Город

В моих отзывах очень часто можно встретить скептическое отношение к описаниям событий ВОВ вне территории России западными авторами. Узнав об этой книге – мне очень было интересно, что же может написать американец о блокадном Ленинграде? К слову - это непростой американец, а известный нам, как сценарист «Игры Престолов» - Дэвид Бениофф.

Оказывается у него русские корни, дед и бабка, некогда эмигрировавшие в США жители Ленинграда. И история, которую поведает нам Бениофф – это история, рассказанная его дедом, но с оговоркой, что некоторые детали давно забыты и внуку придется их придумать самому.

Уже сейчас можно представить, куда приведет фантазия автора, который считается лучшим в жанре фантастики и фэнтези.
Возможно, когда-нибудь Бениофф экранизирует этот роман, потому как изъявившему огромное желание Тимуру Бекмамбекову, он в этом отказал.

Читать «Город» - это уже словно смотреть фильм. События книги разворачиваются очень динамично. Как в любом кино, книгу вытягивают более удачные яркие эпизоды, после прочтения, которых на другие кадры закрываешь глаза.

Хочется поблагодарить автора за то, что «бережно» и убедительно передал атмосферу блокадного города.
Что же касается основной линии повествования – здесь рождается огромный скепсис. Не убедительно! Я не поверила, что так могло быть.

По стечению обстоятельств, два молодых человека, одного из которых обозначим, как «мародер», другого – «дезертир», оказываются в камере предварительного заключения.
Вместо утреннего расстрела сам капитан НКВД, предлагает сделку: достать дюжину яиц для свадебного торта своей дочери в установленный срок. На кону жизнь молодых людей.
Так начались приключения наших героев.
Сама ситуация, на мой взгляд, абсурдна.

И, тем не менее, «кино» началось. Декорации сменяют друг друга: питерская квартира людоедов, где на крюках висят детские туши; поле кровавых следов, оставленных теперь уже мертвыми собаками-минами; офицерский бардель; главный каратель отпиливает ноги, пытавшейся сбежать девушке; караван пленных…

Есть моменты, которые просто выводили из себя! Вот скажите мне, какую литературную ценность несет информация о запоре одного из героев? И как важно знать читателю, каких размеров кучу, он навалит спустя 12 дней?
Из той же оперы разговоры о постоянной эрекции и совокуплениях. В городе голод, а у них все мысли о сексе, мастурбации и т.д.

В своём предисловии к роману Т.Бекмамбетов делает акцент на том, что эта книга для сегодняшней молодёжи, которая сутками пропадает в Сети и не дня не может прожить без мобильного телефона, и которая, к сожалению мало, что знает о ВОВ…
Понятно, что мнение знаменитого режиссера куда авторитетней, чем моё, но всё-же скажу, что это точно не та книга, которая должна положить начало знакомству с историей блокадного города!

Если с точки зрения литературной это никак (ну, читается и читается), то с точки зрения, кхм, исторической это настолько люто, что ни в сказке сказать, ни... В принципе, если мозг при чтении не отключать, будет понятно, что автор про блокаду Ленинграда не в курсе примерно совсем. Извините, дальше спойлеры, потому что без них не смешно, да и, может, кто-то книжку читать не станет, это будет польза:

С чего б начать...
ППШ на базаре в блокадном Ленинграде купить? Пожалуйста.
Нет яиц, чтобы испечь торт для дочки капитана НКВД?
Давайте отпустим двух приговоренных к расстрелу заключенных, пусть поищут. А то с одними жареными гусями и без торта что за праздник?..
Что? Да не, не сбегут! Мы же у них карточки отберём! Гениально.
Что? Не, не пропадут! В блокадном "Питере" на каждом углу жратва.
К тому же работает цех по производству колбасы из человечины!
А если вдруг цех нормы не выделает, так можно через линию фронта за едой сгонять, тем более, на линии фронта немцы открыли отличный бордель.
По пути можно свободно и прилюдно ругать Сталина. Что? Нет, не арестуют! НКВД же без яиц, помните?

Но не так прост путь героев.
Их берут в плен! В одном из узников немцы признают еврея и происходит сцена:
- Я не еврей, пацаны!
- А, ну, повезло тебе, а то бы мы тебя расстреляли!
А один немец, самый главный, не поверил нашему, что он не еврей и стал пытать того шахматами!
Выиграешь, мол, будут тебе и жизнь, и яиц для дочки НКВДшника отсыпем, а проиграешь - извини.

Наш еврей выигрывает, конечно, и забивает проклятого фашиста ножом...
А что такого? Ну, просто с собой был нож.
...забивает фашиста ножом, берёт яйца и напарника... и, натурально, рвёт когти обратно в объятия родного НКВД, там же дочка без торта. Напарника по пути убивают, ну это ладно, бывает.

...

В общем, это даже не клюква, а какой-то не известный науке продукт жизнедеятельности голливудских сценаристов. Смешно, конечно, но я прочитал-то эту херобору только потому, что кто-то её тоже прочитал и стал писать в фейсбуке, как, оказывается, искажен миф о блокаде Ленинграда в отечественном сознании.
То ли дело Бениофф. В музее был, всё понял, всю правду написал.
Охохонюшки )))

Ну что сказать... С одной стороны, понравилось. Динамичный сюжет, который не всегда предсказуем, реалии блокадного Ленинграда (бадаевская землица, библиотечная карамель).

С другой стороны, попадался «тяжёлый» мат типа: «Е.ать их в .опу, б.ядиных сынов». И самое не понравившееся — это постоянные разговоры одного из главных героев про дефекацию. Ни за что не поверю, что интеллектуал, каким себя мнит Николай, может позволить себе в реальной жизни с незнакомыми людьми такие разговоры!

Ну а все потуги «про это» напомнили мне молодежный фильм «Евротур» 2004 года. Не понятно, какова была целевая аудитория автора, по сути, неплохой книги.

Отдельная благодарность переводчику с английского — Максиму Владимировичу Немцову. Текст так хорошо звучит по-русски, что у меня даже закралось подозрение, а не сам ли Тимур Бекмамбетов его написал.

P.S. Я конечно же безрезультатно искала в интернете знаковый роман 20 века «Дворовая псина» Ушакова :).

Поставить какую-либо твёрдую оценку сему творению оказалось невозможным. Если это просто закрученный триллер - да, твёрдая четвёрка. С юмором, с неожиданными поворотами, достаточно правдоподобно. Фильм получился бы идеальный, не зря писал сценарист. Но с точки зрения канвы исторических событий (пусть даже и потрачено время на поиски исторически достоверной информации, хоть и "спустя рукава") - двойка или единица? Вроде бы прочитал человек-автор целых два труда по блокаде (не суть, что русскоязычных авторов указано не было), но, если ты взялся писать не о США, а об иностранной стране - так потрудись хотя бы в Википедии посмотреть, как иностранные и в данном случае русские имена употребляются!! Это ведь несложно, есть имя, есть отчество, есть фамилия, а есть названия населённых пунктов!!! Да, кстати, чтобы было понятно, читала книгу в оригинале на английском и заглядывала ради интереса в русский перевод. Хвала русскому переводчику, подогнал имена! А то у меня в английском волосы дыбом вставали. То у него имя девочки - Вера Осиповна, хотя наверняка должна была быть просто Вера Осипова. То же с Любой Николаевной. Тогда уж Любовь Николаевна или Люба Николаева. Больше всего убила фамилия автора часто упоминаемой книги - Ушаково. По мне, так это название деревни или села. Ладно, в США трудно найти русскоговорящих, которые бы просто могли прочитать манускрипт и подправить , я понимаю (ирония), ну а образованные редкаторы на что?? Это ведь их работа или нет! В общем, такое чувство, что просто нечистоплотно использовали деликатную тему и из трагедии Ленинграда сделали какую-то американскую комедию. Грустно. Дорогой Дэвид, пишите уж лучше дальше для Игры Престолов!

Люблю читать книги при соответствующем антураже.
В детстве читала книгу "Ронни, дочь разбойника" при свете ночника и все бегала на кухню отрезать куски от огромной рыбы холодного копчения (которую мама принесла домой и зачем-то попросила не трогать). Вот при этом тусклом свете я уплетала "полуворованную" рыбу и проникалась атмосферой книги. На тот момент я считала, что лучше книги и быть не может.

Так получилось, что "Город" я начала читать в полной темноте и тишине. Домашние уже спали. Хотелось кушать. И начинается рассказ о диком голоде, и по сюжету как раз ночь. Как же я мечтала в тот момент о куске хлеба с салом! По простому, без изысков, потому что я могла бы себе позволить большее, а им там и такой перекус за радость. Может, хотелось чувствовать себя ближе к ним, к тому времени.
Как после этого я могу их не понять и не полюбить? Практически родные души. )))

Ну и пусть, что эту книгу написал американский сценарист. Я считаю, что она в полной мере передала трагизм блокады и патриотизм русских людей.
Герои - самые обычные парни, которые в силу возраста постоянно возвращаются мыслями к противоположному полу. Да война, да тяжело/холодно/голодно, но против гормонов не попрешь.
Парни из "Города" не бравые солдаты, которые слеплены из отваги, мужества и доблести. У них много ненужных мыслей, страхов и переживаний. Даже в самые трудные времена можно жить по-полной (насколько это возможно) - шутить, обижаться, влюбляться, мечтать, ссориться.
Я считаю, что у книги есть душа, что она написана с любовью к персонажам. Если это и правда история деда Дэвида Бениоффа - Браво! - внуку, который пересказал ее так здорово, который донес еще одну удивительную историю до наших дней.

Сценарий для компьютерного квеста в декорациях блокадного Ленинграда.
Автор - профессиональный беллетрист. В данном случае - сценарист, но это не имеет значения.
Мы всё это уже читали. Или видели. Поместите стандартных героев в экзотические декорации. Это, наверное, хорошо для американского читателя, даже очень хорошо. Пусть американские читатели читают эту книгу - по крайней мере, нет запредельного вранья. Только беллетристика. Это только бизнес, детка.

Впечатление от книги, как от перевода с инопланетянского. Где-то в другом измерении есть тоже Ленинград, в нём обстоятельства сложились так, что история его развивалась параллельно истории нашего Ленинграда, тоже была блокада, хотя остальные реалии сильно отличаются и выдают инопланетную сущность описанного города. Тот Ленинград, из книги - он как будто появился из волн (Невы, например), за несколько месяцев до блокады, жителям вшили искусственную память, но у них не было корней, у города не было истории. У государства не было истории. И вышло так, как вышло.

Если так подумать, то "Капитанская дочка" - это ведь тоже приключенческий роман с хэппи-эндом, в декорациях кровавой бойни. Но это ничего не меняет.

Книга просто бредовая. Тратить время на эту чушь никому не советую, так как никакой историчности в ней нет. Художественная ценность тоже отсутствует.
Зато куча фантазий на тему "какие ужасные коммунисты" представлены тут в полном ассортименте.
Почти на каждой странице присутствует несколько очевидно лживых или просто придуманных фактов.

Даже в насквозь лживой книге Айн Ренд "Мы живые", где по 30 вымышленных коммунистов на страницу правды и то больше чем тут.

Хотя читать не советую ни Ренд, ни эту с позволения сказать "книгу".

Почему уважаемый режиссер хорошо отозвался про эту чушь для меня остается загадкой.

После прочтения этой книги я впервые за …цать лет взглянула по-новому на тему блокадного Ленинграда – с непривычного мне ракурса, задавшись чуть ли не крамольными вопросами, которые не принято было освещать во всей читаной мною литературе о мужестве жителей этого города и об испытаниях, выпавших на их горькую долю. Что-то стало для меня чуть ли не откровением (в том смысле, что эти стороны человеческой жизни как-то не попадали в поле моего зрения, да и не прилично было о них думать в свете того героизма, о котором мне приходилось читать – несовместимы были некоторые подробности личной жизни отдельно взятых граждан с общим горем и общим делом и с великим подвигом ленинградцев). Поэтому вполне естественным был некоторый шок, испытанный мной, и вполне объяснимо недоверие к этой истории дедушки автора.
С другой стороны, что такого странного, нереального или невозможного или прямо-таки клеветнического сказал автор, рисуя первую зиму блокады, чтобы я не верила ему, чтобы этот ДРУГОЙ взгляд не был безоговорочно отвергнут? Ничего.

Дальше...

В процессе чтения моя оценка книги колебалась от 2 до 5 и обратно, так что внятно обосновать итоговые 3,5 звезды я, пожалуй, не смогу. Я точно знаю, что не дам пока что читать эту книгу своему ребенку – но в тоже время я признаюсь, что именно эта книга на время возродила мой давний интерес к блокаде Ленинграда, что позволило найти некоторые любопытные для меня свидетельства и документы того времени (которые в детстве и юности меня просто не интересовали, а потом я как-то отошла от этой темы).

У меня осталось много вопросов – что, безусловно, свидетельствует о своеобразной пользе книги. Я вынесла какие-то уроки для себя (в частности, лишний раз убедилась, что пока жив человек, в каких бы страшных условиях он не существовал, ничто человеческое ему не чуждо, и если человек может бояться, например, то почему он не может радоваться тому, что покушал, выспался, остался жив?). Мне понравилась кинематографичность книги (наверное, это только ленивый не скажет). Но что-то вызвало откровенное недоумение (из-за нехватки информации или из-за уже давно сформировавшегося взгляда на эту тему и какой-то «зашоренности»?). Например, не могу понять, с чегой-то вдруг книга называется «Город воров»? Вот честно – вижу здесь оскорбление всем тем, кто пережил блокаду. Надеюсь, что просто что-то не поняла, но если бы русский вариант книги был оставлен именно таким, читать бы не стала (намеренно доп.информацию о книге искала после ее прочтения). Почему особо отмечается (если верить Википедии, ссылающейся на другой источник), что во время работы над этой книгой автор читал «Войну и мир» и «Мастера и Маргариту»? Логичнее, тогда уж, было бы читать Достоевского, ИМХО. И документы о блокадном Ленинграде тоже, наверное, пришлись бы кстати (все-таки память дедушку-то могла подвести, да фантазия внука свою роль сыграла). (да, вы все правильно понимаете – среди моих родственников много тех, кто погиб на войне, были те, кто ВИДЕЛ блокаду, а не только читал Толстого и Булгакова, и именно деды с их братьями воевали на Волховском фронте – они тоже рассказывали, конечно, не только о героических минутах, но и других сторонах жизни (одному было 17 на момент ухода на фронт, другому 21), но их рассказ не выглядел увлекательной компьютерной игрой, они говорили НЕ ТАК). Или вот еще маленький пример:

Что это??? Это серьезно? Кто-то может подтвердить?

Таких вопросов по тексту было много…

Часть мыслей (в том числе конкретно об авторе и его дедушке) оставлю при себе – из соображений политкорректности, в конце концов я могу быть необъективна. Наверное, эта книга нужна, раз она появилась, но такой вот «легкий» взгляд на данные события не приведет ли к тому, что память о блокаде будет стираться, страшная правда будет скрашиваться, сглаживаться и т.п. – и уроки истории, страшные уроки истории (!), будут забыты… Я понимаю, что к трагических ситуациях только юмор и здоровый оптимизм (сама кривовато усмехнулась, вспомнив Колю – вероятно, он несколько иначе выразился бы) помогает выжить и остаться человеком, но подобные трагедии – не для голливудских шоу, ИМХО. Хотя, может быть, нужно и по-другому об этом говорить? Я не знаю. Поэтому такая неопределенность в оценке. Поэтому такие обрывочные мысли-впечатления.

И все-таки думаю (надеюсь), что Бениофф (Бенёв, чего уж тут не по-нашему) не чуть не хуже нынешних своих русскоязычных читателей понимает, что про эту войну нужно говорить, писать, снимать фильмы – чтобы не забыть, чтобы не повторилось (что твориться в мире, все ведь в курсе). Думаю. так, потому что в его тексте все это (происходящее в книге) названо «кунсткамера зверств», потому что его фашисты – не вымышленные «компьютерные» противники, и ноги девочке они пилят по-настоящему…

Прочитать эту книгу меня подтолкнули рецензии. Почти все, кто ее читал, как один говорят, что там сплошной секс и разврат чуть ли не на каждой странице. А сама книга, про блокадный Ленинград. Т.е. выходит такая гремучая смесь секса в Ленинграде, когда нечего было есть и люди умирали как мухи. Ну как можно пройти мимо и пропустить? Вот я и заинтересовался.

Должен сказать, что не фига там нет нечего такого. Главные герои книги самые обычные пацаны, Лев и Николай, без закосов под супергероев и спасителей Вселенной. Лев - еврей, сын какого-то там репресированного писателя. Николай сам мечтает написать книгу и постоянно рассказывает сюжет Льву. Время от времени в своих разговорах они обсуждают противоположный пол. А кто в 19 - 20 не обсуждает Машку или Наташку с соседнего подъезда? Вот то и оно. Сексуальных сцен я вообще не увидел, они все присутвуют в процессе разговора. Ну если не считать, что один из парнишек два раза отодрал свою подружку, а второй представлял как они там этим занимаются, пока спал в другой комнате. Все! Какой нафиг секс? Правда, убило то что, Николай, при каждом удобном случае считает сколько дней он "не срал". У него похоже навязчивая идея была опорожниться.

И вот этим пацанам, нужно было принести куриные яйца для свадебного торта дочке НКВДшника. Естественно, в обмен на свободу. Во время поисков они столкнуться с людоедами (в буквальном смысле этого слова), придется топать через весь Питер в поисках курицы, повстречают девушек, которых немцы держут для своих плотцких утех и с отрядом партизан. У партизан есть девушка-снайпер, которая не фига не мылась с месяц, зато классно шмаляет и мочит немцев. У нее задание - замочить какого-то там немецкого начальника... Это задание они выполняют втроем и весьма интересным способом, попутно достают яиц - основная цель их блуждания по окраинам Питера. Правда, в результате. Николай погибает... от пули своих же.

В целом книга оцень понравилась, читает легко и интересно. Ужасы блокады - нечего есть, трупы на улицах, бомбежка, НКВД - все это присутвует, без этого не куда не денешься. Но упомянута мельком и служит не более чем декорацией к описываемым действиям.

Признаюсь, к произведениям иностранцев о России я питаю легкую слабость, а уж романы иностранцев о Великой Отечественной и вовсе заставляют в спешке обыскивать развалы Амазона, читать ночами взахлеб, чтобы потом, вооружившись ноутбуком, наслаждаться особенно гневными рецензиями. Ненависть к не способным понять загадочную русскую душу бездуховным иностранцам и желание закидать последних несвежими щами возникают и по таким презренным причинам, как попытка рассказать Загнивающему Западу о Чикатило, но когда презренные америкашки принимаются за святое....
И не волнует никого, что несчастный Дэвид Бениофф (больше известный в России, как шоураннер "Игры престолов") - внук советских эмигрантов, переживших блокаду Ленинграда, и что сами рецензенты - подчас даже не внуки, а правнуки участников тех событий, и сами не знают, что там было, что чувствовали и как переживали ужасы Второй мировой на территории СССР. Но - святое есть святое, и люди, не знающие, кто такой Рокоссовский, или чем закончилось восстание в Варшавском гетто, с шегреновской пеной на губах доказывают, что лишь они имеют право писать о России, СССР и, тем более, ВОВ. Булгаков написал о Мольере? Хорошо - это же Булгаков, гений! Бениофф описал неделю во время блокады? Ах, скотина буржуйская, да как он мог!
Между тем, Бениофф, и Том Роб Смит, написавший о Чикатило, и Джулиан Барнс, издавший роман о Шостаковиче, делают-то хорошее дело - рассказывают западному читателю о современной России, о той, покрытой тайной, мраком и железным занавесом России, где уже ни толстовских балов, ни чеховских драм, ни достоевской внутренней борьбы, а жестокая обыденность: предательство, убийства, голод, нищета, ожидание конца на лестничной площадке.
Заслуга Бэниоффа еще в том, что события, о которых в России говорят лишь скорбным шепотом, он подал в ироничном, обамериканенном ключе: с шутками ниже пояса, с сарказмом и балагурством, позволяющими героям забыть о страхе, а читателям - почувствовать, что Лев и Коля - не высеченные в граните имена, а живые люди, которые пьют, едят, трахаются, справляют нужду и главное - хотят жить, причем жить ради себя, а не ради страны.
"Город воров" - это название мне больше нравится, она как-то трагичнее, но, конечно, российские издатели не могли его оставить - в сущности, обычная история о поиске. (Прав, прав был Борхес). В романе это материально облечено в поиск яиц в блокадном Ленинграде двух не знакомых друг с другом людей - филолога Коли и сына репрессированного поэта Льва Бенева, проходящих своеобразный квест всех возможных препятствий. Правда, препятствия эти тоже "мейнстримные", "востребованные", "боевичные" - каннибалы, секс-рабыни, партизаны, плен. Переживаниям героев место остается немного, но оно есть, и именно это - центр романа. Становлению главного героя, как личности, в этом промозглом полуголодном мирке, под разговоры о недописанном романе и актах дефекации почему-то веришь больше, чем всей СОВРЕМЕННОЙ пафосной российской прозе, написанной на эту тему. Более того, в настоящее время книги о ВОВ большей частью воспринимаются либо как заказ госдепа (ну, вы поняли), либо как паразитирование посредственных авторишек на трагедии. Бениофф же, взяв за основу историю своей семьи, сваял из этого крепкую американскую беллетристику, среднюю, но весьма неплохую, добившись при этом главных целей - рассказав о своих предках и вызвав интерес к малоизвестному западному обывателю событию.
И нет, эта история - выдуманная, реальны лишь прообразы героев, что бы там не говорила эта странная женщина из "Сноба".
И да, я бы, пожалуй, прочла "Дворовую псину" - идея-то недурна.