Yellowface

Роман восторга не вызвал. В некоторых моментах повествование казалось затянутым, неадекватное поведение главной героини ближе к финалу, по моему мнению, было не логично. Обоснованием её глупости может быть не совсем здоровое состояние психики, поскольку она находилась в сильном стрессе из-за травли и страха, но в таком случае автор недостаточно уделил этому внимания, я не увидела помутнения разума у персонажа. Поставила четыре за правдивое отражение современного общества, в частности американского, - вы выказывание расизма, явление "отмены", буллинг в обществе. Сама тема плагиата всегда была и будет актуальна. Автор подробно рассказывает, как идея доработать чужую книгу превращается в банальное воровство. Да, Джун проделала большую работу, чтобы довести роман до ума, тем более обидно за такой трудоёмкий процесс, поскольку она могла получить за него хоть какую-то порцию славы и денег и избежать больших неприятностей. Но Джун просто встаёт на путь совершения гнусностей. Афина тоже не ангел, она воровала кусочки жизни других людей, а известность и шестизначные гонорары получила не столько за свой талант, сколько за мейнстримовые расовую принадлежность и тему. Доказательство этому не просто заявления Джун, которым мы не можем уверенно доверять, а то, как много пришлось ей дорабатывать роман Афины, чтобы он оказался на уровне "белого" писателя.

Темой расизма пронизано всё произведение. Её звучит настолько много, что порою хочется воскликнуть: "Шо?! Опять?!" и закрыть книгу. Фигурирует главным образом обратный расизм, когда обвинения, негодование и оскорбления летят в сторону "белых". Даже у нас в России мы не могли не заметить такое явление на западе, а это произведение настолько им пропитано, что становится мерзко.

Нападки в общественной жизни, "отмена" автора или другого культурного деятеля - ещё одна громкая тема, показывающая гниль современного общества. В этом романе на Джун нападают в интернете и прессе, обвиняют, оскорбляют, угрожают. Это мы, читатели, знаем, что она присвоила книгу. Но люди в романе верят голословным обвинениям и без каких-либо доказательств спешат линчевать писательницу. Век толерантности и принятия говорите? Демократическое общество, основой законодательства которого является презумпция невиновности? Напоминает сжигание ведьм в средневековье, когда любой обиженный мог указать на рыженькую девицу с зелёными глазами, не ответившую на грубые ухаживания. Не так жестоко, не летально, но схема похожая.

Благодаря этой книге мы можем подсмотреть какие механизмы крутятся в издательском бизнесе США, как приходится пробиваться в этой сфере начинающим писателям, насколько важно качество и художественное значение бестселлеров, приносящих хорошие деньги, заключаются ли стоящие контракты за красивый слог или за красивые глазки, какие человеческие качества выдвигаются на передний план в условиях жёсткой конкуренции.

Все три автора, которые участвуют в этой гонке, подрезая друг друга, - женщины. Думаю, это верное решение не включать в данную группу соперников мужчину, таким образом участники оказываются гендерно равны и дискриминация по половому признаку не имеет своего влияния, что опять таки делает упор на расовый и морально-этический аспекты.

В образах персонажей мы также не видим ничего приятного - высокомерная, бездушная Афина, втихую утащившая драматичную ситуацию из жизни однокурсницы в свою писательскую мастерскую; Джун - одинокая, страдающая от невостребованности и несправедливости, увязшая в болоте своей зависти; Кэндис - идущая по головам и ничем не гнушающаяся для достижения своей цели. А цель у всех одна — деньги и слава. Семейные ценности, искренние отношения — это удел неудачников. После такого раскрытия масок ещё раз убедишься в правильности подхода разделения личности автора и его творения.

Странная история.
Одна девица украла у другой рукопись, правда в том виде, в котором она была ее печатать нельзя, поэтому рукопись переработала, где-то переписала и выдала за свою.
А да, девица, чью рукопись украли умерла - подавилась блинчиком на глазах у этой «подруги».
Все, ты совершила это деяние, почивай на лаврах, но нет.
Деньги, встречи, слава и тд, но почему-то начинается копание в себе и нагнетание обстановки. Ты сама лично видела ее смерть, сама лично вызвала скорую, что же ты начинаешь видеть «призраки»? Никогда не приходило в голову, что все азиатские женщины немного похожи? Вернее нам они кажутся похожими.
Но даже это не останавливает героиню.
По мне - ты смогла взять чужое, выдать это за свое, вот что ты теперь дергаешься, что ты хочешь понять, чего боишься? Есть доказательства, что ты украла? А если нет, закрыла соц сети и живи дальше.
Книга ни о чем, для меня это слабое произведение.
И еще, пока слушала, аж зубами скрежетала: после каждого упоминания Инстаграм- постоянно шла ссылка на экстремистскую организацию. Почему нельзя один раз сказать об этом в начале книги и завершить на этом?

Эта книга интересна тем, что она раскрывает тему современной писательской индустрии, показывает соперничество и зависть среди авторов, зависимость творческого процесса  от издательств и  реакций  читателей на книги.

Главная героиня Джун - не приятная личность. Она не та, кому сопереживаешь  и за чьей историей хочется следить.

Мне очень понравилось начало книги, потом автор немного перемудрила с загадками, но не дотянула с интригой. Мотивы антагониста показались мне не убедительными. И не понравилось - перебор акцента на китайцах.
Концовка вызвала разочарование и ощущение пустоты от ранее прочитанного.

В этом остром и скандальном экспериментальном романе Ребекка Куанг поднимает неудобные темы расизма, влияния социальных сетей и раскрывает подноготную современного издательского бизнеса.

Я понятия не имею, как ставить оценки таким книгам. С «это было так плохо, что даже хорошо» еще понятно, а вот что делать с «нормально, но триггерно» или «настолько хорошо, что отвратительно» – ума не приложу. Могу только сказать, что это самая противная книга, которую мне доводилось читать за очень долгое время. При этом написана она так хорошо, что я не могла от нее оторваться.

Основной причиной моего недовольства являются герои, которым невозможно сопереживать. Одна – Афина – претенциозная стерва, которая ведет заметки исключительно в молескине и печатает свои гениальные романы только на печатной машинке. Вторая – Джун, от лица которой ведется повествование, – завистливая стерва, которая мечтает об успешном успехе своей заклятой подруги и при первой же возможности крадет ее рукопись, а всю остальную книгу строит из себя жертву, манипулирует и страдает от чувства вины. Читатель при этом со смесью страха и надежды ожидает ее неминуемого разоблачения.

Я конечно люблю серых персонажей, когда они нагловатые трикстеры или властолюбивые нарциссы, но Джун получилась какой-то слишком жалкой, жадной и озлобленной. Ее мысли так заполнены сарказмом и пассивной агрессией, что невольно начинаешь сравнивать этот поток с петушиным криком самого автора в ответ на бездонные глубины какого-нибудь абстрактного сетевого буллинга.

Вот так, например, героиня описывает свою племянницу и парня своей подруги:

Книга позиционируется как черный юмор и сатира, но это ни разу не «Треугольник печали» или «Сердца четырех», а какое-то унылое «Черное зеркало», то есть юмор я уловила ровно в двух процитированных отрывках.

Можно, конечно, порассуждать о смелости автора, культуре отмены, метатексте и рекурсиях. Эту книгу, как и многие фестивальные работы на актуальные темы, можно сравнить с хорошим дорогим вином, когда ты заказываешь бокальчик совиньон блан в ожидании вкуса солнечной маракуйи, а в придачу получаешь упоительно неповторимый аромат кошачьей мочи.

Живой, довольно острый роман о писательстве, уже не новой "новой этике" с её культурой отмены, безапелляционной, как автоматизированный механизм. И об отношениях людей, очень далёких от совершенства — о зависти, нелюбви, самооправдании, страхе разоблачения.

Джун Хейворд, преподавательница из Вашингтона, и Афина Лю, вундеркинд, известная писательница, дружили, но эта дружба вынужденная. Афина — успешная, умная, образованная, талантливая, но самовлюблённая и циничная. Постыдный секрет, доверенный ей подругой, Афина незамедлительно обратит в рассказ. Выстраданный рассказ ветерана придаст живости герою и всему историческому роману в целом. Да, Афине завидуют, завидуют все и очень, но всё же в значительной мере попросту побаиваются человека, на которого не могут положиться. А Джун, завидуя Афине, желая оказаться на её месте, держится подле неё от одиночества и своей глубокой заурядности. Поддержание знакомств с детства даются ей с огромным трудом, который не окупает результат. Джун скучна, отчасти живёт в воображаемом мире, который пробовала излить на страницы собственных произведений, но все они не имели успеха. Израненная неудачами на литературном поприще и точимая завистью, Джун страстно желает занять место Афины, которая отпраздновала заключение контракта с Нетфликсом,

и её желание сбудется. Афина подавилась кусочком своего зелёного панкейка, Джун честно  не смогла сделать приём Геймлиха (в той сцене я лично не увидела драйзеровской двойственности), и отход подруги в мир иной позволил... даже не поддаться, а пойти навстречу соблазну забрать черновики и выдать почти готовый роман Афины за свой. Отредактировав их, Джун отправляет их своему литературному агенту, работающему с ней словно по инерции, и производит сенсацию. Теперь она Джунипер Сонг, автор бестселлера "Последний фронт", о китайцах на Первой Мировой войне, любимица читателей. На неё работала огромная команда маркетологов, преподнося в ослепительном свете новую литературную звезду, агенты сглаживали шероховатости и защищали от недоброжелателей. А их появилось много. От обычных интернет-троллей, неудачников, которым или нечем заняться, или лень это сделать, до более серьёзных и компетентных врагов, которым не составит труда сложить два и два, чтобы понять — роман Джунипер Сонг украден у Афины Лю. Идиостиль-то никто не отменял)

Когда-то я сама баловалась написанием "романов" в стол, зная, что бой с издательствами я точно не выдержу) Я как-то вскользь, поверхностно слышала, что у писателей куча дел, на первый взгляд, абсолютно не связанных с созданием книг: приёмы, вечеринки, семинары. "Йеллоуфейс" так пестрит упоминаниями такого рода событий, что оставляет у читателя одну мысль: работать-то когда? Однако связи в творческих сообществах более чем важны. Связи эти далеки от задушевных, но всё же необходимы.

Писательский мир двадцатых годов нынешнего века пожалуй, более суров, чем когда-либо. Литературный процесс тесно связан с продажами, а они жёстко контролируют творчество, держат его в удобных рынку рамках. Афина Лю не имела права писать ничего, выходящего за границы своего амплуа — азиатской эмигрантки, повествующей о истории своего дискриминированного народа. Не стоит забывать и о новой этике, идущей под благородной маркой справедливости, но часто карающей за мелочи, за любое слово, в котором, покопавшись, можно разглядеть какой-то намёк на какой-нибудь "-изм". Ребекка Куанг едко прошлась по новым ценностям с культурой отмены, безапелляционной, резкой, бесповоротной, как "лучшее средство от головной боли". Новая "этика"   здесь становится дышлом, которое куда повернул, туда и вышло. Команда Джун может, прикрываясь этим кодексом, сломать жизнь за плохой отзыв. Уязвлённые нацменьшинства, меньшинства и инцелы хотят расправы над Афиной Лю за её твит и высказывают за уши притянутые обвинения в симпатиях к белым в ущерб азиатам. Но потом толпа, выучив назубок все новые постулаты, словно стихийное бедствие, сносит Джун с лица литературной арены.

Все герои, кроме лишь по именам обозначенных членов команды Джун, живые и неприятные, но героине-рассказчице равных нет. Тролли, угрожавшие расправой, угрожают себе дальше, не переходя черту виртуальной реальности, а вот Джун падает ниже. Она олицетворяет собой пословицы "бойся своих желаний", "нечестно нажитое впрок не идёт" и "не рой другому яму, сам в неё попадёшь". У меня к ней 100% осуждения. Даже с циничной точки зрения лучше жить честно — будет спокойнее. Сиюминутные желания приносят только разрушения, позор и падение. Что лучше с точки зрения нравственности, думаю, в комментариях не нуждается. Джун, поддавшись соблазну украсть  роман покойной подруги, с удовольствием купается в лучах славы, искренней похвалы, лести и богатства — и это только аванс! Но над её душой висит угроза разоблачения, которое не заставляет себя ждать. Джун закономерно, - при её душевной и умственной пустоте, - прячется и боится. Она прекрасно знает, что разоблачители правы, но не ожидала, что всё случится так быстро, и у неё, в принципе, не будет времени насладиться комфортом. То и дело Джун осуждает покойную подругу, возвышая себя над ней: Афина не занималась благотворительностью, а я выписала чек обществу азиатских мигрантов на целых две тысячи долларов; Афина не была наставницей начинающим авторам, а я работаю с Энни; Афина крала, а я переработала её черновики. Но Афина, как ни парадоксально, была честнее. Джун кидает крошки из своего аванса напоказ  и для очистки совести; Афина не хотела и честно  не переводила ничего. Аналогично и с Энни, которая даже при посредственном наставничестве превзошла свою учительницу. Афина использовала в своих книгах то, что услышала из первых уст, Джун присвоила себе её почти готовый роман. И, если Джун подменяет понятия, стоит ли верить её рассказу о выданной Афиной тайне? Был ли тот рассказ про пьяный секс с парнем? Джун обеляет себя в собственных глазах, выставляя под конец жертвой обратного расизма. Нет никого более угнетённого, чем цисгендерная белая женщина.   Но нет, здесь модным набором ярлыков новой этики  прикрыться не удастся: здесь вступает в силу настоящие нравственные законы.

Лёгкие деньги и быстрая слава, особенно будучи совершенно незаслуженными, опьяняют. После боёв с врагами, в затишье, Джун понимает, что писать ей самой не о чем и никак нельзя — успех "Последнего фронта" не повторится. Ей хотелось продолжать красивую жизнь, и если исходить из такого побуждения, лучше для Джун было бы согласиться на предложение агента выдавать за свои другие книги. Но она была слишком ослеплена своим фальшивым блеском, чтобы прагматично согласиться на литературных негров.

Кэндис вместе с осуждением можно и понять. Её карьера и благосостояние до основания разрушились из-за какой-то мелочи (во всех смыслах). Месть в таком случае выглядит оправданной и, на мой взгляд, Кэндис выстроила её качественно, учтя все бреши, все слабые места безалаберной, случайной, глупой плагиаторши Джун. И, в отличие от Джун, она свою книгу, ангажированную и довольно конъюнктурную, написала сама — прочувствованную книгу, укладывающуюся в рамки новой этики,  пусть и чуть-чуть пляшущую на костях.  Из зависти к подлинному таланту.

"Йеллоуфейс" было очень захватывающим чтением. К счастью, мои ожидания пошлого плот-твиста где-то после восьмидесяти процентов книги не оправдались. Но было тяжело читать из-за забивающих страницы почти целиком названий премий, изданий, интернет-платформ.

Прочитала уже вторую книгу Ребекки за месяц. И эта книга зашла мне больше чем Вавилон.

Тут нет ни капельки фэнтези, чистая проза. Но какая же злободневная современная тема взята за основу книги + слог = желание прочитать ещё книги данного автора.

В центре опять же идет неравноправие, связанное с китайской нацией. Только в данной книге идет современный мир (даже упоминается, что героиня голосовала за Байдена, свежак получается).

Если вы прочитаете аннотацию, то узнаете, что Джун(автор, которая не блистала так сказать в мире книгоиздания) была рядом в момент смерти популярной китайской подруги-писательницу и украла черновики из её квартиры. Решила дописать книгу и продать как своё произведение.

И тут начинается самое интересное. Книга про китайскую диаспору - как брали китайских рабочих в первой мировой войне и привозили их работать в Америку (ну ничего себе, интересный факт как по мне в принципе). И в связи с тем, что Джун является белой женщиной она встречает тонны хейта и дискриминации!

Это прям потрясающе реалистично всё написано, ты читаешь и всё прекрасно представляешь в современном мире. Войны в твиттере, тролли во всех соц сетях, унижение людей по любому признаку. Ярко, сочно, не отпускает тебя до конца. Момент расизма белых людей проскальзывают всю книгу. И волна всё растёт и растёт.

Несмотря на негативный сценарий хейта, мы так же можем проследить за процессом книгоиздания в Америке. О том, какой путь должна пройти книга прежде чем появится на прилавках. И это тоже увлекательно!

Гг встречает столько проблем, зарабатывает тревожное расстройство и вообще начинает считать, что у неё едет кукуха. Описано просто великолепно, я готова была читать не отрываясь.

Как с точки зрения этой книги автор сама смогла выпустить такую книгу - я вообще поражаюсь. Автор сама азиатка. Книга называется "Йеллоуфейс" - сами понимаете на что намек. Затрагивает темы, как китайцы хейтят белых людей. Наверное из-за негатива и написано, что это 18+ книга. Никаких сцен любви в книге нет.

Балл снизила за финал, уж больно странно на мой взгляд всё закончилось и надо слегка самим додумывать что будет дальше.

«Чтение позволяет ощущать себя на месте кого-то другого. Литература наводит мосты; она делает наш мир шире, а не уже.»

⠀

Ребекка Куанг «Йеллоуфейс»

⠀

Оценка: 4/5

⠀

Эта книга оставила после себя смешанные чувства. С одной стороны, задумка интересная, и автор поднимает важные вопросы о культуре отмены и идентичности. Местами сюжет действительно захватывает, и ты с нетерпением ждешь, что же будет дальше. Но, если честно, до мурашек меня эта история не пробрала.

Главная героиня… ох, к ней у меня целый ворох вопросов. Иногда хотелось ей сочувствовать, иногда – придушить. В общем, персонаж получился неоднозначный, что, наверное, и неплохо. Но вот личной эмпатии у меня к ней не возникло.

Итог: «Йеллоуфейс» – это добротная книга на вечер-другой, которая заставляет задуматься. Но в список “любимых” она, к сожалению, не войдет. Не “вау”, но и не жалко потраченного времени.

⠀

А вы знакомы с этой книгой? Может с другими книгами автора знакомы? Знаете еще книги о писательстве или издании книг? Делитесь впечатлениями

Интернет не сможет причинить тебе вреда, если ты не будешь в него заглядывать.

Настоящий шик, я бы даже сказала, люксовая литературная вещь. Книга не пытается понравиться, не пытается развлечь или рассмешить, призвать к размышлениям о жизни - она рассказывает. Чётко, хлёстко, с заносами, без эмоций, что иногда очень хорошо смотрится в контексте личности Джун, а иногда лишь подчёркивает жестокость издательского мира, переезжающего катком любого писателя лишь за то, что он посмел писать.

Изнанка издательского дела показана безумно интересно. Все ходы и выходы, шансы и попытки быть услышанным и изданным - литературные ворота, кому открытые, кому закрытые, а кому и вовсе прижимающие дверями пальцы. У меня сложилось вполне определённое ощущение, что писать вообще нельзя, никому, чтобы не быть обляпанным с головы до ног отборным сортом негатива. Вообще роман представляет собой интерпретацию «Преступления и наказания» в разрезе проблемы культурной апроприации, где под каток летит абсолютно всё - и внезапно быть белой американкой, написавшей о Китае в Первую мировую войну, становится проблемнее и рискованнее, чем присвоить себе чужую интеллектуальную собственность. Роман «на тоненького», ведь у нас нет Раскольникова и конкретного подсудного преступления - Джун совершает преступление этическое, а значит, можно играться с правдами, чем она и занимается. Более того, в процессе чтения я нередко сопереживала героине, потому что Ребекка Куанг талантливая и смогла написать разносторонний психологический роман.

Интересно было до последней страницы. И жутко. Жутко наблюдать как безосновательную травлю, так и вполне ожидаемое возмездие. Жутко смотреть на холодную натуру Джун, способную переступить через головы, но не менее страшно и от Афины Лю, и от окружающих прим литературного мира. Они все одинаковые, просто не все запачкались.

Триллер ли это? Если отталкиваться от количества моих мурашек, то наверно, всё же да.