Drood

«Ежели существует тёмная сила, которая враждебно и предательски забрасывает в нашу душу петлю, чтобы потом захватить нас и увлечь на опасную, губительную стезю, куда мы бы иначе никогда не вступили, - ежели существует такая сила, то она должна принять наш собственный образ, стать нашим "я", ибо только в этом случае уверуем мы в неё и дадим ей место в нашей душе, необходимое ей для её таинственной работы»
(Э.-Т.-А.Гофман «Песочный человек»)

Бывают такие книги, со страниц которых на тебя буквально опускается трагическая тяжесть – болезни ли, несчастья ли, плохой кармы… Это ощущение в полной мере не зависит ни от имени автора, ни от качества текста, ни от интересности сюжета. Это – какая-то собственная аура книги, тяжёлой тёмной вуалью опускающаяся всякий раз, когда ты начинаешь читать, и как бы принимающая тебя в своё тусклое замкнутое пространство. Может быть, это ощущение специально конструируется автором, может, оно само иррационально исходит из выбранной им темы и попыток её развить, но, пережив его однажды, ты больше не спутаешь его ни с чем. Вот так было и здесь: как только я начала читать «Друда…», передо мной возник и так до конца книги не покинул меня невнятный и пугающий образ doppelgänger’а – предвестника смерти по нордическим поверьям. Можно сколько угодно сомневаться в существовании и значении этого феномена, но чувства не обманешь – от этой книги веет безысходностью, недоверием, злым мистицизмом, непостижимостью мира мёртвых, завистью, обманом. Кажется, что почти все в этой книге медленно, но верно, сходят с ума – каждый по-своему и каждый - от чего-то своего, спрятанного глубоко внутри личности.

Сюжет разворачивается медленно, вязко и как-то натужно. Он напоминает извилистую, петляющую дорогу, ведущую не сразу понятно куда. Ближе к концу это становится яснее, поскольку в тексте как-то неприятно проступают вариации на тему «Тайны Эдвина Друда» - незаконченной, а потому, наверное, и не вполне ясной, драмы Диккенса. И даже не вариации, а какая-то смутная внутренняя структура диккенсовского замысла, проинтерпретированная автором сразу в нескольких вариантах. Ты движешься вперёд маленькими, точно дозированными отрезками – до следующего поворота, где обязательно происходит небольшой смысловой откат – то обнаруживается, что герои лгали друг другу и всё не так, как ты уже начал думать, то автор сделает внезапное биографическое отступление, то читателю представят некоторый экскурс в творческую кухню Диккенса или Коллинза, а то и вовсе в тексте появится прямолинейное моралите, стилизованное под XIX век. Вот в этой стилистике "приливов-отливов" автор старательно и почти алхимически смешивает в тексте явь, литературный вымысел и бред героев, заставляя читателя без видимых границ перемещаться из одного в другое, «из тени в свет перелетая…». Приходится блуждать по тексту, как если бы ты попал в чей-то дурной сон или пытаешься выбраться из чьего-то беспросветно депрессивного и эгоцентрического сознания. Что ж, у каждого свои скарабеи в голове…

Но все эти литературные ухищрения, мягко говоря, не сильно увлекают – не хватает ни динамики, ни ясности ощущений, ни определенности понимания. Ясно, пожалуй, лишь одно: чужие тайны завораживают и очень хочется отыскать скрытые скелеты в шкафу, только при этом от книги остаётся ощущение пыльного чулана, в котором стоит кто-то, наказанный жизнью и глубоко, трагически печальный, а потому намеренный в отместку мистифицировать читателя. От неё почему-то всё время ждёшь чего-то иного, и при каждом повороте сюжета хочется, чтобы он развивался совсем не так, как это придумал автор. Я не то чтобы подробно знакома с жизнью обоих писателей, но книга показалась мне слегка перегруженной второстепенными деталями и авторскими полускрытыми нравственными оценками.

После «Террора» я как-то разочарована и, наверное, теперь не скоро захочу читать ещё какую-нибудь книгу Д.Симмонса.

Я закончила читать вчера вечером и - домочадцы не дадут соврать - я была ужасно разозлена. Я разозлилась и на Симмонса, и на его героев - Диккенса и Уилки Коллинза. Когда я начинаю думать о причинах, я снова злюсь, что лишает меня малейшего хладнокровия при разборе, но попробую описать впечатления от книги, потому что молчать об этом невозможно.

Во-первых, многие пишут, что для адекватного восприятия событий в романе следует загодя прочесть "Тайну Эдвина Друда" Диккенса и "Женщину в белом" и "Лунный камень" Коллинза как минимум. Тут я бы хотела немного поспорить.
Да, "Тайну Эдвина Друда" лучше прочитать заранее: дело даже не в том, что без этого вы не поймёте книгу Симмонса (поверьте, у вас не будет ни единого шанса не понять что-то у Симмонса), просто между двумя персонажами-Друдами есть серьезные различия. Если вы сначала прочитаете Симмонса, а только потом Диккенса, вы, вероятно, не сможете отделить друг от друга разных Друдов и есть шанс, что испортите себе впечатление от чудесного незаконченного романа Диккенса.
Что касается многочисленных упоминаний других произведений, то их можно не читать вовсе или читать после, если, конечно, у вас нет непереносимой аллергии на крошечные спойлеры. У меня аллергии нет, более того, я люблю спойлеры, можно сказать, без хорошего спойлера я не стану и книгу читать (исключение составляет только имя убийцы в детективе).

Во-вторых, это был первый мой роман Симмонса. Я так и не поняла, какими средствами автор добился, чтобы книга оставалась такой чудовищно увлекательной на протяжении такого чудовищного количества страниц (возможно, это следующий уровень мастерства читателя - понимать, как автор делает то-то и то-то). Под конец я уже пыталась уставать, но факт остаётся фактом - это одна из самых лучших и самых длинных книг в моей жизни.

В-третьих, Уилки... Невозможно не говорить о таком Уилки Коллинзе, каким он показан в книге (спойлероаллергики сейчас могут отвернуться!)
Этот Уилки-рассказчик выглядит, на первый взгляд, абсолютно мерзко. Но я не могу полагаться только на это первое впечатление. Может, потому, что на протяжении всего повествования Уилки обожает Диккенса, хоть и ненавидит, обожает и преклоняется перед его литературным гением, обожает и страдает, когда чувствует охлаждение в отношениях.
Может, Уилки не такая уж и тварь, когда вспоминаешь, как он искренне до последних минут не верил в убийство инспектора и мальчишки, и как он отреагировал на убийство бродяги в подземном городе. Циничные ублюдки так не реагируют.
И финал нас подводит именно к тому, что Уилки не так уж виноват в том, что случилось. Он тоже жертва - и ещё неизвестно, может, он главная жертва тут, только в отличие от Диккенса прожил с этим грузом вины и боли на 19 лет дольше.

Сам Уилки Коллинз пишет в "Друде" о своих книгах довольно пренебрежительным тоном, сравнивания их с великими произведениями Диккенса, и не сомневается, что "Лунный камень" и "Женщина в белом" не будут известны потомкам. Но они известны и я бы хотела прочитать их теперь, после Симмонса, потому что это единственный возможный для меня способ избавиться от ощущения горечи от "Друда".

Симмонс написал совершенно потрясший меня роман, переплетя правду и вымысел о реальных людях, которые стали мне глубоко небезразличны, а разозлилась я из-за того, что теперь только от меня лично зависит, как именно я отделю одно от другого.

Некоторые произведения для своего прочтения требуют дополнительной подготовки. Либо это знание истории того времени, в которое развиваются события; либо техническая подкованность в каких-то вопросах; либо биографии знаменитых людей; либо ещё множество вещей и историй, на которые мог опираться автор при написании своего произведения. В итоге чтение книги превращается в исследование, которое зачастую только портит всё возможное впечатление.

"Друд, или Человек в чёрном" - для меня оказалась именно такой книгой, ибо с творчеством и биографией Чарльза Диккенса я знакома очень поверхностно, а именно на интересе к его персоне и строится весь сюжет. Увы, я заведомо оказалась в проигрыше, ибо в данный момент своей жизни совершенно не готова к такому чтению, тем более с таким внушительным объемом.

Эта странная книга, которой я не могла проникнуться очень долго. А ближе к финалу меня затянуло и я просто не могла остановиться, пока не перевернула последнюю страницу. И если на протяжении чтения преобладающими чувствами было непонимание, негодование и скука, то в конце осталось только опустошение, от того, что история закончилась. Герои прожили свои реально-нереальные жизни и ушли, а мне теперь разбираться со всем этим.
После этой книги моё отношение к Диккенсу, Коллинзу и Симмонсу уже не будет прежним. Потому что моих познаний не хватило на то, чтобы понять, какие из фактов были реальными, а где начинался разгул авторской фантазии. Действительно ли Диккенс был способен на столь жестокую шутку? Был ли в действительности Коллинз настолько эгоистичным, завистливым и слабым человеком? Страдали ли от их рук люди и невинные собаки? Были ли в действительности прогулки по нижнему и верхнему Лондону и безумные встречи с безумными личностями?
В общем викторианских приключений тут прилично (или неприлично). И все это написано в той самой викторианской манере, характеризующей Уилки Коллинза. Так что если вы знакомы хоть с одной его книгой, то можете примерно представить, что вас ждет в плане манеры изложения.
А вот фантазия и разноплановость Симмонса не устает меня поражать. Определенно стоит почитать у него еще что-нибудь. И у Диккенса.

Дэн Симмонс появился в моей жизни волей случая (об этом прекрасно знает umkapumka , она же и стала причиной этого знакомства). Воля случая привела к тому, что я скупила все ныне доступные в продаже книги Симмонса, особо не задаваясь мыслью, понравятся ли они (после "Террора" это казалось утопией). И первая книга после описания загадочной экспедиции Франклина оказалась попаданием, метким и точным, хотя в любимые и не попала.
Растекаясь мыслью по древу, скажу еще кое-что: книги Чарльза Диккенса для меня всегда были махровой классикой. Недавно прочитанный "Холодный дом" оставил ощущение того, что я неспособна воспринимать Диккенса, а уж тем более анализировать - слишком тяжелый язык. Что касается Уилки Коллинза, его "Женщину в белом" я буквально проглотила в школьные годы, но больше с ним не сталкивалась. Он мне казался обычным писателем, ничем не выдающимся. Купив эту книгу и не особо глядя в аннотацию, я искренне удивилась, когда поняла, что рассказ ведется от лица Коллинза, и это первое, что пленило меня - Симмонс пытался пародировать воссоздать стиль писателя. Учитывая то, что Коллинза я читала как минимум лет 7 назад, то мне еще придется оценить, удалось это или нет (потому что теперь я хочу прочитать если не все романы Коллинза, то большую их часть точно). Диккенс же при этом останется для меня автором, которого я понять не смогу, наверно, пока не стану постарше.
Стоить отдать должное Симмонсу: при том, что наврал он в книге с три короба о многих приключениях и злоключениях этой парочки писателей, он не стал уж совсем наглеть и переписывать историю. Прочитав примерно половину, я отложила "Друда" и полезла читать биографии Диккенса и Коллинза. И на деле оказалось, что многие имена совпадают, что факты Симмонс не переврал, что имена любовниц правдивы и так далее. Однако исторический роман, написанный пером Симмонса, не мог быть просто сухим повествованием - он должен был его снабдить фэнтезийной составляющий (как и в вышеупомянутом "Терроре"). К слову о "Терроре". Еще одним моим удивлением оказалось то, что в "Друде" были отсылки к той экспедиции Франклина - Диккенс и Коллинз написали и поставили пьесу "Замерзшая пучина", посвященную как раз этому путешествию во льды. И Симмонс первые пару сотен страниц неоднократно это упоминает [мне вспомнился Кинг, у которого персонажи кочуют из книги в книгу].
Если попытаться сделать более глубокий анализ этой книги, то можно наткнуться на массу противоречий, которые наслаивались в мозгу во время чтения немаленького томика, а теперь скребутся в черепной коробке, как тот скарабей в мозгу Коллинза. Вроде и всё круто-классно, но даже при высокой итоговой оценке, остается ощущение, что что-то все-таки не так.
Почти всю книгу (за исключением последних 150-200 страниц) у меня было убеждение, что вечно обдолбанный Коллинз постоянно живет в большом таком Глюке с периодическими прозрениями - я еще удивилась, как он умудрялся писать романы. Безусловно, факт, что Коллинз "увлекался" лаунданумом, а впоследствии и морфием, но что так по-жесткому - это стало для меня откровением. Надо отдать должное Симмонсу, хотя у него было огромное поле для действий с его псевдо-Коллинзом, потому что, в самом деле, чего только не привидится под наркотой, автор не сделал из Уилки Коллинза отрицательного персонажа. Но если быть объективной и отмечать для себя различные проскальзывающие порой мимо глаза незначительные факты, то будет над чем подумать - глюк Коллинза, проходящий под именем Второй Уилки, оказывается, появился задолго до того, как он начал мучиться подагрическими болями - Коллинз сам об этом вскольз упоминает. Также как и зеленокожая женщина, которая была с ним с детства. Вряд ли малыш Уилки увлекался наркотиками в детстве.
Если опустить эти непонятные глюки, то Коллинз кажется вполне себе адекватным малым, по крайней мере первые две трети книги. Он дружит с Диккенсом, спит с двумя женщинами, пишет романы. Но потом ему как будто крышу сносит...Спойлерить не буду, поэтому оставлю Коллинза в покое.
Что касается Диккенса и Друда... Ведь по сути Друд, именем которого названа эта книга, должен быть главным героем. Отнюдь. Он появляется редко (но метко). Но при этом, благодаря мастерству Симмонса, он присутствует в книге постоянно - о нем говорят, думают, он преследует героев и так далее. И читатель это тоже чувствует. А Диккенс... Знаменитому писателю посвящена добрая половина книги, однако по большей части рассказана именно его биография - выступления с чтениями, путешествия по Америке и Англии, боль в ноге, различные семейные неурядицы. Диккенс не предстает перед нами в лице полноценного персонажа - он, скорее, фон, яркий, но в какой-то степени даже не особо живой. Пусть книга и посвящена именно ему и Друду, но Коллинз, именно он, является главным героем книги и рассказчиком одновременно.

Конец книги не показался скомканным, было раскрыто немало тайн, но осталось загадкой то, Что же такое Друд. Глюк? Реальный человек? Убийца сотен людей? Коллинз задается на последних страницах главным вопросом, который останется открытым, так как ответа на него нет (так как Диккенс умер) - реальность всё это была или злая шутка, так умело разыгранная Диккенсом? Учитывая то, что в биографиях писателей не особо упоминается Друд, то ответить на этот вопрос подвластно, наверно, только тем, кто когда-нибудь отправится назад в прошлое.
Что касается меня, я убеждена, что Диккенс, вполне возможно, и пошутил над своей "собачкой" Коллинзом, но потом эта шутка стала реальностью. И не благодаря лаундануму. Викторианская эпоха полна загадок - и кто знает, может быть, действительно существовали Друд, его последователи, Подземный Город и жуки-скарабеи, копающиеся в мозгах...

Такое ощущение, будто в этом романе Симмонс без устали нагнетает атмосферу: с самого начала мы видим героев страдающими, больными, окружающий их мир зловещ и полон мерзостей. И чем дальше я продвигалась, тем больше мерзостей встречалось на страницах, тем несчастнее становились главные герои, и тем больше они страдали и мучались от болезней. В конце концов многословные описания их мигреней, подагр и одышек порядком меня достали. В "Терроре" тоже прослеживалось стремление автора сделать плохое еще хуже, а ужасное - еще ужаснее, но там интрига по-настоящему меня увлекла, а атмосфера очаровала, про этот же роман я не могу, увы, сказать ни того, ни другого.

Дэн Симмонс поражает в хорошем смысле. У него хорошо получается писать криптоистрические романы, во время прочтения которых нет желания недоверчиво качать головой и бормотать "ну-ну". Законопачивая белые дыры реальных биографий Коллинза и Диккенса хоррором и мистикой, Симмонс выдает умную и увлекательную историю. Правда его персонажи - это не реальные люди, а лишь плод фантазии или же литературные примеры, которые поясняют авторское отношение к зависти и славе. Писательское ремесло не сахар: прилюдное сгорание под аплодисменты, жизнь до дедлайна и вечная неудовлетворенность.

Чтобы оплатить счета и быстро выбраться из долговой ямы, в которую я столько быстро скатился с высот финансового благополучия, я сделал то, что в такой чрезвучайной ситуации сделал бы любой пистаель: увеличил дневную дозу лауданума и ежевечернюю морфия, стал пить больше вина, чаще спать с Мартой и приступил к работе над следующим романом.

В каждой истории есть ведущий, есть ведомый. Решающий и покоряющийся. С начала истории смиренным ведомым обозначился Уилки Коллинз - эдакий доктор Ватсон, не слишком чистоплотный в моральном плане. Он бегает за гиперактивным Неподражаемым по мерзким подземельям, ропща, но не противясь. Вечный протеже, утверждающий, что его не интересует мнение окружающих. Под действием обстоятельств, лауданума и подозрений личность Уилки деформируется, деформируется и текст - чем-то похоже на "Записки сумасшедшего" Гоголя. Уилки-летописцу нет доверия, приходиться додумывать, пересматривать и ставить себя на место каждого персонажа, проверяя предложенные факты на правдоподобие. Персонаж Коллинза развивается, персонаж Диккенса - нет. Он как бы меняется. Меняется физически, стареет во всех смыслах, но остается прежним. Залезать в голову Неподражаемому Симмонс не попытался и правильно сделал. Это же невозможно. Невозможно почувствовать себя в шкуре Диккенса, невозможно написать об этом и не сфальшивить. Другое дело Уилки. Можно поставить его в тень Великого и свести с ума. Как Сальери сошел с ума от зависти и решился на злодейство.
Лондону и городу-под-Лондоном уделено не так много внимания, как я ожидала. Да, в книге есть трущобы, притоны, падшие личности - отлично выписанное городское исподнее, но описания отвратительных подворотен перестают пугать по-настоящему, ведь в головах людей может твориться нечто более ужасное, чем на улицах "Лондонского пекла".
Я не могу презреть Уилки. Мои чувства прогрессировали от легкой жалости до понимания. Уилки - злодей, но разве не в каждом человеке, глубоко в душе, бушуют темные страсти? Желания, в которых стыдно признаться? Уилки - наркоман. Наркотики разрушили его личность, смыли нравственность, вполне логично, что зависть и раздражение отравили остатки. "Собака бывает кусачей только от жизни собачьей".

"Друд" - это ещё и литературная игра, которая превращает чтение в активный отдых. Я читала кое-какой научпоп о Викторианской Англии, в общих чертах знакома с биографиями и произведениями писателей-героев, но сколько я пропустила! Сколько не дочитала, сколько ещё буду читать! Из всех намеков, оставленных по всему тексту мистером Симмонсом, я уловила, наверно, только половину. Чуть позже обязательно перечитаю, догляжу. Информации на страницу текста огромное количество.
Шероховатости есть. В "Тайне Эдвина Друда" бывший моряк Тартар влюбляется не в Елену Ландлес, а в Розу. Мелочи-мелочи. В остальном увлекательный криптоисторический роман, быстро и легко читающийся, не смотря на объем.

У Симмонса книга называется лаконично «Drood», что подразумевает знание человеком, умеющим читать, названия последнего незаконченного романа Чарльза Диккенса «Тайна Эдвина Друда», хотя бы. Заранее считая отечественного читателя от природы туповатым, наш издатель называет роман более развернуто: «Друд, или человек в черном». То есть не мытьем, так катаньем: рассчитывает, что может быть поклонники фильма "Люди в черном" книжку купят:) Не могу промолчать и о совершенно дикой обложке. Первые оригинальные издания, американское и английское, содержат на обложке темную размытую фигуру в цилиндре на фоне лондонского тумана и мужчину в плаще и цилиндре под газовым фонарем соответственно. В первом случае совершенно минималистично, во втором более ярко, но также весьма скромно.

Наши же умники такого намалевали, что дух захватывает. При этом представляю разочарование случайного покупателя: 827 страниц не самого крупного шрифта, на которых кудесник из Колорадо препарирует викторианский роман, заставляя великих писателей Чарльза Диккенса и Уилки Коллинза участвовать в событиях жутких, ужасающих и местами тошнотворных. Среди прочего читатель столкнется с подземным миром канализационных стоков Лондона, особенностями жизни опиумного наркомана XIX века, жуткими подробностями древнего египетского культа мертвых, убийствами детей, взрослых и животных, гирляндами из человеческих внутренностей и симптомами внедрения жука-скарабея в мозг человека… В то же время, умелое манипулирование фактами биографий и литературным наследием, тонкий юмор и сатира над иконографическими образами классиков, макабрический сюжет и безумная фантазия не всеми будут оценены по достоинству, чего уж там. Механизм громоздкого романа запускается медленно и тяжеловесно. Но если Вы в теме или хотя бы открыты для потока информации о Лондоне третьей четверти XIX века, представленном столицей черной мистики, отвратительного порока, царства смерти и бесчеловечных культов, то Вам сюда. К одному из самых талантливых беллетристов современности, в последних своих книгах (в гениальном «Терроре» особенно) поднявшего легкий жанр до уровня высокой литературы. Не пожалеете.

«Диккенс сжал руку раненному и ободряюще сказал:
-Я позабочусь о вас, сынок.
-Как выше имя?- спросил писатель...
-Диккенсон, - ответил тот».

С первых страниц автор выбирает тон фривольного ерничанья, ведя рассказ от лица Уилки Коллинза, приятеля и наперсника Диккенса, а на деле злобного завистника, циника и двурушника. Правда и ложь в его рассказе переплетается неузнаваемо, при этом у Симмонса автор великого «Лунного камня» (считающегося первым английским детективным романом) предлагает читателю самостоятельно отделять зерна от плевел в условиях лондонского тумана. В самом начале он намекает на разгадку «Тайны Эдвина Друда», второе столетие мучающую литературоведов и читателей всего мира, - кто убил Друда? Ясно кто - Диккенс (согласитесь, что персонажа убивает именно писатель. А его прототипа?) Блестящая догадка. Но ясных и прямых ответов от Симмонса не ждите – все разгадки тонут в болоте лжи, обмана, безумия, снов наяву и кошмаров.

Диккенс в описании Коллинза выглядит напыщенным, ехидным, безжалостным к окружающим и начинающим стареть гением, указывающим каждому на соринки в глазу и упорно игнорирующим свои бревна. «Никто никогда не слышал, чтобы Неподражаемый называл себя «простым романистом», и я ни на миг не усомнился, что и сейчас он не сделал этого. Он говорил о других «простых романистах». Возможно, обо мне». Позиции двух главных героев определены классически: Моцарт и Сольери. Холмс и Ватсон. Дон Кихот и Санчо Панса. Жизнь Диккенса, человека экстравагантного, яркого, скандального предоставляет широкие возможности для толкований и фантазий. Симмонс выбрал для своего философского по сути романа о природе писательского творчества идеальных персонажей и время действия. При этом надо четко отделять широко распространенную методу написания бесчисленных «книг-загадок» с участием известных персонажей (детективы, в которых сыщиками выступают писатели, ученые, даже президенты США) от опуса магнума Симмонса. Не побоюсь утверждения, что «Друд» является в первую очередь биографическим романом, а уж затем фантасмагорией. Просто взгляд на сложные отношения двух классиков выбран через бутыль лауданума. При этом, по определению трудно доверять рассказчику – Уилки Коллинз как человек, выпивающий за раз по два стакана опиумной настойки, не может рассматриваться в качестве адекватного свидетеля. Кроме оживших мертвецов Диккенса у него достаточно и своих призраков (Зеленокожая клыкастая женщина и Второй Уилки).

Опускаясь вслед за Коллинзом все ниже и ниже в пучины подлости и предательства, шагая от одной неверной догадки к другой, изучая коварный мир призраков и видений, читатель дойдет до ужасного трагического финала, уготованного автором своим героям. Сожаление и разочарование в вымышленной, но очень яркой истории последних лет дружбы двух известнейших писателей и сподвижников остается после окончания чтения лейтмотивом книги, но это совершенно не относится к восхищению талантом Дэна Симмонса и масштабом его произведения.

Вывод: «Отлично!» Прекрасно стилизованный готический и викторианский роман Дэна Симмонса - возможно одно из самых лучших (жутких) чтений в указанном сегменте. Ничуть не уступает «Светилам» Каттон и «Багровому лепестку и белому» Фейбера.

Интерес Дэна Симмонса к английской истории XIX века («Террор», «Друд») закономерно было бы замкнуть на 1888 год в Уайтчепеле. Но Симмонс не ищет очевидных путей и поэтому читайте «Пятое сердце», где автор привозит Шерлока Холмса в Штаты.

Чарльза Диккенса довольно часто критиковали за то, что его произведения не несут такой интриги, какую бы не смог раскусить примерно каждый второй читатель не добравшись даже до середины произведения. Видимо устав от такого рода критики Диккенс решает создать такое произведение, сюжет которого не разгадает абсолютно никто. И он начал писать «Тайну Эдвина Друда». Закрутить интригу автору удалось. Но 9 июня 1870 года Диккенс умер, а роман так и остался незавершённым. Уже в 1871 году появилось первый вариант завершения произведения, а в 1873 вышел вариант продолжения якобы надиктованный призраком Диккенса.
Принять участие в размышлениях на тему окончания «Тайны Эдвина Друда» решил и Дэн Симмонс, который в своей предыдущей книге раскрывал тайну пропавшей экспедиции по поиску Северо-Западного прохода из Атлантического океана в Тихий, а в одной из следующих замахнулся и на Шерлока Холмса.
Главным героем книги Симмонс сделал писателя Уилки Коллинза — друга Чарльза Диккенса. Сам Диккенс тоже стал героем книги. Так же персонажами стали книги - «Лунный камень» Уилки Коллинза и «Тайна Эдвина Друда» Диккенса. Второстепенных персонажей автор набрал из героев этих двух книг, получилось будто бы писатели вставляли в свои произведения реально существующих людей.
Книга начинается с того, что 9 июня 1865 года, ровно за 5 лет до своей смерти Диккенс попадает в железнодорожную катастрофу. При оказании помощи пострадавшим он замечает таинственного человека который притягивает его внимание — Джаспера Друда. Через некоторое время после прибытия в Лондон Диккенс и Коллинз отправляются на поиски таинственного Друда по различным лондонским притонам. Довольно быстро Коллинз начинает подозревать, что Друда видел только Диккенс. Но и к Коллинзу, как показывают события особого доверия не возникает.
Непонятно с чего Дэн Симмонс так взъелся на Уилки Коллинза, может в школе двоек по его творчеству нахватался? В книге Симмонс представляет Коллинза съехавшим завравшимся наркоманом. В начале Уилки лишь немного перебирает с лауданумом, в середине добавляет ещё и курение опиума, а к концу даже одна доза морфина в сочетании с тем же лауданумом не удовлетворяет его. Такое чувство, что автор ввёл прогрессирующую наркозависимость как обоснование своей идеи о зависти Коллинза к Чарльзу Диккенсу.

Эта зависть зарождается и прогрессирует в книге до того, что Коллинз даже решает убить Диккенса. Но даже в своих наркоманских бэд-трипах Уилки понимает, что тот лучше его как писатель.

Кроме теорий о запущенной наркозависимости Коллинза автор так же предлагает свой вариант завершения «Тайны Эдвина Друда». Но вариант завершения романа от Симмонса получился слишком мудрёным и запутанным до такой степени, что Симмонс и сам его до конца не смог придумать и раскрыть. А ещё книга содержит много спойлеров к той же «Тайне Эдвина Друда» и к книге Коллинза «Лунный камень». Так что перед прочтением «Друда, или человека в чёрном» лучше ознакомиться с этими двумя произведениями.

Эти слова из романа точнее точного отражают моё мнение о "Друде". Книга великолепна своей мистической составляющей. Но я бы выкинула из нее описание реальных фактов из жизни Диккенса и Коллинза. Мне было читать эти факты скучно. Так же не совсем мне понравилось то, какими Дэн Симмонс показывает нам этих величайших, на мой взгляд, классиков литературы. Думаю, что возьми он героями не Диккенса и Коллинза, а просто вымышленных писателей, то ничего не изменилось бы. Роман получился бы не менее интересным, но естественно, только в своей мистической части. Кстати, конец не был для меня открытием, я с первого появления Друда подозревала, что именно так и обстоит дело.
Все мои претензии, я считаю их несущественными, не испортили общего впечатления от прочитанного. В целом книга мне понравилась. Писатель проделал, конечно, колоссальный труд при написании этого романа.
Мне понравился стиль Дэна Симмонса. Появилось огромное желание познакомиться и с другими его произведениями, в особенности с "Террором". В "Друде" автор вскользь рассказывает о событиях, описанных в романе "Террор". Думаю, что там будет действительно страшно, а главное, будет поживей идти повествование.