Повелитель мух. Шпиль

Эту книгу я незаслуженно долго обходил стороной. Меня отталкивала не только сама тематика (примерный сюжет я знал до этого), но и популярность романа среди некоторых моих знакомых, литературным вкусам которых я не очень доверяю. Но в итоге все мои опасения оказались напрасны, "Повелитель мух" превзошел мои ожидания.

Вещь жестокая, вещь правдивая, вещь поучительная - вот что такое "Повелитель мух". Поначалу я думал, что это будет нечто наподобие "Осиной фабрики" Бэнкса - трэшовая жестокость и сумасшествие, но все оказалось гораздо более приближено к реальности, хоть и написано в форме притчи. Голдинг приподнимает завесу над самой темной сущностью нашей души, которая заложена в нас уже с рождения, и которая только ждет подходящих условий, чтобы вырваться наружу во всей своей неприглядности. В физическом смысла эта первобытная жестокость воплотилась в гниющую свиную голову, насаженную на шест и превратившуюся в "повелителя мух". Поэтому я очень удивился, когда услышал (опять-таки от знакомых) вопрос: "Так кто же все-таки этот повелитель мух?" Думаю, тут мудрить особо не нужно, автор вполне четко показал нам, кто - или что - это такое, а уж символическое значение каждый волен подобрать на свой вкус.

За кажущейся простотой текста и малым объемом скрывается великолепный сюжет и живой язык. Повествование держит в напряжении, читателю все хочется узнать, что же будет с этими героями дальше, но когда дело доходит до этого "дальше", начинает казаться, что лучше бы все осталось по-старому. До самой последней страницы я не знал, что станет с детьми - или уже животными? - которые выбрали себе клич "Зверя бей! Глотку режь! Выпусти кровь!" И почему единственный голос разума в этом хаосе оказалось настолько легко забыть? Потому, что он исходил от толстяка-изгоя в очках? Нет - потому лишь, что дикость у нас в крови. Не зря ведь Ральф в самом конце тоскует "над тем, как темна человеческая душа"...

Что за страшный, дикий зверь таится в каждом человеке?! Он до поры до вермени сидит тихо, но в экстремальной ситуации норовит вырваться наружу. Кому-то лучше удаётся его обуздать, кому-то хуже. И тем сложнее удержать зверя, чем тоньше нить, связывающая нас с цивилизацией, с её законами, правилами, моральными принципами. А если ещё и страх вступает в игру, боязнь за собственную жизнь...страх и слабость делают людей жестокими. И начинается:

Но

Бедные мальчишки. Детство кончилось в одно мгновение. Всё что случилось на острове - сильнейший удар по психике, от которого, наверняка, никто из них до конца не оправится.
Это не дети такие жестокие. Это сущность человеческая. Во взрослыех не меньше жестокости, просто они уже умеют притворятся.
В сложных ситуациях важно и ценно суметь остаться "Ральфом", не опускаться до "Джека".

В Санкт-Петербурге строят 500-метровую башню.
Не знаю, насколько событие это известно за пределами Северной столицы, но здесь, в самом городе оно вызвало страстное обсуждение. После «переноса» места строительства – с почти-центра на почти-окраину (а фонетика названий какая: из Охты в Лахту) - волнения несколько поутихли. Строительство началось, будет ли доведено до конца – большой вопрос.

Что общего у шпиля средневекового собора и небоскреба 21-ого века? Конечно, вряд ли авторам петербургского проекта было видение свыше, и помыслами их руководит явно не ангел-хранитель (а равно и диавол не тревожит), но общие черты, тем не менее, есть. Например, постоянное удорожание проекта… Или техническая сложность, а может быть, и вовсе невозможность, столь высокого сооружения: в одном случае в соборе без фундамента, стоящем у слияния трех рек, в другом – в городе на болоте, да ещё на берегу Финского залива. Но главное сходство заключается в том, что стройки эти никем не поддерживаются: как Джослин одинок в своём стремлении возвести шпиль, что окружающие считают безумством, так и инициаторы строительства небоскреба в Петербурге единомышленников практически не находят. Но это лирическое отступление…

Что же касается книги Голдинга, то в первую очередь нужно сказать, что «Шпиль» - это роман-парабола, иносказание, символическая притча; смыслов здесь заключено множество, и более того, часть из них противоречивы и запутаны. А притча – «всегда лакомый кусочек» для пытливого читателя, умеющего и желающего оценить утонченную литературную игру и принять в ней участие. Очевидно, что шпиль – это символ, но чего? Трактовки могут быть самыми разнообразными, при этом самая распространённая – фрейдистская - представляется наименее удачной, поскольку мало что объясняет, да и в сюжетное повествование «умещается» с трудом. Попробуем предложить своё толкование…

Голдинг много говорил и писал о двойственной природе человека, божественном и демоническом началах, бушующих страстях и противоречиях. В романе «Шпиль» многие страсти слились воедино, но главная из них – страсть творческая, что позволяет рассматривать всё произведение как роман о творчестве.
Творчество – это призвание, и тут возникает очевидная параллель с «профессией» главного героя, тоже призванием.
Творчество, творческое вдохновение имеет божественное происхождение (и образ шпиля явлен настоятелю свыше), но реализуется только силами человека, при взаимодействии личности (внутреннего мира человека) и действительности. В творчестве человек осуществляет свою свободу. А свобода – значит ответственность.
И последнее, результаты творчества, как правило, «переживают» своего создателя. Джослин отдал идее возведения шпиля свою молодость, иллюзию любви к женщине и возможность семейного счастья, здоровье и, наконец, жизнь. А шпиль всё ещё стоит… Такова судьба Творца и созданных им произведений.

Как художественное произведение становится классикой? Когда много позже его создания («Шпиль», напомним, был написан в 1964 году), оно всё ещё остается (или вдруг становится) актуальным и востребованным читателями. Но что делает его именно таким? В случае со «Шпилем» (и творчеством Голдинга в целом) причина актуальности, вероятно, в следующем: писатель заглянул в самые темные уголки своей души, осознал зло, как глубинный недуг своей натуры и откровенно и смело описал его, а человечество видит в его книгах... себя... как в зеркале.

Дальше...

P.S. Немного истории.
Как известно, собором, вдохновившем Голдинга на создание одного из лучших своих произведений, был солсберийский кафедральный собор. Готический собор Девы Марии в английском городе Солсбери, считается чистейшим образцом английской готики. Он был заложен в 1220 году, освящён в 1258 году, ещё через 50 лет были достроены башня и 123-метровый шпиль — самый высокий в Англии.

• А верно, что шпиль собора в Солсбери - самый высокий шпиль в Англии - воздвигнут без настоящего фундамента?
• Верно. Ну, может быть, и не на все сто процентов, но ведь и в книге моей не обязательно изображен собор в Солсбери, правда? Я нарочно сбросил парочку поперечных нефов с собора в Солсбери, чтобы можно было с достоверностью говорить, что это написано не о нём

Роман, в котором дети, как им и положено: выражаются детским языком / обдумывают складывающиеся ситуации соответственно возможностям своего недоразвитого интеллекта / решений принимают крайне мало / с исключительно детской жестокостью равнодушно переживают чужие страхи, чужие слезы, чужие болезни и, более того, свершившуюся на их глазах смерть.
Это вам не Оливер Твист, который, переживая 55-е несчастье, остается кротким благородным мальчиком с чистой душой. И не предприимчивый бездельник Гекльберри Фин с добрым сердцем. Это маленькие исчадия ада, оставшиеся без своих Флегий - взрослых.
Человеческие инстинкты в маленьких телах героев романа еще не способны надежно сдерживаться разумом, ибо разум в них только начал развиваться. И вопрос времени, когда эти инстинкты развернуться во весь баян. И будут такие дети-звери куда страшнее взрослых (предположим, также докатившихся до звериной дикости), так как психика их рушится легче и часто безвозвратно.

Пока читала, невольно представляла этих детей шахматными фигурами политики, проводя аналогию с миром взрослых. Ведь дети и вправду создали на острове свое маленькое государство, в котором есть свои деятели, играющие каждый свою роль:

• Ральф - оратор, глава государства, избранный демократическим путем. Избранный, потому что обладал необходимыми харизмой, обаянием и необъяснимой внутренней силой. Подобно любому обретшему власть, ему приходится постоянно отстаивать ее. И, конечно же, если "главный" не способен решать проблемы (пусть даже неразрешимые), рано или поздно от него станут отворачиваться, и более того, он превратится в мишень для накопившегося негатива.
• Джек и его хор - представители военного сословия. Армия, проще говоря, со своим генералом. Круши, ломай, убивай! - Зверя бей! Глотку режь! Выпусти кровь!

• Хрюша - интеллигенция. Рационалист. Мудр, слаб, слеп. Напоминает, правую руку президента, этакий менеджер-органайзер: всегда напомнит о важном деле и подскажет нужное слово. Предположительно, хорошо знает науку политики, но не обладая необходимой наружностью и решительностью, остается в тени, при случае, оказываясь козлом отпущения.
• Саймон - на мой взгляд, мог бы олицетворять религию (не кровавую расчетливую религию кардиналов, а религию, основанную на искренней вере). Не случайно он боялся внутреннего зверя больше, чем реального. Не случайно именно он единственный видел и "разговаривал" с Повелителем Мух (Вельзевулом), олицетворяющего "демона нецивилизованности". Не случайно он так спокойно воспринял вид полуразложившегося трупа, ибо что бренная плоть для духовника?
• Малыши - конечно, народ, которому только бы пузо набить, пожаловаться, похныкать, а толку от них почти никакого. Масса, проще говоря.
• Эриксэм - перебежчики. Они привыкли вставать на сторону победителя, а не на сторону правды, даже когда знают за кем она. Потому, когда грубая сила захватила власть над островом, они подчинились ей. Отсюда и двоякость их образа (близнецов), - чтобы подчеркнуть их откровенное лицемерие. Я бы определила их в коммерсов.

  Больше всего мне понравилась оконцовочка. А именно: когда дети заплакали офицеры не стали утешать их, как положено поступать с детьми, а вместо этого:

Лучшего способа показать, что после всего пережитого, наши герои уже не могут оставаться детьми, не придумаешь.

Мне страшно...
Эта книга...
Она меня уничтожила...
А теперь мне нужно научиться жить заново, после этой страшной истории...
Нет, не после, а вместе с ней, потому что она навсегда останется у меня в душе...

А ведь все началось с этой рецензии. Довольно оригинальный отзыв, написанный с юмором, который побудил меня к чтению "Повелителя мух". Но когда я перелистнула последнюю страницу, я поняла, что мне абсолютно не важно, как называется это произведение, и есть ли там мухи. Ведь на самом деле, там кроется кое-что посерьезнее. Зверь. Зверь, который притаился в каждом человеке, и лишь ждет удобного случая, чтобы вырваться наружу. И мы все, независимо от нашего возраста и положения в обществе, подвержены влиянию этого зверя. Просто дети слабее, им тяжелее бороться с ним, и поэтому они быстрее сдаются. И неважно как называть его: Дьявол, Повелитель мух, Вельзевул или просто Зверь. Важнее то, что это часть нас, та темная и неизведанная частичка нашей души, и лишь в наших силах сделать все возможное, чтобы сдержать его внутри нас. Остаться человеком несмотря ни на что. Чтобы победил разум Ральф, а дьявол Джек так и остался бы в глубине души...

Книга мне понравилась!

Для меня эта история оказалась очень глубокой и  навеяла много разных мыслей.
Книга написана  простым языком и не все автор прямо раскрывает, он дает возможность  додумать историю по-своему,  и каждый увидит в ней свое.

Во время чтения я многое не понимала, но не могла оторваться от книги. Мне было безумно интересно, что будет дальше с этими мальчишками и чем все это  закончится.

Главные герои истории - дети. Но я часто забывала об этом, потому что некоторые их поступки не укладывались в моей голове, а некоторые вызывали ужас.

Скажу честно - меня не впечатлило. Однозначно ожидала большего. Мне здесь много чего не хватило: и глубины персонажей и глубины атмосферы и нарастания тревожности и какой-то логичности и последовательности сюжетной линии и самое главное - более контрастного противопоставления морали (сложно после Достоевского, становишься ужасно требовательным к контрастам). Местами я терялась где ночь, а где день, т.к. повествование идет слишком быстро. Совсем непонятно сколько времени прошло от одних до других событий. По стилистике мне напомнило "Трудно быть богом".

Хотя в целом мне очень близок взгляд автора на человечество: "факты жизни привели меня к утверждению, что человечество поражено болезнью..."

Роман маленький, читается за один день. В любом случае мое мнение субъективно и что бы у вас сложилось свое, придется прочитать книгу самим.

Думаю такое нашумевшее произведение все знают. Однако. Волею судьбы дети разных возрастов попадают на необитаемый остров.

В начале было... Ну никак. Простите. Однако чем больше автор рассказывал о том, как дети жили/вщаимодействовали, тем больше я была в ужасе. Моё почтение автору, который может так реалистично описать всю жестокость, что поселилась в душах этих детей. Ладно бы взрослые, но дети...

Это произведение лишний раз доказывает, что дети тоже подвержены порокам/отклонениям/жестокости и порой больше, чем взрослые.

Определённо, это произведение будет перечитываться когда-либо в будущем.

Единственный минус для меня был в повторе. На такое маленькое произведение очень много упоминаний имени одного из главных героев, но в связи с таким накалом, простительно.

По самой книге – читалась очень тяжело из-за любви автора к описаниям природы и использования при этом не самой распространенной лексики. Примерно, в один ряд с Джозефом Конрадом его можно поставить по переусложненности текста.

Характеры не особо выразительные. Довольно хорошо прописан Пигги. Остальные - Ральф, Джек, Роджер, Саймон – не вызвали никаких ассоциативных рядов.

Повествование тоже показалось довольно неровным (возможно, субъективно – так как первую часть книги честно пытался продраться сквозь описание бликов на волнах и прочей описательной лабуды, которую крайне не люблю, предпочитая диалоги и действия) – более-менее интересно стало только в последней трети книги.

Фурора книга на меня, конечно, не произвела, но не потому, что я такой умный или думаю, что я такой умный, просто сам поездил в детстве и отрочестве в «детские» лагеря, поэтому хорошо представляю, как быстро любая неконтролируемая извне группа особей мужского пола обрастает иерархией со всеми вытекающими. Вероятно, и женская тоже, просто могу только за свой пол говорить в данном контексте.

Драки, принуждения, побои даже – это реальность таких сообществ. Увы. Так что правдоподобно вполне.
Помню, как сам в 9 лет, попав в первый «детский» лагерь, обтачивал сделанный из толстой проволоки «кинжал» на манер оружия черепашки-ниндзя Рафаэля. Постоянно дрались, причем часто просто по каким-то субъективным «не нравится мне он». Помню даже, как на меня дважды нападал мальчик по кличке «Толстый» в этом первом лагере, оба раза его побил. Причины его нелюбви для меня до сих пор загадка. В школе аналогично – выстраивали иерархию лет с 8-9, наверное – кто кого может побить. Устраивали драки в круге после школы а-ля боксерские поединки. Как раз в период 10-12 лет.

Попали бы на необитаемый остров – вполне вероятно, и поубивали бы друг друга.

Кому можно порекомендовать такое читать – не знаю. Наверное, тем, кто вырос в относительно тепличных условиях. В университете, учась на факультете средней «мажористости», я с удивлением обнаружил, что абсолютное большинство однокашников в такие лагеря не ездили, а на лето командировались к родственникам в другие города или даже другие страны, кого-то отправляли в деревню (в этом случае, наверное, может быть похожая на «детский» лагерь школа при определенных обстоятельствах). Может быть, родителям таких тепличных детей. Не знаю.

По факту – понравилась только финальная часть с открытыми конфликтами – был достигнут определенный накал страстей, драматизм. Сцена разговора мальчика со свиной головой тоже довольно любопытная. Довольно живо – от такого (убийство животного, голова на палке, зной) реально могла поехать и так державшаяся непрочно, крыша. Рой мух, покрывший кишки свиньи, звучащий как бензопила – тоже довольно выразительная картинка.

P.s. Перечитал вышенакатанное и вспомнил довольно важное. Я бы очень хотел, чтобы такую книгу прочитали мои родители в их молодости и меня лет до 13-14 в такие «лагеря» не отправляли. Такие лагеря подходят только для нормальных детей. Впечатлительные дети, особенно, если еще при этом интроверты, могут там повредить себе психику очень сильно. Такой ребенок, как Саймон там легко может помешаться рассудком, над Пигги будут, с высокой долей вероятности, издеваться. Родителям обязательно нужно это читать.