The Grass is Singing

При выборе книги меня привлекло в первую очередь название. "Трава поёт" — это почти как "Всё живое"/"Вся плоть — трава" (которое на самом деле "All Flesh is Grass") моего любимого Клиффорда Саймака, да ещё и — трава — поёт, ну как пройти мимо? О чём может петь трава, как она это делает и при чём тут какая-то Мэри, о которой говорится в аннотации? Поющая трава оказывается эпиграфом, предвещающим нечто мрачное, и мрачное же читатель получает с первых строк — получает заметку в газете об убийстве некоей жены фермера (как интересно с первых же строк видеть, что никакой самоценности Мэри Тёрнер как будто не имеет, являясь лишь приложением к своему мужу, который обеспечен как минимум одной социальной ролью — ролью фермера). Моя учительница литературы назвала бы это кольцевой композицией или ещё каким филологическим термином — понимаете ли, роман начинается как будто с развязки, читатель не мучается уже нетерпеливо "Чем же закончится?!", однако стремится узнать, почему закончилось именно так — и это куда интереснее. Вы когда-нибудь замечали, что в погоне за событиями теряется самое главное — теряются слова автора (ах, а как я ненавидела классе в девятом так превозносимые учителями авторские ремарки в "Мёртвых душах"), теряются причины и следствия, теряются лица — не просто персонажи, а именно люди, о которых написано? Дорис Лессинг избавляет нас от этих потерь, даёт возможность вдумываться и анализировать.
Итак, о чём эта книга? Это книга о женщине — и это книга об Африке. Где-то на заднем плане ещё мелькают фермеры, соседи, грязные занавески и плохие потолки, суть же — вот она. Красавица Мэри, пережившая тяжёлое детство, но живущая до тридцати лет довольно счастливо, выходит замуж — хотя замужество ей, в общем-то, и не нужно — за мужчину, который, в общем-то, ей и не нужен, и... Чёрт возьми, как Лессинг удаётся описывать таким простым и беспристрастным языком то, к чему я не могу подобрать даже слов, не говоря уже о соединении их в предложения? Хорошо, попытка номер два. Мэри попадает в совершенно чужую ей атмосферу — сама природа, кажется, давит на неё — и страдает от одиночества, от скуки, от собственной ненужности, погружаясь внутрь себя всё глубже. А вокруг неё — Африка. Заросли африканского буша подбираются к женщине всё ближе с каждым днём, протягивая костлявые руки-ветки, адская жара причиняет страдания, рушит все попытки собрать хороший урожай, чтобы отдать долги и поскорее убраться с ненавистной фермы. А ещё эти туземцы...
Говоря о том, что книга об Африке, я подразумеваю туземцев в первую очередь, хоть и упоминаю в последнюю. Что о них узнаёт читатель? Одежду и вещи они покупают в специальных магазинах ("Чарли посмотрел на серьги в ушах Мэри, на обивку дивана, представлявшую собой ... ткань, которая продавалась только туземцам и которая в Южной Африке столь неразрывно ассоциировалась с товарами для кафров, что Чарли был потрясён до глубины души, увидев её в доме у белого), от них пахнет — причём так считают только белые, сами же они убеждены в обратном — в том, что воняет как раз от белых, живут они в убогих хижинах ("Создавалось впечатление, что с неба протянулась гигантская чёрная рука, сгребла пригоршню палок и травы, а потом швырнула всё это на землю, после чего вдруг по волшебству возникли хижины"), и, наконец, белые люди не воспринимают их "как людей, которым требуется еда и сон: они либо были рядом, либо их не было". Страшно не то, что книга пропитана расизмом, страшно, что расизмом была пропитана сама жизнь.
Так кто виноват в том, что произошло? Сама ли Мэри, которая как будто дала повод Мозесу так поступить с ней (дала повод, относясь к человеку как к человеку?)? Её ли прошлое: пьющий отец, мать, не пытающаяся уберечь дочь от травм? Может, её муж — человек, витающий в собственных мечтах и не замечающий, как его жена медленно убивает сама себя? Ответа нет.

Как же эта книга меня зацепила, причем неожиданно. Читая первую главу, меня не покидала мысль, что я не не смогу, брошу, потому что ничего не понимаю. Воспитанная на "Хижине дяди Тома", я поначалу не прониклась. Да и события первой главы автор представила нам глазами плохо понимающего еще что происходит англичанина.
А дальше -накатило! Книга необычайно сложная по эмоциям. Тревога ощущается с описания самого детства Мэри. То, что с ней произошло, наверное, было предопределено. Ненависть и страх породили трагедию. Взгляд автора при этом бесстрастен. Но как же мастерски Лессинг уже в первом своем романе сумела передать все противоречия?! И это не только богатые и бедные, белые и черные. Почему же добрый чудак Дик Тёрнер, так любящий свою землю и жалеющий свою несчастную жену, оказался на задворках жизни в отличие от расчетливого грубого Чарли Слэттера? Видимо, автор избегает сюжетных штампов, как бы еще раз нам говоря: нет справедливости на этом свете.
Прочитав весь роман, я снова вернулась к первой главе. И все стало на свои места. Наверное, так и надо было читать.

Трагическая история о том, до какого ужасного состояния доводит слабого человека жизнь в тяжелых условиях. Все начинается с раздражения, перерастающего в злость, ярость, а потом просто сводит с ума.
В том, что случилось с Мэри, главной героиней романа, виновата она сама. Жила, ничем себя не обременяя, эдакая тридцатилетняя девочка, и вдруг узнает, что друзья за ее спиной смеются над ее образом жизни. Она не находит ничего лучше, чем выйти замуж, как того требуют приличия, и уехать на далекую ферму.
И здесь тяжелая жизнь в жаре, нищете и безделье ломает, перемалывает и выплевывает слабое, неподготовленное человеческое существо.
Вот такое первое, поверхностное, впечатление от романа. Но, на самом деле, там все намного глубже. Можно насчитать еще много слоев этой истории. Книга заставляет задуматься, однозначно.

Место действия - удивительный мир Южной Африки в эпоху освоения британскими фермерами .
В самом начале книги уже становится известно ЧТО стало с героями, но в данном произведении гораздо важнее "конечного пункта" сам путь, который проходит героиня.
Роман замечательно иллюстрирует что случается с человеком, если он не прислушивается к себе, неправильно выбирает жизненный путь, и если ему не хватает смелости и решимости противостоять чужому мнению и отстаивать свои приоритеты.
Сколько глупых и роковых поступков, подпортивших и испортивших жизнь, было совершено под влиянием "а что скажут люди"! Не избежала этого и Мэри, счастливо прожившая до 30-ти лет, но потом, подслушав своих друзей, решившая кардинально изменить свою судьбу не в лучшую для себя сторону, что привело к печальным последствиям и 3-м загубленным жизням. Книга для меня получилась о том, что нужно понимать себя, не бояться своих желаний, делать свой выбор и ,не оглядываясь на остальных, наслаждаться той жизнью, которая нравится тебе.

Старая история на южноафриканский лад. Жила-была девочка в обычной среднестатистической несчастливой семье: папа пьет, мама злится и пилит, денег нет, и так хочется зажмуриться и не видеть всего окружающего. Полностью отгородиться от окружающего не удалось, но получилось жить в собственном коконе, где тепло и уютно, и вроди есть люди вокруг, но ни до кого нет дела, ничто не заботит, приятно и привольно. Плыть по течению, не задумываться, не приглядываться, не прислушиваться, не пытаться понять, счастье!))) Дожила так девочка до 30-ти лет и однажды реальность все же прорвалась в ее мирок - социальное давление навалилось всей тяжестью, настигла расплата за легкомыслие. Пытаясь срочно выполнить навязанную цель, она, опять же не думая, ввалилась не разбирая дороги в чуждую жизнь. Встретились двое бездумных чужих, и ожидаемо, не дополнили, а ослабили друг друга. Вечная история, а отупляющая жара и особенности родезийского общества только чуть ее "украсили".

Под палящим солнцем Южной Родезии на фоне межрасового противостояния разворачивается трагедия неудавшегося брака Дика и Мэри – потомков английских колонистов, вынужденных влачить жалкое существование в стране, которая всеми фибрами пытается их исторгнуть. Автор методично вскрывает причины постигшего их в общем-то тривиального несчастья, перетекающего из поколения в поколение, а также последствия, в результате всего этого наступившие. Наблюдаем круговорот несчастья в природе: люди, деформированные своим неблагополучием, сходятся для преодоления трудностей на чужбине, превращают жизнь друг друга в настоящий ад, обзаводятся детьми, больными с рождения эмоциональной пустотой, черствостью и какой-то исходной тоской и безнадежностью, которые уже не в силах остановить этот процесс разобщения и отчуждения на своем жизненном пути. Судьбе последних и посвящена книга.

Проблема героев кроется в их предельной инфантильности – они намертво завязли в подростковом возрасте – времени ожиданий, иллюзий, претензий к миру. Неоформившиеся личности не смогли стать друг для друга опорой и стимулом к развитию, а лишь ускорили взаимное разложение.
Мужские персонажи изображены в книге сплошь в негативном ключе – мужские качества, такие как ответственность, трудолюбие, ум, рассудительность, стойкость, находчивость – то, что женщины так надеются отыскать в своем избраннике - нашим героям не присущи. Но нельзя не заметить, что и женщины в этой книге не совсем женщины, а лишь их внешний образ.

Союз Мэри и Дика не имел под собой никаких оснований. Дик в отсветах киноэкрана, вдохновившись силуэтом «утонченной» незнакомки, набросал себе образ будущей жены, снабдил его желаемыми характеристиками, не узнав впоследствии свое «музу», подвозя ее из кинотеатра. С тем же результатом можно было проникнуться чувствами к мраморной статуе. Мэри, голос сердца и разума которой с успехом заменили подслушанные разговоры друзей, обеспокоенных ее «неправильным» одиночеством, вооружилась девизом «все должно быть как у людей», отреклась от всего, что ей было дорого и знакомо, и самоотверженно приняла на себя крест жены фермера-неудачника, лишь усугубив его прожектерство, упрямство и никчемность. Думается, дружеский совет и поддержка - будь она на них способна - вместо избранной тактики "взращивания самостоятельного мужчины", могли привести к более позитивным результатам, чем полный крах всего.

Как люди они друг друга совсем не интересовали. Взаимоотношения супругов сводились к одному – заставить оппонента с собой считаться. Взаимные претензии и несбывшиеся ожидания вконец истощили их. Вообще все действие романа происходит в атмосфере противостояния: мужчин и женщин, черных и белых. Расовый конфликт – инструмент, с помощью которого история обретает свое логическое завершение, а также раскрываются особенности личности и изменение эмоционального состояния героини. Просочившаяся в жизнь белого населения разобщенность, отвращение к проблемам и чаяниям друг друга сломили их, наделив коренных жителей, находящихся на своей земле на позиции рабов, конкурентным превосходством.

Кажется, несмотря на тяжелый багаж внутренних изъянов, у героев могло получиться более плодотворное сотрудничество, будь они теплее, человечнее, сочувственнее, но такое энергоемкое предприятие, не терпящее халатности и чистого расчета, как семья, они не потянули, а стали иллюстрацией девиза холостяков «хорошее дело браком не назовут».

Такой смысл увидела я в книге Дорис Лессинг «Трава поет». Что касается моего эмоционального впечатления о ней, то мне не открылись новые горизонты, мое миропонимание не претерпело кардинальных изменений. Книга написана хорошим языком, чтение можно охарактеризовать как увлекательное, но не развлекательное. Что может дать она своему читателю? Разве что зеркало, заглянув в которое, он сможет вовремя остановиться.

Где-то в середине чтения мне припомнились 4-ре всадника апокалипсиса. Ассоциация, конечно, так себе, с натяжкой. Но война и смерть, определенно присутствуют, голод как нищета (нищета ли?), болезнь, как малярия или же невроз Мэри. Не знаю. Но читать жутко. Вообще, на самом деле, то, что происходит с главными героями - это настоящий кошмар современного взрослого человека. "Крокодил не ловится, не растет кокос". Дело не приносит прибыль, социальная изоляция, финансовая невозможность завести даже ребенка. И ненависть. Мэри пропитана ненавистью.
Можно еще анализировать личность Мэри, ее комплекты слишком легко поддаются анализу. Слишком она до скучного обыдена. Поэтому не буду.
Ну, а убийство. Я как раз накануне закончила "Нетопыря", так что тут вопросов у меня не возникло.

Красивая книга. Красивая и тяжелая. Чувствуется, что каждое слово на своем месте.
С самого начала автор показывает все карты: вот дом, грозящийся развалиться от малейшего дуновения, вот грязь, вот нищета, муж, спятивший от горя, полицейские и соседи на лицах которых - только пренебрежение и гнев, не скрывающийся от правосудия убийца, и, наконец, тело, накрытое грязной, как и все в этом доме, простыней.
А потом - детство Мэри. По воле судьбы, родителей и собственной глупости затянувшееся на тридцать лет. И вопрос - когда же все пошло не так? У Лессинг, как и у Донны Тартт, мне безумно импонирует эта модель подачи текста: от рокового конца к самому началу истории.
"Трава поёт" - это не просто описание жизни одного маленького, потерянного человека, его взлетов и падений. Это огромный клубок, распутывая который неизбежно наткнешься на вопрос о влиянии родителей на жизнь своих детей, расовый вопрос, классовый, моральный. Действительно ли одни "белые" привилегированней других, смогут ли они противостоять жестокой и сильной Африке?
Даже не знаю, раньше казалось, все горе от ума, а теперь, получается, от зашоренности, твердолобости, нищеты? Каждого героя можно пожалеть и каждому посочувствовать. Дик - хотел семью, детей и ощущение того, что дома его кто-то ждет, кому-то он нужен. Мэри, будучи абсолютно инфантильной в свои тридцать, вняла губительному общественному мнению, жаждущего лишь уравнения в несчастьях. По-настоящему счастливым в этом романе не почувствовал себя никто, за исключением соседа, взращивавшего ростки своей алчности, потакавшего ей и, в конце концов, получившего желаемый участок.
Самое же страшное в этой книге - безумие, до которого доводит себя Мэри. Не сопротивляясь, погружается все глубже и глубже. День за днем мы видим ее печатающей на своей машинке, а затем играющей, веселящейся со своими друзьями. А потом, уже под палящим солнцем день за днем работающей на ферме своего мужа. Поразительно, насколько человек может бояться перемен. Семья, общественное мнение, друзья, внезапно испарившиеся в один момент, неудачное замужество - все эти факторы, повлиявшие на жизнь Мэри, какими бы сильными они не были, не оправдывают ее нежелание вставать на ноги и бороться за свою жизнь.
Грустная история. Грустная и безумно красивая.

Свою дебютный роман Дорис написала в 1950г., в период так называемой "коммунистической тематики" своих произведений, когда она писала на острые социальные темы. Её героиня, Мэри Тёрнер, на первых страницах книги, предстаёт перед нами молодой, незамужней и счастливой девушкой. У неё есть работа, друзья, хобби. Она вполне довольная своей жизнью. Но, однажды она случайно слышит разговор своих знакомых, где они обсуждают , почему она не выходит замуж. Таким образом, под воздействием общественного мнения, она начинает искать мужа и выходит замуж за фермера и уезжает жить к нему на ферму, где и разворачивается основной конфликт романа - одиночество, сопутствующие ему факторы и последствия.
Вся книга пронизана одиночеством. Оно укоренилось в душах героев подобно дереву, пустившему разлапистые корни на много метров в землю. Но книга прекрасна! Я это повторяла, когда пробегала глазами по страницам с живым, фактурным текстом, настолько реалистичным, наполненным этническими мелочами, характерами, казалось бы, в литературе не новыми, что я чувствовала текст кожей. Создавалось впечатление, что ты работаешь с пластичным материалом, видишь первые результаты своей работы и понимаешь, что тебе нравится. Ведь у многих наверно бывает, что прочтешь много книг, а восторгов нет. Кажется, либо ты утратил художественный нюх, либо стал занудой или заложником одной книги. И вдруг появляется такая вот не известная ранее Дорис Лэссинг и говорит "ты что, друг мой, нет поводов для печали". И Трава поет. Она действительно пела в моей голове. Что хочется сказать о героях?

Мэри Тёрнер.Пожелтевшие ноги трупа в начале романа никак у меня не ассоциировались с ухоженной менерной Мэри в первой трети книги. Судя по количеству страниц, 50 лет жизни в них вряд ли заключены, тогда откуда такие артефакты? А все дело в том, о чем я сказала на первых строках. Это все одиночество. Вот такие метаморфозы происходят с людьми, оказавшихся в одиночестве. Оно бывает разное: добровольное и принудительное, физическое и духовное, вместе и по одиночке, но оно испепеляет души. Сначала это просто дурное настроение, потом сезонная меланхолия, а дальше только хуже. Я не знаю от него лекарства, ибо разговор с давней подругой или танцы на улицах переполненного людьми мегаполиса вряд ли помогут. Ведение дневника - тоже вещь неоднозначная в этом случае. А еще хуже, когда соединяются два человека, пути которых никогда не должны были пересечься. Ибо врозь они смогут прожить, вместе - сотворят катастрофу. В этой книге нет отрицательных персонажей, но каждый - заложник ситуации. Возможно, на первых страницах Мэри меня отталкивала. Женщин в возрасте 28+ я наделяю понятными мне качествами и инфантильности там не место, прозябанию в застойном колодце фальшивых улыбок и сказочных картинок - тоже. Не будем вдаваться в подробности, но Мэри, которая активно начала строить быт в мужнином доме, мне стала более понятной. Я зауважала ее за рвение навести красоту, если можно говорить о ней в полевых условиях, за умение вести хозяйство и руководить туземцами, когда Дик лежал с лихорадкой. Да много за что. Меня неотвязно преследовал образ Скарлетт, когда она вернулась в дом отца после войны. На ее плечи легли неженские заботы, но она выстояла и помогла выстоять всем остальным. Мэри мне очень напоминала Скарлетт О Хару. Но Скарлетт не постигло добровольное затворничество. Напротив, она шла наперекор общественному мнению, принципам, движимая инстинктом обеспеченной жизни со всеми её атрибутами. А Мэри смирилась. Брак для неё стал некой конечной субстанцией, которую можно лишь раскачивать, как маятник, но никак миновать. Она слишком боялась пересуд, что её сочтут неудачницей, а потом и вовсе блеск прежней жизни потух, как меркнет дневной свет в пламени зарождающегося заката. Ей нужен был ребенок. Он сделал бы её женщиной. Реализованный инстинкт матери дает много ответов, он направляет туда, где есть жизнь, где спасение близко. Она покинула бы убогую плантацию мужа. Не знаю, стал ли кто-нибудь от этого счастливее? Но точно она осталась бы жива.
Дик Тёрнер. Поначалу этот парень был мне симпатичен. Порядочный, трудяга, не испорченный цивилизацией. Их свели обстоятельства, и они рискнули. В наше время такое встречается редко - количество сюрпризов и открытий во потенциальном партнере мы стараемся свести к минимуму. О чем это я? Там все было иначе. Он привел её в свой дом, который и домом назвать можно с натяжкой, а вокруг ни души. Лишь туземцы и много акров перепаханной земли. Она пыталась вытащить его из бедности, но он не хотел менять свою жизнь. Она угасала на его глазах, но он оказался слишком никчемным, не способным на поступок, чтобы понять и помочь. Когда он наотрез отказался от детей, я начала его бояться. Возненавидела просто. Не потому, что я ах как люблю детей, а потому, как резко это сделал. В нем проявился один его несгибаемый стержень - упрямство. Такие люди рушат жизни. Они упиваются своей никчемностью. Проведу, может быть, смелую параллель с Константином Левиным. Просто жизненные ситуации похожи. Оба любят землю и живут обособленно, оба зрелы и хотят семьи. Но в Левине больше страсти, искренности и меньше замкнутости, он живет "с идеей", а не бредет на ощупь, он готов нести ответственность за все совершенные им поступки.
Тони. До сих пор все события в романе мы видели как бы изнутри. С появлением Тони, молодого человека, потенциального управляющего фермой Тёрнеров, мы смогли посмотреть на них со глазами постороннего. Картина оказалась шокирующей. Кульминационный момент, доказывающий безумие Мэри, Тони увидел случайно: туземец помогал хозяйке надевать платье. Молодой человек был потрясен увиденным, ибо подобное было просто недопустимо - белым зазорно даже заговаривать с черным. В финале этот же самый туземец убивает Мэри. За что? За публичное унижение, нанесенное женщиной когда-то?
Книга интригует с первых строк. Она понятно выстроена, атмосферна и колоритна, интерес читателя регулярно подогревается новыми подробностями. Книга упоительна в своей печали.

Небольшая ретроспектива жизни Мэри Тёрнер: