Ада, или Отрада

Непонятна излишняя зацикленность некоторых на «качестве письма», «стиле» и прочих подобных вещах. Конечно, «острым ножом резать удобнее», но надо «резать правду-матку». Иначе - зачем? (брать в руки «нож, то есть «стило», то есть клавиатуру). Достичь стилистического совершенства, как Набокофф – это же явный и обозначенный самим гамаюном тупик. О чем поешь, для кого, спрашивается. Можно, например, эстетически безупречно отразить инцестуальные приключения подростков в выдуманном зазеркалье «Ады», но все равно это будет не более чем снобистская пошлость

Ада или эротиада. Набоков. 1 из 5. Перевернув последнюю страницу, с облегчением вздохнула, я всё-таки сделала это, прочитала дочитала ЭТО. Впечатления? Название говорит само за себя - эротиада. Такая пошлая похоть, любострастие, нимфомания, гомосексуализм и лесбиянство, то есть смысл жизни персонажей - удовлетворение своих физиологических потребностей, не более того. И завернуто это все в псевдо изысканную и псевдоинтеллектуальную псевдо фантастику. Да ещё и написано таким корявым русским языком, что надо приложить терпение чтобы читать это. Хотя... Может ли по-другому писать барчук, воспитывавшийся на английский манер?... И все время возникало ощущение, что писалось это лишь для зарабатывания денежек и удовлетворения своих амбиций, а не потому, что не писать человек не может. А может и проблемки у автора... психологические... Искала искала гениальность автора в книге... Увы... А кто назначает гениями? Ладно. Мне ещё пару книг его надо прочитать, о нем пару томов и в музей... Обещала, да и самой интересно, может всё-таки найду гениальность...

Сдаюсь. Капитулирую. Нечего сказать о прочитанном. Но я совершенно точно знаю (не спрашивайте откуда, даже у заядлых скептиков случается порой странное, ничем не оправданное озарение, отзвук дальних миров, отблеск не случившихся совпадений), что именно об этом романе Набокова возможно говорить лишь бархатистым, приятным, как бывает приятен трепет тончайших крыльев едва задетых кончиками пальцев (имея в виду, конечно, не Papilionidae, а их более скромных сородичей Sphingidae), но слегка утомленным за почти полувековую жизнь, не лишенную некоторых чувственных удовольствий, но далекую от пресыщенности ими, мужским голосом. А лучше двумя

Дальше многабукаф про то, что мне нечего сказать

• Доброй ночи всем, кто не спит в этот поздний
• ранний
• столь поздний, что легко можно назвать его, не согрешив против истины, ранним, час, мы начинаем Диалоги о Великом..
• о Прекрасном.
• спасибо, коллега. О Великом и Прекрасном. И, как всегда, с вами Г. В. Быдлинский и С. Н. Обинский. И сегодня мы поговорим о прекрасном...
• великом.
• великом и прекрасном романе В.В Набокова "Ада или Радости страсти". И первый вопрос, который мне хотелось бы обсудить...
• да
• я знал, что вы меня поддержите. Что за нелепый оксюморон "радость страсти"? Совершенно потеряна игра смыслов, содержащаяся в оригинале. На английском Ada отсылает нас к русскому ад, Ardor ей противопоставляется, проводя естественную грань, единственный возможный для героев выбор - любовь или смерть. Какую радость могла принести порочная, противозаконная с точки зрения общества, страсть?
• нет
• монокль мне в глаз, коллега, вы читаете мои мысли. Нельзя сказать, что Ваниада - это история платы за грехи отцов, никто из главных героев не страдал по-настоящему, разве что бедняжка Люсетта. Ван? Он искал и находил утешения в дуэлях, флорамурах, писательстве. Ада? О да, добрая душа. Она могла изводить ревностью сестру, которую, как она утверждает в сносках, на полях книги, любила. И не смогла оставить нелюбимого, чуждого мужа.
• да
• как вы категоричны, коллега. Но были ли счастливы Ада и Ван? Да, если верить тщательно отредактированной версии Вана. Истребить и забыть - все, что не укладывается в нарисованную им картину - таков девиз младшего Вина. Его попытки сохранить идеальный запечатленный образ ценой жизни (не своей, так других) понятны - в памяти о прошлом он ищет ключ к бессмертию. На прямой его жизни нет точки будущее. В романе лишь два времени - прошлое и настоящее. При этом автор сразу сообщает, что все персонажи, кроме не значащих фигур, мертвы. Мертвые неподсудны. Мы, читатели, не вправе требовать приговора для тех, кто оплатил сполна по всем обязательствам самой жизни. Но только ли?

Вот оно, ключевое слово - одиночество. Каким бы долгим ни было совместное долго и счастливо Ады и Вана, исход один.
А сейчас, смею надеяться, к нам присоединится один из наших постоянных слушателей.

• Че вы тут орете ТРИ ЧАСА НОЧИ!! я ща милицию вызову!!! наркоманы!!!

Небольшая предыстория.
В 11-м или 12-м классе в учебнике литературы упоминался Набоков. С урока я только вынесла, что большую часть жизни он находился в эмиграции и писал книги на русском и английском языках. Учительница перечислила нам названия его произведений (упоминаний Ады не заметила) и сказала, чтобы особо желающие познакомиться с творчеством В.В. читали что угодно, только не "Лолиту" - рановато ещё. Закон запретного яблока сработал, но преподаватель оказалась права - аудиокнига по роману пришлась не вовремя, да так, что детали сюжета забылись напрочь, оставив в памяти только основу про мыкающуюся по дорогам Америки и съёмным домам бесприютную девочку. Через 10 лет я проворонила шанс реабилитировать писателя в последнем туре "Персоны грата", но "Долгая прогулка" в лице своих судей и составителей заданий организовала мне второй чёрный ящик, снова не очень удачный. Пора приниматься за русскоязычные или ранние романы Набокова.

Дальше то же ворчание, только развёрнутей.

Одна из главных претензий больше связана с моим восприятием, чем с книгой. Набоков снабдил роман кучей аллитераций - чуть ли не в каждом из предложений по 3-4 прилагательных или других частей речи начинаются с одинаковых букв. Не знаю, как оно звучало на английском, но переводчики постарались соответствовать. Это ладно, не особо мешающее музыкально-созвучное дополнение к смыслу текста, но смесь иностранных фраз в середине предложений!.. Иногда эти игры слов переведены, иногда - нет, или я не замечала, где спрятан перевод. В конце книги, занимая шестую часть её ообъёма, размещены примечания, но каждый раз листать мне лень. По этой же причине я не стала читать комментированный "Улисс" в ноябре дп 2015. Да, читатель я не элитарный, чувствуется недостаток дореволюционного гимназического образования. В общем, синтезатором слушать мне было неудобно. Хотя плюс в том, что я уже прочла "Улисс" для бедных, как назвал "Аду" кто-то из критиков в начале книги. Спасибо, ДП, одним выстрелом двух зайцев, за Джойса вряд ли возьмусь, раз уж лайт-версия не прокатывает.

Соглашусь с авторами аннотации, что отсылок к Толстому и другим литераторам предостаточно. Наиболее зацепившей меня сюжетной линией была альтернативная история Демонии и опережающей её по датам на полвека райской Терры, на которую только сумасшедшие могут заглянуть в своём бреду. Жаль, что мало, даже скомканная лекция Вана, в которую я и вникать не хочу, длиннее, чем история мира, поделённого между Англией, Америкой с русской Эстотией и Золотой Ордой. Сразу же вспомнила "Землю под её ногами" Рушди. В обоих романах информацию о мирах приходится по крупицам собирать, а читать про московские мечети и полмира под золотым занавесом было бы интересно. Наверное, в 1960-е этот поджанр фантастики только развивался. Но, увы...
Продолжаю злиться. У Ады и Вана личных земле-ящико-и шкафотрясений побольше было, чем у Вины и Ормуса. Кстати, фамилия Вана по звучанию почти совпадает с псевдонимом индийской поп-звезды. Только к концу романа я стала различать Демона и Дана. Хорошо ещё Акву слили, а то бы путала её с Мариной.
Дальше в аннотации упоминается про "историю ослепительной, всепоглощающей, запретной страсти, пронесенной через десятилетия тайных встреч, вынужденных разлук, измен и воссоединений". Так это же просто пересказ романа про Солаля в одном предложении! Ура, сокомандницы подсказали мне имя Альбера Коэна, а то с февраля уже склероз. Так Солаль как личность поинтересней будет, и юмор о чиновниках Лиги наций есть. А здесь те же виллы, пикники и номера гостиниц, что и у Коэна, только никто над парой не смеётся и не издевается над их социальным положением, - скучно и мутно, что даже подтвердил в начале книги некий джентльмен:

Там же Апдайк манил читателей роскошным финалом. Я изнемоглла долгим ожиданием, когда юные ВанАды напрыгаются. Пересказ наиболее богатой событиями второй части романа уместится в пару предложений, причём меня больше тронула история никому не нужной Люсетты, чем жизнь главных героев. Честно говоря, я бы побольше ещё про Марину почитала. Устала от однообразия перепрятываний героев, чтобы их лишний раз не засекли, и совершенно пропустила блеск и великолепие финала, где там "они умерли слившись". Да, помню, было такое описание пары, которую разъединить не могли и после их смерти, но об этом Ван с Адой читали ещё юными. Фильм по книге Вана о переписке с Терезой будет покруче последних страниц. Никак не выбить из меня любителя фантастики.

В предыдущих абзацах я жаловалась на безъюморность, наверное, мне надо было смеяться над этим:

Ага, вот и нераспознанные в электронной книге словечки прорвались.
Тут со мной недавно схожий случай был. Пошла выгулять собаку друга. Выбегаем с далматином, которому уже крепко приспичило, к столбу у подъезда, а на крыльце у ступенек компания молодых людей стоит. Бегу и думаю, то ли я с крыльца кувырнусь, то ли они додумаются отойти, а одновременно работать ногами, руками и языком я не умею. Всё обошлось, потом услышала, как они мощную собачью струю обсуждали. Прогулка завершилась благополучно.

Пора заканчивать нудеть и уходить не в ту степь.
В общем, прочитала я вторую Лолиту, отличающуюся только тем, что девушка любила собирать гусениц и особо не менялась с возрастом, если взрослеющего и стареющего тела не считать. Характер Вана тоже от меня ускользнул, совсем внимание моё рассеянным стало. Надеюсь реабилитировать Набокова "Защитой Лужина" или другим ранним произведением, а иначе мне подобная литература никак не заходит. Автор в "Аде" часто упоминал В.В. - не себя ли случаем? Ещё у меня создалось впечатление, что, возможно, он не успел по-хорошему просмотреть и лично отредактировать роман. Там встречались куски текста с пометкой "вставить". Вторую попытку знакомства буду считать поздней недоработкой автора.

Роман Набокова «Ада, или Радости страсти» считается лучшим романом автора. Я его смогла осилить только со второго подхода и не понимаю, почему он лучший. Попробую объяснить почему.
Во-первых, манера повествования. В начале книги мы знакомимся с родословной непонятно какого рода. Потом резко переключаемся на двух не вполне одетых подростков 12 и 14 лет, да ещё и двоюродных родственников. После этого начинается сама история, перемежаемая заметками на полях или словосочетаниями на французском языке (в сносках перевода нет – сразу вспомнился Л. Толстой и его «Война и мир», но там хотя бы перевод давался). Иногда очень длинные предложения (тоже реверанс Льву Николаевичу?) приходилось перечитывать по несколько раз, чтобы понять смысл написанного. По этим причинам было сложно читать.
Во-вторых, сам предмет сюжета, в основе которого лежит история о том, как 14-летний Ван соблазнил и совратил свою 12-летнюю кузину Аду. Всё описано подробно, до мелочей, с каким-то смакованием. Вот если честно, не сторонник я такого в литературе, ну неприятно мне читать о любви со всеми физиологическими подробностями.
В-третьих, некоторые элементы фантастики: Эстокия (место действия), летающий ковёр-самолёт. Понять, для чего это, оказалось за пределами моего разума.
В-четвёртых, эгоизм главных героев, Ады и Вана. Казалось бы, вам посчастливилось встретить на своём жизненном пути такое замечательное чувство – любовь. Ну и любите друг друга на здоровье, хотя это и не приветствуется между близкими родственниками. Но зачем же строить козни другим?
В общем, роман сложный, неоднозначный. Считается, что его лучше читать в подлиннике, то есть на английском языке. К сожалению, у меня не тот уровень знания английского языка, чтобы оценить сие творение В. Набокова в полной мере.

К Набокову я всегда относилась с трепетом и огромным уважением. Всё началось с "Лолиты" и так закрутилось, что прочтение "Ады" было для меня лишь вопросом времени.
Читать "Аду" как и в принципе Владимира Владимировича было непросто. Это огромное количество всяческих литературных отсылок, как на известные, так и на менее популярные произведения. Порой хотелось просто схватиться за голову и прокричать куда-то в пустоту "сколько же всего я не знаю". Невероятна сама концепция "Антитерры", где всё как на "Терре", но немного по-другому (например "Доктор Мертваго", отсылающий к "Доктору Живаго" Бориса Пастернака). "Ада" очень многогранна, и это то за что я так люблю Набокова. Её можно прочитать, как одну историю, а можно как совсем другую.
И конечно же невероятный набоковский язык, как всегда очень красив. Все его неповторимые витиеватости, которые просто приятно читать.
"Ада", написанная в аквамариновом тоне, не смотря на проскальзывающую порой пошлость является невероятно нежной и очень красивой историей, определённо заслуживающей получить внимание читателя.

После второго прочтения книга понравилась гораздо больше, чем после первого, хотя после первого тоже понравилась, иначе не взялся бы перечитывать. Немного раздражают главные герои романа (Ада и Ван), мужская половина которых напоминает о всегда немного раздражавшего меня автора, который впрочем раздражает, но тем не менее нравится, иначе давно бы уже перестал его читать и, тогда, до "Ады" бы уже и не добрался бы. Главная героиня, странным образом видится мне попеременно представительницей двух типов женщин (хотел привести примеры, но не буду так как, во первых, они вряд ли они будут поняты, а во вторых, боюсь будут звучать пошловато).

Могу со всей ответственностью заявлять, что теперь у меня новый фаворит:) 
Никому не советую читать "Аду"!:) 
Я же ее полюбила, очень. Не могу сказать за что. Те, кто в "Лолите" видели лишь пошлость и диагноз, не беритесь за "Аду"! Любовь двух умных детей, единокровных родственников, жертв беспечных вольных отношений своих родителей, рано почувствовавших свои возможности и глубину своей страсти, которые не смогли отказаться от собственных чувств в течении всей жизни, и которые лишь в поздний период жизни, когда ушли все те, кто знал, наконец, смогли быть вместе - не может понравится здоровым людям. Помниться, в своих лекции о Набокове Дмитрий Быков рассказывал о том, что этому писателю душевное здоровье претит по своей сути. Ему не интересен здоровый человек, для него это примитивно и понятно и... агрессивно. Мол, на эти проповеди о душевном здоровье он насмотрелся еще в Германии в свое время. И если страсть двоих по своему существу не есть страсть греховная, то такая страсть вовсе не существует. Таким образом Набоков самый христианский писатель, потому что он четко осознает и чувствует понятие "изгнание из рая", этот переход из детства во взрослую жизнь, которая сопряжена с рождением земной любви. А настоящая любовь, ту, которую еще называют страстью, которая горит огнем где-то внутри и жить не дает, не дает покоя, такая любовь всегда грех. Еще древние греки говорили о том, что нельзя любить человека очень сильно, потому что боги ревнивы, они обязательно заберут этого человека себе. 
Делаем выводы сами. 
Можно соглашаться или не соглашаться с высказанной гипотезой о сущности любви у Набокова в интерпретации Быкова, но в любом случае, читая "Аду" мы четко понимаем, что речь идет именно о такой любви. Не чувствовать и не понимать ее - невозможно. Одобрять или нет - не наша задача, если только мы по жизни не морализаторы.

Если "земная" культура - это арифметика, то Анти-Терра - это надстроенная на дней алгебра (разница между пространством "Ады" и реальностью - это разница между иксом и практическим числом с единицей измерения). Взятая отдельно от "источника", залакированная на полочке и обобщенная интеллектуальная культура как-то конкретно материализовалась в обратную сторону и живет своей жизнью, распределив дискурс вроде по тем местам, откуда он и взялся (h вклинилась в практический расчет и стала высотой предмета, ей как понятие порожденная, из нее выведенная и ее глобально символизирующая, но не она): мысли и реплики персонажей - это не живые плоды персонажного ума, а обезличенные игры с неким Наследием, цитаты, мнимые цитаты и высокий штиль; их чувственность (от даже еды до всего остального) - культурные эстетические конструкции; с сюжетом все и так ясно.
Читать приятно, но немножко НЕВЫНОСИМО