Yellowface

Это современная проза с легкой триллерной ноткой.

Джун Хейворд и Афина Лю дружат со времен учебы в Йеле. Обе девушки писательницы, только книги Афины отлично продаются и экранизируются, а творчество Джун никому не интересно. Поэтому, когда Афина погибает в результате несчастного случая, Джун тырит ее незаконченный роман про подвиг китайских рабочих в первую мировую, редактирует и публикует, как собственный.

Поначалу все идет гладко, просто восторг, но однажды происходит нечто, угрожающее новообретенному благополучию Джун.

В начале книги издатели поместили такое количество однообразно хвалебных речей, что я чуть не передумала читать)
Но все же не передумала, и правильно сделала, потому что "Йеллоуфейс" - вполне неплохая история о зависти и амбициях, и о том, как один поступок способен вызвать целую лавину, с которой необходимо справиться, ведь цена проигрыша слишком велика.

Повествование идет от лица Джун - ничем не примечательной писательницы-неудачницы - сущей невидимки по сравнению с блистательной Афиной Лю, творческий путь которой устлан цветочными лепестками, хвалебными отзывами и шикарными гонорарами. Излагает Джун в довольно легкой манере с приятной ироничностью.

Сюжет неплох: тут и психологическая сторона (например, как зависть может стать отправной точкой черти к чему), и социальная (культура отмены и тенденция оскорбляться на все подряд), плюс "кухня" издательского бизнеса, что тоже весьма любопытно. Некоторые главы захватывают, некоторые нудноваты и затянуты, но в целом читается легко и с интересом.Развязка, правда, так себе, не ожидаешь такой глупости от целеустремленной Джун, но конец неплох.

Как-то вся эта шумиха вокруг романа прошла мимо меня, так что можно сказать, что восприятие его было более менее незамутненным, без бэкграунда. В конце осталось довольно много вопросов и один из них: почему это все же триллер? Элементы саспенса есть, но они вызваны больше довольно нелепыми обстоятельствами и человеческим эгоизмом. Для меня это оказалось в гораздо большей степени сатирой, нежели чем-либо еще.

Писать впечатления не очень просто по двум причинам:
Есть стойкое ощущение, что мир уверенно продолжает сходить с ума вокруг «повестки», будь то расизм, обратный расизм, меньшинства, право говорить или право молчать, и еще миллион всего, и из каждого пункта можно сделать такую чудовищную фантасмагорию, что в какой-то момент любая абсурдность потеряет смысл и начнешь всерьез задаваться вопросом: а уместно ли человеку вообще упоминать кого-то или что-то, что он не видел собственными глазами или к чему не причастен (и прости-прощай 9/10 историй).
Ни одному персонажу по сути не сочувствуешь в той мере, в какой можно было бы это сделать, если бы не… и вот у каждого из них свое «не». И Джун было бы больше жаль, если бы не ее нежелание отвечать за собственные поступки и жажда признания ото всех - от родных, от литагента, от издательства, от публики, от всего мира в конце концов. И это опьянение славой, и «откат» от него, и ненависть и любовь людей (как маятник общественного мнения: туда-сюда, туда-сюда), и дихотомия собственных страхов и веры в свою исключительность - все это очень живо передано, сквозит в каждой строчке, написанной от ее лица.

И Афине можно было бы посочувствовать, но и тут сплошные противоречия: мы видим ее все время глазами других людей, судящих со своей колокольни. Что из всего этого вороха фактов и чувств принадлежало настоящей Афине? Это так и остается без ответа. Жаль ли бывшего парня Афины? Или жаль ее в их отношениях? Это тоже как посмотреть. Но он тут чуть ли не единственный, кто старается пойти своим путем. А, и еще Рори, что здесь выставляется «типичной обывательницей», но как минимум она не вызывает сильного неприятия. Кого жаль меньше всего в этом хитросплетении фактов и домыслов, так это Кэндис, даже руководствуйся она настоящим желанием борьбы за справедливость, методы делают ее ничуть не лучше.

В чем Джун права, так это в том, что любую историю можно повернуть под другим углом, знать бы только, куда и как приложить силу. Манипулятивность в век соцсетей зашкаливает. И этим, такое ощущение, в романе пользуются буквально все. И обвиняя других в искажении действительности уже сам вольно или невольно искажаешь эту самую действительность. И финал (который оставил довольно смазанное впечатление, как будто просто уже надо было на чем-то закончить эту бесконечную гонку за смыслами) оставляет вопрос-задел, состоится ли следующий виток.

Ох, давно я так отчаянно не хотела, чтобы ГГ была наказана ))) Жестоко? Абсолютно нет. Честно и справедливо. 

Джун Хэйворд отчаянно в своих страданиях и порывах на протяжении всей книги пытается показать читателю как она несчастна, ведь ей не верят и ее не понимают. Но будем честны: она изначально присвоила себе чужое и теперь пытается в обратном убедить как себя, так и остальных.

Афина Лю, умершая в самом начале автор бестселлеров, мне так до самого финала и показалась милой и абсолютно жестоко поверженной в расцвете сил. Негатив в ее сторону от Джун только распалял во мне негодование и жажду справедливости: по сути причина ее ненависти, что кроется в давнем прошлом, абсолютно не оправдывает поведение мисс Хэйворд.

Долго откладывала прочтение нашумевшей новинки "Йеллоуфейс", пока наконец не созрела для знакомства с новым автором. Как и я думала, чтение оказалось не из легких - гремучая смесь из актуальных проблем творческих людей, сложных политических вопросов современности. Да уж, роман точно не прост, думала я.
О чем же книга? Не буду банальной и не стану вдаваться в подробности, описанные буквально в каждой первой рецензии и на самой обложке романа. Есть главная героиня по имени Джун, что в ночь смерти успешной писательницей и, по совместительству, своей подружки-врага ворует неопубликованный черновик нового романа-бестселлера и присваивает лавры себе.
Вскоре же история успеха оборачивается травлей на расовой почве - публика подозревает, что сюжет романа украден, к тому же примешиваются упреки, мол, белая женщина не может писать про проблемы азиатов.
Я не могу отрицать очевидное - история прямо-таки напичкана современными проблемами американского общества 2020-ых годов, однако... Делает ли это ее интересной и актуальной конкретно для меня?
"Смешались кони, люди"...
Здесь все - от дебатов между демократами и республиканцами до Black Lives Matter, Трампа, рейтингов Нью-Йоркс таймс, Твиттера и прочего.
Доминирующей служит тема обратного расизма и так называемой "культуры отмены", расцветшей столь буйным цветом в последние года.
"Йеллоусфейс" - история вполне неплохая, но она очень "американская"(в хорошем смысле). Этот сюжет мог возникнуть только в странах золотого миллиарда в среде людей с определенным и уж точно не российским менталитетом, никак иначе. Это не делает роман Ребекки Куанг плохим или банальным, лишь только не актуальным для меня лично.
Возможно, читать было бы интереснее, если бы повествование не кружилось на месте. В "Йеллоуфейсе" очень мало действий - треть романа занимают длинные переписки редакторов с писателями, треть - выдуманные отзывы из Интернета про плагиат главной героини, еще треть - ее стенания и переживания, а оставшиеся процентов пять "экранного времени" двигают сюжет. Мне было слишком скучно, да и не смогла я проникнуться переживаниями протагониста.
В целом, история интригует своей неординарностью - я действительно не встречала ничего схожего, однако лично для меня это обернулось целым комом проблем.
P.S. И да - видно, что для американского общества история отдаленных стран продолжает оставаться параллельной вселенной, несмотря на красивые лозунги про расизм. Китай, Корея, Россия - не все ли едино?

Современные читатели окутаны паутиной социальных сетей. На скроллинг новостных лент, переход по кликбейтным заголовкам и чтение громких скандалов знаменитостей у многих людей уходит большая часть дневного времени. Диктат интернета и новая культура веб-потребления задаёт правила всему, и в том числе писательству. В своей книге "Йеллоуфейс" Ребекка Куанг показывает, что значат соцсети для современных западных писателей и книгоиздательства в целом и как просто быть "отмененным".

Костяк произведения составляет литературная кража, которая приносит главной героине, Джун Хэйворд, славу и баснословные гонорары. "Последний фронт", написанный известной Афиной Лю, возвёл Джун на писательский пьедестал. Постепенно читатель сталкивается со множеством этических вопросов касаемо писательского процесса. Насколько этично дорабатывать чужие идеи? Насколько этично использовать личных опыт и знания, затрагивающие жизни других людей (допустим, то, чем с вами сокровенно поделились), с небольшими изменениями в своих произведениях? О чем писатель в современном обществе имеет писать право, о чём нет? И все в таком духе, с налётом комедии абсурда и реалий политкорректности.

Самое интересное в "Йеллоуфейсе", на мой взгляд, это представление нового взгляда на писательский процесс. По мере повествования раскрывается представление писательства как некоего перформанса. Хочешь иметь лучшие продажи, быть самым обсуждаемым автором, купаться в лучах внимания и издавать бестселлеры? Создай себе образ, окружи себя скандалами, займись биографическим мифотворчеством, спроектируй под себя новую реальность и начни ее продавать. Идеи должны становиться всё более шокирующими, потому что популярность в мире интернета это гонка. Не стоит также забывать, что в процессе этой гонки все ваши скелеты из шкафов преобразуют в текстовой формат и компактно упакуют в оболочку матерного комментария на страничке вашего личного блога.

Так как писатель в основном показывает себя в интернете, читает о себе в нём же и в нём же пытается обеспечить себе успех, ему приходится смириться, что благодаря интернет-пользователям на любой свой грех из прошлого он теперь может напороться как на нож. Всё грязное белье будет изъято и развешено для всеобщего обозрения, в интернете у вас нет ничего личного, и у вас в нём нет безопасности, особенно психологической. Поклонники и хейтеры могут писать о вас что угодно (и вы можете это видеть), а в определённых ситуациях могут писать и лично вам, с надуманными признаниями или угрозами. Здесь несложно сойти с ума. В какой-то момент книга Куанг мне даже напомнило полнометражное аниме "Perfect Blue", после которого у меня началась сетевая паранойя.

Куанг пишет в большей степени об индустрии, капризных звездах писательского мира и книжных продажах, чем о писательстве как искусстве и творчестве. Если писатель не только угадывает запрос аудитории, но и окутывает себя флёром будоражащей загадки, подпитывает к себе интерес неоднозначными сплетнями, он сможет сохранить себя в вечности. Уже не так важно, о чём написано, важно, чтобы это затягивало так же, как жаркие интернет-споры.

Что показалось интересным лично мне, это то, какой ошеломляющий успех в книге имел литературный плагиат Джун, этот "Последний фронт". Интересно просто потому, что книга на чисто военную тематику заняла на некоторое время стойкое место в бестселлерах. В книжной сети, где я работаю, из военной тематики в бестселлерах стабильно держится только Ремарк, а из современной прозы ничего такого я и припомнить не могу. В реалиях Куанг такой интерес обуславливается новизной темы и важностью произведения для американско-китайского сообщества.

Неудивительно, что в "Йеллоуфейсе" очень часто затрагивается расовая проблематика, и хорошо видно, как она может легко потонуть в абсурде. Например, в моменте, когда блоггеры начинают выискивать в книжном описании азиатки чудовищную фетишизацию азиатов белыми и всё в таком духе. А обсуждение и критика произведений упираются в то, расистские они или нет, и не занимается ли писатель в своей прозе культурной апроприацией. Также частично рассматривается, как вообще работает издательский бизнес с культурными меньшинствами.

Напоследок скажу, что хотя и интересно следить за играми Джун со своей совестью, ее моральной деградацией и превратностями книжного бизнеса, мне также показались довольно ценными крупицы размышления о писательстве как таковом. Хороший интересный текст и идеи, у которых есть жизнь, дают Джун писательский толчок, вдохновение работать со словами. Мне кажется, выдающиеся вещи, талантливые книги примерно так и действуют на нас. Или замечательно, как из одного яркого образа, навевающего героине мысли о её детстве и об отношениях с матерью, рождается совершенно новое личное произведение.

Жаль, что Джун ступила на стезю плагиата. Лично я вижу в её выборе следствие писательской и личной неуверенности. Афине Лю она однажды доверила кое-что сокровенное, ее фигура ненадолго стала для неё опорой. Так и в писательстве Джун смогла твёрдо держаться только с такой же опорой на тексты Афины, на которую смотрела как бы снизу вверх. Писатель, неуверенный в своих идеях, обычно не выходит за рамки фанфикшена и игр с чужими образами, и в какой-то момент Джун заточила себя в этих цепях окончательно.

Скажу также пару слов о переводе. Да, он ужасен, особенно своей внезапностью, потому что вульгарные слова рассыпаны по тексту в непредсказуемых местах. А в некоторых предложениях из-за кривого перевода смысл теряется вообще. Политика издательства и его нежелание отзывать тираж в связи с этим кажутся довольно некрасивыми. Тем не менее, особенно хорошие фрагменты оригинального текста не смог испортить даже перевод. Например, немного о таланте Афины, очень уж мне нравится этот отрывок:

Оценка ниже четвёрки исключительно из-за моей неудовлетворенности финалом. Когда я поняла, куда всё идет, испытала огромное разочарование, хотя финал и подчёркивает всю эту тему с кликбейтными книгами и писательством как своеобразным сетевым перформансом.

Мета-книга о книжной индустрии и написании книг, которая притворяется около-детективным романом.

Главная героиня Джунипер Сонг Хейворд (далее Джун) - неудавшаяся писательница, которая после смерти подруги Афины Лю решает закончить роман той, и отдать в издательство. Но уже под своим именем.

Сама книга большую часть времени ощущается, как будто ты сел смотреть какое-то треш тв шоу, где злые и жадные люди позорятся на камеру за деньги. Тебе не нравится никто из участников этого балагана, но прекратить смотреть невозможно.
В книге нет ни одного положительного персонажа. Строго говоря, в книге вообще нет персонажей, кроме Джун и Афины (которая умирает еще в начале сюжета, но продолжает присутствовать в качестве персонажа в мыслях и воспоминаниях Джун). Вместо персонажей мы будем читать про Идеи; картонные заготовки в нужных местах, единственная цель которых это представлять определенную задумку Ребекки о людях, с которыми может столкнуться начинающий (и успешный) писатель. Мать, которая любит, но не особо поддерживает в писательском деле. Издатель, которому интересны исключительно деньги. Комично-голливудские агенты, которые хотят выкупить права на фильм.
В книге они предстают поверхностными строчками текста, единственная задача которых - существовать в окружении главной героини, подталкивая ее к успеху или скидывая с Олимпа вниз. Хуже только абстрактные комментаторы в твиттере, которые в книге тоже являются полноценными участниками обсуждений (обычно негативных).
Это не отсутствие умений автора - Ребекка Куанг создала очень любопытную спиральную историю, на которую способны далеко не все авторы. Но мне остается любопытно - это мета-комментарий о том, как Джун никого вокруг не видит за человека из-за своего эгоизма и не способна интересоваться кем-либо, кроме своей умершей подруги и себя? Или Ребекка решила, что для нарратива важнее показать сами комментарии и критику в сторону индустрии как таковой, а проработанные герои для этого не нужны? Если так, то почему? Чтобы сохранить чистоту нарратива, или потому что безликим болванчикам отвечать на критику проще?

Огромная часть книги это размышления автора о той или иной вещи через героев, иногда настолько прямолинейно, что у меня создавалось впечатление, будто Ребекке хочется с кем-то поболтать о полученном опыте в индустрии. Сюжет периодически прерывается пространными наборами фактов о том, как работает успех в писательстве и как продавать книгу на фильм под ключ. Это не раздражает, но мутит воду: на протяжении всей книги я не могла отделаться от ощущения, что обе главные героини представляют из себя ту или иную версию Ребекки, через которые она хочет ответить злым и глупым критикам на их претензии. К людям из твиттера у нее сквозит презрение на уровне такого, что не может не выглядеть личным. Почитав немного обсуждение вокруг автора, я пришла к выводу что была права; многие подмечают, что критика от и к главной героини повторяет критику, которую получала Ребекка Куанг по отношению к себе. В книге эта критика исходит или от главной героини расистки, которая помешалась на том, что ее не признали из-за того что она белая, или от безликой и одновременно жалкой толпы посетителей старбакса и твиттера, которые описаны как трясущиеся собачки, не способные к прямолинейной конфронтации в одиночку.

Можно еще сказать пару слов о том, как Ребекка явно проецирует свой образ больше на Афину Лю - умершую писательницу, которая описана не иначе как "талантливая, красивая, идеальная, непревзойденная". В сторону Афины тоже есть критика внутри сюжета, но она сводится к тому, что Афина буквально была слишком хороша в своем деле - слишком эффективно собирала информацию для книг, превращая ее в шедевры. А еще у нее не было друзей (потому что ей все завидовали!). Единственные значимые обвинения в сторону Афины прилетают от Джун, воровки и расистки, а так же от бывшего парня Афины, который угрожал той слить ее обнаженные фотографии (что автоматически делает его одним из самых неприятных персонажей в сюжете).

Концовка является по своей сути открытой и отлично подходит такой книге на мета уровне - ощущение такое же, как после чтение гигантского треда в твиттере. Никто не прав, всех окунули в говно, и это так же продолжится в следующем треде когда кто-то убедительнее составит свою версию правды. Хорошая ли это концовка в отрыве от нарратива, вольного или невольного, подаваемого книгой? Кто знает.

Пару слов о переводе.
Обычно есть два пути перевода актуального сленга - переводить дословно, и рисковать, что читатель ничего не поймет, или переводить с использованием современных фраз на языке перевода. Переводчик выбрал ни то ни другое. Он взял выражения из интернет сленга 2005 года и подумал, что они будут актуально смотреться в современной книге, которая очень сильно привязана к году своего выхода. В итоге в твиттере мы будем читать о "я валяюсь" и "ржу не могу". Для кого было принято это решение, если актуальному читателю данной литературы в районе 20-25 и для них этот лексикон будет смотреться максимально неуместно?
Есть еще вопросы к эвфемизмам, по причине которых я начала думать, что у Ребекки Куанг нездоровая фиксация на идее походов в туалет. Ее героиня то бежала поморосить дождиком, то ей не терпелось поссать. Как оказалось, это переводчик творчески подошел к простой фразе "сходить пописать" которую героиня повторяет каждый раз именно в такой конструкции и связана она с тем, что у гг проблемы с нервами и психосоматические симптомы тревоги проявляются беганьем в туалет. Я этот момент упустила полностью, потому что контекст спрятался за вульгарными фразами перевода, которые там вообще были не нужны.

Есть что-то бесконечно ироничное в том, что книгу, где главная героиня, нереализованная в своем творчестве, берет чужое и переписывает его на свой лад, потому что ей кажется, что так будет лучше и красивее для читателя в итоге переводят на свой лад, вставляя устаревший лексикон, меняя фразы на те, что героям даже не подходят и вставляя целые куски текста, которых в оригинале ПРОСТО НЕТ, потому что переводчику кажется, что так будет лучше и красивее для читателя. Мета нарратив о книге про написание книги пополнился еще одним слоем иронии. Ребекка Куанг о таком даже мечтать не могла.

К сожалению у меня осталось чувство разочарования после данной книги. Меня не оставляло впечатление, что я читаю очередную Александра Эндрюс - Кто такая Мод Диксон? . Возможно из-за этого и гнетущие впечатления, хотя я и была настроена на лучшее.
Меня циклит от впечатления, что "я возьму твои идею и напиши из этого гениальную историю, которая у тебя бы ни за что не получилась" бродит по кругу. В данном случае все приправлено уже выдохшейся специей "отмены" и "сетевого буллинга". Будто бы авторка хотела одним разом рассказать как несчастны писатели, но... писатель, который пишет как несчастен писатель не особо вдохновляет. Как и идея о том, как легко жонглировать мнением публики. То есть, мне, как читателю, рассказывают о том, как дурят вот этих тупых читателей, которые верят всему, что было написано.
Поэтому, наверное, ни автор, ни ее героиня не вызывают сочувствия. Даже многочисленные оправдания в том, что ее работы там много больше, чем Афины не помогают разделить ее переживания. Мне видны лишь комплексы, сложности в общении с собой и окружающими, нереализованность и зависть ко всем и вся. Будто бы во всех неудачан виноват кто-то со стороны, будь то Афина или мать. В то время как всем успехам она обязана исключительно самой себе. Значит ли это, что если бы ее переписанный черновик вновь не взлетел, вина вся лежала бы на несчастной Афине?

Не хотелось читать эту книгу пока она была на волне хайпа, чтобы не смазать впечатление. Да и перевод стоило подождать нормальный. Я сравнила редакции ради любопытства: героини немного разные получились по характеру. В целом, история достаточно интересная. Она поднимает множество вопросов, возникших в обществе, стремящемся к толерантности. В итоге все стали бояться сказать и подумать то, что не дай Бог, заденет ненароком какое-нибудь меньшинство. Также Ребекка Куанг приоткрывает дверь в мир писательства с его кризисами, несправедливостью, отсутствием музы или грамотного пиара, когда талант оказывается вторичным. Она показывает как страсть превращается в ремесло и человек сгорает в собственных страхах.

Писательская тема всегда тяжела для самих писателей. Честно говоря, гвоздем по стеклу все эти литагенты-гонорары-тиражи-продажи. Особенно, когда читаешь про зарубежную действительность, в которой существует хоть какое-то продвижение со стороны издательств.

Персонажи поначалу по-гоголевски гротескны и гипертрофированы. Это прямо очень хорошо. Автор не пытается рисовать «как оно есть», а делает акценты. Всегда предпочитала авангард маньеризму)

До сцены с блинчиками текст написан, как серия постов в Твиттере. Это одновременно хорошо, потому что позволяет ощутить поток мыслей, он как кровь из поврежденной артерии – бьется толчками. И одновременно плохо: читать такое тяжело, потому что негладко. Но зато в тему. Картины Гойи тоже тяжелы для глаза, на них долго смотреть не получится, они раздавят, расплющат. Вот она — сила искусства, она что-то с тобой делает, когда ты с ней взаимодействуешь.

И, конечно, как требуется от искусства наших времен, оно должно будоражить и вызывать целый ворох вопросов:

Что такое хорошая литература?
От чего зависит читательский интерес?
Почему Афина – такая поверхностная и глянцевая с виду – вдруг выдала настоящий шедевр о войне?
И почему – если это был шедевр – его пришлось так долго править, так в нем все менять, в процессе чего мы узнаем, что Афина… вроде как дутая звезда от литературы?
Почему легкое вкрапление восхищения главной героини текстом подруги перемежается крупными кусками жесткой критики?
И, в конце концов, почему же сама ГГ, такая подкованная в матчасти, не смогла добиться успеха со своими книгами?
Какова же формула успеха?!

Хочется быть тем самым схоластом, который бы попытался понять это пусть даже и эмпирически. Вот «Йеллоуфес» этим и занимается. Невероятно интересно читать!