Głosy Pamano

Наверное, великий. Наверное, роман. Но проблема (моя, разумеется, ни в коем случае не проблема писателя) с романом в том, что он, и правда, не цепляет. Возможно, из-за того, что история испанского ХХ века от меня далека, и националистические лозунги Каталонии совершенно не близки. Возможно, потому что книга во время чтения (кто-то там точно писал о морально-волевых качествах, хотя и по отношению к иной книге) вызывала устойчивое ощущение расфокусированности, размытости картинки прямо-таки до боли в глазах: фрагменты никак не желали складываться в единую картинку, а едва резкость вдруг наводилась, так сразу же и разрушалась вновь – введением нового персонажа, или приемом передачи речи, когда без знаков препинания (странно, ведь речь-то не внутренняя…). Да и прием, сочетающий фрагменты в единое полотно, открыт: полифония «Доктора Живаго» Б. Пастернака (да-да, кот с именем Юрий Андреевич Живаго – подсказка автора, и поклон русскому Мастеру), и отсюда же - четко проводимая (и прослеживаемая) мысль о связи времен и поколений (это выписано с помощью совмещения исторических пластов и судеб персонажей из разного времени, важную роль здесь играет фигура Тины Брос), мысль о том, что судьба любого, самого незаметного лица, вливается тоненьким ручейком в историю рода, племени, страны, а роль личности в этой самой истории является загадкой, — все это очень приятно вычитывать, но, прошу прощения, - не дает ничего ни уму моему, ни сердцу, как, впрочем, и гениальный роман Пастернака.
Единственное, что вызывает в книге искреннее восхищение, — фигура Элизенды Вилабру. Это стержень, на котором крепятся разрозненные фрагменты книги. Это движущая сила сюжета. Это и есть тот фокус, благодаря которому картинка временами из размытой превращалась в четкую и детальную. Персонаж этот ассоциировался у меня не только с леди Макбет — силой характера, несгибаемостью воли, умом, умением ставить цели и их достигать (при отсутствии практически любых сантиментов).
Есть еще две женщины, мысль о которых сеньора Элизенда вызывает у меня в памяти. И обе они (включая вышеупомянутую леди Макбет) — «дамы былых времен». По хронологии первой из них следует вспомнить Кримхильду из «Песни о Нибелунгах»: Элизенда Вилабру изменилась столь же резко, только … наоборот что ли. Сначала, потеряв отца и брата, она была одержима идеей мести, и деятельность «палача Торены» Валенти Тарги, чьими руками она мстила деревенским, – ее влияния дело. После встречи с Ориолом Фонтельесом, школьным учителем, фалангистом и предателем в глазах всех жителей Торены и героем-партизаном на деле, с единственным мужчиной, которого она любила (как вспоминает сама Элизенда, «В один прекрасный день … я познала несказанную любовь, и она ускользнула у меня сквозь пальцы…»), и его смерти, Элизенда переключается на другую цель: нести память о Фонтельесе, о том, человеке, которого помнит только она, и до которого никому больше нет дела. И она вкладывает в это дело всю свою энергию, весь свой незаурядный ум, все свое обаяние и влияние, усыновляет сына Ориола и добивается канонизации Ориола как новомученика и чудотворца. Она достигает своей цели, но – все тщетно, как, впрочем, и старания Тины Брос, пытавшейся доказать, что Ориол Фонтельес – один из партизан-маки, боровшихся тайно с фашизмом: на памятнике, установленном на могиле Блаженного Ориола, краской из баллончика нанесена надпись «Смерть фашистам!»
Другой персонаж вспоминается из истории уже более близкой, испанской, – это Химена, супруга Сида, Родриго Диаса де Бивар, верная своей крови (она кровь от крови кастильских королей), верная своему супругу, верная своей вере…
Словом, Элизенда Вилабру из дома Грават восхитительна, даже и ослепшая в старости. И автор ею восхищается, очевидно, так же, как и я.

… А может быть, роман не близок потому, что это — книга о смерти. О смертях, которыми все, в конечном счете, заканчивается. И о неупокоенных душах мертвецов Торены и не только, блуждающих по свету и подающих голоса — надписями на надгробиях, памятью немногих помнящих их, случайно найденными полуистлевшими записками. Они теперь лишь голоса, но увы, не имеющие никакого веса и влияния на новый виток истории.

Прочитав аннотацию к "Голосам Памано" я подумала, что это очередная скучная историческая книга или что-то про страдания детей. Признаюсь, что приступала к книге с неохотой. Прочитав первые несколько глав, я подумала, что чтение довольно объемного произведения причинит мне массу страданий, потому что ничего невозможно было понять. Кроме того, что повествование куда-то постоянно перемещалось, меняли герои и их было довольно много. Страдать, так страдать.

Где-то на 20-й главе я словила себя на том, что мне очень интересно. Разобравшись в сюжете, определив временные промежутки к которым относятся те или иные события и глубже познакомившись с героями чтение стало огромным удовольствием.

Автор безусловно талантливый человек, удивительно как легко ему удалось буквально разбить всю историю на отдельные мини-сюжеты и, на первый взгляд хаотично, их перемешать. От книги невозможно оторваться, потому что каждая новая страница заставляет совершенно иначе взглянуть на героев и исторические события, которые с ними произошли.

Как это ни банально, в центре повествования большая любовь людей, которые не были честны друг с другом, любовь против морали и политических убеждений. И сразу сделаю ремарку, которая должна остановить тех, кто как и я не фанат читать про большую и чистую: любовь здесь совсем не та, что в романах с мягкой обложкой, она продлилась как чувство двух людей очень недолго и высшей ее точкой должна была стать беатификация (даже намекать не буду о чем речь), но из любви или из мести? Эта любовь началась с портрета властной бизнес-вумэн, гордой красавицы Элизенды Вилабру, который писал простой учитель из Торенской школы Ориол Фонтельес.

За внимание этой дамы боролись практически все окружавшие ее мужчины. Её сила и воля поражали воображение жителей деревни и многих людей за ее пределами. Она же умело пользовалась своими женскими чарами, строила свою спортивную империю и мстила врагам за смерть отца и брата. Кроме того, именно ее хрупкими руками управлялись влиятельные мужи, ее руками переписывалась история.

Ориол Фонтельес неожиданно для себя был втянут в деятельность маки и фалангистов - двух противоборствующих сторон.

Чтобы помочь читателю разобраться во всех перипетиях сюжета автор предоставляет Тине Брос - журналистке, толстушке и очень несчастной женщине разобраться в судьбе Ориола Фонтельеса, что на довольно успешно проделывает, правда, заплатив за это немалую цену. И, хотя ее и события в Торене разделяют пятьдесят лет, она невольно стала совсем ненадолго их непосредственной участницей приехав с мужем в таверну Ренде.

Вся история развивается таким образом, что самые интересные и спорные события становятся полностью ясными лишь в конце, читатель же может лишь строить предположения о том, кем же был Ориол Фонтельес: фашистом или святым? Он точно был светом мертвой звезды, ведь память о нем преодолела пол века.

Автор не дает скучать ни минуты умело переплетая судьбы разных героев. Приходилось иногда подергивать ножкой от нетерпения, так интересно было выяснить, где же дочь и жена Ориола, как погиб Ориол, сможет ли Элизенда довести Процесс до логического завершения.

Некоторых героев можно с легкостью обойти вниманием, но никак нельзя не отметить семью Серральяк. Именно скромные изготовители надгробий играют роль в этой непростой истории и не только потому, что младший невольно становится посланником смерти, но и потому, что их мозолистыми большими руками, но не по их воле, не раз на памятниках была написана ложь.

Те самые голоса Памано были предвестниками работы для Серральяков, потому что их предки верили, что те, кто услышит голос реки Памано, которая в разных местах именовалась по-разному и имела разные голоса, очень скоро умрут.

Книга построена довольно необычно, она начинается также, как и заканчивается, но только в самом конце становится ясно, что же значили события в самом начале.

Одна из важнейших тем, поднятых в книге - это тема истории. Здесь очень живо можно представить, как могут быть восприняты исторические события в зависимости от того, кто первый даст им комментарий, чью сторону будет принимать рассказчик и какие цели будет преследовать. Становится очевидным, что очень немногое зависит от истинных поступков и мотивов человека, иногда даже результат не имеет для истории никакого значения.

Первое впечатление от этой книги, как я уже сказала, было обманчивым, и я очень рада, что все же прочитала ее, потому что эту книгу я обязательно буду советовать, ведь она и правда отличная. В ней есть и отличный сюжет, который держит в напряжении до последней точки, и глубокие мысли о жизни, любви, вере и истории.

Сначала не хотела писать отзыв на эту книгу, потому что она очень объемная, разноплановая, местами запутанная, поднимающая столько тем, такая сильная. Она мне очень понравилась.

Вообще Жауме Кабре очень интересный автор, мне невероятно нравится его слог, стиль повествования. Он использует интересные метафоры, сравнения, которые мне бы даже не пришли в голову. И, конечно, его манера сплетать временные ветки, не разделяя их в тексте никак. Мне запомнился момент, где Тина вместе с классом запускала послание в бутылке по реке, чтобы ребята из школы ниже по течению поймали его. И как в одном абзаце с этим описанием, мы скакнули в прошлое, где в этой реке нашли труп человека с тайным посланием в кармане. То есть Кабре не просто ни с того, ни с сего перескакивает из времени во время, эти скачки чем-то связаны: местом, человеком, словом. Это очень красивая, филигранная работа. При этом, что удивительно, ты не теряешься во времени. Сразу становится понятно, что мы совершили скачек, и сразу понятно в какое именно время, история воспринимается целостно.

В данной книге всего две основные временные веки: прошлое – про Ориола Фонтельеса, учителя из Торены, который переехал туда с женой, но вдруг предал свои убеждения и вступил в фалангу, и современность – про учительницу Тину, которая находит дневники Ориола и узнает его истинную историю жизни. Мне очень понравилось, как красиво к концу складывается картинка, которую ты собираешь по крупицам всю книгу. Сразу после прочтения, когда все карты раскрыты, хочется снова перечитать книгу, чтобы взглянуть на все детали уж знающим взглядом.

Здесь не так много временных веток, как в «Я исповедуюсь», повествование не так сильно запутано. Так что если вы по этой причине боялись читать Кабре, рекомендую начать с «Голоса Памано»,т.к. она полегче чем «Я исповедуюсь», но при этом имеет невероятно увлекательный сюжет и сохраняет все черты авторского стиля.

Единственное, что меня смутило, что Тине дается характеристика «полненькая». И это не просто упоминается один раз при ее описании, это слово используется каждый раз, при взгляде других персонажей на нее, как будто это ее основная характеристика. Мне было не очень приятно от этого, хотя может таким образом автор хотел показать ограниченность мужчин, которые на нее смотрели (хотя как будто этим он демонстрировал именно свое отношение к женщинам упс).

В общем, несмотря на эту небольшую деталь, книга невероятная. Кабре невероятный. Я в любви.

«Голоса Памано» - третий прочитанный мной роман Жауме Кабре (из 4-х переведенных на русский язык на данный момент). Это предпоследнее (пока) произведение автора (дай бог ему долгих лет; после него автор написал «Я исповедуюсь»).
По стилю написания «Голоса Памано» и «Я исповедуюсь» очень похожи: нелинейность и заметная «рваность» повествования; чтение напоминает собирание паззла – картинка постепенно складывается из мешанины кусочков. Это одновременно и трудно, и интересно. Необычно и синтаксическое оформление мыслей персонажей; точнее – отсутствие оформления: «А в нижней части фотографии – нечеткий, расплывчатый силуэт мужчины, который бежал, думая доченька моя безымянная, в какой же страшный мир мы тебя впустили».
Рассогласованность: Предложения с началом от третьего лица и окончанием от первого, как например: «…, и Тина осталась наедине со своим разочарованием в Арнау, моем сыночке, добровольно избравшем путь, против которого я столько боролась…»
Сюжет: в горном поселении, где все друг друга знают, все же живут тайны…. В городке есть улицы названные именами почивших односельчан, режимом провозглашенных героями. Но некоторые жители перестали ходить по этим улицам, потому что считают предателями и преступниками людей, чье имя высечено на табличке… Прошлое оживает в дневниках давно погибшего учителя (то ли героя, то ли предателя), случайно обнаруженного при сносе старой школы.
Заключение: это, конечно, не «Я исповедуюсь», но хорошо написанная грустная история

История романтически прекрасной, самовластной и безжизненной (словно иссушающая, бесплодная пустыня) женщины, чужими руками убившей по меньшей мере семерых, рассказана с той витиеватой эпичностью, что затмевает все - как в совершенно не похожем, и все же невольно приходящем на ум романе "Сто лет одиночества". Вместо магического реализма здесь сухая и тавталогичная аналитичность внутреннего монолога. События Гражданской войны в Испании (то, ради чего я читала эту книгу) - просто декорации, бесчисленные голоса из названия - греческий хор, воспеваюший безжалостный фатум и силу лжи.

Старая квартира в центре Барселоны. На паркетном полу кабинета выцветший истертый ковер. Сквозь прикрытые резными ставнями окна струится солнечный свет, но в комнате стоит полумрак. Тихо. И пыльно. Полоски света помогают разглядеть стены, уставленные книжными шкафами. На письменном столе разбросаны стопки бумаги. Пишущая машинка посреди стола замерла в ожидании. С улицы доносятся приглушенные расстоянием голоса. I am not Spanish, I am Catalan! Вслед за горделиво выкрикнутой фразой раздается смех, и вновь гам толп туристов превращается в далёкий гул. Тихонько скрипнула дверь. Вошедший снял с полки книгу, пролистнул, подставив под полоску солнца, поставил том обратно на полку. Эта книга — «Памяти Каталонии» Джорджа Оруэлла. Так начинался рабочий день Жауме Кабре.

Хочется верить, что именно так. И, глядя вверх, отыскивая глазами балкон писателя с обязательным флагом Каталонии, хочется влезть в его голову, понять, как так происходит, что книга его — это калейдоскоп, об осколки которого невозможно порезаться, если мозг твой туп и не заточен, но живой мозг эти осколки ранят до крови, врезаются до самой памяти и оставляют там шрамы.

Ведь самые интересные книги — это те, которые ты читаешь, превозмогая себя, свою человеческую суетную глупость. И продираясь через этот лес фраз и слов, собирая осколки смыслов и превозмогая боль истекающих кровью рук, собираешь эти символы, разбросанные автором по всей книги, а может быть они сами так легли, и увиденное тобой не было заложено писателем, но возникло благодаря тому, что мозг твой не заржавел.

А образы и символы Кабре не лёгкие орешки, одним зубом не разгрызёшь. Каталанский католик не мог обойтись в своём романе без Христа. Он — центр романа, звезда, от которой расходится множество лучей. Христос — это учитель, Ориол Фонтильес. Причисление к лику святых, предательство (Тарга) и отречение (Элизенда). Смерть в церкви, вместо лаврового венка - стрелы фалангиста. Даже книга, случайно взятая у Элизенды не что иное, как "О подражании Христу". Элизенда не только отрёкшийся апостол Пётр, но и Диавол, искушающий многих и всех. Иначе как объяснить влечение всех мужчин вокруг к одной-единственной женщине, женщине, несущий смерть и горе всем, кто прикоснётся к ней? Элизенда — бесплодная смоковница, и сердце её похоронено вместе с Христом. Тарга, современный Иуда, убивающий и предающий за 30 в десятой степени сребренников. Иуда у Кабре также найдёт свою смерть от дерева. Марсел — это чёрная овца, это все те, ради кого умирали Фотильесы в Гражданскую войну, чтобы дать жизнь вот таким выродкам. Это все мы, не ценящие жизнь, прожигающие день за днём. Мария Магдалина тоже есть — это Тина, единственная последовательница Христа-Фонтильеса, несущая знание о нём через десятилетия. В романе Кабре не Мария блудит, нет, но её муж. И современная Магдалина не верит в Бога, Бог — её враг, похититель единственного ребёнка.

Никто не может разгадать загадку Сфинкса, и существует поверье, что все, кто забирается наверх, падают вниз, а те, кто видел во сне разгадку тайны, наутро не могут вспомнить о ней. Злой рок или что ещё хранит знания, которые нам не суждено или ещё рано знать. Спасибо Тине, мы, читатели, теперь знаем правду. Ориол Фонтильес — любящий отец, нефалангист, республиканец, патриот, неверный муж, любящий отец, страстный любовник. Descanse en paz.

Пусть чужд ты всем. Тебя я воспеваю.
Я сохраню твой мужественный облик,
и зрелость опыта, и жадность к смерти,
вкус терпкий губ твоих и привкус грусти
в весёлой смелости твоих порывов
Федерико Гарсиа Лорка «Отсутствующая душа»

Через текст первой трети книги Жауме Кабре «Голоса Памано» я буквально продиралась, долго не могла понять, кто откуда появился, кого любил, кого ненавидел или хотел, но я определенно заметила, что градус эмоций зашкаливал, маятник раскачивался от безумной самозабвенной любви, до ненависти, которая доводит до убийства и не одного. Немного складываться придуманный автором паззл начал где-то к середине книги. Если бы не Долгая Прогулка, я бы забросила эту головоломку еще на первых ста страницах, запутавшись в нехронологическом повествовании. Автор соединяет наше время и прошлое — время Гражданской войны и диктатуры генерала Франко в Испании даже не в одном абзаце, а чуть ли не в одном предложении. Время для автора будто несущественно, он скорее делает акцент на внутреннем мире героев, где время - величина относительная, и течет оно совсем не так линейно, как принято считать. Время — спираль,человеческая память, оно кружится, неизменно возвращаясь к самым болезненным воспоминаниям. А память порой даже подводит своих хранителей, поэтому в книге трудно понять, что, как и где происходило на самом деле, а главное почему. А еще память и историю намеренно искажают, лгут и придумывают, с целями самыми разными, кто-то оправдывается большой любовью, кто-то долгом, а кто-то смутным временем, но клубок всех неправд настолько завертелся, что и распутать не получится, так что многое останется смутно вспоминаемой непроверенной информацией.
Стоило мне всё-таки собрать какую-то часть паззла, перетерпеть особый постмодернистский стиль автора, то вдруг книга заинтересовала, меня увлекло, как увлекают обычно хорошие детективы. Действительно, в «Голосах Памано» много от детективного жанра. Есть 47-летняя учительница Кристина Брос-и Эсплугес, обманутая жена и недовольная выбором своего сына Арнау, ушедшего в монастырь, мать. А еще она хозяйка замечательного кота по имени Доктор Живаго или Юрий Андреевич. Также эта учительница тяжело больна, буду называть ее сокращённо, как в книге — Тина Брос, у нее подозревают рак. Спасаясь от своих страхов, она проводит сразу три разных расследования, она пытается выяснить, с кем ей изменяет муж, почему ее сын решил уйти в монастырь, хотя их семья совсем не была религиозной, а также на самое главное расследование для нашего повествования ее наталкивает случайная находка, сделанная в старой сельской школе, предназначенной к сносу. За классной доской Тина Брос находит нишу, в которой сохранились записи учителя Ориола Фонтельеса, который работал в этой школе во времена войны.
В самой деревне Торена, что стоит на берегу реки Памано, учитель Фонтельес известен как заядлый фалангист, фашист и сторонник режима генерала Франко, даже улица названа в его честь — улица Фалангиста Фонтельеса. Тина читает записи, которые адресованы неизвестной дочери учителя, это послание в будущее, без надежды дожить и передать их самому. Как свет уже погасших звезд достигает земли миллионы лет после их гибели, так и послание Ориола Фонтельеса через учительницу Тину достигнет своего адресата спустя 57 лет после гибели автора. Из записей учителя из Торены Тина узнает что всё было совсем не так, как привыкли думать окружающие, она соприкоснется с самой живой памятью Ориола, откуда узнает, что он был сложной и сомневающейся личностью, вовсе не фашистом, а тайным агентом сопротивления, тем самым загадочным и глубоко законспирированным среди фалангистов Элиотом, тем, кто помог спастись многим людям от фашистов, был проводником через границу Испании и Франции в Пиренеях, давал отдых уставшим беглецам на чердаке школы, там же он держал радиопередатчик для связи между разными отрядами партизан и всё это делал прямо под носом профранкистской местной власти, считался другом алькальда Торены Валенти Тарги, рисовал его портрет, периодически выпивал с ним и разговаривал о жизни.
Кроме того Тина Брос узнает многое о личной жизни Ориола Фонтельеса, узнает, что его бросила жена, лишив возможности видеть тогда еще нерожденного ребенка, а также узнает о сжигающей и взаимной страсти между учителем и гранд-дамой Торены — Элизендой Вилабру, хозяйкой дома Грават. К темной, причем в прямом смысле слова, потому что Вилабру к концу жизни ослепла, и обуреваемой жаждой мести за убитых анархистами отца и брата, памяти Элизенды автор подключается как-то рандомно, время тоже скачет, то героиня молодая девушка, только потерявшая всех родных, то она к старости ставшая почти одержимой с целью получить от религии и Бога СВОЁ — сделать единственного любимого мужчину бессмертным в памяти церкви. Она затевает процесс беатификации Ориола Фонтельеса, то есть причислении его к лику Блаженных мучеников, для этого придумывает историю, с которой доходит до самого Папы Римского и, конечно, добивается своего.
Тина Брос читает записи учителя и копается в темных тайнах всех жителей Торены, в памяти оживают фашисты и партизаны, верный жены и женщины совсем другого темперамента, дети и старики, живые и мертвые. И слышит учительница Голоса Памано, на могильных плитах она видит не только два числа, но дано ей также проникать в эту маленькую черточку между ними, чтобы расширить ее до продолжительности и глубины человеческой жизни. Похоже, где-то уже готовится плита и для нее, а голоса шепчут и об этом тоже.

Прочитала книгу по рекомендации мамы. Как оказалось, ей очень хотелось обсудить книгу с тем, кто тоже смог продраться сквозь дебри межвременного и хаотично сменяющего персонажей текста; ей хотелось узнать, осталось ли у меня такое же горькое послевкусие после прочтения, как и у неё.
У меня осталось.
(далее со спойлерами)
Я искренне считаю, что всё тайное рано или поздно становится явным. Для меня это незыблемый столп надежды, которая помогает жить. Вот это самое "в чём сила, брат? сила в правде"
...И никакие деньги не сделают человека сильным, если нет за ним правды...
Однако в произведении "Голоса Памано" сила осталась не на стороне правды - и это самая гнетущая вещь для меня.

Нам представляют фрагменты жизней условно плохих и условно хороших персонажей, воссоздают историческую панораму длиною практически в целый век, раскрывают подробности, долгое время погребённые под пылью прошедших лет.. Казалось бы, затем, чтобы в конце мы испытали катарсис, когда справедливость восторжествует и правда выйдет наружу. Можно спорить о том, герой ли Ориол Фонтельес (для меня - да) или не герой, но для того, чтобы спорить, нужно, чтобы "на суд" вышел настоящий Ориол Фонтельес - с его слабостями, метаниями, поступками, ценностями, сожалениями и стремлениями. Но финал романа трагичен, и голос сельского учителя, как и голос сельской учительницы, утонул в Памано..

В одной из рецензий упомянули схожесть этого романа с произведением "Террор" Дена Симмонса. Удивительно, но мне тоже пришло в голову это произведение, не столько из-за физиологических подробностей, сколько из-за непреходящего фрустрирующего эффекта. Это одна из самых печальных книг, которые я когда либо читала, из неё как будто выкачали весь свет и всю надежду. Мне постоянно хотелось кричать "Элизенда! Какое право ты имеешь делать то, что делаешь?" Я понимаю, у неё своя трагедия, которая сформировала ядро её личности, возможно даже, будь у её противников такие же финансовые возможности, они вели себя точно так же. Но в моих глазах ничто не оправдает её главный поступок - сокрытие правды о человеке, которого она якобы любила. Она любила себя, любила свою любовь к Ориолу, но точно не его самого. Потому что она предала все ценности, всё, чем он дорожил.

Не знаю, как закончить эту рецензию.
многие уже написали и со многим я согласна.
Но я бы хотела обсудить произведение, поэтому если вам есть, что сказать, то добро пожаловать в комментарии :)