие (например, название знаменитого романа Кэтрин Стокетт “Прислуга” здесь почему-то переведено как “Помощь”, видимо, буквально с The Help - и это бросилось мне в глаза), но не в таком количестве, чтобы меня это сильно напрягло. По крайней мере “мусорный” язык, выбранный переводчиком, вполне соответствует контексту событий, а с оригиналом я не знакома, поэтому если он и отличается, то это сокрыто от моих глаз.

Что же касается “повесточки”, то этот роман в ней - как глоток свежего воздуха. Куанг не только не эксплуатирует ее, но тонко, изящно и сатирически высмеивает тренды, царящие в публичном пространстве, и в том числе, в книгоиздательском бизнесе

В общем-то, эта цитата максимально полно передает весь посыл книги. Когда талантливая писательница, американка китайского происхождения, Афина Лю умирает на собственной кухне прямо на глазах у приятельницы, подавившись кусочком печенья, та забирает себе рукопись ее еще неопубликованного романа, дорабатывает и выдает за свой. Казалось бы, концы в воду, никто не узнает, можно наслаждаться триумфом. Но есть нюанс - книга Афины была посвящена роли китайских солдат в Первой Мировой, а Джун Хэйворд и близко не китаянка. И отсюда начинаются все проблемы - культурные аппроприаци, право голоса меньшинства, дискриминация и все, что так популярно. Книга выходит под именем Джунипер Сонг, такое прозвище в детстве дала Джун мама, и оно оказалось как нельзя кстати, поскольку звучит довольно таки по-китайски. Джун посещает китайские общины с презентацями, берет под крыло молодых китайских авторов, но сладость триумфа отравляет неизвестный, который, кажется, знает, что эту книгу она написала не сама.

На самом деле, сводить весь смысл “Йеллоуфейса” исключительно к “повесточке” - это сознательно обеднять ее. Тут затронуто гораздо больше болезненных тем. Например, является ли проработанный и в существенной степени улучшенный редактурой авторский текст - плагиатом? А является ли плагиатом чужая идея, развитая до полноценного произведения?

Или, к примеру, издательский бизнес, который представляет собой “фабрику грез” не хуже голливудской. Куанг увлекательно вскрывает изнанку книжной индустрии, погружая в весьма затейливый мир, изучив который понимаешь, что твой читательский выбор в куда большей степени ограничен предпочтениями ключевых игроков индустрии, чем ты в принципе мог представить. И любая “повестка” не столько запрос аудитории, сколь искусственно подогретый тренд, который, вообще-то, отвлекает внимание от куда более толковых и интересных, но менее прибыльных в смысле бизнеса произведений.

Ну а в случае с меньшинствами конечно неизбежно встает вопрос позитивной дискриминации. Может ли белый писать от лица азиата? А азиат от лица белого? И стоит ли вообще погружаться во все эти политкорректные нюансы, если они не способствуют развитию творчества, а только генерируют бесконечные скандалы?

В целом же это роман не о писательстве, а о славе. Которая всегда, как наркотик, неважно, каким путем она достается - в результате публикации бестселлера или победы на Олимпийских играх. Джун называет наркотиком писательство, но на самом деле кайфует она не от процесса создания текста, а от того, какие публичные дивиденды приносит популярный текст - интервью, договоры с киностудиями, участие в рекламе и бесконечное чувство собственной значимости. Истинный писатель - это тот, кто не может удержать в себе то множество историй, что хочется поведать миру, но Джун писатель не настоящий - она не может выдавить из себя ни строчки без пинка. Она связана по рукам и ногам мыслью о потенциальной коммерческой окупаемости текста, просчитывает ее как бизнес-модель, убивая в себе всякую спонтанность присущую настоящему творческому процессу. Потому что она прочно усвоила принцип индустрии - давать тот продукт, который можно раскрутить, который позволит вновь мерцать в свете софитов, пусть даже через скандал. Другим текстам добраться до читателя просто не суждено - после прочтения “Йеллоуфейса” это понимается очень отчетливо..

Что в конечном счете ставит перед каждым из любителей книг вопрос о том, кто мы вообще такие - заложники бизнеса громких историй или все же искушенные ценители литературного творчества? И если у нас шанс вырваться за рамки информационного пузыря, который создают для нас издательства?

Книга о том, что в мире литературы главное отнюдь не талант. Здесь нет места идеалам, здесь правят зависть, амбиции и желание прославиться любой ценой. И вроде как знаешь, что гг поступила плохо, но оторваться не можешь. Мне показалось, что эта книга лучше звучит в аудио, чем читается глазами, после прослушивания первой трети пыталась почитать перед сном, но что-то не пошло, так что прослушала от начала до конца.

Главная героиня, Джун, – писательница, которая, мягко говоря, не хватает звезд с неба. Ее "лучшая подруга", Афина, – полная ее противоположность: талантливая, успешная, популярная. И вот однажды Афина погибает в результате несчастного случая, оставив после себя неопубликованный роман. И тут Джун, недолго думая, решает присвоить рукопись и выдать ее за свою. Под псевдонимом Джунипер Сонг она выпускает "Последний фронт" и становится звездой. Но, как говорится, все тайное становится явным. И вот тут начинается самое интересное.

Джун – это не героиня, а скорее антигероиня. У нее куча комплексов, она ужасно завистливая, но при этом невероятно самовлюбленная, и то же время во многом простая и человечная, и ее можно было понять. Особенно веселила ее способность оправдывать все свои поступки и ошибки и перекладывать их на кого-то другого.

Также понравилось, как показана тема расизма. Автор не пытается давить на жалость, а просто показывает, как все устроено в этом мире. Как сложно пробиться талантливому человеку, если у него "неправильный" цвет кожи. Как легко можно манипулировать общественным мнением, используя расовые предрассудки. И это очень актуально в наше время, когда везде любят видеть подтекст, которого нет.

Все было прекрасно до момента концовки. В конце гг совсем уже тупит и можно было догадаться, что происходит, а еще и осталась незавершенность в итоге. Но, несмотря на это, я все равно ставлю высокую оценку, потому что это было интересно, захватывающе и необычно. Просто сделаю вид, что последних минут книги не было.

Ну какая же скучная книга. Мне всегда при написании отзывов хочется максимально сгладить углы и постараться не обидеть ни автора, ни читателей, которым книга полюбилась, но в этот раз вся моя вежливость куда-то улетучилась, прошу понять и простить.

Сюжет крутится вокруг Джуни Хэйворд и Афины Лю. Афина - успешная, молодая писательница, умеет докопаться до сути, вытянуть всю боль истории и превратить ее в отменный шедевр. Джуни..ну Джуни скорее начинающий автор, попытки издаваться которой, пока не увенчались успехом. Точнее до того момента пока она не стала свидетельницей смерти и не стащила черновик романа своей подружки Афины.

Ну а дальше пальцы уже сами собой клацают по клавишам ноутбука, полируют историю, пишут письма своему новому агенту и бесконечно скролят социальные сети в поиске того самого признания, что не хватало Джуни все эти годы. Книга выходит большим тиражом, толпа ликует, но сквозь нее проблескивают подозрения, что книга все-таки написана не кем иным как Афиной. Сомнения понятны. Джун - «обычная белая девушка» , которая вдруг ни с того ни с сего решила поведать миру историю о китайских рабочих времен Первой Мировой войны. Афина - американская писательница, китайского происхождения, ни раз исследовавшая темы своего региона. Кто-то находит в строках ее авторский стиль, ну а кто-то, чего греха таить, делает свои выводы исключительно по расовому признаку. Дальше начинается волна хейта, которую издательство всеми силами пыталось предотвратить, но вышло у них плоховато. Джуни познает на своей шкуре культуру отмены, преследования и даже испытывает немного мук совести.

Что мне понравилось в книге: было интересно посмотреть на издательский мир немного с другой, жесткой, коммерческой стороны, без наших любимых, сдобренных книжных «уютностей».

Что не понравилось:

Плоские персонажи - показались мне совершенно стереотипными, не проработанными и не вызывающими никакого интереса.

Стиль повествования - тут под вопросом, тк многие очень ругают именно перевод, но из того, что я прочитала не зацепил ни один оборот.

Сюжет - оказался для меня пресным, в конце книги автор попыталась немного нагнать мистики, но триллером там конечно и не пахнет)

К сожалению, с Ребеккой Куанг продолжать знакомство пока не хочется, а может оно и к лучшему - в мире еще столько писателей, которых мне только предстоит для себя открыть)

Это просто потрясающе. Она такая классная, что я буквально не могла оторваться, пока не дочитала до конца. Засыпала с мыслью, как бы скорее наступило утро, чтобы продолжить чтение.

Немного о сюжете. Джун и Афина - две писательницы, которые вроде как подруги, но на самом деле не особо друг друга жалуют. Афина успешная и богатая, у нее три бестселлера и контракт с Netflix, а вот у Джун первый роман провалился, и она пока ничего нового придумать не может.

И вдруг Афина нелепо умирает - она подавилась на глазах у Джун и задохнулась. Джун в шоке, но все же решает присвоить себе неопубликованную рукопись Афины. Что будет дальше - не скажу, чтобы не портить впечатление от книги.

Серьезные нежанровые книги цепляют в гораздо большей степени, если их авторы не скатываются в прямое проговаривание заложенного смысла, не расковыривают во всех подробностях болячки персонажных мотиваций, а оставляют читателю место для самостоятельного маневра.
Еще сильнее увлекают те, кто способен завернуть историю настолько хитро, что порождают в читателях не просто готовность освоить пространство для собственных интерпретаций, но и стремление выйти на поле для дискуссии - когда каждый видит в тексте какую-то свою, близкую или отвратительную ему идею, но роман оказывается даже большим, нежели простая сумма этих подчас чуть ли не противоречащих друг другу трактовок.

В этом смысле "Йеллоуфейс" - достаточно хорошая серьезная нежанровая книга (даже несмотря на приляпанный на задней обложке и поражающий слепотой или троллингом его создателей ярлык "мистический триллер", от которого там ровно ноль в минусовой степени).
Рассказывая историю о том, как неприметная белая писательница крадет роман своей гораздо более удачливой азиатской конкурентки, а после его издания от собственного имени хлебает полной ложкой последствия критики культурной апроприации и результатов не самых удачных маркетинговых ходов, а также cancel culture и прочих бурлений в соцсетях, Куанг умудряется в равной степени пнуть всех участников событий, тем самым окончательно запутывая читателя.

На чьей стороне, в конце концов, сама автор?
Она против эксплуатации расистских стереотипов или против тех, кто перегибает палку в борьбе с ними?
Ненавидит всю книгоиздательскую индустрию скопом или только её отражение в "Твиттере", который "делает из всех нас неразборчивых, но пристрастных судей"?
Куанг устала от успеха своих предыдущих бестселлеров? ("И когда ты пишешь на потребу рынка, уже не имеет значения, какие истории горят у тебя внутри.")
Или она наконец выдала все давние скрытые печали? (пусть гораздо менее дидактично и плоско, чем в антиколонизаторском "Вавилоне", но всё с той же скрытой яростью, прорывающейся в повествование)
Куанг снова автор манифеста? (явно прочувствованного и даже местами неистового, да вот беда: не до конца ясно, какого именно)
Или она гений не просто умной, но и находчиво остроумной в нужных местах сатиры? (развитие истории не раз забавляет довольно неожиданными, но вполне достоверными поворотами, как, например, в случае, когда книги главной героини после её громкой отмены условными либералами становятся невероятно популярны среди условных консерваторов - просто в знак протеста против нагнетания чужой повестки)

Одни читатели могут увидеть в этом исключительно разнос двойных стандартов книгопечатных гигантов и отражение всякого рода скрытой вражды и зависти на почве несправедливости в индустрии. Причем разнос от мегауспешной участницы рынка, которая просто может себе позволить выдать такое без оглядки на потенциальное ухудшение отношения к себе.
Другие акцентируются на критике участников интернет-баталий и механизмах раскрутки онлайн-срачей.
Третьи - на американских горках нелепостей взаимодействия ненадежного рассказчика с аудиторией по пути от обмана к самообману и обратно (вот главная героиня, неприятная личность, и вдруг - рраз! и мы уже попали под обаяние её бешеного речитатива, этой исповеди, в которую не до конца веришь, но и оторваться не можешь).
Четвертые - на социальном комментарии в духе недавнего фильма "Американское чтиво" (который к тому же подан в хитро завернутой, чуть ли не издевательской упаковке, ведь азиатка Куанг пишет об опыте белой женщины, каковым явно не обладает).
Пятые - на попытках осмыслить границы кражи чужого нарратива и переработки его в свой собственный.
Шестые и вовсе зациклятся на отсутствии внятного триллера, почувствуют себя обманутыми и ради большего эффекта выдачи собственного мнения заклеймят заодно и форму повествования (Куанг тут действительно резка и лаконична в гораздо большей степени, чем раньше, что, однако, не снижает интеллектуальной и художественной ценности текста в целом).
А кто-то, пожалуй, может в итоге воспринять всё как оду писательству - как сложному, одинокому и крайне жестокому и конкурентному занятию, отказаться от которого некоторые люди просто не в состоянии.

Интерпретации множатся, порождают повышенный интерес, а вместе с ним и жаркие споры тех, кто оценил, с теми, кто вовсе не.
Едва ли не символично, что именно эта книга вызвала один из самых заметных шитштормов в среде литературных критиков и книжных блогеров - пусть и по куда более формальному поводу, нежели её содержание (есть те, кто еще не слышал об "ужасном переводе"?)
Однако даже это кажется слишком мелким и поверхностным в сравнении с рассказанной Куанг историей.
Она действительно нечто большее, чем сумма всех приведенных трактовок, и тем интереснее подвергать её дешифровке самому, без оглядки на чужие толкования.
И как же радует, что активное чтение китайских новелл наконец пригодилось и в интеллектуальном плане. Как бы я еще поняла иронию с подозрительно распространенными фамилиями А и Сяо в украденном романе?

И вот мы подошли к самому сложному для меня вопросу: почему тогда не высший балл, а только 4,5 звезды, которые у меня обычно означают примерно то же, что простая "четверка" у остальных читателей?
При всей сложности этой истории мне не хватило в ней какой-то многослойности и/ или оригинальных откровений.
Куанг играет в социалку, но слишком легко толкуется, пусть и сразу на нескольких направлениях.
Она заигрывает с сатирой, но достаточно очевидным образом.
Кое-где притворяется автором истории о привидениях и чуть ли не хоррора, но слишком мало пугает, не выдавая даже приличного саспенса.
Всё жанровое разнообразие сплетается в единый, интересный с виду запутанный клубок, но заботливо оставленный для читателя кончик нити выдает парадоксальную иронию: как и сама главная героиня, Куанг, кажется, по-прежнему, как и в случае с "Вавилоном", очень боится остаться непонятой в базовых моментах.
Отсюда яростное набрасывание и пережатие, избыточность там, где уже, кажется, можно было остановиться и всё же подарить читателю не только очевидное поле для дискуссии, но и пресловутое пространство для интерпретации.

В заключение пару слов о злополучном бумажном формате "Йеллоуфейса".
Обещанное в связи с отвратительным качеством первоначального перевода переиздание случилось только спустя почти полтора года и вышло несколько разочаровывающим.
Во-первых, это теперь мягкая обложка с клапанами и тончайшая газетная бумага.
Во-вторых, перевод там по факту тот же, хоть и под редакцией сразу двух правивших его лиц.
Итог интересен по большей части неровностью результата. Первые сто страниц вычищены очень тщательно. Следующие сто сохранили невыверенные остатки редактуры (всякие рассогласования родов и падежей, пропущенные и лишние слова и т.п.). Страницы с 200-й и дальше кажутся уже совсем халтурными, будто там подправили только самое вопиющее и засветившееся в яростной критике в Сети. И под конец, в последние несколько десятков страниц всё снова становится довольно неплохо.
И хотя это стало гораздо более читаемо, чем раньше, а живая интонация дает очень даже неплохое представление об авторской задумке, оригинальный англоязычный текст по-прежнему выглядит лучше.

Приятного вам шелеста страниц!