Бабий Яр

Этот текст по мотивам книги Анатолия Кузнецова «Бабий Яр» я писала долго. Наверно, даже дольше, чем читала книгу, которая проглатывается на одном дыхании. Мне несколько страшно публиковать, в конечном счете, поскольку тему я всё-таки знаю плохо, а меня читает некоторое количество историков, украинцев и вообще людей, которые, как мне кажется, знают всё лучше. Не претендую на высказывание каких-либо оригинальных мыслей и вообще не думаю, что очень уж интересно, но пусть будет. Надеюсь, что никого не обижу ничем, не возникнет каких-то ужасных споров и ещё очень бы не хотелось показаться совсем уж необразованной и делающей ужаснейшие ляпы. Но поскольку текст состоит скорее из пересказа и моего отношения к книге, надеюсь, ляпов там ужаснейших нет.

***

Книга оставляет неоднозначное впечатление. С одной стороны, безумно интересно. Представляете, воспоминания подростка, жившего в оккупированном Киеве. Меня почему-то поражают вещи, которые, вероятно, всем известны. Например, он пишет о том, что советские евреи особо и не знали о том, что творится в Германии и Польше, и даже особо не боялись немцев в начале. Спокойно шли на расстрел, думая о том, что их просто будут вывозить из Киева. Или то, что из-за того, что в советских паспортах была графа национальность, немцам вычислить евреев было легко. Смотришь паспорт – а там всё указано. Веселая практика с национальностью, да.

Ещё меня поразила очень яркая история киевского Динамо. Честно говоря, из-за эмоциональности автора книги, не до конца понятно, что же на самом деле там было, но вот в варианте легенды история очень цельная. Легенда гласила, что украинские футболисты вышли играть с немецкой командой, начали вести уже в первом тайме. В перерыве к ним заходит немецкий офицер и вежливо предупреждает, что надо проиграть, нельзя выигрывать. Но и во втором тайме они побеждают. После матча их всех сразу отправляют в Бабий Яр… Сам же автор говорит, что на самом деле было несколько не так, матчей было несколько, но в конечном счете всё закончилось именно так, Бабьим Яром. В виде легенды пробирает, да. Но если задуматься, то в жизни было сложнее. Не решиться в один момент на смерть, а планомерно в течение месяца к этому идти… Жутко.

С другой стороны, у меня издание «Посева» 1973 года, где указаны моменты, вычеркнутые советской цензурой. Всегда хотела посмотреть что-то такое, но в руки как-то не попадалось. Понятно, что были вырезаны моменты, касающиеся голода начала 30-ых гг., антисталинские высказывания, да и вообще антисоветские, так скажем.. Иногда просто нелогично вырезались живые моменты. Вот как тут (курсивом выделены убранные цензурой слова):

Смысл, конечно, остался, но как-то предложение выглядит более сухим без этих уточнений.

А иногда искажался смысл. Вот, например:

. Под новой и справедливой, судя по контексту (это передача слуха), имеется ввиду совсем не советская власть, какой она была. А всё-таки несколько иная, люди надеялись на глобальные реформы в виде возобновления частной собственности и всё такое. Чем всё закончилось на самом деле, всем известно, да. Проблемы из-за того, что были в оккупации и т.д.

А с третьей стороны, я не могу отделаться от мысли, что автор также ненавидит советскую власть, как и нацистов. И постоянно, рефреном повторяется – всё что творили в 41-43 гг. немцы, уже было раньше. И страшно то, что хоть я и понимаю, что этот вывод нельзя назвать безупречно истинным, но есть что-то в нём… что нельзя, к сожалению, никак отделаться от… не только известного 37, но и от того, что было раньше и что было позже. Например, моя семья в 37 не пострадала. Нечего уже было брать в 37 и некого. А вот раскулачиванию подверглись. Моя покойная бабушка нам показывала дом, который принадлежал её деду. Большой такой, основательный, трехэтажный. Дед её до революции закупал технику в Америке и сарафаны у его дочерей были из бархата. Это какие-то крохи, которые я запомнила из бабушкиных рассказов. Ужасно стыдно, что так мало. Помню, что их выгнали из дома просто. Никуда не сослали, слава Богу, просто выгнали в том, в чём они были. Их приютил какой-то родственник, и жили они потом у него чуть не в сенях. А больше негде. Шесть, кажется, человек. В детстве бабушкины рассказы не казались чем-то сверхъестественным. Ну, пришли, ну выгнали из дома. Ну, тяжело. Обидно смотреть на тот дом, который мог бы быть нашим. Могли бы там жить и всё такое. А сейчас в голове не укладывается. Отобрать дом, собственный дом, в котором всё нажито трудом. Дико.

В общем и целом, довольно тяжелое ощущение от книги. История тяжелая, тон, понятное дело, тоже. Надрыв, граничащий с ненавистью. Понятно за что. Понятно, что других чувств у автора и быть не может. Советская власть (про нацистов даже и неприлично говорить), собственно сделала всё, чтобы вызвать именно эти чувства. Ведь не просто так же некоторые люди в начале даже приветствовали немцев. Не просто так были сотрудничавшие с нацистами. Да, можно говорить о том, что всегда и везде есть люди, которые выживают таким способом, но мне почему-то кажется, что если бы всё было бы нормально в советском режиме, если бы не было того голода, который люди, жившие в 40-ые гг. хорошо помнили, всё бы могло быть чуть по-другому. Но история, как известно, не любит сослагательного наклонения.

Но при всем этом также не могу отделаться от мысли, что приравнивать нацистов к коммунистам или коммунистов к нацистам, как это почти делает автор книги, как-то не правильно. Не могу объяснить. Плохо тему знаю, не могу объяснить, но так чувствую.

А ещё у меня на эту книгу наложился «Маятник Фуко», который я параллельно дочитывала и «Список Шиндлера», который недавно пересматривала. Помните, как у Эко герои объясняют, согласно логике их Плана, Холокост? Типа Гитлер искал какой-то знак, намек, именно поэтому евреев тщательно досматривали и раздевали, прежде чем… Понятно, что это не так, но хорошо ложится, если после того, как почитать Эко, смотреть Спилберга и читать Кузнецова. Начинаешь верить в План, ага. Эко был бесконечно прав. Чтобы ты не написал, сколько бы не отрицал существование планов и заговоров, Они все равно найдут свой План и свой Заговор. Особенно если жизнь страшнее. Если объяснить чем-то жестокость, становится уютнее жить. Но нет, нет и нет. Никаких Планов, никаких Заговоров и прочего не было. Была просто одна беспросветная нелогичная жестокость.

Вопрос только один, а научилось ли человечеству чему-то на примере того ужаса? Непонятно. Мне, честно, не очень понятно.

- А ты знаешь, кто такой Бендера?!

• А ты знаешь, что такое иприт?

А помнить надо. Иначе что останется от тех тысяч людей, все преступление которых - национальность?! Только память. Неравноценный обмен на жизни. Несчетное количество жизней, В отношении детей до трех лет - в прямом смысле слова "несчетное". Крошечные ножки, которые не прошли свой путь. Крошечные ручки, которые больше никого не обнимут. Крошечные сердечки, которые не поймут, за что?! и вместит в себя ужас и боль вместо жизни и надежд. Смерть - это страшно. Смерть бессмысленная, незаслуженная, жестокая - это чудовищно. И хотя бы раз в году мы должны помнить. Открываясь навстречу ужасным цифрам, не поддающимся пониманию и осознанию. Хотя бы раз в год нужно испытывать эту боль, плакать эти слезы и задыхаться, задыхаться от того, что ты жив! И небо над тобой мирное! И не вздрагиваешь от громкого стука в дверь. Бабий Яр - теперь я буду помнить и о вас.

Меж тем, отделяя события, описанные в книге, от самой книги как произведения, я могу сказать, что произведение мне не понравилось. У меня сложилось впечатление, что Кузнецов хотел писать не о войне, а о себе! Он сам признался в тенденциозности и сам же себя за нее простил. Я же читала его ненависть, читала его обращения, его призывы и мне было неприятно. С первых строк вступления, в которых он обличал советскую цензуру и намеренно печатал текст разными шрифтами, чтобы показать, какие места заставили вырезать. Представляю, как он был доволен, дописав это вступление, сидя в Лондоне, эдакий плевок яда. И далее, и далее личность автора вызывала все большее отторжение. От моментов, когда он выпускал чужих голубей и продавал гнилые орехи до того как работал на заводе и, объедаясь тыквой, не принес ни тыквенного семечка домой, от момента, как развлечения ради потрошил семейный альбом соседей до того как забыл (!) направить знакомого антиквара к старушке, у которой был мешок старых денег и не было еды.

Конечно, вслед за осуждением,. приходит мысль "а что бы я?…" Ведь кто-то наживался на том, что выдавал спрятавшихся евреев, а кто-то рисковал своей жизнью и прятал. Кто-то становился на сторону новой власти, а кто-то уходил в партизаны. А жить хотели все.

С вашего позволения, отойду от шаблонной рецензии. Тема щекотливая, роман - непростой.

Дневник подростка в аду

Анатолий Кузнецов - советский писатель-невозвращенец, написал документальный роман, основанный (по большей части) на собственных детских воспоминаниях о нацистской оккупации Киева. Кузнецов при этом передает атмосферу оккупации не только через события, но и через бытовые детали, речь, и своеобразную динамику ужаса. В книге - две версии: советская (цензурированная) и полная (эмигрантская).

Больше всего меня поразили читатели-рецензенты. Особенно те, которые ругают роман и, в первую очередь, автора за то, что Кузнецов себе позволил высказывать мнение, с которым они не согласны. С другой стороны, видимо задело, не смогли удержаться, чтобы не похамить автору.

Так, один рецензент приводит два отрывка из книги (советская версия и полная). В них автор передает свои впечатления, как 12-летнего ребенка, который увидел приказ "Все жиды города Киева и его окрестностей...". Советской цензурой было вырезано, как Толя Кузнецов (научившись у деда) ругает евреев последними словами. Тяжело такое читать в нецензурной версии? Да. Неожиданно? Тоже да. Но по мнению читателя получается, что нельзя было автору признавать ошибки, которые он совершил будучи ребенком, и честно об этом написать? Только поэтому автор плохой и ужасный? Ну ок.

В рецензии, совсем свежей, другой читатель вываливает столько говна на голову Кузнецова за его антисоветскую позицию, что я аж обомлел. Особенно мне нравится, когда автор рецензии описывает, как прекрасно жилось Кузнецову в СССР, как обласкала его советская власть. Вероятно сам свечку держал, не иначе.

Хотя судя по использованию таких слов как "буржуазные СМИ", "СМИ капиталистических стран" и ником "Феликс", к читателю у меня вопросов не остается.

Некоторых возмущает, что в названии романа указан Бабий Яр, а ему посвящено очень мало места (так и написано "маркетинговый ход", хоть работу пиши "Анатолий Кузнецов первый советский маркетолог"). Во-первых, места отведено не так уж и мало. А во-вторых, по логике таких рецензентов "Бесов" Достоевского вообще надо сжечь, там же не про бесов! (И не про Конго).

Ладно, оставлю злопыхателей.

Кратко скажу, что роман написан довольно неплохо, подробно задокументирована оккупация Киева и Украины во времена Второй мировой войны. У Кузнецова живой слог, но местами он срывается на излишние эмоции. Да, он бывает несколько предвзят в части своих высказываний, но, как мне кажется, у него и не стоит задача быть объективным.

Важно понимать и помнить, что это, в первую очередь, не научное исследование, а личные переживания. Тем более переживания ребенка 12 лет. Да, возможно, что автор и сам не так уж и прост (Википедия в помощь), но отказывать ему в личной точке зрения, понимая, что ты читаешь роман, а не коллективную монографию, как минимум странно.

Эта книга не для тех, кто ждет отчетность и официальные формулировки. Это голос живого мальчишки из Киева, которому пришлось вырасти за одну ночь. Поэтому если вы ждете исследовательскую работу, сухой голос методички и "счета-фактуры с актом выполненных работ", то вам точно не стоит читать эту книгу.

Прочла эту широко расхваливаемую повесть, повелась на рецензии что люди оказывается читали ее, меняя платочки промокшие от слез, не спали ночами и рыдали в подушки. Не спорю, страшно. Война страшна сама по себе. Но может читали цензурную версию? Потому что бред, который написал Кузнецов между строк, так сказать отсебятину уже взрослого иммигранта, читать не возможно и мерзко. Вот до чего доводит ненависть ко всему что связано с Советским Союзом. Что из этой ненависти выросло можно увидеть сейчас ...

"Госбезопасность СССР спровоцировала немцев на беспощадность. Благо, в беспощадности они были хорошими учениками." Вот и нашел причину Кузнецов в жестокости и бесчеловечности фашистов. Из за этих высказываний уже добавленных взрослым Толиком и мерзко читать эту книгу. Ну как же раньше цензура была а как убежал в лондон так и сразу все ясно-понятно стало.Ага. Одни описания дедуси Толика чего стоят:– "Поздравляю вас! Ну!.. Завтра в Киеве ни одного жида больше не будет. Видно, правду говорят, что это они Крещатик сожгли. Слава тебе. Господи! Хватит, разжирели на нашей крови, заразы. Пусть теперь едут в свою Палестину, хоть немцы с ними справятся. "
Оценивать книгу не стану.

Я, право, не знаю, стоило ли вообще читать эту книгу…

Та картина мира, которая складывалась у меня день за днём на протяжении всей жизни, разрушена почти до основания одной книгой. Я стараюсь критически относиться к любой информации, но моё заболевшее сердце просто не способно понять смертельной бойни, устроенной в Киеве в 1941-1943 гг. Причём, палачами являлись не только фашисты, но и свои – советские люди.

«Бабий Яр» – это документальный роман, основанный на воспоминаниях Анатолия Кузнецова, отрочество которого пришлось как раз на период фашисткой оккупации Киева. Книга подкупает своей искренностью. Мы по себе знаем, что детские воспоминания фрагментарны, неточны, они как вспышки, поэтому через года память выдаёт только самое яркое. Роман Кузнецова целиком и полностью соткан из воспоминаний-вспышек. Автор, конечно, пытался придерживаться хронологии, но так или иначе в нестройное повествование врывалось то одно воспоминание, то второе, то третье… А если задуматься, действительно, монолитное описание событий тех лет имело бы привкус фальши. Произведение представляет собой как раз тот редкий случай, когда зарисовки воспоминаний-вспышек как ничто другое доказывают трагичность, бесчеловечность и ужас происходящего в Бабьем Яре – месте гибели более 100 тыс. человек (хотя, по другим подсчётам, количество убитых доходит до 200 тыс.) в северо-западной части Киева.

Документальный роман поражает буквально с первых строк – с авторского предисловия, в котором Анатолий Кузнецов в далеко нелицеприятном свете выставляет знаменитого советского писателя Бориса Полевого. Дело в том, что Кузнецов в надежде на волну «оттепели» рассчитывал опубликовать роман в первозданном виде – таком, в котором я прочитала его спустя полвека. Но главный редактор журнала «Юность» Б.Н. Полевой настолько сильно подверг рукопись цензуре, что в конечном итоге от ее изначального смысла осталось мало. Да, я понимаю, что писатель Полевой выполнял порученную ему цензорскую работу, но как после этого я могу восхищаться написанным им романом «Повесть о настоящем человеке»?

Роман содержит три части – одна страшнее другой.

В первой части рассказывается о первых днях оккупации Киева, массовых расстрелах евреев в Бабьем Яре, взрывах Крещатика и Киево-Печерской Лавры, при которых погибло множество мирных жителей. Если геноцид – дело рук немецких фашистов, то взрывы культурно-исторических и национальных ценностей, по утверждению Кузнецева, – дело рук исключительно советского руководства.

Вторая часть содержит описание жизни в оккупации, если такое существование вообще можно именовать жизнью. Бесконечные расстрелы мирного населения (как следствие – постоянный страх), страшный голод (как следствие – каннибализм), дикий холод (как следствие – воровство), отсутствие человеческого отношения (как следствие – омертвление души) – лишь малая толика того, что творилось в Киеве в 1941-1943 гг.

В третьей части документального романа повествование идёт об освобождении Украины от гнёта нацистских оккупантов (в том числе боях за Киев), бегстве украинских полицаев, поджогах власовцев. Но не это страшно. Страшно другое: как сначала фашисты пытались скрыть следы своих преступлений в Бабьем Яру (уничтожались путём сжигания тысячи трупов), а позже советская власть намеренно предала забвению событийность тех мест и лет…

На фото: Бабий Яр – место, в котором нашли свою смерть тысячи ни в чём не повинных людей (источник фото здесь)

Часть истории, которую хочется забыть.. но надо знать!
После этой книги вам захочется молчать и стереть те картинки из памяти, что вам нарисовало ваше воображение.. только у текста есть границы, а у воображения нет.. ужасы войны, которые хотели скрыть!

Преступления, совершенные человеком. Есть небольшие главы, посвященные как раз теме совести, и там не только про фашистов, а про советских чиновников, которые кончали в психушке, с алкоголем, в одиночестве и страхе.. наверное, нет смерти ужасней чем ожидание своего Страшного Суда..

Книга жуткая, а написана она по воспоминаниям ребенка того жуткого времени. Автор был свидетелем сам лично всего кошмара, у меня просто волосы становились дыбом на некоторых моментах.. я например не знала, что действия в "Бабьем Яру" пытались скрыть, выкапывали трупы и сжигали чтобы улик не осталось.. Как это?!?! в голове не укладывается...

Читала книгу в полной версии, потому что раньше ее публиковали с кучей вырезок, кстати автор выделяет вырезанные части другим шрифтом (читаешь и сразу понимаешь, почему это не пустили в печать) очень много текста про власть СССР, про обстановку при Сталине.. про то, как жилось тогда людям.. Мой шок в шоке!

А что мы знаем об истории Бабьего Яра?
_____________________________________
Данный роман не является художественным вымыслом. Это роман-документ. Страшная и реальная книга, которая каждой главой влезает в подкорку и не дает уснуть. Маленький Толя уже в 14 лет написал первый вариант этого романа. Писал в толстую самодельная тетрадь все ужасы, которые творились в Бабьем Яру и вокруг него самого. Страшная война пришла в жизни людей, пришли и немцы. Геноцид, истребление евреев и других наций, голод, массовые убийства, страх и чувство несправедливости наполняют эту книгу. Каждая глава преподносит определенное событие, каждая глава не оставляет равнодушным. Я много плакала над данной книгой, отводила глаза от текста и десятки раз бросали читать этот роман. Страшно, очень страшно! Нет ничего страшнее войны.
______________________________________
Данное издание вышло в полной версии, без цензуры. Читала долго, около 4-х месяцев, дозировано. На большее не могла себя заставить. Очень тяжело передать эмоции после прочтения этой книги, это нужно пережить самим. Читать не легко, но оно того стоит, помогает расставить приоритеты по жизни и определиться в ценностях. Читать всем! Советую без исключения.

Ой, тяжко писать. Слишком много негативных эмоций вызвало чтение этой книги.
Ну, наверное, надо начать не с негативного, а с того, что понравилось.
Книга дает свидетельства против многих нынешних идей по поводу того, что уничтожали только евреев, а славянам жилось очень даже хорошо. И против тех, кто ставит знак равенства между гитлеровскими лагерями и сталинскими.
Потому что автор рассказывает, что лежат в Бабьем яру не только евреи. Да, начали с евреев, но потом уничтожали всех подряд. В огромных количествах.
И автор приводит свидетельства тех, кто перенес и сталинские лагеря, и немецкие. И они свидетельствовали:

А у нас сейчас пытаются поставить знак равенства.
И вообще эта книга - страшное свидетельство того, что творилось в Бабьем Яру.
На этом, пожалуй, положительное и заканчивается.

Дальше...

И остается то, что вызвало не могу сказать, что возмущение, какое-то кипение. И начинается оно прям со вступления. О том, как все бежали. Да, бежали, но разве все? Или уже Брестская крепость тоже бежала? И думаю, что не бежала масса людей, о которых даже не знает никто, они просто числятся без вести пропавшими.
И чувствуется, что книга местами (подозреваю именно теми, которые были добавлены уже в полную версию) на потребу западу и "новым веяниям". Про то, что было до революции. Да, он рассказывает то, что ему рассказывал дед. Но думаю, что любому мало-мальски думающему человеку смешно слушать, как крестьянин один работал и содержал свою семью. И никто больше в ней не работал.
Мне рассказывала бабушка. Она родилась в 7 году. Во время революции ей было 10 лет, в то время это был уже достаточно взрослый возраст, она работала на дому практически наравне со взрослыми.
И вот то, что рассказывает она - в корне отличается от того, что рассказывает дед автора. Который, как он описан, кстати, у меня не вызывает никакого сочувствия. Не работник он, а человек, ищущий за чей бы счет поживиться.
У меня прадед был краснодеревщиком. Достаточно известным, ни один зажиточный дом при постройки в округе не обходился без него. То есть он и зимой имел работу. Бабушка рассказывала, что они были ЗАЖИТОЧНЫМИ, у нас была корова!!!! Но какова эта зажиточность? Ничего покупного из одежды, обуви и прочего у них не было. Они себе это позволить не могли. Весной собиралась лебеда, крапива, добавлялась в муку. И зачастую в конце зимы им было очень голодновато. При этом они работали все! В доме оставались дети, причем за маленькими детьми приглядывали дети постарше и одна из взрослых женщин. Все остальные в поле. Зимой - пряли, вязали, ткали, шили и прочее. Я помню, как бабушка покупала иногда пух и сама пряла из него шерсть. А потом вязала варежки, носки нам. И это зажиточная семья!!!!! Работящая!!!! И бабушка, и ее отец считали, что при советской власти стало сытнее и лучше жить. Да, товары многие стало труднее купить, но вовсе не потому что их стало настолько меньше, а потому что намного больше народу стало иметь возможность их купить.
Потом он нам в очередной раз рассказывает, как все те, что был на оккупированной территории считались врагами. Я не спорю, местами это было, но не все и не всегда. У меня отец был как раз на оккупированной территории. Что не помешало ему потом поступить в военное училище, а потом и в военную академию и иметь достаточно высокий секретный допуск.
Больше не буду приводить примеры, которые вызвали мое недовольство, даже не недовольство и возмущение, нет, какое-то чувство гадливости... Но к концу книги, как мне кажется, Я поняла причину этого всего. Мне показалось, что автор - просто сломанный и исковерканный войною ребенок. Не выдержавший все это, так же как и Никулин. Отсюда у них в книгах много общего: не фактов, нет, а эмоциональное что-то. И мне просто стало их жаль. Я не уверена, что сама не сломалась бы во время такой войны потому что практически невозможно перенести такое и не сломаться, и мне стало просто по человечески их жаль.

Книга настолько не понравилась,что мне трудно припомнить книгу, которая вызвала бы во мне столько же отрицательных эмоций. Автор совершенно не умеет писать.
Я решила прочитать этот роман только потому, что он был заявлен в описании как документальный.Но то что касается именно Бабьего Яра то написано о нем очень немного. Документального материала хватило бы на небольшую книгу в 150 страниц.
Создается впечатление, что написанием романа автор пытается заглушить все свои комплексы.С таким же успехом этой книге можно было бы дать любое другое название.Очень много Я через строчку автор Я-Я-Я.
И в СССР не поняли, и в редакции не приняли.Стихи Евтушенко зачем-то приплел.Тут и Пушкин, и церковь, и большевики все в кучу намешано.Только хочется сказать автору если уж Вы взяли на себя смелость и ответственность писать как автор-документалист и разоблачитель, открывающий своим романом глаза юному поколению,то мало вставить в роман выдержки из документов в виде листовок надо РАБОТАТЬ.
Много глав совершенно непонятно зачем написанных про убийство лошади со всеми подробностями. Зачем? Что этим автор хотел сказать? Показать людскую жестокость, так о ней все знают. А описывать просто жестокое обращение с животными под лозунгом ЭТО ВСЁ ПРАВДА.
После прочтения книги остается ощущение, что всю жизнь автор пронес внутри себя ненависть к России и бесконечные комплексы.Никто не верит! Никто кроме меня не скажет Вам правду и т д. Вспоминает по ходу написания романа всё, как говориться "от Адама до Потсдама"
Гордиться тем, что роман издали полностью за рубежом в Лондоне, там мол поняли, а в России побоялись. Так если бы Вы что-то подобное написали о событиях в Англии и позволили бы себе высказывания по поводу Королевы, страны в которой живете, да и еще напутствовали этой ненавистью молодое поколение, не думаю, что подобный роман разрешили бы напечатать.

Такой материал должен описывать, журналист, историк, человек который разбирается в истории, политике. Даже если найдется человек, который будет заниматься восстановлением имен погибших в Бабьем Яру. Ему я искренне скажу СПАСИБО от его действий будет больше пользы чем от этой книги.