Глава 33
От поездки в город ожидала большего, однако мне вполне удалось порадовать детей. Белоснежка накупила кружев, перчаток и малюсенькую сумочку. Я так и не поняла, чем она обшита – то ли бисером, то ли какой-то чудной тканью с вшитыми в нее бусинами. Идея с карманными деньгами ей очень понравилась.
Лео успел потренироваться на ярмарке на деревянных мечах и пострелять из лука по обтянутым кожей мишеням. Он был оживлен и временами перекрикивал гномов-телохранителей, окруживших его плотным кольцом.
Это входило в резкий контраст с тем, что я видела своими глазами, – когда наследник по полдня не находил в себе сил, чтобы встать с кровати. Надежда снова кольнула прямо в сердце.
Мальчик за считанные дни стал мне так дорог. Появилось на кого обрушить океаны нерастраченной материнской люби. Главное, что и он нуждался в ней не меньше.
Ближайший городок к королевскому замку назывался Лансбро. Нас встретили узкие и довольно грязные улочки, а окна домов начинались примерно с третьего этажа и выше. Так что в поле зрения, если не запрокидывать голову, в переулках попадали одни лишь стены из белого известняка.
Я представляла средневековые города более продуманными и менее извилистыми. Даже ярмарка гудела на небольшом пятачке, вынесенном за пределы крепостных стен, – чтобы собрать побольше приезжих, таких как мы.
Темная карета с гербами Карбюраторов привлекала к себе повышенное внимание. Проще говоря, от нее разбегались в разные стороны. Поэтому Балдур посоветовал оставлять ее подальше и ходить по лавкам пешком. Из всего королевского семейства узнавали только Эмилию, да и то в половине случаев. Очевидно, что девушка не была домоседкой.
При виде гномов в их нарядных кольчугах горожане почтительно кланялись или бежали за своими лучшими товарами. Вот, значит, кто считался в Эритании самыми желанными покупателями.
Я же, как ни старалась, не нашла ничего отдаленно напоминающего магазин готового платья. Бригитта сочувствовала и фонтанировала идеями.
– Давайте заглянем к состоятельным горожанкам, чьи мужья входят в купеческую гильдию. Они давно не платили налоги. Взносы требовал и Даррен, и инспекторы, служившие Кристоферу… то есть вам. Откупались подарками… Пусть каждая дама достанет по два лучших платья, а вы подпишете специальную бумагу с индульгенцией.
Я возмутилась, представив, как пойду побираться. А отправлять на такое дело гномов – слухи пойдут еще быстрее… Мол, королева не брезгует грабежами.
– Нет уж. Завтра же подниму документы – кто, когда и сколько платил нам последний раз. Пусть ждут визита, только уже не моего. Инспекторам придется вернуться к своим обязанностям.
– Тогда проследуем в музей, – не унималась гномиха. – В детстве, помню, там показывали платья прежней королевы, матери вашего супруга. Их-то вы надеть не побрезгуете?
Хорошо, что этот спор мы затеяли уже на выезде из города. И Бригитте просто негде было черпать свои замечательные идеи.
– Я заглянула в пару лавок, где шьют на заказ. Оставила ваши размеры, – все-таки призналась она. – Но это очень простые платья, потому что местные мастерицы не обучены модным штучкам. Ткань взяла самую лучшую. Черную…
Последнюю фразу она почти простонала. Моя верная помощница тоже была убеждена, что ходить в трауре – плохая примета. Но, в отличие от деверя, предлагала отдавать предпочтение желтому, розовому и голубому.
Эмилия на этот раз тоже прислушивалась, о чем шла речь. Мы катили по мощеной дорожке в сторону замка, и даже оборонительные сооружения Лансбро потерялись из виду. Девушке было больше некуда проявить интерес. Не смотреть же на лес, который шел по обеим сторонам сплошной стеной.
– Во всем виноват Даррен, – она изрекла эту фразу, звучавшую в нашей семье в день по три раза, с совершенно серьезным лицом. – Это аксиома, спорить тут не с чем. Но мне в городе нашептали, что он перебил заказ королевы, – потребовал сшить сразу три платья для любовниц и пообещал пятикратную доплату за срочность.
Такое мне, разумеется, не понравилось. Я что только ни придумываю, чтобы выглядеть не похожей на пугало в занавеске, а этот павлин… Живет под моей крышей, притащил в замок надутого Баденбургского Эльтона и придумывает мне все новые и новые пакости.
– А что там говорят правила приличия, Эмилия? Не пора ли нам отправить дорогих гостей по домам?
Я разозлилась и заметила, что вокруг кареты образовалось легкое облачко, при каждом моем слове менявшее цвет – от бирюзового к серому. Девочка разогнала его снопом искр, вылетевшим из пальцев правой руки. И когда я уже привыкну к магии этого мира?
– Вам следовало бы побеседовать с наместником, объяснить, что у нас траур, но вы цените оказанное внимание и обязательно… но не сейчас.
– Вообще-то я все это ему уже сообщила. Может, ему нравится, как готовит наш повар…
Все это не добавляло настроения. Поэтому через несколько часов, за обедом, который состоялся еще позже, чем обычно, я старалась игнорировать герцога. Лео рано ушел к себе, сославшись на усталость после прогулки. Эмилия, та и вовсе не почтила нас своим вниманием.
Даррен делал вид, будто вчера ничего не случилось: перемен вокруг он даже не заметил. Эльтон с восторгом разглядывал узорчатые каминные решетки, лепнину и гобелены и не уставал перечислять мои достоинства. Я бы тоже к нему присоединилась – в смысле погрузилась бы в изучение столовой – однако у меня появилась новая проблема. Королевский перстень нагрелся так сильно, что я испугалась.
Вомбадрил, сопровождавший меня этим вечером, подсказать ничего внятного не мог. Но не у Даррена же спрашивать… Я теребила украшение то так то этак, подозревая, что скоро лишусь среднего пальца. Попытка снять ни к чему не привела. Оно держалось крепко, будто незаметно для себя я поправилась.
Дражайший родственник проводил наместиника и вернулся до того, как я успела покинуть трапезу. В этот момент я как раз обмокнула палец заморское ароматное масло. Дернула. Безрезультатно.
– Не старайся. Это оборотная сторона магии. Ты сейчас на пике, в тебе бурлит энергия, и разные фамильные реликты тоже намерены ею подпитаться.
– Хочешь сказать, что это нормально и ничего плохого не случится?
Мда, нашла, у кого спрашивать. Уже через секунду я пожалела о своей оплошности.
– Оно уже случилось, Тори, и одним пальцем ты не отделаешься. Если боишься, то подари мне это кольцо. Правда, его обратная сторона – это корона. Однако она все равно будет моей, рано или поздно. Так что признай мое старшинство, и я улажу этот вопрос.
– Спасибо, Даррен, – я старалась говорить, как стерва, но, по-моему, звучала, как замученная попаданка. – Твоя помощь, как обычно, не кстати. Я пойду к себе. Пережду магическую бурю.
Чернокнижник хмыкнул, но спорить не стал.
– Позволь поцеловать тебя, милая сестра. Вдруг больше свидеться не придется…
Я стряхнула его руки с плеч уже привычным жестом и, не тратя время на болтовню, поспешила к дверям.
Это никуда не годилось. Даррен хватался за меня, не обращая внимания на гномов, слуг и сотрапезников-«туристов», которых по-прежнему впускала Аннет.
– Если будет совсем худо, прислонись к зеркалу. Я тебя прикрою. Я же к тебе привык, дорогая, – неслось мне вслед.
Разозленная его кривляниями, войдя в спальню, я прижалась лбом к щиту, на котором крепился аудбьёрген. На секунду паника отступила, и меня окутало ледяное спокойствие. Палец с кольцом перестало печь.
Я застонала. Да так горестно, что аж сама прониклась… Какая же Даррен бездушная скотина, никакого сочувствия от него не добьешься.
Позади меня скрипнула кровать. Я замерла, уговаривая себя развернуться. Ну, могут же скрипеть доски без видимых причин. Перепады температур. Нестабильный магический фон…
– Явилась наконец, – негромко, но поигрывая интонациями, объявил до ужаса знакомый голос. – Я звал тебя битый час. Только не говори, что не скучала. Ты же должна была разжечь гномий артефакт гораздо раньше, тупая ты су… самка.
К голосу прилагался мужчина, ну, слишком похожий на Даррена. В волосах проглядывала седина. Нос, пожалуй, по-настоящему крючковатый. А вот губы – пухлые и поэтому отвратительные. Белая рубашка обтягивала, на мой вкус, перекаченный торс… Эх, мне очень хотелось отвернуться и сделать вид, что его здесь нет. Или что это очередной розыгрыш Даррена.
Хорошая новость (единственная!), вокруг ног этого существа клубился туман. И если это всего лишь не в меру упитанный призрак, то тогда я останусь счастливейшей из вдов… Да-да, меня посетила весьма неприятная догадка.
Случайно или нет, но мужчина встал так, что перегородил мне проход к зеркалу герцога. И в глубине души я знала, что темный маг здесь не при чем. Эта несимпатичная копия чернокнижника – скорее всего мой покойный супруг. Его Величество Кристофер.
