Цирцея

Мэдлин Миллер разбила сердечки с помощью TSOA , а сейчас вернулась с очередным ретеллингом из греческой мифологии и ни капли не разочаровала. Надеюсь, она продолжит их писать, т.к. язык у нее один из моих самых любимых, а сами книги интересны.
Я очень люблю "нравственно-серых" персонажей и именно такой нам Миллер представляет Цирцею. Цирцея жестока и цинична, саркастична и одинока, но ею все равно очень проникаешься. Являясь богиней, дочью титана, Цирцея все равно очень человечна. На протяжении всей книги мы следим за развитием персонажа и развитие здесь действительно есть. Миллер не нравилось как Цирцея была показана в Одиссее, поэтому она и решила написать эту книгу, и получилось это очень красиво. Цирцея в этой книге - очень сильный персонаж, за кем безумно интересно наблюдать. (а как она превращала мужчин в свиней <3)

Мне книга понравилась, но, если честно, чего-то мне не хватило. Да и концовка какой-то скомканной что ли получилась, хоть и интересной с точки зрения повествования. Все равно, от книги я в восторге, и фанатам греческой мифологии ее советую.

Эта книга, наверное самое моё необычное чтение за последнее время.
Роман от лица Цирцеи (Кирки), дочери Гелиоса и Персеиды, о том, как она из обычной нимфы стала Ээйской колдуньей.

Странное чувство меня преследовало по ходу всей книги. Я вроде и как будто бы читала просто мифы, но с другой стороны все события от лица самой Цирцеи, и местами так погружаешься, словно это просто роман, а не пересказ мифа. Не будь тут манеры повествования, где события льются именно как рассказ чей-то, то я б вообще вообразила что это просто обычное фэнтези с мифологическим антуражем.
Но, несмотря на такое повествование, меня очень зацепило.
И сама Цирцея мне полюбилась. Она как будто настоящая и живая, в противовес богам и титанам.
Сначала она глупая и наивная молодая богиня, потом обиженная и изгнанная всеми нимфа, потом сильная независимая колдунья с Ээи, а затем снова жалкая и изнеможенная мать, которая постепенно становится всё мудрее и сильнее.
В таком прочтении очень интересно оказалось знакомиться с мифами. Я раньше только краем уха слышала обо всём что тут описано. А сейчас и с некоторыми богами чуть больше знакома, и о Сцилле знаю, о Дедале, и конечно об Одиссее. И узнаёшь это всё словно из первых рук, что очень увлекает.

Всем крайне советую эту книгу, особенно тем, кто как и я хочет чуть больше познакомиться с мифологией Греции, но не знает с чего начать.
Кстати, я попутно еще много чего гуглила, но не от того, что не понятно изложено что-то, а просто так интересно становится, что хочется узнать подробнее про некоторых мифологических персонажей.

В который раз убеждаюсь, что не всегда, если тебе что-то кажется относительно книги и её чтения, это окажется верным. У меня были предположения по "Цирцее" и они не оправдались. По идее, Мадлен Миллер пишет очень неплохо, однако я не оцениль в полной мере всю задумку.
Предполагалось, что Цирцее будем сочувствовать, наверное. А мне хотелось просто голову открутить ей. Или шмякнуть о стену. Вообще, нет, чтобы определённые выводы сделать по отцу Гелиосу и другим... Она просто зарылась в своих однозначно неположительных ощущениях на острове и так и не поняла, как в таком состоянии найти гармонию.

Цирцея вызывала у меня сильное любопытство, потому что я не понимала, о чём может быть эта книга. Всё-таки персонаж не самый яркий, появляется в мифах эпизодически, было интересно, чем заполнит Мадлен Миллер эту историю. А она её заполнила множеством других мифов, сделала Цирцею свидетельницей событий с Прометеем, Минотавром, Медеей. Моменты в мифологии, когда Цирцея появляется совсем ненадолго, тут показаны от её лица, и очень интересно проследить такой большой кусок истории античных богов и героев с её точки зрения.

Ещё интересно было, каким окажется тут Одиссей. И Мадлен Миллер к нему как-то справедлива безжалостна. Сначала она позволяет нам смотреть на него взглядом влюблённой Цирцеи, как будто обманывает нас, представляя его совершенным человеком. А потом аккуратно развенчивает этот образ, и когда ты смотришь на Одиссея уже в конце книги, то понимаешь, что идеалом он и не был никогда, и недостатки его никто от тебя не прятал, совсем наоборот. Просто когда появляется Одиссей ты уже хочешь увидеть его таким, как привыкла, блистающим остроумием, хитрым, изворотливым, язвительным, забывая о том, что вообще-то это не самые хорошие черты характера.

В целом вся книга - это история тотального одиночества, которое в какой-то момент становится почти незаметным, но всё равно сидит внутри и постоянно жжёт. Во время чтения я с тоской вспоминала Песнь Ахилла. Там было не так, там во всём самом плохом можно было уцепиться за дружбу Ахилла и Патрокла, напоминать себе, что через какие бы ужасные события герои не проходили, они всё равно останутся друг у друга, будут друг за друга держаться и всё разделять вместе, и эта тотальность, непоколебимость их отношений немного помогала и мне самой. И когда Цирцея раз за разом привязывалась и теряла, сталкивалась с предательством, разочаровывалась и терпела поражение, я очень хотела обратно в Песнь Ахилла, заземлиться и обрести какое-то подобие уверенности хоть в чём-то.

И в плане языка мне тоже всё время вспоминалась Песнь Ахилла. Она вся была как что-то прекрасное, пронзительное, яркое. А Цирцея... ну, обычная. Тут тоже были очень красивые, трогающие за душу моменты, но какой-то магии, надувающей внутри тебя воздушный шарик самыми простыми, безыскусными словами, не было. Просто история. Просто интересно. Просто череда мифов проходит перед твоими глазами. Просто в какой-то момент понимаешь, что никогда не задумывалась, как умер Одиссей и что было потом, а всегда считала финальной точкой его прибытие домой. А Мадлен Миллер очень здорово рассказывает тебе, и что было до, и что было после.

Тут очень яркие образы богов. На них Цирцея смотрит очень здраво, не питая иллюзий, не очаровываясь лукавым обаянием Гермеса, не благоговея перед красотой Апполона. Такой удивительно трезвый, опасливый взгляд, она всегда помнит, что доверять никому нельзя, и это очень здорово, но вообще не даёт отдохнуть на тексте.

Единственное, что мне показалось прям объективным минусом - Цирцея не рассказывает нам, что стало с Прометеем. Скорее всего, она об этом узнала от кого-то - не могла не узнать, но мне бы хотелось увидеть её реакцию на это событие. Вот этого прям жаль. А в целом книга очень хорошая, очень интересная и красивая.

В детстве мне очень нравилось читать древнегреческие мифы о богах, рассматривать их изображения, я даже рисовала их. И вот, сейчас передо мной тот самый оживший миф, да не один, а столько, что на целое собрание хватит.

"Одиссею" Гомера, как и мифы о Троянской войне меня не очень интересовали, и я обошла их стороной, поэтому большая часть сюжета была для меня сюрпризом, о Цирцее я, кажется, тоже раньше не знала. Да и немудрено - у неё даже собственного мифа не было, лишь несколько раз упоминалась то тут, то там. И вот она неожиданно стала главной героиней целой книги.

Несмотря на то, что в основу произведения легли древнегреческие мифы, Мадлен Миллер очень многое добавила от себя, ведь некоторые события не были ничем скреплены между собой, а о мотивации Ээйской колдуньи, превращавшей людей в свиней, оставалось только догадываться. И автору это удалось - связать историю Цирцеи воедино, сделав её к тому же наблюдательницей и многих других важных событий. Почти неприметная - с человеческим голосом и неброской для дочери Гелиоса внешностью - она легко оставалась незамеченной среди братьев, дядьёв, сестёр...

На протяжении всего романа мы наблюдаем становление главной героини. Она превращается из послушной тихой девочки в самостоятельную женщину, которая отлично может постоять за себя и за тех, кто ей дорог. Она противостоит и собственному отцу, титану, и олимпийским богам.

Примечательно, что как сама главная героиня, так и большая часть остальных персонажей неодназначны - совершают и хорошие, и плохие поступки. А боги при этом показаны тоже интересно - их мышление, восприятие мира значительно отличается от человеческого, и мне это понравилось, ведь они совсем другие существа.

Книга, кроме того, отличается отлично выверенным языком. Стиль витиеватый, ажурный, метафоры необычные и интересные. Я книгу слушала, и поэтому красок повествованию добавляла и прекрасная начитка Елены Дельвер, которая, на мой вкус, очень хорошо расставила нужные акценты.

С детства полюбилась мне греческая мифология с её богами и могущественными артефактами, интригами, смертями, любопытными поворотами судьбы, а потому и прочтение «Цирцеи» доставило такое особое удовольствие, какое давно не испытывала при чтении книги, когда понимаешь, что книга безумно нравится и ты проникаешься к ней любовью!

Хотелось бы отметить удивительно складный и красивый слог автора (и переводчика уж тоже), так как когда читаешь эту книгу, то словно медом из красивого словесного оборота обмазываешься - божественное чувство.

Цирцея как чисто литературный персонаж интересна, она отличается от других богов, но и не является именно богом как таковым, так как у неё нет божественной силы. Однако это не мешает Цирцее по ходу сюжета книги обрести вес в глазах могущественных богов и даже её отца (хотя он как не уважал её с рождения, так видимо и не разглядел в дочери мало-мальски чего-то ценного). Что ещё отличает Цирцею от других богов: она старается исправлять допущенные ею ошибки, и меняется, растет личностно. Мне особенно понравилось, что Цирцея - это женщина, которая знает себе цену.

Понравилось как автор обыграла конец, сделав его вроде бы и открытым, но заранее намекнув как сложится дальнейшая жизнь Цирцеи. Да и когда уже я подобралась к концу, то чуть не всплакнула, что книга заканчивается. С книгами ведь как бывает: у одних ты считаешь страницы до конца книги, а у других молишься, чтобы конец оттягивался как можно дольше.

Ранее не была знакома с творчеством Мадлен Миллер, но после этой книги будет интересно прочитать ещё одну её книгу «Песнь Ахилла».

Есть цитата: "В мире только две истории. Одна - о том, как один мужчина идет на войну, а вторая - о том, как незнакомец с нее возвращается". Первый раз я ее увидела, кажется, приписанную Борхесу (но потом встречала авторство и Толстого, и Достоевкого), и была одна в статье про Илиаду" и "Одиссею". Я часто вспоминаю эту фразу, так как она действительно предельно точно описывает огромную часть литературы, но на самом деле она оставляет в тени важную часть. Есть еще миллионы историй женщин, которые оставались ждать дома, встречались этому мужчине на его пути или даже шли на свою собственную войну.

Мадлен Миллер написала прекрасный роман, который делает из Цирцеи интересную и сильную героиню, а не просто точку маршрута того незнакомца, который возвращается с войны. Повествование ведется от лица Цирцеи и она начинает рассказывать читателю свою историю с момента знакомства своих родителей - бога Солнца Гелиоса и нимфы Персы. Много страниц посвящены детству, отношениям с семьей, далее изгнание на остров, встреча с Одиссеем и, что самое главное, жизнь после этого. Что меня всегда привлекало в греческой мифологии, что взглядов на происхождение богов, их отношения и связи - тьма. То есть история одного персонажа может быть рассказана тысячью способов, и Миллер, как по мне, выбрала самый красивый и трогательный.

Я не могу сказать, что "Цирцея" - это что-то сложное, новаторское или провокационное. Это просто история женщины, которая научилась быть сильной, история ее боли, счастья и любви. Книга написана красивым пластичным языком, но в то же время она очень проста. На мой взгляд, этого уже достаточно, чтобы признать мастерство автора, но Миллер еще и рассказала потрясающую историю, которая взяла меня за душу. Да, наверное, "Цирцея" становится еще одним пунктом в списке любимых книг.

10 /10

Я до сих пор не понимаю, с какой стороны взрослому человеку без детских привязанностей и специального образования подходить к классическим текстам (на первый взгляд «Илиада» и «Одиссея» вызывают отторжение уже тем, что написаны в столбик, без всякого уважения к тому, как в современном языке строятся предложения). При этом, разумеется, дело не в Гомере, а во мне и моей детской библиотеке, где на месте перессказа древнегреческих мифов бесстыжими рядами стояли детективы серии «Чёрный котёнок» в обнимку с «Анжеликой».
В том числе поэтому мне так нравится то, что делает Миллер: она берет старый сюжет (в случае «Цирцеи» даже не сюжет, а обрывки сюжетов, т.к. самостоятельных произведений о жизни этой богини нету) и находит для него лояльные к современному читателю язык, форму и угол зрения, вводит психологизм, старой литературной традиции чуждый. Благодаря им интерес к мифологии из исследовательского становится личным: как не сопереживать нелюбимой отцом девочке, безумной от страха потерять ребенка матери, борющейся с желанием полного обладания любовнице. И попутно Миллер, как хитрый учитель, заманивший актуалочкой нерадивых учеников, рассказывает: а вот так был рожден Минотавр («В смысле, царица Крита переспала с быком! - восклицают в ужасе ученики), вот так умер Одиссей («в смысле, не от старости?!»), а вот так пала Троя («ну хоть что-то мы знаем, спасибо рекламе и кроссвордам из «Тёщиного языка»). И в итоге читателю удаётся и историей проникнуться, и чуть помягче взглянуть в сторону Гомера: ну может и там не так уж плохо, если настроиться.
Помимо всего прочего, «Цирцея», как и «Песнь Ахилла», красива интонационно, своими ритмом и структурой предложений, за что большая благодарность не только Миллер, но и переводчику Любови Трониной. К сожалению, главного удовольствия (оценить, насколько прилежно/своевольно обошлась Миллер с классичесиким интерпретациями) я лишена, а мнения на этот взгляд противоречивые (Мать всех читателей, ГЮ, пишет, что есть линии придуманные, но вполне возможные, некоторые читатели на гудридсе куда более категоричны и заявляют, что Миллер просто составила себе чеклист и с хладнокровной медлительностью ставила галочки напротив всех важных событий: вот значит превратили Сциллу в чудовище, а вот приплыл Одиссей, куда ж без него). Ну, видимо, оценю, когда вырасту.

Я пришла к данному произведению, даже не зная шума вокруг него. Оказывается все блогеры рекламировали ее. Восхваляли ее.

Что же не так с книгой?

Ну, во-первых, повествование от первого лица. Я ну ооочень долго пыталась смириться с повествованием от лица Цирцеи. Почему-то для меня это было триггерным моментом. А для чего был предпринят этот ход автором? Конечно, чтобы мы были ближе к персонажу и "прочувствовали" всю ее жизнь и страдания.

Во-вторых, это произведение видимо задумывалось автором, как ода феминизму в лице греческой богини, что конечно же стало излишним. Попытка перевернуть классическую мифологию в новом виде провалилась. Цирцея, будучи нареченным лицом феминизма только и делала, что грызлась со всеми другими персонами женского пола. Несостыковка.

В-третьих, это не новое произведение, это попытка вдохнуть новую жизнь в старые мифы. Ничего нового я не узнала. Все те же истории, только вот тут чуть больше размышлений и душевных терзаний описано (читай придумано автором)

Из положительного.
Было интересно освежить в памяти историю Цирцеи (хоть она и не стоит целой книги).
Слог был достаточно живым и активным, читалось легко.

Наверное, моё недовольство этой книгой по большей части исходит из несовпадения ожидания и реальности - именно из-за этого диссонанса по мере прочтения мне хотелось злиться на эту историю, а не проникаться ею. Дело в том, что от книги про колдунью, противостоящую богам, я ждала какой-то мудрой и взрослой истории о сильной женщине, попавшей в непростые обстоятельства, а заодно и переосмысления древнегреческих мифов - ведь в них о Цирцее сказано не так уж много, и раз про неё написали аж целую книгу, то наверняка есть куда развернуться и удивить читателя интересными поворотами вроде “а что, если всё было совсем не так, как мы привыкли думать?”. По факту же я получила слабенький янг-эдалт с пустыми персонажами без какого-либо развития, где основные мифы просто пересказываются в кратком содержании где-то на фоне бесконечных страданий главной героини о том, что все вокруг мрази, и одна она в белом плаще красивая на своём острове живёт.

Книга рассказывает нам об ээйской колдунье Цирцее. Первая треть книги - о том, как Цирцея родилась от бога солнца Гелиоса и океаниды Персеиды, как её с детства невзлюбила вся родня, как она жила среди богов и чувствовала себя среди них чужой. Время от времени в её унылой жизни происходили какие-то события - то она пообщалась с осуждённым на вечные муки Прометеем, то влюбилась в смертного и случайно сделала его богом, то так же случайно превратила одну из нимф в Сциллу. Эту часть ещё даже интересно было читать - казалось, что назревает что-то грандиозное, книга берёт разгон, а дальше будет нечто более хитроумное, интересное, увлекательное. Но нет - Цирцею ссылают в вечное изгнание на остров, где она ещё сотни лет учится колдовству, дружит с животными, спит с время от времени прилетающим к ней Гермесом и уныло страдает - снова, и снова, и снова. Иногда к ней на остров наведываются разные корабли, что-то как будто начинает происходить, но оканчивается только очередными страданиями. В какой-то момент от гостившего у неё Одиссея Цирцея рожает сына, трясётся над корзиночкой следующие шестнадцать лет, потому что Афина хочет его смерти, потом снова страдает, потом сын отплывает повидать отца и привозит с собой ещё проблем, и всё снова сваливается в уныние, страдания и однообразные описания, которые под конец просто невозможно читать. Бесконечные воспоминания о Прометее вообще никак не выстреливают в итоге - как и большинство событий, пересказываемых в книге. По-моему, даже модное словечко “ретеллинг” в данном случае слабо применимо. Всё, что не касается собственно Цирцеи и её очень богатого (нет) внутреннего мира, даётся просто в кратком пересказе - обычно кто-то просто в паре слов рассказывает Цирцее, что там во внешнем мире происходит, мол, вот этот убил вон того, вон та вышла за вон этого, эти сплавали сюда, те сплавали туда, тот стал царём каких-то там земель, а та стала его царицей. А в конце всё это зачем-то ещё раз пересказывается в разделе “Персонажи” - видимо, для закрепления пройденного. Это уж точно не переосмысление мифов, здесь даже слово “сеттинг” употреблять сложно - всю рассказанную историю о том, как Цирцею всю жизнь никто не любил, а она ходила грустная, с лёгкостью можно переложить вообще на любые реалии, и при этом мало что поменяется. Но может, в этом и была идея автора - не фокусироваться на собственно мифах, а вместо этого уделить побольше внимания главной героине, её развитию, её тяжёлым испытаниям и необычному жизненному пути?

Идея-то может и была, но автор её явно не вывезла. Главная героиня здесь - такой же провал, как и “ретеллинг” мифов. Она рождается не очень-то красивой, с неприятным голосом (позже выясняется, что у неё голос смертной, а не богини), туповатой, бесхарактерной, с полным отсутствием какой-либо гордости, целей и желания что-либо в своей жизни и в себе изменить. Первые несколько сотен лет своей унылой жизни Цирцея просто страдает о том, что её ни за что травят все подряд, отец её не любит и не ценит (мать тоже, но это почему-то не такая большая проблема) и все вокруг какие-то конченые мрази. И здесь появляется ещё одна проблема книги - моральные нормы 21 века очень плохо натягиваются на мир греческих богов. В мире, где жестокость, насилие, полиамория и забавы по типу развязать кровавую бойню со скуки или переспать с быком считаются нормой вещей, Цирцея действительно смотрится чужеродно - но не потому, что у неё какие-то свои непонятно откуда взявшиеся моральные принципы (откуда бы им взяться с таким окружением), а просто потому что вот такая она уродилась, не такая как все. Если бы родилась покрасивее, с божественным голосом, более одобряемой отцом, матерью и прочими родственниками, то тусила бы себе в своей токсичной семейке и горя бы не знала, но вот, жестокая судьба ни с того ни с сего вынудила её быть одной против всего мира.

От начала до самого конца, за редкими исключениями, Цирцея - жертва обстоятельств. Она пытается реагировать на удары судьбы с разной степенью успешности, но практически никогда не берёт судьбу в свои руки, а просто жалуется и ноет. У неё нет своей личности - она постоянно выстраивает её вокруг кого-то, будь это отец, стерва-сестра, первая любовь, вторая любовь, третья любовь, ещё какая-то там по счёту любовь или сын. Она не вызывает совершенно никакого сочувствия - разве что брезгливую жалость. На протяжении всего повествования с ней случается типичное бинго несчастной женщины, страдающей от ужасного патриархата и всяческого абьюза: холодная мать, жестокий и холодный отец, безразличные и злые родственники, тотальное одиночество, обман со стороны первой любви, какие-то токсичные отношения в дальнейшем и конечно же изнасилование, ну куда же нам без него. И здесь вроде бы должен сыграть рост персонажа и мы должны увидеть, как Цирцея, с детства всеми гонимая и нелюбимая, переживает всё это и постепенно из слабой размазни, жаждущей только одобрения папы/мамы/сестры/брата/случайных мужиков, которым на неё плевать, превращается в сильную самодостаточную личность, но нет - Цирцея так и остаётся невнятной клушей, совершающей более-менее значимые поступки только от отчаяния и с мотивацией “лишь бы не быть одной” или “чтобы угодить очередному мужику”. Она даже сына рожает чисто для того, чтобы иметь привязанное к ней существо и не быть одной, и это конечно очень жизненно - типичная мать-одиночка, воспитывающая сыночку-корзиночку, но при этом не менее мерзко и жалко. Ну и мужики, бесконечные мужики, которым Цирцея пытается угождать, ради которых пытается быть хоть сколько-нибудь значимой и интересной - под конец это доводится до абсурда настолько, что Цирцея находит счастье с сыном Одиссея, то есть со сводным братом своего сына. И то потому, что этот мужик наконец делает всё, что ей нужно, выслушивает её излияния, как какой-то психотерапевт, и наконец не пытается убежать от неё при первой же возможности к кому-то покрасивее и поинтереснее - словом, вот оно, великое счастье и идеальный мужчина.

Все “моменты силы”, когда Цирцея кому-то противостоит, происходят по шаблону “Цирцея в отчаянии угрожает, что какой-то мужик за неё вступится - и её оставляют в покое”. Сначала она грозилась, что пожалуется своему отцу и он покарает обидчиков своей дочери (хотя сама в это конечно не верила), затем угрожала отцу, что расскажет какие-то неудобные факты Зевсу и тем самым развяжет войну, в промежутке между этим снова кому-то угрожала в стиле “я всё взрослым расскажу”. Какой-то реальной силы у неё как будто и нет, несмотря на все эти чудесные превращения людей в свиней и прочие колдунства; в хитроумные интриги она толком не умеет, заводить союзников - тоже, поэтому такое ощущение, что от неё в конце концов отстают просто из жалости. Я так и не увидела ни какого-то крутого противостояния, ни отстаивания личных границ, ни обретения Цирцеей мудрости, беспощадности, жёсткости и чувства собственного достоинства. Она до конца книги так и живёт без внутреннего стержня - бесхребетная дурочка, которой хочется, чтобы её любили и уважали просто потому что. Даже когда Цирцея пытается чего-то там достичь - она действует как загнанная в угол мышь, из отчаяния, страха и неуверенности в себе, и постоянно оглядывается на то, что про неё скажут / подумают многочисленные родственники и любовники, которые постоянно вытирают об неё ноги и прямо дают понять, что она для них вообще ничего не значит. С самого начала книги она пытается всем угодить и помочь - даже тем, кто этого вообще не стоит, и до конца книги она стабильно это делает: приносит, подаёт, угождает, защищает, подсказывает, ублажает, а себя утешает тем, что якобы это она сама так решила. Я так и не увидела ту самую яркую, строптивую женщину, у которой хватило смелости и характера бросить вызов богам, - это вечно ноющий, унылый, неуверенный в себе персонаж, которому совершенно не хочется сочувствовать и за которым не интересно наблюдать.

Отдельно хочется сказать про феминизм. Я считаю себя феминисткой, но меня очень настораживает, когда произведение расхваливают именно как феминистическое - очень часто в таких случаях кроме какой-то кринжовой выкрученной в абсолютно неправдоподобные стороны повестки в произведении ничего больше и нет. И видимо “Цирцея” - один из таких случаев. Как я уже сказала выше, современная мораль очень плохо ложится на древнегреческие мифы, и странно рассуждать о тяжёлой женской доле, когда там другие богини с быками сношаются и боги могут доставать сразу взрослых детей прямо из своей головы. Плюс все эти причитания о том, что клятый патриархат жизни не даёт и женская доля в этом мире - только быть чьей-то женой / матерью / трофеем для развлечений - ерунда полная, потому что где-то на фоне существует огромное множество сильных крутых богинь, которые берут от жизни что хотят и делают что хотят, меняют мир под себя и вовсю наслаждаются жизнью. Но их автор удобно объявила стервами и мразями, чтобы не портили тщательно выстраиваемую картину угнетения, - и это ещё один минус здешнему феминизму, поскольку все эти сравнения в стиле “все бабы - мерзкие твари, одна Цирцея здесь нормальная” - это скорее мизогиния, а никакой не феминизм. В целом автору стабильно приходится делать всех вокруг Цирцеи какими-то ужасными моральными уродами, даже Одиссей в конце концов таковым оказался, - безусловно, так проще возвысить обиженную женщину и подчеркнуть её проблемы, только к феминизму это не имеет никакого отношения. Также я не считаю феминизмом то, что от начала и до конца проблема одиночества Цирцеи стабильно затыкается мужиками и услужением им, чтобы дай бог они остались её любить и защищать, а сама по себе она по сути никто и ничто. Видимо, сильная личность, символизирующая феминизм, - это унылая вечно одинокая женщина, всеми угнетённая и обиженная, постоянно страдающая по разным мужикам и при попытках обидеть её не умеющая постоять за себя, а вяло угрожающая, что папа придёт и всех накажет.

По итогу книга невероятно унылая, скучная и невнятная. Я так и не поняла, зачем она вообще была написана и что пытается донести до читателя. У неё неплохой язык, но на этом достоинства заканчиваются - она сухая, пустая, не вдохновляет, не даёт пищу для размышлений, из неё не выносишь ничего нового. Возможно, какие-то шокирующие откровения ждут тех, кто не в курсе, что такое древнегреческие мифы и что за специфические личности все эти боги и прочие легендарные персонажи, но вся база по мифам закладывается ещё в школе, поэтому я не представляю себе человека, который ну совсем не знает ни о Прометее, ни о Ясоне, ни об Одиссее. К тому же, здесь они существуют лишь фоном, все поголовно мрази и нужны в книге только для того, чтобы читатель видел знакомые имена и знал, что вот они все обижают бедную Цирцею, поэтому она в очередной раз тоскует, страдает и печалится. Не знаю, может это намеренный ход - написать книгу о блёклом ничего из себя не представляющем персонаже, но у меня почему-то ощущение, что автор просто не справилась с собственной задумкой, и вместо роста персонажа и яркой, сильной женщины в финале мы получили какую-то полудохлую рыбу.