В открытом море

В свободном плавании
Существует довольно обидная версия официальной истории: жюри букеровской премии никак не могло выбрать победителя в 1979 году. Видьядхар Найпол с "Излучиной реки" и Уильям Голдинг со "Зримой тьмой", одинаково заслуживали награды. В итоге, так и не сумев выбрать из двух живых классиков, судьи достигли компромисса, отдав приз нейтральному кандидату - Пенелопе Фицджеральд. На самом деле, Голдинг не значится даже в шорт-листе премии за тот год, а роман Фицджеральд вполне может постоять за себя в компании современных классиков. Более того, к концу века она в ряды этих классиков попала сама (на самом деле, сдались те, кто не признавал заслуженности её премии). Дело в том, что стиль Фицджеральд, мягкий и неагрессивный, требует некоторого времени для понимания и принятия - некоторым он не даётся нахрапом. В статье журналист "Гардиана" Эдмунд Гордон сравнивает его с приёмом "Падения Икара" Брейгеля - картины, которую надо тщательно порассматривать чтобы просто даже найти Икара.
Герои книги прописаны по-женски ненахально, даже не являются "героями" - вполне мягкие обычные люди с небольшими причудами. Так же, как я выделяю "Клуб Диккенса" среди писателей - тех, кто придерживается особой стилистики писать иронично и как бы не серьёзно о грустный и серьёзных вещах - к примеру, Джулиан Барнс, оба Эмиса, Дэвид Митчелл, Питер Кэри, даже во многом Салман Рушди, - пора выделить "Клуб скромной, но мощной женственности" (название дорабатывается), куда помимо Фицджеральд можно включить Берил Бейнбридж, Аниту Брукнер, Барбару Пим, Мюриэл Спарк, Али Смит. (Заметьте, что вы, скорее всего знаете имена мужчин-писателей и впервые слышите имена писательниц; хотя я взяла их из списк победителей и номинантов на букеровскую премию, так что теоретически они должны быть одинаково на слуху.)
Итак, многим персонажам даётся равное пространство в книге, чтобы раскрыть себя. Читатель оказывается вовлечённым в жизнь сообщества на воде. В районе Баттерси-Рич группа классических плоскодонных английских лодок, которые сто лет уже никуда не плавали, образуют эдакий посёлок. В отличие от сухопутных кварталов, когда с соседями можешь быть и не знаком, жить на соседней лодке означает общаться с соседями ежедневно, ведь даже на свою лодку с причала ты можешь попасть только по мосткам с соседних лодок. Углублению отношений способствует некоторая беспомощность в бытовых делах одних обитателей и стремление им помочь других. Конечно, "нормальный" человек на лодке селиться не будет. Не то чтобы герои "ненормальны", в основном они не фрики, богемные художники или тому подобная публика, а просто несколько инфантильные взрослые, находящие жизнь на воде романтичной. Да, как я сказала, эти лодки уже сто лет не плавают, они только поднимаются и опускаются при приливах и отливах на Темзе. Ну то есть никакое это не свободное плавание, а минимальное бегство от реальности. Тему этого бегства автор и раскрывает. Художник-маринист Уиллис не может себе представить никакого другого существования, но при этом не делает ничего, чтобы поддерживать лодку на плаву (его "Дредноут" ожидает печальная участь во второй половине книги). Ричард с "Лорда Джима", самый "нормальный" из общества, он-то и пытается поддерживать дух коммуны и подтолкнуть проблемы к их решениям, делает вид, что его брак удачный и жена с ним счастлива. Морис с лодки "Морис" (что уже говорит о его бесшабашности) наслаждается настоящим, не думает о будущем, позволяет каким-то тёмным личностям испольжовать его судно как склад краденого, так же не заботится о лодке. Ну и Нина с "Грейс", делает вид что ушедший муж вот-вот вернётся жить с ней и дочерьми на лодку, которую она купила на свои, но по стечению обстоятельств последние в семье, деньги в его отсутствие, с чем он категорически не согласен. Положа руку на сердце, муж Нины Эдвард ещё более инфантилен и беспомощен, чем среднестатистический житель коммуны. В итоге каждого настигает свой "шторм", как выше упомянутый "Дредноут", так и все не слишком крепкие отношения.
Кажется, автор говорит, что оттягивать неизбежное до скончания веков невозможно. Добрые не наследуют Землю, им прилетает в зубы. Чтобы выплыть, придётся барахтаться. (На самом деле, книги Фицджеральд просто основываются на сценах из её собственной биографии. Никаких выводов она не делает, что не отменяет того, на что её книги могут читателя вдохновить.)

Человеческие голоса
Ещё один небольшой роман, притулившийся в моём издании; романы Фицджеральд достаточно маленькие.
Место действия - радио Би-Би-Си, время действия - Вторая мировая. У романа нет какого-либо сюжета, начинается он внезапно, происходит не так много событий, хотя можно сказать, что несколько жизней катастрофически поменялись, и заканчивается трагично. Главного героя или героиню здесь вычленить тоже невозможно. Это, пожалуй, один из самых демократичных в этом отношении романов, что я когда-либо читала. У каждого в жизни есть герой - он сам, но если рассматривать какую-то ситуацию, в которой ты сам не участвовал, то вообще-то достаточно верно, что кого-то одного значительного вычленить невозможно. При этом Фицджеральд весьма точно отмечает, что никто ни о ком не заботится. В книге есть один герой, которого считали холодным и бесчувственным проявляет себя заботливым в ситуации, когда требуется помощь. А так в общем, каждый вращается на своей орбите и не пересекается с другими ни в чём.
Честно говоря, произведение показалось достаточно слабеньким. Достаточно сумбурное и новаторское, без начала и конца.

Из старых рецензий, кактус укачивательный...

Эта неустроенность чувствуется (мне даже показалось, что меня укачало на приливной волне Темзы 1960-х годов), ощущается в каждом движении, будь то старая баржа, или люди, обитающие на этих баржах, или речной мусор, который колышут приливные волны. Всё пребывает в постоянном движении, не останавливаясь ни на миг, не причаливая к берегу.

Старые баржи, стоящие у причала, покачиваются, поскрипывают. Они, эти баржи, жалки, они дают течь… Баржи колышет-качает приливно-отливная волна Темзы:

Вот она, эта неустроенность! Вот она, эта неустойчивость и качка вверх-вниз, к которой обитатели барж притерпелись и привыкли. Но к чему никак не может привыкнуть читатель — его качает на волнах, как на небольшой горке, создавая эффект укачивания, морской болезни.

Пенелопа Фицджеральд говорила об этом романе, что герои его

И так и есть, герои подвижны, они похожи на свои баржи, их так же качает на волнах жизни, бросает из одной стороны в другую, треплет ветер. Даже кошка, и та подвержена этим колебаниям, вроде бы она живёт на «Грейс», но ночует на любой из барж, переходя с одной на другую. Кошка ловит мелких крыс, но большие пугают её, и кошка находится в состоянии тревоги и сомнениях, ведь большие грызуны могут съесть её саму…

Все герои романа появляются практически сразу, и автор рисует каждого из них, вместе с их привычками, мыслями и действиями. И ни один из персонажей не привязан к берегу (не считая жены Ричарда Блейка — она сухопутная совершенно), всех их бросает из стороны в сторону, покачивает. Вот они, эти герои романа, владельцы соседних плавучих домов:

Необычный роман, в котором я не выбрала для себя ни одного из героев, я их (признаюсь откровенно) не заметила почти за вечным движением воды. Может, всё дело ещё и в том, что мне не по душе неустроенность, неспокойствие и вечное движение без цели и без места? Это многое бы объяснило и разъяснило, в том числе и причину, по которой я не оценила этот роман, получивший Букеровскую премию в 1979-ом году. То ли меня утомило это практически вечное, бесприютное, беспокойное движение, то ли утомил сам слог и манера автора. Но, скорее всего, всё вместе.

Жалею ли я о том, что всё же прочитала эту книгу? Нет, потому что это был новый читательский опыт, который мне повторять больше совершенно не хочется.
Не знаю, кому и рекомендовать эту книгу… Своим друзьям точно не посоветую.

Я очень люблю читать предисловия к романам. Можно узнать много интересного о его написании и об авторе. В данном случае, оказалось, что эта книга автобиографична. Как и другой роман Пенелопы - "Книжная лавка", который я, несомненно, теперь тоже хочу прочесть.
⠀
Здесь нет закрученого сюжета, неожиданных событий или ярких мест. Здесь всё ровно, гладко и красиво. Нам описывают жизнь на старых баржах Темзы, в плавучих домах. Мы увидим судьбы некоторых людей, их детей и одной кошки. Просто тихая жизнь, со своими бедами и подводными камнями.
⠀
Каждое судно похоже на своего хозяина. Думаю, так и в жизни. Каждая квартира или дом отражают внутренний мир своих жильцов.
⠀
Чтение книги напоминает процесс рисования акварельными красками. Тот момент, когда цвета сливаются воедино, образуя живописные подтёки. Когда от одной капли воды зависит весь рисунок. В некоторых местах, повествование мутноватое, как застоявшаяся вода. А в некоторых - прозрачное, как осколок стекла.

Трагикомичная небольшая история о жителях старых барж на Темзе, тут нет общей фабулы сюжета, нет зачина и осознанного пути, по которому движется рассказ. Просто несколько дней, пара обитателей плавучих домов, которые зовут друг друга не по именам, а по названиям своих лодок:

Здесь не будет какой-то морали, да и вообще чего-то особо сюжетообразующего, а конец и вовсе повиснет в воздухе, и читатель спросит себя: Что это, собственно, было?
Зато здесь будет красивый легкий язык, и обычная жизнь неустойчивых во всех смыслах слова людей – живут на воде, преуспевающими членами общества их сложно назвать, да и как говорит один из героев:

Пенелопа Фицджеральд сама жила на барже в описываемое ей время и пережила затопление старой посудины, так что роман автобиографичен, и возможно это одна из причин его прелестности и достоверности, хотя вроде как ничего особого в нем и не найедешь.

Понятие счастья весьма относительно. Нет «единого для всех счастья, но существует великое множество его разновидностей». Для каждого оно своё, а для кого-то им может стать существование между сушей и водой на берегу исторической реки, пересекающей Лондон.
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
В центре сюжета - обитатели старых барж. Пенелопа Фицджеральд считала себя «голосом людей» потерявшихся в жизни, живущих на задворках общества. Действие романа сосредоточено на Ненне, канадской эмигрантке, оставшейся с двумя детьми без мужа, которой в буквальном смысле приходится бороться за то, чтобы удержаться на плаву. Помимо неё, роман населен героями, которые живут в грязной прибрежной полосе, постоянной сырости и бедности, но при этом абсолютно инертны. Как будто покачивание на волнах привело их в состояние какого-то необъяснимого спокойствия. Ощущение, что они просто пережидают жизненный шторм и вот-вот отправятся в открытое море реальности.
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
Окружающая действительность очень точно передана автором. Богатство исторических деталей рисует картину Лондона конца 1960-х годов и в точности отражает судьбы героев. С каждым приливом жители полуразвалившихся суден чувствуют пробоины и заплаты своих барж и жизни в целом. Подобный опыт имелся и у Фицджеральд. Она прожила на Темзе два года. Отсюда такие яркие описания, позволяющие погрузиться в атмосферу пребывания на реке: ощущение приливов и отливов, крики чаек над головой, мерное покачивание на волнах.
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
Сама Фицджеральд называла роман «трагифарсом». К слову, это основной жанр театра абсурда. И это самое точное определение для этого романа. Хотя современному читателю нелегко понять, как люди могут так жить и находить в этом поэтическо-романтическое счастье, основной внутренний посыл романа - это милосердие. Эпиграфом служит посвящение барже «Грейс» - говорящее название, которое показывает удивительную способность Фицджеральд относиться к своим персонажам с сочувствием, несмотря на их недостатки.
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
«Понять людей можно, только если иметь к ним милосердие» - фраза Оскара Уайльда может стать разгадкой замысла автора. Через описание жизни ничем не примечательных людей читатель видит теплые отношения и поддержку, которые царят в этом особом сообществе. Именно поддержки не хватает и в наши дни. Ведь каждому очень важно не чувствовать себя одиноким кораблем, как бы он не был далёк от существующих в обществе стандартов.

Книга «В открытом море» Пенелопы Фитцджеральд задумывалась, как чтение для создания летнего настроения. Потому что воображение рисовало море, маленькие кораблики в бескрайних морских просторах, крики чаек, блики солнца на изумрудно-синей воде и прочую ассоциирующуюся с летом романтику. Но, нет… Неспешное, по-осеннему монотонное (но не напрягающее этим) повествование наполнено «первыми осенними туманами», окутывающими причал, приливами и отливами, описанием ночи на реке, когда «….река представлялась … могущественным божеством с белой пенистой бородой из растворенных моющих средств, которое с грустью вздыхает над уходящей ночью, созывая домой все двадцать семь затерявшихся в Лондоне речек». Кстати, в море будет уходить только вода из Темзы с отливом.
Как таковых событий в книге практически нет. Если Вы такое не любите (а я вот люблю), то книга не для Вас. Мы просто проживем буквально несколько дней вместе с обитателями старых речных барж, пришвартованных в районе Баттерси Рич в Лондоне. Читатель будет чувствовать сырость старых трюмов, запах старого прогнившего дерева, искусственное, но благодатное тепло обогревателя в промозглый день; слышать крики чаек, скрежет суден, бормотание и хихиканье реки, чавканье грязи во время отлива… Все персонажи романа​ – так или иначе аутсайдеры: у них нет традиционного в нашем понимании жилья, работы, традиционной семьи или отношений, их дети занимают свое время довольно странными занятиями. Т.е. (опять же как я люблю) этот роман – описание непримечательной жизни непримечательных людей, но тем не менее, это их жизнь.

Эта книга из тех, которые начинаешь читать и удивляешься - о чем она? Но страница за страницей погружаешься в мир, так осязаемо преподнесенный автором. Жаль, не успеваешь полюбить или возненавидеть героев - слишком быстро автор приводит к финалу. Пусть и открытому как море. Люблю читать книги, в которых есть атмосфера и каждая страница рисует объемную картинку - именно такие книги пишет Пенелопа Фицджеральд.
Разве что перевод названия немного сбивает с толку - На воде, мне кажется, было бы лучше. Хотя, название, конечно, многослойное и поэтому труднопереводимое.