В ожидании Годо

Сразу поясню почему не поставила оценку. Эта пьеса оказалась для меня настолько сложной, противоречивой и неоднозначной, что я пока не могу понять на сколько стОит оценить это произведение.

А теперь о впечатлениях.
Абсурдисты умеют сочетать в своих книгах такие вещи, над которыми либо смеёшься сквозь слёзы, либо плачешь сквозь смех. Очередная встреча с абсурдом вызвала во мне всё те же эмоции.
Сидишь, читаешь, недоумеваешь, смеёшься периодически, а самой плакать хочется, и такая тоска на сердце, что хоть вой (нет, вешаться на дереве с главными героями я не согласна!).
Понять всё, что автор хотел сказать, мне кажется невозможно. Да и каждый увидит в этой пьесе что-то своё, и поймёт её по-своему. Или не поймёт :)

Что я делаю? Что мы все делаем? Что, черт возьми, вообще происходит? Я жду Годо. Он придет, он же говорил. А что если не придет? Не, точно придет. А пока надо чем-нибудь заняться. Поговорить с кем-нибудь, подумать в конце концов. Так и время быстрее пройдет. Но что, черт возьми, вообще происходит? Каждый день одно и тоже и каждый день по-другому. Вот что я делал вчера? Ждал. А сегодня что делаю? Жду. Так может и хватит? Хватит ждать! Чего жду-то? Ах да, Годо. А он точно придет? Точно, обещал же. Вчера вот, правда, тоже обещал, и не пришел. Но сегодня точно придет. А пока можно заняться чем-нибудь. Да хоть бы повеситься, чем не занятие. Давно надо было, а я все жду, а чего жду... Ах да, Годо. Придет ли он? Может и не придет. А может и придет. А может и не придет. Да какая разница? Главное, что я-то жду. Каждый день жду. Уйти бы, а нет, все равно жду. Что я вообще тут делаю? И что, черт возьми, происходит? Ах да, я Годо жду.

Я хочу сказать, спасибо этой пьесе за то, что она нашла меня в подходящее время. Тогда, когда я в ней больше всего нуждалась. Эта пьеса - сосуд моей души, которая мечется в четырех стенах, не в силах выбраться из них. Душа, которая ждет и которая не хочет что-либо предпринимать.

На страницах пьесы - ничего не происходит. Ничего не происходит с ее героями. А может это вовсе не вымышленные персонажи, а ты сам? Может этой пьесы вообще нет, а я ее сама выдумала в качестве условия борьбы моего внутреннего я, которое все ждет и ждет, и ничего сделать больше не может, а то и не хочет?

Я категорически не рекомендую читать это сильным и волевым людям, потому что то, что написано здесь - это для людей слабовольных и томных. Для тех, кто не является хозяином своего существования. Для тех, кто привык ждать и уже смирился с тем, что:

P.S.: Благодарю за внимание, сэр.

В. - Прикажи мне думать.
Э. - Как так?
В. - Скажи: думай, козел!
Э. - Думай, козел!
Молчание.
В. - Я не могу.

До сегодняшнего утра я даже не подозревала о существовании и автора, и пьесы.
Не могу сказать, что я просто без ума, но что-то в этом во всём есть)
Эдакие человеческие внутренности да наружу.
Разговоры ни о чём и обо всём в одночасье)
Иногда смешно. Иногда глупо и странно.
Местами утрировано, но очень правдиво.
Одним словом (или двумя) - театр абсурда.
Диди и Гого - яркий пример того, как люди обращаются друг с другом, и как вообще живут)
Особенно жизненный конец:

В. - Ну что, идем?
Э. - Идем.
Они не двигаются с места

Абсурд - вообще не очень мой жанр. Здесь логически осмысливать, понимать написанное не нужно и невозможно, можно только чувствовать и придавать происходящему какие-то свои очень личные смыслы. И зацепить такие вещи могут только в те периоды жизни, когда их общая идея для тебя актуальна и действительно волнует. В пьесе "В ожидании Годо" такая идея - это полнейшая потерянность человека, бесцельность, бессмысленность момента - или жизни.

Умом я понимаю, что это, как и зачем, но в более или менее благополучное, психологически комфортное время читать такую пьесу точно не стоит - всё мимо, нет контакта, хоть ты тресни. А когда идея не цепляет и не вызывает никаких чувств, не даёт толчка к размышлениям в нужном направлении, остаётся сплошная скука и тягомотина, тоскливая, давящая атмосфера и все эти нелепые диалоги в стиле обитателей дома престарелых в глубоком маразме.

Мы все Его так или иначе ждём. Это не зависит от нашей веры в то, что он придёт. Кто-то за время ожидания теряет, зрение, кто-то память, кто-то самого себя. Самое важное – дождаться. Или нет. Кому – как.
Я бы вряд ли взялась за Самюэля Беккета, если бы несколько раз случайно не попадала на сцены из одноимённого спектакля с Хабенским и Пореченковым. Стало интересно. Равно как и из спектакля, так и из самой пьесы, я мало что поняла. Больше чувствовала. Меньше хочу говорит. Да и слова, готовые сорваться с языка превращаются в пузыри и лопаются. Собственно, это не пузыри – мысли.
Вероятно, театр абсурда не совсем мой жанр. А, может, не легло под настроение. А если не время? В смысле: не сейчас, а ещё вчера. Но ведь он придёт?

Жанр «Театр абсурду» - це дійсно суцільний абсурд – безглузді діалоги, постійні повторення реплік, сцен і навіть місця дії. Однак в цьому абсурді поволі знаходиш схожість між життям – все відбувається так само циклічно, неквапливо, якщо не застосовувати ніяких дій, нічого не змінювати і просто чекати. А хто такий Годо? Цього не знає ніхто, але, думаю, кожен хоча б раз чекав його, щоб він нарешті прийшов в наше життя і наділив його сенсом.

Цю п'єсу не можна прочитати раз і забути про неї, адже, мені здається, що це саме той випадок, коли кожен раз при читанні в залежності від настрою і внутрішнього стану виникатимуть все нові питання і шукатимуться нові відповіді. І кожен раз п’єса буде сприйматись геть по-різному.

Фатальное одиночество, пессимизм, бессмысленность слов и действий сквозит не только в словах и действиях героев, но даже в запятой и точке, поставленной Беккетом в произведении. Я искупалась в философии , окунулась с головой - только вот не уверена, живительный ли это источник или я погрузилась в мёртвую воду?! Хочется верить в лучшее. Буду надеяться, что Владимир и Эстрагон всё-таки ожидали Бога ( религиозное толкование смысла пьесы хоть как-то скрашивает абсурдность бытия). В целом статичная, удручающая пьеса и в этом её прелесть, как и во всех произведениях абсурдизма. Настоящая суть произведения кроется в одной единственной фразе :

А что же дальше? Есть ли выход или выхода нет? Как жить в абсурдном ужасном мире? Заламываем запястья, кусаем локти, посыпаем голову пеплом. Жизнь бессмысленна. Я верю, что старина Беккет иронизировал по полной программе: мир - это театр, в котором всегда остаётся место для капли оптимизма!

Театр Абсурда всегда приводит меня в состояние сумасшедшего восторга, опьянения.
С первого диалога (если вообще можно в этой пьесе выделять первый, второй и проч. диалоги действующих лиц) Сэмюэль Беккет напомнил мне Тома Стоппарда с его очень похожими на Владимира и Эстрагона Розенкранцем и Гильденстерном. Столь же абсурдные, нагроможденные реплики, в центре внимания находится непостижимый мир и его законы, единая сюжетная линия практически отсутствует, а язык, речь персонажей не позволяют читателю понять, что же все-таки происходит.
Однако, пьеса Т.Стоппарда о существовании выбора и о том, как люди способны его игнорировать, что приводит их к смерти. А можно и так: пьеса Т.Стоппарда об отсутствии выбора и о том, как люди не способны противиться игре, которую затевает судьба с ними, что приводит их к смерти. Единого правильного ответа просто не существует .
Пьеса С.Беккета несколько о другом. Она о людях! И даже не хочется дальше продолжать. Но всё же, она о людях, об их человеческой природе и стремлении прожить день. Один за другим, не пытаясь понять смысл и не имея сил оборвать этот круг смертью. Владимир и Эстрагон за два акта нисколько не меняются, разве только теряют свои жизненные силы, способность продолжать жить. Цель их ожидания - это вовсе не Годо, который может существовать или может не существовать, их жизнь - ожидание.

Пьеса об абсурдности и цикличности жизни, о том, что мы все так живем. Она не призывает к суициду и не дает ответов на вопросы, как это прекратить и есть ли способ это все прекратить. Она о том, что мы должны принять неопределенность жизни, чтобы быть менее несчастными. Или мы должны умереть и быть менее несчастными. Всё одно.

Была в советское время, когда понятие "шансон" не стало еще достоянием масс и определенного рода песенная культура называлась попросту "блатной", песенка о супружеской паре. Исправно покупавшей у спекулянтки заграничные шорты и решившей вдруг приобщиться к высокой культуре. Посредством приобретения порнокассеты. Подробности их приключения стерлись из памяти, но отлично помню рефрен: Все, что кроме шортов, не для нас!
Примерно так воспринимала до последнего времени великих мастеров абсурда, которых подарила миру вторая половина двадцатого века. Попыталась в юности читать Сартра, но в том месте, где человек начинает поедать сэндвич, сооруженный из найденных на помойке продуктов. С видимым удовольствием. Почувствовала неодолимое отвращение, сказала себе: нет, подруга, все, что кроме шортов - не для нас. И на долгие годы покинула поле высокой концептуальной литературы.
Когда бы не заметка сетевого знакомого о Беккете, самая значимая, по мнению критиков, пьеса прошлого века так и осталась бы для меня существующей в другом мире. Подступаться было страшно. Ну, как не пойму ничего? Почувствую себя тупой, буду злиться и ненавидеть автора, героев и, в конечном итоге, себя? Почитала Википедию, пришла к выводу, что феноменальный успех пьесы обусловлен точным попаданием в настроение поколения, рожденного и взрослевшего с Нептуном в Скорпионе.
И что она, как большинство остромодных вещей, устарела раньше, чем успела износиться. А потому читать ее ни в коем случае не буду. И... начала. А начав, не смогла оторваться, пока не закончила. Что не есть подвиг, объем небольшой. Содержание колоссальное.
День Сурка. который длится столько, что герои позабыли прежнюю свою жизнь. Которая была? Кажется? В нынешней ни в чем нельзя быть уверенным. Кроме того, что Мир враждебен, жизнь скудна, скупа и жестока. А крохи нежности, которые могут дать объятия, мгновенно обесцениваются холодом и пустотой. Которые бросаются на людей, что осмелились проявить ее в отношении друг друга, как лютые звери.
Владимир и Эстрагон проживают день за днем в повторяющемся бестолковом сне. Ругаясь и мирясь. Проявляя друг о друге неуклюжую заботу. Которая мало что может, но она лучше, чем построенные на рабской зависимости и презрении отношения, что демонстрирует другая пара персонажей. Поццо и Лакки. И наши умные глупцы получают в абсурдной игре некоторое преимущество. Они сохраняют память и целостность.
Но они просто ждут. Ничего не делая. Возле этого убогого дерева, которого недостаточно даже для того чтобы повеситься. Оттого их мир с каждым новым прожитым днем все больше тускнеет и выцветает. Теряя богатство значений, лишаясь смысловых оттенков. Нет созидания, один только вялый, как трепыхание мотылька, уже обжегшего крылья о лампу, бунт. К таким Годо никогда не придет.
А все-таки они милые.