Ciglītis

Роман достаточно динамичен и написан таким образом, что читатель, хочет он того или нет, как будто тоже находится в месте действия всего происходящего в данный момент. Очень реалистично! Затягивает и не отпускает! Атмосферно!

Осторожно! :) Дальше немного спойлеров!

Мне очень понравилось в начале книги описание картин голландской живописи. Наверное, поэтому и конечная развязка происходила именно в Амстердаме. И Донна не могла не "привести" туда своего главного героя, хотя я не понимала, отчего это Борис в свои дела впутывает Тео. Задача Бориса - вернуть то, что забрал! Почему в этом должен участвовать Тео?!
Пиппу тоже не поняла: если вам хорошо вместе, зачем же тогда от этого "хорошо" отказываться?!
А вот отношения Тео с мамой очень понравились! Немного даже позавидовала - у меня не всегда так получается со своим сыном, к сожалению. Но наше с ним посещение "Третьяковки" года 3-4 назад он до сих пор вспоминает...

Буду ли я рекомендовать "Щегол" к чтению другим - да, буду! И сама буду позже читать другие произведения Донны Тартт.
Узнала, что в переводе есть также её послесловие к роману Ч.Портиса "Железная хватка". Заинтересовалась: и книгой, и послесловием от Донны :)

Случилась со мной казусная история: взялась читать эту хваленую книгу, скачала электронную версию, посмотрела: "О, всего 300 с лишним страниц, отлично!" Начала читать. Читалось, честно говоря, с трудом. Нудятина невероятная. Событий на эти 300 страниц было раз-два и обчелся. Ну, думаю, надо все-таки дочитать, раз уж взялась. Книга приближалась к концу, а развязкой и не пахло. Что такое? Остается 5-4-3-2-1 страница, где финал??? И.....ба-бах! Конец ознакомительного фрагмента! Приехали, дорогие товарищи! Это я всё к чему... Надо все-таки готовиться немного к чтению книг. Если бы я знала, что это огромный томина 800-страничный, то бросила бы читать уже после сотой страницы. По мне так это скучно, бездарно, многословно, местами нереалистично. И на это Донна Тартт убила 10 лет своей жизни.
Все это мое субъективное мнение, не претендующее на истину. Книгу, к слову, так и не дочитала.

Картина Фабрициуса, наверное, выросла в цене, если ее вообще оценивают, после выхода в печать романа Д.Тартт. По крайней мере, внимание к нарисованной прикованной птичке повысилось. Так, я приковала щегла на заставку телефона.

В отдельных главах особенно рвало и не только у главного героя Тео, но и у меня.
"Как сказала бы мама" - говорит Тео. Жизнь этого мальчишки не отличалась особым достатком вещей, людей: в какие-то моменты картина выскальзывала из его рук, милая сердцу Пиппа была на расстоянии, и друг выпадал из его жизни. Но все это было временно, а ее, мамы, больше с Тео не было никогда. Он взывает к ней, рыдает о том, что ее больше нет; зажавшись в уголке, недоуменно сморит на мир и не понимает почему ее в "вдруг" не стало. И испытываешь к нему даже не сочувствие, нет. Хочется рядом в уголочек забиться с ним и задать этот вопрос "почему так вдруг?", почему порой жизнь несправедлива с дорогими тебе людьми. И, наверное, даже получив ответ, легче не станет, потому что не вернуть уже ушедшего.
Потеряв, человек не знает, что он обретет в последствии. Тео поплатился бесценным, любимым человеком, и его жизнь пошла невообразмым путем. "Щегла" могло и не быть. Тео был бы совсем другим мальчиком, будь его мама жива. И я не знаю, что лучше.

Донна Тартт узнаваема с первых страниц и по ходу сюжета подмечаешь детали, которые были примечены еще в "Тайной истории". В самой первой главе она дает посыл к последним страницам, что, закончив чтение, хочется вернуться в начало и посмотреть на ту же ситуацию уже взглядом знающего человека. Хитруша Тартт написала круговой роман.
И она снова обманывает читателя. Читаешь и веришь ей, как наивная дурочка, а Донна, без тени сожаления, обманывает и своих героев и тебя, преданного читателя.

Что мне особенно нравится в ее творчестве так это то, что она умеет совместить, казалось бы, несовместимые вещи: ее герои рьяно любят искусство или питают нежные чувства к философии, но при этом могут быть законченными моральными уродами, ругаться матом и баловаться наркотой, попивая при этом крепкие напитки. Восхваление прекрасного из уст отнюдь не совсем приятных личностей. И, что самое интересное, именно эта любовь к прекрасному не дает окончательно опуститься ее героям, она же и толкает их на преступные поступки. Этот контраст наблюдается и в мелочах: мальчишка ворует в магазине продукты, ширяется кислотой и кокаином, и в это же время слушает Шостаковича.

Так получилось, что эту книгу я хранила до нескольких выходных, чтобы открыть ее и прочесть целиком, не прерываясь особо. Она пришла ко мне из интернет-магазина еще в начале июня сего года. Планы были на 12 июня. Но не срослось. Она простояла на полке до ноябрьского праздника. Имея дополнительный выходной , я решила - вот оно то самое время для нее, успею как раз. И... не успела. Не потому, что книга слишком большая и я медленно читаю (хотя и поэтому, наверное, тоже), а потому, что не пошло. Я находила себе какие-то другие дела, окромя чтения "Щегла". В итоге, я затянулась с ним на парочку недель. А хотелось на парочку дней. Я жаждала упоенного чтения и не получила его. Я прочла "Щегла" не так, как хотела, не так, как "Тайную историю". Хотя по сюжету, птичья книга интереснее, чем роман о шестерке студентов-философов. Время для прочтения в моем случае оказалось не тем самым. Может, позже пойду на круг, чтобы уж совсем "разорвало кукушечку".

С "Щеглом" у меня сложились очень нестабильные отношения. Временами подступал книжный запой - невозможно отложить книгу и лечь спать, хотя на часах уже 3, за окном непроглядная чернильная темнота и глаза полузакрываются сами собой. Иногда же - как-то спокойно и почти легко проходили целые дни и даже недели без этой книги. Справедливости ради стоит отметить, что все больше "отпускало" меня ближе к концу повествования. Наверное, маленький Тео вызвал у меня как-то больше душевного участия, чем Теодор Декер, хотя разница между ними, откровенно признаться, не разительно велика.

Главная мысль, которая появилась достаточно быстро и потом шепотком выползала из-за левого плеча на сюжетных поворотах, была вопросом: встречу ли я в книге такую удивительную и редкую птицу, как хороший отец? Как-то так сложилось, что все "хорошие родители" по ходу сюжета единокровными родителями совсем не являлись, и при этом у каждого из основных действующих персонажей что ни папочка, то песня с подвываниями - на разные лады, надо сказать, потому что у каждого отца при этом своя сочная "фишечка". Невольно, как у человека занудствующего, у меня родилось желание почитать, а что у самой Тартт с родителями в целом и конкретно с отцом, неужели такое настойчивое очернение всех отеческих персонажей - лишь случайность или дань стилю.

А в целом впечатление приятное и, что радует, необременительное. Для меня "Щегол" стал просто хорошей книгой, чтобы немного отойти от рабочей реальности, отдохнуть и не получить молотком по голове где-то по ходу книги или в конце. Просто как будто подсматриваешь в замочную скважину за чужой, не такой уж и удивительной жизнью, но другой - и в этом твой отдых и твой выход. Единственной мыслью, которую захотелось посмаковать, были не рассуждения Теодора в конце, ни "озарения" или что-то другое. Это была простая фраза Бориса, смысл которой в общем сводился к тому, что мы можем сами не понимать, к чему нам все эти трудности, трагедии и боль, а потом оказывается, что они все имеют свою, пусть и совсем неочевидную цель. И, в конечном итоге, все к лучшему. Не всегда это "к лучшему" касается отдельного человека, но для мира в целом - кажется, что так.

«Господи! Да это же ювелирная работа» - нечто подобное выкрикнула я, перевернув последнюю страницу романа. Сегодня, как никогда раньше, я сожалею о том, что у меня нет дара писательского мастерства, чтобы в полном объеме, на бумаге, выразить свои эмоции, чувства, и поделится с вами своими переживаниями.

Одно я могу сказать точно, что «Щегол» - один, из тех немногих современных романов, который способный разбудить и раззадорить интерес даже самого нетрудолюбивого читателя! Перед нами книга, обладающая явным магнетизмом, от которой сложно оторваться, она не просто увлекательна своим сюжет, она к тому же еще и многогранна, благодаря чему и способна удержать в поле зрения читателя довольно долго, даже после прочтения. С первых страниц приходит понимание, что история главного героя (13-летнего Тео) будет наполнена трагизмом и потерями, испытаниями силы духа и воли, борьбы за собственные интересы и умением противостоять жизненным соблазнам. И здесь автору, стоит отдать должное, и, не скупясь на щедрые слова поблагодарить за то, что искренность, глубина чувств, внешние и внутренние переживания героев были переданы почти с точностью ювелирного мастера, в руках которого, кусок драгоценного материала превращается в красивую, изысканную и дорогую вещь. Именно такой эффект производит книга.

Помимо чувственной сферы, читатель может неожиданно для себя сделать открытие, что ему, как и героям романа, также есть дело до искусства. Мало по малу, и он, начинает проявлять интерес к картине, написанной более трехсот лет назад, той самой, которая бесследно исчезла из художественной галереи во время развернувшейся катастрофы, но чудесным образом оказавшиеся в руках Тео. «Щегол» - маленькая, на первый взгляд ничем не примечательная картина постепенно распахивает свое необычайное величие, гармонию красок и оттенков, скрывая собственную тайну, но тем самым, давая возможность самостоятельно отыскать в ней свой собственный смысл. А пребывание в антикварной лавке, работая бок о бок с талантливым и добродушным Хобби, читатель, как и сам Тео, неустанно предается любованием и восторгам теми старинными вещами, которые окружают его здесь отовсюду.

Дружба и любовь также присутствуют здесь. Борис и Тео, два наполовину осиротевших мальчика, брошенные и забытые отцами, продолжают вести борьбу за выживание. И нет ничего предрассудительного в том, что избранный ими путь – алкоголь, наркотики, мелкое воровство, стали единственной дорогой, идя по которой можно было укрыться от боли, скорби и гнева, съедаемые их изнутри своей беспросветной темной силой. Возможно, это и побудило однажды Бориса на поступок, в глазах Тео, который, несомненно, носил предательский характер. И только спустя много лет Тео понял, что его роль хранителя бесценного скарба, была мнимо – иллюзорной, что на самом деле то, что он старался сберечь как память о том зловещем дне, о маме, о старике Велти, уже давно не принадлежит ему, а странствует по миру, переходя из рук в руки, играя роль лишь простой вещи, и стала предметом коррумпированных сделок. Она, его картина, его «Щегол», единственная нить, благодаря которой он продолжает двигаться вперед. Именно обладание ею придавало сил, делало его жизнь не такой бесполезной и ничтожной как казалось, а иногда даже особенной. И вот теперь ее нет. Сознание того, что она утеряна для него навсегда мучительно ранило, разрывало сердце и душу. Опустошенный и потерявший всякое обладание над собой, он почти в отчаянии принимает предложение Бориса вернуть «Щегла», дав себе и ему возможность еще один шанс – вернуть жизни смысл, а дружбе былую верность.

А что до Любви? – спросите вы. К сожалению, ей выпало мало шансов стать счастливой, она скорее носит характер безмолвия и тишины. Ее роль ограничена болью страданий и постоянных потерь тех, кому могла принадлежать не один десяток лет. Прерывистость и безответность сделали ее бессильной, лишили полномочий движущей силы. Она стала недосягаемым чувством, не смотря на все попытки Тео возобновить ее вновь. Пиппа и Тео - этот союз имел много шансов, но в одинаковой степени, искалеченные и надорванные души вдруг поняли, что будь они вместе, их сосуществование, стало бы губительным, ведь что могли они предложить друг другу? Смогли бы найти утешение друг в друге? - «Только все так непросто, и она думает не только о себе, но и обо мне, потому что мы с ней оба прошли через одно и то же, я и она, мы с ней так похожи – слишком похожи. И потому что нас с ней обоих так страшно изувечило в таком юном возрасте, так жестоко, так неисправимо, что многим людям этого и не понять даже, не… рискованно ли это? Не стоит ли подумать о самосохранении? Двум нестабильным, жаждущим смерти людям придется ведь частенько обращаться к партнеру за поддержкой… никто не говорит, конечно, что у нее сейчас все плохо, у нее все хорошо, но для каждого из нас все может в один миг перемениться, ведь верно? задний ход, стремительный полет вниз, вот ведь в чем опасность… и раз уж наши с ней слабости и недостатки были так схожи, может ведь так случиться, что один из нас и второго моментально утянет за собой на дно?»…

Призрачная иллюзорность исчезла, расставив все по местам, оставив то немногое от себя единственно уцелевшей надежде: «я надеюсь, что в этом сокрыта какая-то высшая истина о страданиях, по меньшей мере в моем понимании – хотя я давно понял, что для меня важны только те истины, которых я не понимаю и не смогу понять».

Примерно таким мыслям Тео предавался, заканчивая писать свою историю…

А мне хочется добавить еще одну, немаловажную деталь… У «Щегла» есть удивительная способность, - замедлять сумасшедший ритм жизни, запускать внутри нас механизм торможения с единственной целью, хоть на миг остановится и подумать о вечных и непреходящих ценностях.

Это самый необычный литературный опыт, который у меня когда-нибудь только бывал с художественной современной литературой. Я купил книгу на развале, потому что она была в два раза дешевле по стоимости, чем в магазине. Потом одна женщина блоггер ( библиотекарь)- очень милая дама по имени Тамара предложила одновременно читать книгу и снять каждый свое видео- рецензию. И наконец книга получила Пулитцеровскую премию в 2014 году и претендует на звание со временной классики. Короче, я загорелся.

Впечатление вышло неоднозначное. С одной стороны отменный язык переводчика ( или может быть автора), с другой стороны вяло текущее и очень одинокое повествование от первых страниц и до 800 . До конца тобишь. С одной стороны ненормативная лексика, с другой ее не так много и текст она в отличие от творчества Буковского не портит. И опять же весь мат открывает полностью многослойный отрицательный образ русского украинца Бориса. Достоевский, наркотики, мат. Многоликий персонаж сильно воздействует на главного героя и соответственно плохо и аморально.
Главный плюс книги - это поднятая тема беспризорников и реалий сегодняшнего американского общества. Отменная идея , Тарт написать книгу объемом 800 страниц и поместить в нее все проблемы и свои жизненные наблюдения. С другой, на мой взгляд, пережали и не слегка по дипресивности и насыщенности драмы судеб всех жизней героев. Но тогда не было бы Пулицеровской премии. Так хотелось в финале помочь ей справиться с ее одиночеством. Но увы...

Книгу прочесть всячески и каждому рекомендую, но строго-настрого одиночестве ...

Эта книга тянула меня и поддерживала в очень непростой период в жизни. Да-да, несмотря на то, сколько в ней наркотиков, боли и чернухи. Зато она может переключить тебя, когда со строк другой книжки глаза будут соскальзывать будто эти строки скользкие.

Моя мама любила говорить: первое прочтение – это второе прочтение. Поэтому я не буду оценивать отдельные моменты в этой книге. Скажу лишь, что она дает возможность нырнуть в чужую душу, чужую шкуру. Прикоснуться к событиям будто бы изнутри. Идти вместе с героем. Взрослеть. Ошибаться. Пробовать.

Не совру, если скажу, что периодически хотелось от героя отдернуться. Но осуждать и судить не хотелось. Я думаю, мое первое прочтение - второе которое -  у меня еще впереди. Мне интересно, что еще запрятала автор в эту книгу.

Книга может нравиться, может не нравиться - но она очень сильная.

«Щегол» - третий роман американской писательницы Донны Тартт, за который она получила Пулитцеровскую премию. И, как нам кажется, абсолютно заслуженно.

Юный Тео стал жертвой теракта, в результате которого погибла его мать, а он сам стал "счастливым обладателем" картины Карела Фабрициуса «Щегол». Эти события разделили жизнь героя на «до» и «после», тогда Тео еще не понимал, чем обернется для него кража произведения искусства и какое место эта картина займет в его жизни.

Повествование ведется от первого лица, глазами Тео мы знакомимся с окружающей его обстановкой и воспринимаем героев через призму его эмоций и чувств к этим людям. Благодаря Тео мы проникаемся теплыми чувствами к Борису и ненавидим папашу Декера, привязываемся к Хоби и влюбляемся в Пиппу. Однако, как отметили участники нашего клуба, автор не дает оценки поступкам героев, не делит их на плохих и хороших, ясно давая понять, что все куда сложнее и глубже. Нет черного или белого, плохого или хорошего. Такой подход оставляет простор для собственных размышлений, выводов.

Роман изобилует описаниями, особенно подробно показаны события первой части, из-за чего книга может показаться затянутой, нудной, неинтересной. Однако ребята сошлись на том, что все эти подробные описания вполне уместны, поскольку позволяют читателю погрузиться в атмосферу того места, где происходит событие, позволяют прожить эмоции, чувства, переживания героев. Какой бы темы мы ни коснулись - алкоголь, наркотики, психология человека с посттравматическим синдромом, что есть искусство и какое его место в жизни человека, взаимоотношения внутри семьи, система образования, пропасть между богатыми и бедными - все они тщательно, детально проработаны автором, что вызывает восхищение.

В целом у литклубовцев остались хорошие впечатления о книге. Многих зацепила атмосфера рождественского Амстердама и Нью-Йорка, теплые взаимоотношения Тео с матерью, приключения Тео с Борисом в Вегасе. Обсуждая на встречах свои впечатления и мысли от прочитанного, ребята открывали для себя одни и те же сцены с новых сторон, находили в них иные смыслы, скрытые символы и отсылки.

В романе Донны Тартт можно найти что-то от Достоевского, что-то от Набокова, что-то от Диккенса и Стивенсона, а уж сколько в «Щегле» параллелей с «Гарри Поттером»! Мы уверены, что каждый сможет найти что-то для себя, и пусть объем не становится преградой в знакомстве с этим произведением!