Искупление

С одной стороны, эта книга о войне и о том, как она может изломать судьбу. Но это только с одной (при чем отнюдь не лицевой) стороны. На самом же деле она повествует о том, как и в мирное (или относительно мирное) время человек может сломать судьбу другого человека. При чем походя, воспылав злостью. И что самое страшное, этим ломающим может стать не только злокозненный взрослый, но и ребенок со слишком бурной фантазией.

Брайони сломала жизнь Робби, пытаясь защитить Сесилию. Сесилия оказалась сломленной тоже, так как на самом деле Робби любила. Вроде все не очень сложно и поддается исправлению. А вот нет. Никак.

Глубокая книга, где чувства героев выписаны с присущей Макьюэну тщательностью и болезненной откровенностью. Скачки в пространстве и времени. Страшный и увлекательный сюжет. Итог - потрясающая книга.

Мощное произведение. Очень. Честно говоря, я не ожидала такого эффекта, учитывая то, что когда-то я уже смотрела экранизацию этого романа и прекрасно представляла себе сюжет. Такая пронизывающая боль в душе, когда читаешь о судьбах Сесилии, Робби, Брайони. Каждая страница, как острый нож. Очень много эмоций, очень много мыслей, очень много невероятно точных уколов прямо в сердце. Все это наваливается на тебя и ты тонешь. Тонешь в этой книге и почему-то нет никакого желания вынырнуть на поверхность. Автор воистину мастер.

О языке: еще одним доказательством писательского таланта Макьюэна считаю язык этого произведения. Незнакомых слов не так уж и много. Можно даже сказать, что мало. Однако читается невероятно медленно, ибо автор сплетает их в такие непривычные и в то же время изящные конструкции, что глотать все это заплом кажется святотатством. И именно эта особенность романа подсказывает мне, что я обязательно прочту еще много других прозведений Макьюэна. Отказать себе в удовольствии смаковать столь изысканную прозу я категорически не могу.

10 / 10

У меня больше нет храбрости для пессимизма.

Очень кинематографичная, но просто чудовищно плохо написанная хорошая книга. Иэн Макьюэн для меня, вот сколько я его не читаю, загадочная загадка - сколько его книг я не люблю, а сколько люблю, и никогда не знаешь, что обнаружится под очередной обложкой. С «Искуплением» мне пришлось научиться терпению, потому что после первой сюжетной гонки я понимала, что таков волнообразный темп повествования, и дальше обязательно будет динамично и ярко, если сейчас я продираюсь через бесконечную театральную сценку, либо несколько десятков страниц пытаюсь доползти до леса, чтобы спрятаться от бомб.

Основная задумка тоже специфична. Центральный конфликт хоть и понятен, но выглядит дико натянутым. И всё же налицо проблемы воспитания Брайони, изменение её характера в ходе взросления, внутренний экзистенциальный конфликт от того, что в юности напортачила, а теперь ничего не может исправить - это же катастрофа, на самом деле. Конечно, нельзя напрямую сказать, что Робби и Сесилия обязательно остались бы живы, потому что война никого не щадит - но если бы стартовая точка была иной, если бы они поженились, родили детей, вероятно, куда-то переехали, то от этого изменились бы и обстоятельства, при которых они встретили войну и вероятно, всё могло бы быть иначе. Но история не терпит сослагательного наклонения - и вот как случилось в книге, так и случилось.

Вопрос в ином, возможно ли хоть чем-то искупить нанесённый тобой по глупости, избалованности и неосторожности юности урон окружающим. Искупить - нет. Ты можешь стать безумно талантливым литератором, коим и стала Брайони, и твои книги будут изучать в школах, но ничего назад не вернёшь. Всё, что Брайони делала - успокаивала себя и свою душу, потому что надо как-то жить дальше, особенно, когда ошибка признана и извинения принесены. От этого после прочтения внутри меня поселилась тихая печаль.

Как часто в своей жизни мы совершаем ошибки? Можно сказать, постоянно. Порой и дня без них не проходит. Вот только ошибки бывают разные: можно забыть включить будильник и опоздать на работу, а можно одним словом разрушить сразу несколько чужих жизней. В похожей ситуации оказалась Брайони.

В начале повествования героиня ещё девочка-подросток. Она наивна, иногда капризна и многого не понимает. Брайони поглощена литературным миром, который создаёт в своей голове. Девочка представляет себя писательницей, сочинение пьес и рассказов доставляет ей огромное удовольствие, а когда кто-либо не разделяет её пристрастий, Брайони просто не может это понять и признать. Фантазия у героини развита отменно, в чём читатель ни раз убедится. Но именно склонность к фантазированию и малый жизненный опыт толкают Брайони на поступок, о котором она ещё не раз пожалеет.

Меня особенно затронула третья часть произведения. Брайони уже 18, она медсестра в военное время. В этом возрасте девушка по-другому смотрит на многие вещи. Работа в госпитале закалила её характер. Мне было интересно наблюдать за становлением личности героини. И если в первой части книги я злилась на неё, то в конце у меня уже не было отрицательных эмоций по отношению к ней. Я испытывала только жалость. Жалость от того, что человек так легко может полностью изменить и свою, и чужую жизнь. От того, что ему приходится годами носить в своей душе тяжёлый камень, который душит и не даёт забыть о прошлом, пока однажды не придёт время искупления...

Вот уже третья книга позади, а я все никак не могу определиться в своем отношении к Макьюэну – нравится он мне или нет? Его книги всегда даются мне нелегко: они сбивают с толку множеством отхождений от сюжета и долгими внутренними монологами персонажей и больше всего напоминают не литературное произведение, а настоящую трясину – затягивают медленно, но верно, и никогда не знаешь, что найдешь на дне. Если в «На берегу» это был бриллиант, то «Мечтатель» оказался простым булыжником, не представляющим никакой ценности.

«Искупление» же сбивает с толку: лениво-сонная поначалу она затягивает лишь ближе к середине, но вырваться после этого невозможно; при этом первая из трех частей оставила у меня впечатление, будто это была даже не отдельная книга – черновик этой книги, написанный скорее сентиментальной барышней, чем серьезным дяденькой, так поразившим в «На берегу» меня тонким психологизмом, которого оказалось столь мало в этой книге. Возможно, дело в том, что о предполагаемых мотивах поступков многих персонажей мы узнаем исключительно через призму мнения другого человека. Возможно – тонкости человеческих поступков в данном случае уступили в голове Макьюэна сюжетной канве. А может, дело в личном восприятии: самые психологичные моменты выпали как раз на первую часть книги, когда ее герои вызывали у меня лишь стойкую неприязнь, а потом, когда я начала проникаться персонажами, отступили в пользу сюжета.

Наибольшее удивление вызвала суть драмы произведения: уликами, на основе которых осудили невиновного человека, стали несколько откровенных (читай, слегка пошловатых) строк и свидетельство истеричной и слегка экзальтированной тринадцатилетней девочки, которая не видела ни преступника, ни самого преступления. И вот этого хватило для решения дела? Ведь алиби отсутствовало еще как минимум у двоих мужчин, на которых, почему-то никто не подумал ни на мгновение, хотя настоящий преступник вполне ясен (правда, лишь для читателя книги, раз уж он присутствует при двух ключевых сценах, на основе которых легко выносится вердикт). Я, безусловно, допускаю, что полицейские просто не стали расследовать дело дальше, раз уж так удачно совпали показания и наличие письма, но возмущение от такого поворота событий унять не получается.

Остановись Макьюэн сразу после этого, оставь лишь первую часть, заверши книгу именно на моменте «раскрытия» преступления или опять уйдя в область душевных метаний Сесилии или Брайони, я бы с чистой совестью завершила свое с ним знакомство навсегда, оставшись о книге и авторе весьма не лестного мнения, несмотря на «На берегу». Но дальше начинается самое главное и самое лучшее в книге (естественно, на мой взгляд) – война. И она у него чудесная, как бы странно это ни звучало: война Макьюэна живая, по большому счету она здесь самостоятельный персонаж, вершащий свою судьбу и судьбу в нее втянутых людей, подчиняя их жизни и смерти малейшим своим прихотям. Маленькая роль человека на войне – одна из ключевых фоновых идей «Искупления», даже если Макьюэн ее таковой и не задумывал. В моих глазах, именно это оказалось сутью книги, а вовсе не драма, разыгравшаяся между Сесилией, Робби и Брайони. Тем более странным, опять же в моих глазах, выглядит заглавие книги – а было ли то искупление настоящим? Да и можно ли искупить такой поступок, тем более таким, кхм, оригинальным способом?

В целом от книги остались очень странные ощущения, а попытка окончательно разобраться с отношением к Макьюэну потерпела очередной сокрушительный провал. Зато есть повод продолжить мое с ним знакомство – какой-то еще сюрприз он преподнесет?

Не понравилось. Ни грамма. Хотя нет, вру, зеленое платье и сцена в библиотеке,вполне милые. Так о чем это я? Накипело! Еще до начала чтения книги,я мельком увидела кадры из одноименного фильма, и в дальнейшем мой разум не смог отвязаться от этих образов. И с этого момента героиня Брайони (и в книге и в фильме) была обречена на попадание в черный список ).
Не понимаю, откуда столько восторженных отзывов? Может быть в совокупности с фильмом еще будет ничего,но книга сама по себе просто пустое место. Банальщина. И написано как-то по-дурацки. Как-то слишком быстро все происходит, меняются повествующие персонажи (ух, как сильно я боролась с собой,что бы не перелистать главы, написанные от лица Брайони!), слишком много внимания всяким ненужным мелочам ( вроде, мозоли которая терлась о задник туфли или описания мытья постелей,и слово карблока, я кажется, не забуду никогда теперь), а конец так и вовсе скомканный!
Чувствуется,что автор хотел родить шедевр,а получилось как-то так.
В общем, мимо.

Солидарна. Применительно и к Брайони и к самому произведению.

К роману Макьюэна «Искупление», мой интерес рос с каждой новой главой, особое тепло вызывали главы, в которых я была мысленно, то с Робби, то с Сесилией, а была и третья главная героиня и звали ту Брайони, и была она младшей сестрою Сесилии; а ещё Брайони мечтала стать великой писательницей.

На начало событий Брайони было 11 лет, и она уже успела отличиться в написании пьес и рассказиков.

Будут и другие герои, которые так или иначе, а наследят, кто-то мимоходом, а кто-то так, что… кара бы им небесная, прилетела, или, плита какая на голову, уже хорошо.

Робби был сыном служанки служившей верой и правдой семейству Толлис.
Сесилия была дочерью хозяина поместья Толлис, дочерью политика, который участвовал в обучении Робби; отец Сесилии оплачивал тому обучение.

Роман «Искупление» - это в первую очередь драма, во вторую, он о любви:

И состоит сей роман из четырёх частей, включая эпилог, затрагивает же он целых три временных слоя.

В романе присутствует и описание военных действий, точнее, описание бегства англичан из Франции, описание их «гордого» отступления.

А так же и описание быта медсестёр ухаживающих за ранеными солдатами; помню того солдатика с мозгом наружу…

Многогранная книга.

А началось всё с того, что маленькая леди, юная Брайони, будучи наивной, будучи глупой и тщеславной сверх меры девицей, решила, что сестрица её, у которой только-только наступило полное понимание, полное единение с Робби…

Брайони решила, что замыслил, что сделал тот, страшное… а с кем и как, не скажу.
И, что, она, Брайони, должна и обязана спасти ту, что и о помощи-то её не просила, а скорее наоборот, была зла на неё.

Большей глупости, большего зазнайства… ох, юность-юность, как же ты глупа бываешь, какою же невежей можешь быть.

Так походя, имея сомнения, а… враз разрушены, а не одна жизнь.

Это сильный роман и он о подлых, и, о лживых, о, повторюсь опять же, глупых и тщеславных людях… к слову, не все эти эпитеты обращены к Брайони.

Искупление… как много в этом слове и как мало людей, если брать роман Макьюэна, его достойны; а может и верно, что жить таким, а до бесконечности, со всеми болячками, страхами, с совестью, наконец.

Что бы кто ни говорил, а никто не знает, что у человека, а внутри.

Считаю что данный роман на порядок выше того романа, который я уже читала у автора, его роман «На берегу» хорош, но этот, этот будет хорош вдвойне.

А всё потому что в романе «Искупление» есть герои, которые мне мало того что понятны, мне они очень даже - симпатичны.

Вчера, дочитав книгу, я ощутила, что меня обокрали. Через несколько минут к этому прибавилось чувство, что меня обманули.
И всё это сделал автор книги. Макьюэн украл у меня кусок романа. Не то, чтобы я ждала, что героиня будет прощена или осуждена. Но я хотела видеть жизнь дальше, а не перескочить на несколько десятилетий вперёд и узнать то, что не преминул сообщить мне автор на последних страницах романа.
А сегодня... Я просто хочу понять, что для меня эта книга. И о чём она, опять же для меня, что останется в памяти спустя какое-то время.
Книга, в которой много боли, лжи, отчаяния, тщеславия и смерти.

О вине, искуплении и раскаянии? О желании всё исправить или оправдаться? А может она просто о людях, которые жили, руководствуясь своими желаниями, эмоциями и чувствами, поступали импульсивно или расчётливо?
Всё вместе, всё переплелось.

Девочка очень старалась уберечь сестру, внушив себе то, что хотела видеть. Она сомневается, но гасит сомнения на корню. Все верят подростку, потому что так удобно (матери не придётся отчитываться перед сестрой за изнасилованную дочь, да и самой дочери удобнее сказать, что её изнасиловали, чем признать, что отдалась добровольно), выгодно (брак, который возможен не случится, и сама девочка - герой в своих глазах). Но с этого момента жизнь начинается рушиться. У Брайони, у Сессилии и Робби, матери Робби... Так странно героев этой трагедии, ведь, не так и мало, а вот ощущение, что пострадавших всего четверо. И особенно страшно, что мать и отец сестёр так и остались фоном. Мать, замученная мигренью и отец, придавленный папками соглашений (или опьянённый любовницей).

Дальше...

В истории нет сослагательного наклонения. А всё же, если попытаться пофантазировать как Брайони? Не случись этого чудовищного обвинения, как долго бы были вместе влюблённые? Это я к чему? А я не видела в романе любви этих двоих. Стойкое чувство того, что с наступлением семестра закончилась бы бурная страсть. Мне казалось, что это чувство два героя несут как вопреки, назло всем. Я подчеркнула, что не видела любви именно их. Потому как видела любовь сестёр. Младшей не только в желании защитить, но и в желании защититься, найти поддержку. Да, и старшей, даже в ненависти Сесиль любила Брайони. Это их чувство, мне очень жалко, от него больно.

Робби. Очень неоднозначно. У него тяжёлая судьба. Умный мальчик родился в семье прислуги. Он проходит через насмешки, закаляя свой характер. Он благодаря своим стараниям и своему стержню становится выше многих своих сверстников. радуется, мечтает, влюбляется, сомневается, ищет, стремится и... в один момент всё рушится. теперь он ненавидит. Ненависть помогает ему выжить в тюрьме, помогает и на войне. Кто-то скажет, любовь, ведь, не даром он как мантру повторял слова о том, что Сессилия будет ждать. Но в частом повторении нивелируется смысл, а желание проткнуть Брайони штыком врезаются в моя читательскую память не хуже этого самого штыка. Вообще в книге был момент когда я очень твёрдо провела параллель между ним и его обвинительницей. Когда они сравнялись, а он стал даже страшнее. Потому как девочка верила в то, что делала, пусть заблуждалась, пусть внушала, пусть подпитывала эгоизм, но верила. Робби же двигал страх за свою жизнь и, чуть не случившаяся ,подлость была этим оправдана

Желание жить, эйфория толпы... Всё это оправдания. Не появись вовремя Мейс и момент был бы упущен. Он спас Робби от низкого поступка.

Брайони спасала сама свою душу от сделанного. Облегчая страдания солдат, она пыталась забыться,защитить себя от чувства вины. Госпиталь... вот то, что меня больше всего потрясло в этой книге. То, что показало насколько мы все никто в масштабах страны, мира. Когда война, то уже не важно что было до. Боль, борьба, смерь. Ожоговые отделения - одни из самых страшных отделений в больницах. Я знаю стойких студентов-пятикурсников, мужественных парней, которые ломались, видя обгоревших людей. Парней, которые с легкостью посещали морг и препарировали трупы на первых курсах, которые спокойно смотрели, на торчащие из мякоти кости в травмпункте, оказывая первую помощь, но не выдерживали и напивались до бесчувствия потом в общежитии и не потому, что мякоть и запёкшаяся корка, а потому как крики, вонь и безумные глаза обгоревших. Госпиталь того времени - это сплошные ожоги, здесь не имеет значения какая на самом деле рана. Спасает лишь степень тяжести.

У автора нет случайных героев, нет описаний для красоты, нет эпизода для полноты картины. Писатель очень точен и жаден, не смотря на то, что описывает всё очень подробно и многословно. Каждый человек, встречающийся Робби на пути домой раскрывает характер героя. Каждый раненный в госпитале - помогает понять Брайони.
У кровати юноши из Франции Брайони говорит то, чего нет на самом деле. Снова ложь и снова она в неё верит. Но если там в довоенной, беззаботной жизни - это страшно и героиня рушит несколькими словами эту самую жизнь, то здесь, она спасает, облегчает...

Как же всё непросто, неоднозначно.

Всё. Точка. Теперь я знаю, что для меня эта книга и что останется в моей памяти.

Сейчас я понимаю, что автор ничего у меня не украл. Недостающей (как мне казалось) частью романа, он подарил мне возможность пропустить ещё раз этот роман через себя. Стать и ребёнком, и влюблённой девушкой, и сестрой-милосердия, и даже молодым человеком. Стать, чтобы попытаться понять их всех. А через некоторое время я почувствую себя старушкой, которая теряет из памяти куски. Потому что постепенно забудется озеро и луг, забудется и кто такой Маршалл, как звали маму сестёр (удивителен факт, что дети называли её по имени). Потом я забуду и другие детали, имена, основной сюжет подёрнется лёгкой дымкой... Но навсегда у меня останется ощущение, что я прочитала очень хорошую книгу, которая промыла мой мозг и в очередной раз сказала: "Не суди, ты не была там!"

Ниасилил.
Прочитала треть книги и поняла, что я больше не могу заставлять себя ее читать. Может быть, когда-нибудь позже. Лет как через несколько. Когда я буду в другом настроении. Когда я перестану придираться к каждой фразе этой книги. А может быть и не вернусь - зачем тратить время на то, что вот вообще не идет?
Сложно написать рецензию после прочтения трети книги. А еще сложнее, когда за эту треть книги не про изошло ровным счетом ничего. И это ничего размазано по всем страницам, какие-то мельчайшие подробности, поток мыслей героев, какие-то совершенно странные сравнения и описания. Ужас! И при этом книга вообще не читается. Не захватывает. Потому, что ничего не происходит, да. Но при этом учтено все: кто во что одет, кто что сказал, кто как посмотрел, кто как об этом подумал, почему он так подумал, почему он подумал именно так, а не иначе... Ну разве это интересная книга?
Странная сцена у бассейна, странная девочка, совершенно отвратительная с первых страниц своего рассказа, ставящая пьесу с не менее странными близнецами (особо запомнилось, как их назвали "четвероногим существом", когда они спускались по лестнице) и Лолой, снисходительно-высокомерной барышней. Там все странное и совершенно мне не интересное. Но вот я реально не готова через силу читать этот "шедевр", теша себя надеждами, что дальше будет лучше. Нет, может оно и так, но если треть книги вызывает отвращение, не уверена, что это можно исправить.