Я, Клавдий

Я, в отличии от Клавдия, объемом текста ограничена, поэтому постараюсь как античные авторы - понемногу обо всем:
О разных позициях и подаче материала.
Недавно попалась мне передача по хистори, феминистского толка, где неухоженная и немолодая энтузиастка рассказывала об античных женщинах, засветившихся в исторических документах. И вот как раз была серия про Ливию, очень яркую женщину, которой в передаче лились оды восхищения. Слушала я и поражалась ее уму и дальновидности стратегических решений. В данной книге речь тоже начата с Ливии, ибо она была бабкой главного персонажа Клавдия. И львиную долю текста занимает эта чудеснейшая! И насколько же иной взгляд на эту же Ливию тут показан. Нет, в дальновидности и цепкости ей никто не отказал, но насколько же другой оттенок отношения к ее действиям. Ее холодный расчет и пренебрежение к чужим жизням даже родных и близких людей, жестокости и природная интуиция в политических игрищах - не могут не поражать. Однако же ярчайшая личность, бесспорно.
О физических недостатках и отношении к ним
Человек, имеющий некие физические недостатки (в данном примере - хромота, заикание при нервных ситуациях, плохо работающее одно ухо) - взращенный в условиях презрения и неприятия, отождествления его физических недостатков с умственной неполноценностью, да как он вообще не потерял рассудок?! Толика терпения - и вы общаетесь с образованным человеком с обширными познаниями. Но не у всех есть желание проявлять такое терпение.
Об образовании и образованности
Ловлю себя на мысли, что чем больше гаджетов, тем больше мы на них полагаемся, не рассчитывая на свою память. Многие ли способны выучить наизусть и держать в голове нечто, сопоставимое по объему с Иллиадой? А объемы знаний исторических событий, а главное - способность размышлять о них, делать не шаблонные выводы и применять эти знания на практике?! А ораторское мастерство, это отдельное искусство. Кстати поднимаются и вопросы достоверности источников.
О нравственности
Время Тиберия и Калигулы гремит своими нравами и по сей день. Однако книга так удачно, чуть ли не целомудренно все это описывает, не в пример тем авторам, которые смакуют подробности. При этом картина эпохи с падением нравов и отношением к семейным ценностям, к родственным узам и жизни в Риме - вполне ясно формируется.
О ценности жизни
Внезапная и частая смертность делала людей или философами, или фаталистами, или довольно жестокими безумцами. Смерть ждала каждого за углом. А насильственная смерть и того чаще... Отсюда и сбои в нравственности у многих представленных героев.
О мироощущении
Сюжет построен так "затягивающе", что в приятной беседе с очень умным, образованным, а главное интересным собеседником время летит незаметно. Герой ставит себя так, что читатель вроде как и с ним общается, и на срез эпохи любуется во всей красе. Не эгоистично выпячивая себя, но позволяя поучаствовать во многих семейных для него, исторических для нас сценах и событиях.

Очень, очень интересная книга, полная поворотов сюжета,исторических личностей и их разнообразного толка деяний, читается легко и впечатляет гладкостью рассказа. Буду рекомендовать любителям истории и приключений.
п.с. А о "лохматых" - это довольно занимательная загадка-предсказание и те, кто знает историю античного Рима, получит дополнительное удовольствие при ее разгадывании. А те, кто не знает, сможет познакомиться с героями загадки в процессе чтения.

Что это было?
Такое впечатление, что я побывала в серпентарии, террариуме, борделе и скотобойне , которые решили объединить в одном месте и в одном времени -Древнем Риме конца последних лет до н,э и до января 41 г. н.э. Именно в это время и происходят действия и рассказывается, охватывается правление таких правителей как Октавиан Август-основатель Римской империи , Тиберий Юлий Цезарь Август и Гай Юлий Цезарь Август Германик (Калигула).
Вот такие имена, и поначалу очень трудно было разобраться о ком речь, в книге просто огромное количество примерно одинаковых имен и они так быстро сменяются автором, что уследить трудно непосвященному читателю. Это минус книги, хотя это минус мне , как неподготовленному совсем к такому чтению, хотя со временем к середине книги как то немного привыкаешь и начинаешь разбираться кто есть кто, хоть и с трудом, потому , что они беспрерывно или умирают или просто женятся, выходят замуж друг за друга, обмениваются мужьями, женами как перчатками и так же усыновляют, рожают, умершвляют детей. Но первая половина книги напоминает не роман, а историю Рима, написана очень сухим, конкретным языком и направлена просто на перечисление тех завоеваний, тех исторических событий, что произошли во время правления Октавиана и до него при при Юлии Цезаре .
Начала я с того , что жизнь описанная в книге просто поражает. Право я нигде не встречала столько кровосмешений, извращений в сексуальном плане, изнасилований , убийств, резни, отравлений, заговоров, доносов. Куда там Екатерине Медичи и семейству Борджиа- они просто младенцы по сравнению с семьей и потомками Цезаря, что описаны в этой книге. Я бы поняла может все то , что происходило бы по отношению к другим семействам, но здесь все это , практически все происходит с членами семьи и убийства своих детей, и умерщвление мужей и жен, и насилие по отношению к сестрам. Честно такого разврата я не встречала больше нигде, и хоть я вроде была подготовлена , что это Рим, там много чего было, но здесь на каждый квадратный дециметр страницы книги приходится по нескольку убийств в семье. А ведь какие изощренные они- тут и яд втираемый в плоды которые еще только растут на дереве для мужа, тут и трупы под полом для отца, ну и просто угроза для жизни для каждого члена семьи , потому что правят просто сумасшедшие возомнившие себя богом или тираны.
Как же остался живым в таких условиях Тиберий Клавдий Цезарь Август Германик , который и ведет сей рассказ, будущий император- а просто потому, что на него старались не обращать внимания, куда там калеке, глухому, хромому до тех личностей, что фигурируют в книге. Ведь он даже не ел никогда практически за одним столом с бабкой и дедом императором, они его держали за неодушевленный предмет или собачку, хотя наверно к собачке было больше внимания. И вот при нем велись разговоры, его обзывали, а он знай себе мотал все на ус и учился, учился, учился- в этом ему не отказывали конечно. А что оставалось делать ребенку, который и ходить то толком не может, и хоть его считали слабоумным, написал потом кучу исторических трудов и умудрился стать императором, причем неплохим, особенно на фоне предыдущих… но это уже не здесь .
Вначале я подозревала , что книга мне не по плечу, не захватила меня история , хоть я и люблю исторические книги , но постепенно по мере узнавания все больших подробностей об той же истории Рима о политических интригах, о характере и действиях правящих в то время императоров и их семьях, их подданных все больше интереса проявлялось к книге. И хоть книга называется "Я , Клавдий ", Клавдия там кот наплакал, больше описания всего того, что было в Риме . Даже обидно было- ну когда же автор придет от лица героя к своему рождению, и хоть он постепенно подошел к этому, все равно фигурировал как бы на заднем плане тех ужасов. Но зато все тираны , такие как Тиберий или всем известный Калигула просто поражали своими действиями , правлением, своими выходками.
И еще один персонах уж очень запомнился, жена Октавиана Августа Ливия Друзилла- вот уж мужчина в юбке. И хоть она очень много сделала для империи, но ее шаги были очень кровавыми и изощренными, чтобы потомки стали править .Очень неоднозначный персонаж и очень неоднозначное поведение.
Не могу определить , как оценить книгу- исторические подробности описаны на 5, но периодами, потому, что книга просто перегружена именами и событиями хотелось поставить намного меньше, так нельзя с читателем обращаться, столько подробностей очень тяжело вынести. Потом все же решила, что это мой промах, я была не подготовлена и в итоге получилось , то что получилось. Книга на самом деле очень интересна и полезна , просто надо научится ее читать .Но приду ли я ко второй, продолжению этой -просто не знаю. Видимо надо отдохнуть.

Во дворце заговор. Боже, кaк мерзко
Ждать неизвестности в дальних покоях,
Видеть, предчувствовать,
Знать, нo не верить
До самой последней минуты.
Взгляд исподлобья — почтительно-дерзкий,
Шепот придворных, кинжал за спиною,
О, кaк же чудовищно
Медленно движется
Ком государственной смуты!
Ну же, смелее! Кто первым решится? —
Но рано. Пока еще нет смельчаков. (с) Йовин, она же Лина Воробьева

Весь месяц, пока я погружалась в атмосферу Древнего Рима у меня в ушах настойчиво звучала эта песня:) Столько измен, отравлений, предательских кинжалов в спину, интриг и предательств, как выпало на долю злосчастных древнеримских цезарей, еще надо поискать.

Гениальная мистификация - якобы автобиография императора Клавдия, написанная в середине ХХ века. Да написанная настолько мастерски, что начинаешь ловить себя на мысли - а почему это не использовалось в качестве источника в учебнике по древнему миру:) У Грейвза отличный слог, великолепное знание предмета и в добавок ко всему прочему - умение заинтриговать читателя, заставить сопереживать героям - ну что еще нужно для увлекательного исторического романа?

Грейвзу удалось создать не просто книгу, а этакую машину времени - читая о временах правления Августа, Тиберия, Каллигулы и, собственно, Клавдия, не могла избавиться от ощущения, что все это происходит совсем рядом - стоит выглянуть в окно и увидишь золотые колесницы, распущенных римских матрон, верных гвардейцев, услышишь шум боя гладиаторов и звон мечей... А герои прописаны настолько живо, что, если бы я, не дай Бог, читала где-то историю, то начал бы оценивать всех персонажей этой книги исключительно исходя из того, как их описал Грейвз.

Пару раз рука настойчиво тянулась к Википедии, чтобы вспомнить давно забытую историю Древнего Рима, но, поскольку автор везде оказывался прав, то буквально в первой четверти книги и успокоилась и наконец начала получать удовольствие от чтения, в очередной раз убедившись, что хороший исторический роман с успехом может заменить скучный и сухой учебник.

Без сомнения лучшее "внеклассное чтение" по истории Древнего Рима.

P.S. А Клавдия, все-таки, было жалко...

Обычная история печальна и смешна,
Когда у мужа-старика распутница жена (с).

Книжный вызов 2011

Получила неимоверное удовольствие от книги с самых первых страниц. Мне пришелся по душе язык автора, преподносящий историю с разных точек зрения, хотя и от лица Клавдия. У меня сейчас как раз прилив интереса к античности (непонятно откуда взявшийся), поражает мир, существовавший «до нашей эры» - как наука, знания, ораторство сожительствовали с жестокостью, безумием и расточительством. Маленького Клавдия никто не любит, он страшненький, хромает и заикается; мало кто знает, как силен он в истории и языках, как быстро развивается его ум. Но это знаем мы, и то, как он негативно относится к мужеложству, агрессии и насильствовании во всех проявлениях. Местами мне казалось, что Клавдий вышел слишком уж идеальным, слишком правильным, из того, как он оставался в стороне, всех спасал из сложных ситуаций, как прогибался под жену и боготворил любовниц. Конечно, были ситуации, ставившие и его в неловкое положение, но были они малочисленны. Меня поражало, с какой легкостью люди травили друг друга, без душевных мук и каких либо переживаний. А неадекватность Калигулы вопила во мне: «Когда уже народ восстанет?» Больше всего мне понравились именно исторические моменты, обсуждения политической ситуации, наука правления, военное ораторство. Мне нравилось, что так отчетливо создаются образы в голове, и я гуляла по Древнему Риму. Больше всего по душе пришлась первая часть, про Октавиана Августа, она вышла наиболее «научной». С Тиберия на Калигулу идет акцент на диспотизм и убийства, что больше имело историческую ценность. В ближайшее же время приступлю к продолжению.

Хотя книга Роберта Грейвза и называется «Я, Клавдий» по существу это больше биография Древнего Рима, чем биография отдельно взятого гражданина, историка, члена императорской семьи и будущего правителя Клавдия. О самом герое, от лица которого и ведется повествование, навскидку можно сказать лишь то, что он говорит о себе сам – историк, инвалид, не имеющий императорских амбиций. Но по мере чтения добавляется то, о чем он недоговаривает – умный, умеющий выдерживать баланс между разными околовластными группировками, остающийся в тени, но способный вовремя сказать то, что от него хотят слышать. Не так прост, как о нем думают близкие, и не так благодушен и честен, каким, возможно, хочет показаться.

Прежде чем стать императором Божественным Клавдием, главному герою пережить правление трех правителей, каждый из которых был более или менее склонен к мести, паранойе, а следовательно к казням, ссылкам и прочим малоприятным испытаниям для неугодных. Клавдий в силу своих особенностей в опалу не попадал, но был свидетелем многочисленных трагедий, реальных и надуманных угроз, интриг в приближенном к императору круге, который похож на банку с пауками.

Если при Августе обстановка была относительно спокойной, а заправляла всеми интригами и тайнами его жена Ливия, то следующий римский правитель Тиберий уже не гнушался тем, чтобы сводить личные счеты, используя для этого свои полномочия. Что уж говорить о Калигуле, действия которого неадекватны, пугающи, нелепы и непредсказуемы. Чтобы выжить в такой обстановке, где неизвестно, сочтут тебя завтра другом или предателем, требуется определенная гибкость мышления и хитрость, которые Клавдий время от времени и демонстрирует.

50 лет истории Древнего Рима, описанные Грейвзом через Клавдия, ярко показывают характерные черты и особенности того времени. Пусть здесь не фигурируют простые смертные, а лишь представители элиты, но общее представление складывается. Высшее общество явно и тайно борется за власть, и борьба эта всегда с риском для жизни, император – кто бы он ни был – тоже не чувствует себя в безопасности, а в свободное от козней, войн и придумывания новых налогов для населения время вся эта достопочтенная публика развлекается на шикарных приемах и гладиаторских боях, прекрасно иллюстрируя выражение «Хлеба и зрелищ», подходящее не только для плебса, но и для тех, кто им управляет.

Кому в древнем Риме жить хорошо? Ясное дело, императору и его приближенным. Однако для мало-мальски знакомого с историей человека это суждение очевидно поверхностно. Редко, очень редко умирают эти товарищи своей смертью. Железо и яд постоянно спорят между собой о том, кто из них отправит на тот свет очередного члена императорской семейки. Однако Клавдию повезло: в этом списке он неизменно оказывался в конце. Дело в том, что нашего Клавдия в силу его общей хилости и заикания все считали дурачком, годным лишь на то, чтобы над ним посмеяться и выгнать вон. Надо сказать, Клавдий был вовсе не дурак и такое положение вещей его вполне устраивало - выгнанный вон, он тихо сидел по библиотекам и строчил исторические труды, в то время как его родственнички конвейерным способом отправляли друг друга кормить червей. Эта интенсивная деятельность по взаимоуничтожению привела к тому, что после Калигулы Клавдий остался единственным легитимным наследником и вынужден был позволить посадить себя в императоры, чтобы предотвратить гражданскую войну...
Роман Грейвза изумителен тем, что прекрасно передает, насколько слепой и беспомощной становится власть, будучи доведенной до абсолюта. Твои благие намерения могут переливаться через край, но за твоей спиной неизбежно будут твориться гадости от твоего имени. Тот, кто стремится к полной власти, стремится контролировать неконтролируемое. Абсолютный монарх должен либо жить в ожидании заговора, либо периодически устраивать кровавые чистки среди ближних своих, что плохо сочетается со стремлениями к справедливому и законному управлению. В конце концов, единственное, что оставляет Грейвз (но не история - кто может поручиться за романтические мотивы иператоров, живших две тысячи лет назад?) своему герою - это апатия и наблюдение за скатыванием в безобразную тиранию с надеждой о возрождении республики после гражданской войны.
"Я, Клавдий" как раз аккуратно предшествует по времени действию "Камо грядеши" Сенкевича, поскольку после Клавдия на трон уселся рыжебородый Нерон. Оба этих романа примерно в одинаковой степени атмосферны, но у Грейвза гораздо больше любви к собственно античности и скептицизма к христианству. Для Грейвза античность - живой мир, у него свой взгляд на каждого персонажа, причем часто весьма отличающийся от общепринятого. При этом странно, что периодически попадаются явные анахронизмы - вроде "по техническим причинам" или "под ружьем". Как-то не укладывается в голове мысль, что настолько погруженный в античность автор мог написать подобное. Но на общем фоне эти погрешности практически незаметны.
Одним словом, это один из лучших исторических романов, что мне попадались. Здесь нет ни христианских восторгов Сенкевича, ни конспирологии Пруса - только суровый, хотя и показанный сквозь несколько романтическую завесу реализм. Возможно, именно так оно все и было, жизнь близко к тексту.

Если вы любите классические исторические романы и эпоху античности во всём её имперском блеске - вам сюда.

О сюжетах исторических романов рассказывать очень сложно, особенно, если главные действующие лица не являются вымышленными персонажами. Фактически речь идёт о жизнеописании императора Клавдия, который на протяжении всей жизни слыл дурачком, благодаря чему удачно пережил всех своих ярких и перспективных родственников и воцарился на троне. И, раз уж роман маскируется под текст, который мог бы написать сам Клавдий (хотя о стилизации речь не идёт), большая его часть посвящена делам в империи, а точнее всему безумному семейству Юлиев-Клавдиев. О себе лично Клавдий рассказывает очень скромно и мало. Ещё бы! До прихода к власти он не был блестящим полководцем, не прокутил миллионное состояние, не увлекался девочками, мальчиками, оргиями, не спал со своей сестрой, не доносил на врагов, не отправлял никому отравленных слив, не участвовал в заговорах и вообще вёл образ жизни затворника. По меркам I века н. э. молодость прошла почти впустую.

Роберт Грейвз в предисловии ко второму роману дилогии уверяет, что он проработал стопку источников и даже перечисляет штук десять товарищей поименно. Я ему верю. Роман (по крайней мере, этот, за второй пока не скажу) дружит с хронологией событий, плотно населён реальными персонажами римской истории (среди значимых героев вообще ни одного вымышленного) и порой даже дословно передает, если не диалоги, то отдельные фразы, произносимые Августом, Тиберием и прочей братией. При этом с географией дела обстоят отвратительно, хотя Грейвз и это оговаривает в предисловии. Я понимаю, что большинству читателей удобнее встречать в тексте Лион (Лугдун), Париж (Лютеция) и, тем более, Кельн, а не оппид Убиорум, но, право слово, сноски как раз на этот случай и придуманы (а не для того, чтобы пояснять, кто такой Геркулес - это уже камень в огород отечественного переводчика и издателя). Но поскольку большая часть действа происходит всё-таки в Риме, с этим можно смириться. С исторической точки зрения роман добротно скроен и весьма надёжен. Очень жаль, что я не наткнулась на него в юности, пока была всеядна, не избалована и до того, как сама прочитала всех этих Тацитов, Светониев и Титов Ливиев. Потому что сегодня добротность становится недостатком - мне известны все повороты сюжета. Большего количества спойлеров на страницу текста я и не вспомню. Изысков стиля не сыскать - текст гладок и прямолинеен, что в общем нельзя отнести к недостаткам. Оригинальных поворотов или смелых трактовок в романе не обнаружено, так что роман, хоть и художественный, но напоминает скорее учебник ("Калигула" Йозефа Томана о той же эпохе читается куда как живее). Но повторюсь, это для меня, с моей специализацией на древней истории. Здесь действительно есть, чем увлечь читателя.

Автор предлагает нам перенестись в древний Рим, во времена правления цезарей Тиберия и, после, Калигулы - да-да, того самого, жестокость которого дошла до наших дней. Надо быть осторожным при чтении этой книги, потому что опасность быть вовлечённым в заговор велика. Со всеми последствиями, вернее, жестокостями.
Клавдия не любили в семье. В древнем Риме, который славился своими завоеваниями, не могли любить слабого здоровьем ребёнка, хромого и заику. Предсказание сивиллы о том, что Клавдий станет великим, звучит насмешкой. Мальчику остаётся пристраститься к наукам. Изучая историю, Клавдий пишет свои научно-исторические труды, которые после используются его братом Германиком, но останутся незамеченными при дворе. Клавдий живёт во дворце, наблюдая человеческие пороки. Бабка Ливия, правление Октавиана Августа, Тиберия, а затем и Калигулы сопровождаются бессмысленной жестокостью и несправедливостью. Не однажды Клавдий был и сам на волосок от смерти. "Моя жизнь стоит одну медную монетку", - заявит он Калигуле. Именно столько стоит треснувшая печатка-опал, благодаря которой Клавдий остался жив.
Читая книгу, проникалась мыслью, что нашими судьбами боги забавляются на облаках. Как иначе объяснить тот факт, что наша жизнь иногда зависит от сущих мелочей, которым мы не придаём значения? Ещё один момент. На время чтения книги почему-то количество богов в моём сознании увеличилось, Ливия стала понятна со своими интригами, а чувства гетеры ближе, чем жёны Клавдия Ургуланилла или Элия Петина. Я полностью перенеслась в древний Рим и, скажу вам, это страшно, когда ваша жизнь стоит одну медную монетку. Тут в одночасье можно стать императором или умереть в страшных мучениях, а родным запретят вспоминать ваше имя. Самым страшным и непредсказуемым было правление Калигулы. Знания Клавдия оказались не нужны, роль шута при племяннике-самодуре - единственная возможность выжить. Но осмелюсь разозлить богов чтения убеждением, то жизнь иногда гораздо увлекательней любых романов. Перо писателя только-только начало обрисовывать историю, а жизнь уже успела приукрасить её морозными узорами на окнах и придумать такую концовку, что самое богатое воображение писателя оказывается беднее нищего на паперти.
Я советую вам совершить экскурсию в древний Рим, гарантируя, что с таким гидом, как Роберт Грейвс, вашей жизни и здоровью ничего не грозит.

Роберт Грейвз написал исторический роман-хронику от имени Тиберия Клавдия Друза Нерона Германика – будущего императора Рима, одного из внуков Божественного Августа. Клавдий пишет свой исторический труд об эпохе правления трех Цезарей, пережив всех остальных претендентов на этот титул. Ему единственному «повезло» родиться со множеством физических недостатков - хромой, полу-глухой, да еще и заика к тому же, поэтому его никто не рассматривал как претендента, бабушка Ливия даже брезговала садиться с ним вместе за стол. Но с мозгами у него было все в порядке, и заброшенному, нелюбимому ребенку пришлось рано поумнеть, глядя как быстро сходят в могилу его гораздо более здоровые, а главное честолюбивые сородичи.

Можно задуматься, что заставило автора, известного поэта и почитателя доклассической Греции и древней кельтской истории, взять и написать роман об одном из самых известных моментов истории античной. Может быть, веление времени. Тридцатые годы прошлого века - это мучительное расставание Англии с устоявшимся образом жизни, обеспеченным безграничным английским могуществом, всего, что близко автору с детства, а кроме этого мировой экономический кризис и зарождающийся в Европе фашизм (Боже, как все знакомо, наверное нам тоже нужно ожидать появления нового Грейвза) . Это, должно быть, и подтолкнуло его к изучению прошлого с целью показать несовершенство настоящего и созданию героя, похожего на него самого – ученого-историка и поэта, непонятого окружающими и сознательно выбравшего уединенный образ жизни. А поскольку автор невольно персонифицирует себя с героем, то Клавдий получается несколько идеализированным, по сравнению с историческим персонажем. Хотя в плане исторической достоверности других излагаемых им событий, в серьезных расхождениях с древними историками Грейвза не упрекают.

Перед нами развернуто историческое художественное полотно о повседневной жизни, законах, обычаев и нравов дряхлеющего Рима. Все главные лица эпохи пройдут перед читателем - Август, Ливия, Тиберий, Калигула расскажут о как лучших, так и худших своих поступках. Очень занимательна позиция Ливии, поведанная перед смертью Клавдию. Она утверждала, что лично не была заинтересована ни в одном убийстве и все ее злодеяния совершены ради централизации власти и незыблемости Римской Империи, иначе претенденты разорвали бы страну на куски, а орды всегда готовых к этому германцев завершили бы ее распад. А ведь как известно, именно это и произошло впоследствии.

Поначалу стиль романа кажется суховатым, образам персонажей не всегда хватает глубины, но, вчитавшись, перестаешь считать это недостатками и отдаешься на волю автора, полностью окунаясь в повествование. А студентам-гуманитариям смело можно посоветовать заменить этой книгой скучный учебник. Или, по крайней мере, дополнить :)))

Эталон исторического романа, прекрасная книга для любителей истории и ещё много описаний встретила для этого произведения. Как человек, имеющий проблемы с хорошим отношением к истории, могу признаться, что это был не самый увлекательный прослушанный в моей жизни текст, но в целом интересный. Причем более всего интересный для меня одним персонажем (даже не главным, хотя тут как посмотреть).

Ливия — бабуля Клавдия — это нечто. До нее в художественных произведениях существовала только одна женщина, способная довести меня своим появлением до нервного срыва, и женщина эта — мать Тони Сопрано из сериала Клан Сопрано, которую зовут... Ливия! Если кто-то не смотрел этот сериал, то для понимания ситуации напишу, что один известный журнал поставил Ливию Сопрано на 3 место в списке величайших телевизионных злодеев всех времен. Она настолько отвратительна, что иногда приходилось делать паузу и успокаиваться после ее чудачеств (5 лет назад смотрела и до сих пор помню!). И вот неладное я заподозрила во время прослушивания книги, когда словила волну негодования от Ливии из романа. Начала искать информацию и обнаружила, что создатель сериала высоко оценил роман «Я, Клавдий», называя его одним из своих любимых художественных произведений, и что сходства между двумя Ливиями существуют не только в моей голове. Помимо этого, он ещё упоминал, что списывал персонажа со своей матери, поэтому ему можно только посочувствовать. Но для меня Ливия — это просто открытие года.

Все остальные персонажи и действия поэтому не оставили особого впечатления, хотя не сказать, что слушать было скучно. Скандалы, интриги, расследования на минималках и в условиях Древнего Рима. Плюс вечно грустно было за Клавдия — сначала нелюбимого ребенка, затем нелюбимого взрослого. Но не жалею о прослушанном.
Эта книга точно не зря фигурирует в многочисленных списках лучшей англоязычной литературы.