Глава 11
– Я не позволю тебе снова киснуть дома в субботу, – заявила в трубку Вера в тот же день. – Это противозаконно.
Я закатила глаза.
– Если вы не заметили, мисс Робертсон, мы живем в Лох-Харрисе, а не в Лос-Анджелесе.
– Как тебе не стыдно! – в притворном негодовании воскликнула Вера. – Говорить такое про наш бурлящий мегаполис с целыми двумя забегаловками…
– Вот именно. В здешних краях даже концертной площадки нет.
Вера вздохнула.
– Ладно. Признаю, мы тут не избалованы развлечениями, однако это не повод превращаться в старую брюзгу.
– Ну спасибо.
– Давай прогуляемся, а потом, если будешь паинькой, угощу тебя ужином в баре у Рэба.
Я фыркнула.
– Не надейся вытащить меня только затем, чтобы опять завести речь о деньгах, которые оставил Мак. Повторяю: я не хочу иметь к ним ни малейшего отношения.
В трубке раздался театральный вздох.
– И как тебе в голову такое могло прийти?
Я потеребила пряжку ремня.
– Похоже, в турагентстве сейчас не слишком много дел, раз ты висишь со мной на телефоне в три часа дня.
– Да, не так людно, как хотелось бы, – признала Вера. – Если город собирается и дальше привлекать туристов, нам нужно идти в ногу со временем.
– Ты права. Хотя мне-то какая теперь разница. – От гробового молчания Веры у меня заныло под ложечкой. – Пожалуйста, не сердись. Я не хочу уезжать.
– Так не уезжай!
Я потерла лоб.
– Не могу остаться. По крайней мере, не сейчас, после всего, что произошло.
– Ладно, поговорим об этом позже, – примирительно сказала Вера.
– Здесь не о чем говорить…
– Я заскочу к тебе в половине восьмого, – перебила она, – и возьмем такси до деревни. Первый бокал за твой счет.
Когда мы вылезли из такси Дункана, субботний вечер уже окрасил небо в ванильные и персиковые оттенки.
– Соболезную насчет твоего Мака! – крикнул Дункан из окна машины.
«Как выяснилось, он не был моим», – мрачно подумала я.
– Спасибо, Дункан.
Вера ухватила меня под локоть.
– Ладно, мисс Девлин. Бурлящий мегаполис к вашим услугам. Какое питейное заведение желаете посетить в первую очередь?
Я вздернула темно-коричневую бровь.
– Не хочу портить твои планы на вечер, но, если вдруг ты забыла, у нас только два паба.
– Нет, не забыла. Итак, с которого из двух начнем?
Я остановилась напротив здания почты с подвесными кашпо и фацетными окнами. Моя тень скользнула по тротуару и легла на притихшую дорогу.
– Может, сначала прогуляемся к озеру?
Вера с улыбкой кивнула.
– Конечно. Все, что пожелаешь.
Перейдя на другую сторону улицы, мы пошли вдоль череды магазинчиков. Вот товары для дома, ассортимент которых менялся в зависимости от времени года. А вот местный супермаркет, зажатый между аптекой и нашей знаменитой маленькой кондитерской «Неугомонный Боб»: от одного только взгляда на их роскошную выпечку уровень холестерина подскакивал в несколько раз.
Туристическое бюро, где работала Вера, располагалось на мощеной улочке сразу за почтой. Бывшая сапожная мастерская преобразилась в уютный офис с подъемными окнами, цветами в горшках и картинами местных художников, вывешенными для продажи на лютиково-желтых стенах.
Вера гордилась собственной осведомленностью о здешних краях и почетной ролью «официального лица Лох-Харриса» и с удовольствием несла свои знания в массы, раздавая глянцевые буклеты гостям. Хотя, если упадок туриндустрии в Лох-Харрисе продолжится, Вере и ее коллегам это не сулит ничего хорошего.
Мы вышли на короткую набережную, густо окаймленную деревьями. Сразу за ней серебристым зеркалом раскинулось озеро Лох-Харрис, словно вода выточила среди скалистых берегов собственный уголок в форме сердца. Неудивительно, что Мак влюбился в эти места с первого взгляда. Поистине разительный контраст с той жизнью, к которой он привык в Эдинбурге, с его роскошными городскими кафе и фешенебельными квартирами.
Я моргнула, стряхивая внезапно подступившую меланхолию. Нужно время, чтобы со всем свыкнуться. И в первую очередь – с предательством. Мало того что Мак спал с бывшей женой. Он скрыл от меня свои проблемы с сердцем.
Прошел уже почти месяц со дня его смерти, и я часто повторяла себе, что еще слишком рано.
– Ты ведь не избегаешь людей, Лейла?
Голос Веры выдернул меня из размышлений. Я остановилась у перил, обозревая фантастический вид с первой смотровой площадки.
– Нет. Да. То есть… не знаю.
Вера сжала мою руку.
– Тебе совершенно нечего стыдиться, слышишь? Всю эту кашу заварил Мак…
– А мне расхлебывать последствия.
– Ты не одна. Мы с твоим отцом всегда рядом. И Лоис тоже. – Вера обвела взглядом деревья. – Конечно, любопытных бездельников здесь хватает, но у большинства из них добрые намерения.
Я слабо улыбнулась. Мак частенько отзывался в подобном ключе о некоторых жителях Лох-Харриса, несмотря на мои протесты.
Оглянувшись через плечо, я увидела двух женщин из местной ассоциации пешего туризма, облаченных в мятые дождевики и походные ботинки. Они топтались возле деревьев и без тени смущения перешептывались, бросая в нашу сторону заинтригованные взгляды. Судя по всему, разговор шел обо мне.
Заметив, что они сплетничают, Вера не выдержала:
– Некоторым людям больше нечем заняться. Мы все слышали!
Женщины сделали вид, будто изучают какую-то ветку, а затем поспешили прочь. Я спрятала улыбку. Возможно, Мак был прав насчет тонкой грани между добрососедским участием и безудержным любопытством.
Слегка щурясь вдаль, Вера смотрела на омытые вечерним светом, поросшие вереском склоны по ту сторону озера.
– Что бы ни стряслось, помни: мы всегда можем рассчитывать друг на друга.
Я наблюдала за медногрудой малиновкой, порхающей среди ветвей.
– Да уж, ты весьма убедительно отбрила тех двоих. Все ради того, чтобы я осталась?
Вера прижала ладонь к груди.
– Как ты могла такое подумать?
Сойдя по ступенькам, мы вышли на тропу, огибающую озеро.
– Вера, привет. Как дела?
К нам приближался симпатичный рыжеволосый мужчина, который вел за руку славного малыша лет четырех.
Лицо Веры порозовело. Она украдкой метнула на меня испуганный взгляд.
– Привет, Грег. Все хорошо, спасибо. А у тебя?
– Неплохо, спасибо. – Грег кивнул на рядом стоящего светловолосого мальчугана. – Сэм хотел спуститься к воде и покормить уток, но, к сожалению, мы ни одной не нашли.
Сэм, пытливо изучавший нас голубыми глазами, широко улыбнулся и помахал маленьким мешочком с сухарями.
– Наверное, они легли спать.
Я улыбнулась в ответ.
– Могу поспорить, они мигом проснутся, если узнают, что ты здесь. Как думаешь, Вера? Вера?..
Она молчала, с легким ужасом глядя на Сэма.
Было заметно, что Грег хочет поговорить с Верой наедине, поэтому я отошла полюбоваться мерцающей водной гладью.
– Мне очень понравился тот вечер. А тебе? – долетел нерешительный голос Грега.
– Разумеется. Почему ты спрашиваешь? – с досадой ответила Вера.
Обернувшись, я разглядела на ее лице хорошо знакомое выражение, говорившее: «Не дави на меня, я боюсь обязательств».
– Просто ты обещала позвонить, но так и не позвонила.
– Я была очень занята.
При виде обреченного кивка Грега у меня защемило сердце.
– Это ведь не из-за того, что я отец-одиночка?
Он мотнул головой в сторону Сэма, который прыгал с ноги на ногу и пел про детеныша акулы.
Щеки у Веры покраснели еще сильнее, она принялась теребить волосы.
– Вовсе нет. Что за глупости. Позвоню тебе через пару дней, хорошо? – Вера смахнула с ресниц несуществующую ворсинку.
Я вздохнула про себя. Почему она лжет?
Похоже, Грега ее слова не убедили.
– Может, лучше я позвоню завтра, если ты не против?
– Меня почти не бывает дома, – выпалила она. – Я работаю.
Теперь уже смутился он.
– Ох, да. Верно.
– Я позвоню, – повторила Вера и, наскоро попрощавшись, уволокла меня прочь. Как только мы свернули за угол живой изгороди, я остановилась.
– Что все это значит? Не знала, что ты с кем-то встречаешься.
– Тебе и так несладко пришлось из-за Мака, поэтому я не стала говорить. Так, сходили на пару свиданий. Ничего серьезного, – отмахнулась Вера.
Я высунула голову из-за края изгороди, чтобы еще раз взглянуть на Грега и его сынишку. Подняв с земли камешек, Сэм что-то увлеченно рассказывал отцу, а тот стоял с поникшими плечами и старательно изображал интерес.
– Он милый, – заметила я.
– Который из двух?
– Оба. – Я нахмурилась. – Грег кажется смутно знакомым…
Вера сделала несколько шагов по тропе, теребя застежку своего клатча. Ее нежелание обсуждать Грега и его сына буквально висело в воздухе.
– Он работает рейнджером в местной лесной службе.
– Вроде неплохой парень. Настоящий красавчик. И неровно к тебе дышит. – Я испытующе посмотрела на нее.
– Да, вижу.
– Так в чем же дело? Он тебе нравится?
Вера прищурилась.
– Конечно нравится.
– Тогда почему ты разыгрывала безразличие? Тебя же словно током ударило, когда ты его увидела. Одно с другим не вяжется.
Как будто решая, довериться мне или нет, Вера опустилась на ближайшую деревянную скамейку, с которой открывался вид на часть озера. Я села рядом.
Наконец, глядя на воду, она рассказала, что познакомилась с Грегом Макбрайдом несколько недель назад, когда он принес в туристический офис новые карты с лесными маршрутами.
– Сама знаешь, как это бывает, – покраснела Вера. – Ты встречаешь кого-то, и тебя к нему влечет. Вы улыбаетесь друг другу, строите глазки… В общем, он еще пару раз заходил в офис под тем или иным предлогом, а после пригласил меня на свидание.
– И?..
Вера объяснила, что несколько дней назад они с Грегом отправились выпить в небольшой деревенский паб в Финтоне.
– Мы прекрасно провели вечер. Грег красивый и забавный…
– Чувствую приближение «но». Все дело в очаровательном пухлощеком мальчугане?
Вера запрокинула голову, затем повернулась ко мне.
– Черт, Лейла. Ты наполовину ведьма или как?
Я закатила глаза.
– Нет, просто хорошо знаю свою подругу.
Вера нахмурилась, глядя на изрезанную линию холмов в воде.
– Можешь считать меня полной дурой, но тебе прекрасно известно, как я боюсь обязательств.
– Лучше, чем кому-либо. Значит, проблема в ребенке? – осторожно спросила я.
– Конечно нет, – ответила она, щурясь вдаль.
– Тогда не понимаю. В чем дело? Он женат или что?
– Разведен, – быстро сказала Вера. – Его бывшая решила, что не создана для материнства, и сбежала в Канаду с каким-то парнем с работы.
– Черт. Бедный Грег. И бедный Сэм…
Вера внезапно хлопнула руками по бедрам, заставив меня вздрогнуть.
– Проблема во мне, а не в Греге и уж точно не в Сэме.
Я попыталась развеять ее мрачное настроение.
– Ладно. Что мне причитается, если я распутаю гордиев узел?
Вера непроизвольно улыбнулась, однако ее лицо тут же приняло задумчивое выражение.
– Сама знаешь, я боюсь обязательств. Вдруг все усложнится, и я порву с Грегом? Ведь тогда пострадает не только он.
Я плотнее закуталась в куртку, спасаясь от свежего озерного бриза.
– Ага, кое-что проясняется. – Я игриво толкнула ее в плечо. – Значит, у Снежной королевы все-таки есть сердце.
Вера высунула язык и толкнула меня в ответ.
– Поэтому я не перезвонила Грегу. Если дело примет слишком серьезный оборот, и я пойду на попятный, то причиню вред не только ему, но и Сэму. Мне этого не вынести. – Она поджала накрашенные губы.
Я смерила ее долгим взглядом.
– То есть Грег с самого начала рассказал про ребенка?
– Да, в первый же вечер. Я тогда не придала особого значения. Потом, на втором свидании, ему пришлось вернуться домой за бумажником. С мальчиком сидела мама Грега, и я мельком заметила, как Сэм машет мне из окна. – Вера пожала плечами. – И вот теперь увидела его вблизи…
– Тебе не кажется, что ты забегаешь вперед?
Вера поерзала на скамейке.
– Грег мне нравится. Правда. Он не похож на большинство из тех, с кем я встречалась. Рассказывает о диких птицах, о деревьях, и у него отличное чувство юмора… – Ее взгляд затуманился. – Он очень сильно любит Сэма. Я понимаю почему. Прелестный мальчик.
Вот и разгадка. Кто бы мог подумать… Вера Робертсон, роковая женщина, за которой тянулся шлейф из поверженных мужчин, наконец-то встретила того, кто завладел ее сердцем. Пускай даже он носит резиновые сапоги с лягушачьими глазами и поет песни о детенышах акул.
– Ты слишком глубоко копаешь. – Я похлопала ее по руке. – Почему бы тебе не попробовать? Позвони Грегу сегодня вечером и договорись о свидании. Или предложи куда-нибудь сходить вместе с Сэмом.
К моему неудовольствию, Вера вскочила на ноги и опять перевела разговор на меня. Она постоянно так делала, когда чувствовала, что ее вот-вот припрут к стенке.
«Обсудим Грега позже», – решила я, направляясь следом за ней. Нельзя, чтобы Вера упустила свой шанс на счастье из-за привычки осторожничать.
– Лейла, ау! Ты меня слушаешь?
Я моргнула.
– Да, прости.
Вера выпрямила спину.
– Если хочешь знать мое мнение, ты совершаешь большую ошибку, уезжая отсюда, – выпалила она. – И если уж на то пошло, ведешь себя глупо, отказываясь от денег.
Я резко остановилась – белая стеганая сумка чуть не слетела с плеча.
– Ну вот, начинается! Я все гадала, когда ты снова поднимешь эту тему.
– Что здесь такого? По-моему, у тебя есть на них полное право.
– У меня было право на нормальные отношения. На правду.
Мы демонстративно отвернулись друг от друга. Некоторое время я изучала сумрачный пейзаж.
– Мы были помолвлены. Я готовилась выйти за Мака, однако понятия не имела о его проблемах с сердцем, не говоря уже про роман с Ханной. Разве это отношения?
Вера вздохнула.
– Послушай, я не знаю, почему Мак скрывал проблемы со здоровьем. Да, он поступил глупо. Наверное, на то имелись причины. Тем не менее он оставил деньги тебе. И если откажешься, Ханна не замедлит прибрать их к рукам.
Я в отчаянии тряхнула головой.
– Да пожалуйста!
– Не пори горячку, вдруг еще передумаешь, – проговорила она уже мягче. – Как только страсти улягутся, ты можешь сильно пожалеть, что не взяла деньги и не пустила их на благое дело.
– На что, например?
Вера взмахнула рукой с нежно-розовым маникюром.
– Не знаю. Как насчет приват-клуба для пенсионеров Лох-Харриса?
Я прыснула, и она расхохоталась.
Мы пошли дальше по сланцевой тропе в сторону поросших травой холмов.
– Не ставь крест на будущем из-за Мака, – посоветовала Вера. – Ты не несешь ответственности за его поведение.
– Ты права. Но я несу ответственность за свою жизнь. Вот почему для меня так важно уехать из Лох-Харриса и не брать деньги. Чтобы начать с чистого листа. – Я засунула руки в карманы брюк. – А теперь пойдем, закажу тебе выпивку.
Понурив плечи, Вера попыталась изобразить улыбку.
– Ладно, идем.
Мы шагали по тропинке вдоль озера. Мягкие волны ласкали гальку, в ветвях над нашими головами порхали птицы, шелестела потревоженная листва. Внезапно Вера схватила меня за плечо.
– Слышишь?
– Что именно?
– Какой-то стук.
Мы замерли и прислушались. Действительно, из-за деревьев теперь уже отчетливо долетало эхо ритмичных ударов.
– Надеюсь, не покойника хоронят, – пробормотала Вера и тут же покраснела. – Черт! Прости, Лейла. Вечно ляпну что-нибудь.
– Не бери в голову.
– У меня есть пилочка для ногтей, в случае чего можем заманикюрить его до смерти, – нерешительно пошутила она.
Я закатила глаза.
– Идем, Лара Крофт.
Деревья расступились, являя взору допотопный лодочный сарай, где Норри Эрскин, один из старожилов Лох-Харриса, торговал рыболовными снастями. Сарай стоял на длинном дощатом причале в окружении скал и величественного леса. У дальнего края пристани плескалась озерная рябь, а шелестящие на ветру кроны деревьев напоминали леденцы на палочках. Вид был потрясающий.
Вскоре мы обнаружили источник шума: Виктор Прентис, местный агент по недвижимости, энергично орудовал молотком, вбивая возле ступенек табличку с надписью: «Продается». Заметив нас, он расплылся в улыбке.
– Приятного вечера, дамы.
– Добрый вечер, Виктор, – поздоровалась Вера и указала на сине-белую табличку. – Что все это значит?
– Норри решил продать бизнес, – отдуваясь, пояснил Виктор и с грустью добавил: – Конец эпохи. Я приходил сюда за рыболовными снастями еще с тех пор, как Юлий Цезарь был мальчишкой.
Заглянув внутрь через распахнутую скрипучую дверь, я окинула взором прохудившуюся шиферную крышу и пыльные окна.
– Не знала, что Норри продает эллинг. Папа ничего не говорил.
– Буквально на днях меня огорошил.
Виктор мотнул лысеющей головой в сторону сарая, глянул по сторонам – словно боялся, не подслушивает ли кто, хотя рядом не было ни души – и понизил голос:
– Норри решил пожить для себя. Увы, ни один из его сыновей не горит желанием продолжить дело. Теперь придется ездить за рыболовными снастями в город, – заключил он, сокрушенно глядя на нас маленькими глазами-пуговицами. – А там неизвестно на кого напорешься, сплошное жулье и граффити-художники.
Мы с Верой поспешили спрятать улыбки.
– Помяните мое слово, дамы: если не вдохнуть жизнь в эти края, Лох-Харрис превратится в морг, – заявил Виктор, сунув большие пальцы в проймы стеганого жилета.
– Не раньше, чем мы дадим наш ответ Тому Джонсу, – невозмутимо сказала Вера.
– Кому? – озадаченно спросил Виктор.
– Думаю, она имеет в виду Большого Боба и его квартет.
– А-а, ясно.
Пока Вера с Виктором увлеченно обсуждали недавний – и не слишком удачный – переход Большого Боба на каверы Эда Ширана, где-то у берега пронзительно зарыдала волынка.
– Это молодой Гектор Флеминг, – пояснил Виктор, предвосхищая мой вопрос. – Он часто приходит на озеро поиграть. В местные пабы с концертом не больно-то сунешься. – Виктор облокотился на табличку «Продается». – Говорю вам, если так пойдет и дальше, вы скоро не узнаете Лох-Харрис. По Хай-стрит только перекати-поле будет гулять.
– Ох, Виктор, перестань. – Я попыталась выдавить улыбку.
Он скептически поднял бровь.
– Миссис Макнаб уже поговаривает о том, чтобы закрыть магазин и уйти на покой.
Посудный магазин миссис Макнаб был неразрывно связан с историей Лох-Харриса. Сначала им владели ее прадедушка с прабабушкой, затем деды и, наконец, родители.
Я едва не лишилась дара речи.
– Не может быть! «Посудинарий» – местная достопримечательность.
Виктор пожал плечами.
– Говорит, раньше туристы сметали с полок кружки в шотландском стиле и чайные сервизы с видами озера Лох-Харрис и водопада Гален, но с тех пор, как число приезжих сократилось…
У меня тоскливо заныло сердце. Вот тебе раз! Я всю жизнь провела в Лох-Харрисе и, конечно, знала про отток туристов, однако не предполагала, что все настолько серьезно. Передо мной возникло видение опустевшего городка: нераспроданные безделушки в витринах, закрытые ставни кондитерских, а на двери обветшалой гостиницы, словно крик о помощи, висит табличка «Свободные комнаты».
Если бы только существовала возможность что-то сделать, вернуть сюда жизнь. Если бы какой-нибудь человек с деньгами разглядел потенциал здешних мест…
Я выпрямилась, отгоняя непрошеные мысли, и поймала себя на том, что делаю несколько неуверенных шагов к скрипучей двери эллинга. О чем вообще я думаю? Я ведь собиралась уехать. Продать коттедж, сбежать от призраков, наводнивших Лох-Харрис, и начать с чистого листа.
– Виктор, не возражаешь, если я быстренько загляну?
– Нет, милая. Будь как дома. Я только позвоню Диане и скажу, что немного опоздаю к ужину – мне тут еще все закрывать.
Вера вопросительно прищурилась.
– Почему у тебя такой вид? В чем дело?
Ничего не ответив, я вошла внутрь, сопровождаемая лишь эхом шагов по деревянному настилу.
Изнутри эллинг был выкрашен в цвет светлой гальки и казался длиннее из-за пристани. Через два боковых окна и большое окно в дальнем конце струились блики вечернего света. Помещение напоминало пыльную пустую оболочку. В глубине стоял массивный шкаф для хранения вещей, а рядом – другой, поменьше. Справа я заметила просторный санузел. По стенам были набиты крючки, служившие Норри стеллажами для удочек и снастей; середину помещения занимал полукруглый прилавок из пластика.
Я выглянула наружу – передо мной живописным полотном расстилалось серебристое озеро в обрамлении скалистых склонов. Откуда-то с берега по-прежнему плыла пульсирующая мелодия волынки. Вспомнились слова Виктора о том, что Гектору трудно найти место для концерта.
Я вновь залюбовалась головокружительными видами воды и неба. Что породило мои странные мысли? Уж точно не посещение паба, поскольку туда мы еще не дошли.
Появление Веры заставило меня вздрогнуть.
– Господи! Из-за тебя я чуть не поседела.
– О чем задумалась? – спросила она, сузив глаза. – Я вижу, как крутятся шестеренки. Только не говори, что втайне одержима рыбалкой.
Я выдавила смущенную улыбку.
– Ну ты ведь меня знаешь. Просто сую везде нос.
По-видимому, удовлетворившись объяснением, Вера направилась к двери.
– Тогда пойдем. Готова пропустить по стаканчику?
Я не ответила, завороженно глядя на раскинувшуюся перед сараем и деревянной пристанью водную гладь.
– Вот уже не ожидала, что отсюда такой фантастический вид.
– Да, неплохо. – Вера положила руку мне на плечо. – Наверное, когда видишь его постоянно, перестаешь замечать.
Я молча кивнула.
Мы пожелали Виктору хорошего вечера, затем Вера взяла меня под локоть и повела прочь от эллинга.
– Все в порядке? – спросила она, когда мы возвращались по сланцевой тропе.
Однако я промолчала, целиком поглощенная безумными идеями.
