Straight Man

Слишком мало знаю про Руссо, но такая детальная проработка характера главного героя Хэнка Деверо вызывает вопросы об автобиографичности. Ну или Руссо действительно большой мастер создания уникальных и полноценных литературных образов. В повествование вливаешься очень легко и сразу становишься как будто наблюдателем из реальной жизни, ощущения художественности и вымышленности написанного практически не чувствуется.

Сюжет строиться вокруг Хэнка, его родителей, его семьи, родственников его родственников, его знакомых и коллег. Последние представляют собой весьма разнообразную группу людей, который больше всего достается от оригинальности мышления и поведения Деверо младшего. Удивительно, но при всем при этом у книги даже есть сюжет - жена Хэнка уезжает в командировку и надеется, что её взрослый и местами уважаемый (все таки заведующий кафедры Английской литературы!) сможет не влипнуть без её чуткого присмотра в какую-нибудь передрягу. И вы уже возможно догадаетесь что произошло дальше...

Мне книга очень хорошо попала в настроение, к тому же я люблю биографичный книги с оригинальным повествованием, но не берусь сказать, что данная книга всем понравиться. Ещё её успех в моих глазах столь велик отчасти в том, что я себя примерно таким бы и представлял лет через 15 жизни, если бы не решил забросить диссертацию и уйти с научной стези.

И в таком духе написана вся книга. Юмор не плохой, но местами казался притянутым. Вообще с историей были некоторые трудности. Нас сразу кидают в гущу событий (а именно разбитием носа главного героия, причем не актом а последствием) и понемногу рассказывают о самих героях. Но за всю книгу я так к ним и не прикипела. Да, меня смешили некоторые ситуации, диалоги, но в целом история ничем не зацепила. Это словно нам дали неделю из жизни героя, которого мы заранее должны были знать, или полюбить. Ну или будь нам интересен автор и это была его автобиографическая книга. А так... При всем этом не скажу что книга плохая. Она для меня никакая. Ну или слишком личная, если автор все-таки писал о себе и своем опыте в преподавании. Но тогда это история для его коллег, родных и близких. Мне же как читателю тут словно не нашлось места. Словно все написанное нужно лишь для того чтоб автор через проблемы и решения этих проблем попытался разобраться в себе. В общем и в целом не моя исторя.

О проблемах нашего, постсоветского, высшего образования мы наслышаны: низкий уровень школьной подготовки студентов, недостаток финансирования, отток преподавателей... Казалось бы, не зря сильные мира сего отправляют своих отпрысков учиться за границу. Однако, как оказывается, и там все не так гладко. Конечно, речь идет не о престижных университетах "Лиги плюща" и близких к ней по рейтингу, а о маленьких провинциальных университетах "третьей сотни". Об одном из таких университетов и рассказывает роман Ричарда Руссо.

Итак, вымышленный город Рэйлтон в штате Пенсильвания, вымышленный Западно-Центральный Пенсильванский университет, гуманитарный факультет и на нем кафедра английского языка с его временным заведующим Уильямом Генри Деверо Младшим. Младшим - потому что был еще Старший, отец Хэнка, сорок лет назад получивший сразу два выгодных предложения... и испарившийся в направлении выгодного университета в компании выгодно отличавшейся от жены молодой студентки. Он тоже появится на страницах романа, но вовсе не как Главный Герой.

Как это часто бывает и в наших университетах, к концу очередного семестра (по большому счету, к концу каждого семестра) в учебном заведении начинается привычная суета, связанная с урезанием бюджета. В описываемом году эта суета приняла какой-то неприличный размах... и это и составило сюжет.

В общем-то, это даже не сюжет, а последовательность событий, уложившихся в единственную неделю из жизни Уильяма Генри Деверо Младшего. Его жена Лили как раз в это время уехала на собеседование в Филадельфию (а это в тех же восточных краях Штатов), опасаясь, что ее беспечный муженек в ее отсутствие вляпается в какие-нибудь немыслимые передряги. И - он не обманул ее ожиданий. Он вляпался во все и сразу.

Чего нет в наших университетах - так это понятия "постоянной позиции". Ну, точнее, они все у нас постоянные, то есть у преподавателей нет контрактов, заранее оговаривающих срок их работы. Работает да и работает, у нас все "на постоянной основе". В Америке получить постоянную позицию - это значит состояться, получить признание. Но хорошо, если эта постоянная позиция где-нибудь в Гарварде или Кембридже. А если в затрапезном третьеразрядном университете в затерянной в лесу дыре? По сути, это означает конец карьеры. И хорошо, если герой осознает эту остановку.

Мы не желаем хоть на миг признать, что будь мы в самом деле созданы для большего, мы бы это большее осуществили.

Но, с другой стороны, это стабильность и уверенность в завтрашнем дне. Поэтому расставаться даже с такой вот сомнительной выгодой никто из преподавателей не спешит. А тут угроза сокращения (тоже знакомо!) и связанные с ней разборки...

И опять же, это тоже не сюжет и не суть романа. А суть - в тех самых нелепых ситуациях, в какие попадает наш герой за одну несчастную неделю. Чтобы не быть обвиненной в рассекречивании сюжета, приведу кусочек аннотации:

Рассвирепевший коллега разобьет ему нос, аспирантка попытается его соблазнить, по местному ТВ его обвинят в казни гуся, родной отец прибудет с желанием примириться навсегда, а некоторые функции организма вдруг объявят забастовку. Печальный и смешной роман про академических неудачников.

Людям, далеким от науки и образования, роман может показаться скучноватым (за что я честно одну звездочку скинула). Но мне он показался таким понятным, а ситуации такими узнаваемыми, как будто речь шла о каком-нибудь нашем университете. Аннотация называет Хэнка "анархистом", но он скорее хохмач, который не может удержаться, чтобы не ввернуть что-то, что сделает положение еще более нелепым. Зачем? Может, у него "кризис среднего возраста", а может, он такой по натуре...

Что мне больше всего понравилось - так это меткие наблюдения на самые разные темы. Например, о детях, родителях и проблемах воспитания.

И мама, и отец всегда были чрезвычайно отстраненными родителями. В детстве они время от времени проверяли меня, словно желая убедиться, что стандартная заводская комплектация не нарушена, после чего возвращались к своей беседе.

Как вам формулировка - стандартная заводская комплектация - применительно к частям тела собственного ребенка? Но это были родители, которые хотя бы не спорили по поводу воспитания. А если папа говорит одно, а мама другое? Как тут быть?

Пожалуй, дочери выжили, поскольку бодро игнорировали и меня, и Лили, а не пытались свести воедино противоречивые родительские указания.

Игноранс! - лучший способ привести родительские методы к общему знаменателю.

А если детей слишком много "по религиозным убеждениям"? И новые дети, уже никому не нужные и никому не приносящие радость, рождаются и рождаются? Мне понравился аргумент, заставивший даже ревностную католичку прекратить эти эксперименты:

Семейный врач предупредил миссис Квигли, что новая беременность поставит под угрозу ее жизнь, однако она и думать не хотела о каких-либо средствах контроля рождаемости, пока молодой приходской священник, недавно прибывший в Рэйлтон, не поговорил с ней с глазу на глаз и не убедил ее в том, что она свой долг выполнила и большего Бог не требует.

"Миссия выполнена, Бог доволен" - и все прекратилось. Умно!

Не обошлось и без взаимоотношений мужчин и женщин.

Нет ничего таинственного в женских желаниях, – возразил Тони. – Они хотят всего. В точности как мы. Интереснее другое: чем они удовлетворятся. А еще интереснее то, что зачастую они удовлетворяются мной.

Елки-палки, не это ли происходит на каждом шагу?! Вроде мечтаешь... ну, пусть не о принце, но хоть о каком-то умном-красивом-обаятельном... а тут бах! - и как в том анекдоте: тащишь домой тощего блохастого котенка... А он потом с гордостью рассказывает: "а ведь она легко удовлетворилась мной..." А потом - брак. То же ведь сомнительное предприятие...

Для брака убедительных причин не существует, – возразил Джейкоб. – Брак – то, на что ты решаешься вопреки убедительным причинам.

Бывало ли у вас такое, что какая-то еда вызывает у вас неприязнь... непонятно почему? Руссо называет это "теоретическими возражениями":

Студень оказался похож на большую часть еды, вызывающей теоретические возражения, то есть оказался вкуснее, чем думалось.

Я приняла эту формулировку на вооружение.

Еще про детей. Одна девушка не нашла себя и не знала, куда ей податься:

Она лишь несчастна, сбита с толку, никак не поймет, как «быть кем-то» в этом мире. И поскольку не знает, чего желать, хочет всего подряд.

"Хотеть всего подряд" - а ведь это диагноз, определяющий отсутствие истинных целей... Другой девушке повезло больше: она знала.

Не то чтобы я хотела быть злой, – она пожала плечами, – но у меня это хорошо получается. Папа говорит, надо делать то, что у тебя хорошо получается.

Вообще-то сомнительный совет. А если хорошо получается, например, убивать?..

Можно было бы нагрузить сюда еще много разных интересных мыслей, заставляющих включиться собственную голову - и согласиться или поспорить. Но, надеюсь, я достаточно заинтересовала потенциального читателя, чтобы он не поленился и поискал в этой немаленькой книге (издательство Фантом Пресс в издании 2020 года поместило ее на 528 страницах!) собственные изюминки. Очень рекомендую!

Ну что сказать о книге? Она забавная, довольно жизненная, но очень... повседневная. Аж до приторности. Если кто-то проникается главным гером, то у меня почему-то сделать это не вышло. Он именно что самый обычный человек, со своими тараками в голове, а я ещё не вышла из того возраста, когда читать про обычных героев как-то скучно.

Хотя это вторая книга за неделю, где главный герой без особых сюрпризов, разве что с мозговыми тараканами ((тут совершенно беспочвенная ревность, что жена ему изменяет) и то ли любовь, то ли нет к коллеге), а вот второстепенные персонажи обладают настолько яркими и интересными образами, что затмевают главного героя. Но тут это, наверное, так и должно работать и работает. Другое дело, что книга про жизнь, про повседневность и интересная обложка, привлёкшая меня, не сильно оправдывая содержание.

Книга интересная, но, увы, не моя. А ещё тут очень много чисто американского юмора и специфической туалетной темы. Что ж, терпите.

На первый взгляд, произведение может показаться скучным, так как порой сюжет достаточно размеренный. Правда комичные и гротескные ситуации, в которые попадает герой, очень его оживляют, заставляя смеяться, когда представляешь себе, например, как серьезный преподаватель ползает под потолком, и пытается сделать все, чтобы его не «спалили», дабы не опозориться из-за мокрых штанов. Ведь на рабочем месте из-за проблем со здоровьем, произошло непроизвольное мочеиспускание. Если же вообще говорить о стиле автора и его подаче материала, то скажу, что вначале я не вникла и откровенно скучала, но по мере того, как я вчитывалась, проникаясь жизнью Хэнка, и все это переплелось с тонким юмором и сатирой, то мне все больше и больше нравилось.

В итоге у автора здорово получилось передать ту атмосферу преподавательского кампуса колледжа, с его разборками и конкуренцией среди преподавателей-интеллигентов, а также проблемы, надуманные и нет, мужчины, находящего в кризисе среднего возраста. И еще... взяв в руки книгу, мне было крайне любопытно, почему же на ней размещен гусь, да еще в очках. Прочитав роман, я получила ответ на этот вопрос. Обложка очень тонко и с иронией отображает все то, что происходит на страницах этого произведения. Мне понравилось. Оценка 5-

- О чём более вероятно написать хорошую прозу - о воздухе, которым мы дышим, или о носе, которым мы вдыхаем этот воздух?

После этой книги я укрепился во мнении, что Руссо - мой писатель, и у него просто не может быть проходных произведений. Виртуозно написанный (и переведённый) остроумный роман о куске жизни (даже в целом небольшом) профессора пенсильванского университета Уильяма Деверо-младшего, завкафедры английской литературы. Персонажа, который стал бы просто прекрасным объектом для изучения каким-нибудь психологом или психотерапевтом.

Больше иронии и юмора, чем в "Эмпайр Фоллз". Главный герой совершенно иного склада уже, нежели Майлз (последний мне даже ближе). Хочется сказать банальность, что Руссо через иронию и смех открывает для читателя печальные стороны жизни своего главного героя, но... на самом-то деле не так уж всё и печально. Да и в конце сам Деверо-младший по пунктам перечисляет ЧТО у него в жизни по-настоящему хорошего. Хотя, если всё хорошо, зачем тебе этот список?

Тем не менее, не увидел я здесь слёз сквозь смех. Да, он очень сложный человек, который глубоко прячет свои настоящие мысли и естество (постоянные шутки и ирония для него возможно маска), но не несчастный. С другой стороны, не случайно автор несколько раз упоминает самоубийцу Уильяма Черри и случай из детства, когда мать обнаружила Уильяма в подвале с верёвкой.

Для Деверо-младшего издание собственной книги много лет назад стало, с одной стороны, огромным успехом и толчком вперёд, с другой, именно это позволило ему окончательно осесть в этом городке Рэйлтон, о чём к 50 годам он уже успел пожалеть. Но не он один такой застрявший. Все персонажи книги, которые работают с ним в университете, пали жертвой той же участи. Академическая среда изображена ну очень интересно, попадаются в ней занимательные персонажи.

Этот трогательный, смешной, умный, откровенный роман мне очень полюбился, но при этом осознаю, что может быть не до конца его понимаю, мягко говоря, далеко не до самых глубин (чего себе врать?). Тем больше поводов когда-то вернуться к нему.

Мы не ошибемся, если скажем, что современная американская словесность делится на два магистральных потока. Один, продолжая традицию Фолкнера и Пинчона, стремится ухватить нерв истории, препарировать национальные мифы и запечатлеть тектонические разломы эпохи. Другой же, идущий от Шервуда Андерсона и Джона Стейнбека, обращает свой микроскоп на жизнь «незаметных» людей в захолустных городках, находя в частных судьбах отражение универсальных человеческих трагедий. Именно ко второму направлению принадлежит Ричард Руссо — тихий летописец «ржавого пояса» Америки, увенчанный Пулитцеровской премией прозаик, чей талант заключается в виртуозной способности конструировать целые вселенные из пыли, снега и горького юмора. Руссо виртуозно балансирует на грани комедии и мелодрамы, создавая произведения, где юмор служит не развлечению, а защите от экзистенциальной пустоты. Его роман «Непосредственный человек» («The Straight Man», 1997) является квинтэссенцией этого дара, перенося действие в микрокосм академической среды, которую автор знал изнутри, долгие годы преподавая литературу. Это своего рода ироническая исповедь, исследующая тему мужского кризиса идентичности на фоне абсурда институциональной рутины.

Предметом романа становится несколько недель из жизни Уильяма Генри Дивейна по прозвищу Хэнк, пятидесятилетнего заведующего кафедрой английского языка в провинциальном университете Уэст-Сентрал Пенсильвании. Сюжет приводится в движение бюджетным кризисом, угрожающим массовыми увольнениями, и Хэнк, неохотно исполняющий административные обязанности, оказывается между молотом циничной деканатской бюрократии и наковальней ожиданий своих коллег-преподавателей, чьи характеры напоминают героев трагифарса. Параллельно развивается личная драма героя: его брак с женой Лили переживает стадию охлаждения, его терзают призраки прошлого в лице знаменитой матери-писательницы и умершего отца, а собственная творческая нереализованность гложет его изнутри. Это история о попытке сохранить достоинство и чувство юмора в ситуации, когда мир настойчиво предлагает тебе роль циника или неудачника.

Сквозь призму трагикомических перипетий Руссо проводит идею о том, что подлинная человечность и целостность обретаются не в громких победах, а в умении сохранять верность себе посреди хаоса. Посыл автора заключается в реабилитации обыденности: именно в мелких, порой нелепых поступках, в готовности к компромиссу, но не к предательству своих принципов, и проявляется характер. Хэнк Дивейн, при всей своей саркастичности, оказывается моральным центром повествования, человеком, который, вопреки всему, пытается поступить правильно, пусть и неуклюже. Руссо словно говорит, что быть «непосредственным» — не значит быть простым; это значит нести в себе стержень честности, даже когда приходится надевать маску клоуна, чтобы скрыть уязвимость.

В комедийном дуэте «straight man» — серьёзный партнёр, который своими рациональными репликами создаёт контекст для шуток клоуна. Хэнк именно так воспринимает свою роль в университетском театре абсурда: он вынужден быть трезвым голосом разума среди чудаков и карьеристов. Однако, второе значение — «честный, прямой человек» — отражает его внутреннюю борьбу за аутентичность в мире, полном условностей и лицемерия.

«Непосредственный человек» — произведение, в котором фирменный руссовский трагикомизм достигает высокой концентрации. К его несомненным достоинствам относятся блестяще прописанный, сложный и обаятельный главный герой, остроумные диалоги и точное, почти документальное изображение академической «кухни». О недостатках: прежде всего, это некоторая затянутость средней части, где вереница второстепенных персонажей и их проблем иногда рассеивает внимание читателя, а также ощущение, что сатирическая составляющая в итоге перевешивает глубину психологического анализа, намеченную в начале. Тем не менее, это органичная и важная часть творчества Руссо, идеально иллюстрирующая его главную тему: поиск смысла и честности в самом, казалось бы, неподходящем для этого месте — в комедии ошибок под названием «обычная жизнь»

На обложке романа гусь в очках. В первую очередь потому, что главный герой - тот еще гусь.
Злит этот чувак неимоверно. Специалист по пассивной агрессии и интриган со стажем, хотя, казалось бы... Его хата всегда с краю. Не люблю таких скользких типов.
Но, как ни странно, к середине книги проникаешься обаянием этого долбодятла. Это не мое определение, так прозвал его коллега. Птичьей символики в романе предостаточно: гуси, утки, долдбо... зачеркнуто... дятлы, только чайки нет. А должна бы, учитывая, что в последней сцене выстрелило ружье. Чеховскую требовательность к ладной композиции Ричард Руссо явно усвоил, и "Непосредственныйчеловек"
скроен весьма добротно.
Чеховский сарказм, похоже, тоже оказал на писателя самое непосредственное влияние. Чуть не бросила этот роман, но дочитать скучным ноябрьским вечером стало интересно. Кольцевая композиция вне всяких похвал. Хотя отсылки к Чехову уже моветон (наверное). Особенно такие предсказуемые. И без философа Жан-Жака Руссо не обошлось. Забавная перекличка однофамильцев и философии непосредственности. Многие оценили этот роман как комичный рассказ об университетских буднях, другим он показался слишком скучным; я же всю дорогу восхищалась далеко не чеховским умением автора описать неделю из жизни героя на 500+ страницах. Это успех.
Рекомендовать не буду, так как впечатление неоднозначное.

P.S. Конечно, это роман еще и о свободе, кризисе среднего возраста и попытке не быть похожим на своего отца. Главный герой так старается, но ...
Мне не кажется, что злые шутки - это путь к свободе. А Антон Палыч Чехов, как известно, был глубоко несчастлив.

Приступая к этой книге, я рассчитывала на типичный роман про академических чудиков, вроде Пнина или Стоунера. И оно все так, конечно, но тут охват гораздо шире: о современном западном человеке вообще. Все есть и все идет как надо, но от этого "как надо" и хочется на стенку лезть временами. В чем-то сродни "Нормальным людям" Салли Руни. Даже и названием. Только там люди не слышат и не понимают друг друга, а тут - самих себя.

А суть одна - одиночество, скука и безысходность, как ты из собственной шкуры ни выпрыгивай, играя в непредсказуемость, как ни пытайся жизнь раскрасить безумными выходками. Все предрешено и навсегда определено твоим полом, местом рождения, социальным статусом. Выше себя не прыгнешь. Но и сильно ниже вряд ли опустишься. Так что плыви себе по течению бессмысленного своего существования.

И опять у меня это пересечение смыслов в параллельно читаемых книгах. На этот раз идея окружающей реальности как изощренного орудия пытки из Мураками - реальности настолько обыденной, что любое изменение привычного хода вещей кажется благом.

Мне нравится, как Руссо создал свой кусочек мира с харизматичными и живыми персонажами. Нравится, как он завернул, а потом аккуратненько свернул сюжет. Нравится юмор, который мог бы сойти за английский, будь в нем чуть меньше физиологии. В общем, это очень обаятельный роман. Приятно удивил. И, ах, как же хорошо заходят сейчас книги из тех времен, когда всех проблем у западного человека были только одиночество да скука!

Я очень боялась, что это будет комедия положений как и в "Эмпайр Фоллз". Но нет, это книга получше и читалась с бОльшим интересом. Может потому, что герой этой книги мне понравился в разы больше.

Перед нами Хэнк Деверо, 5-летний временный заведующий кафедрой английского языка не очень известного университета.

Весна, скоро закончатся лекции, а Университет сотрясают слухи о возможном сокращении преподавательского состава. И понятное дело, все этого боятся и страшатся, потому что наш герой, который и должен эти списки создавать - неоднозначный и непредсказуемый человек.

В принципе, мне было очень интересно наблюдать за его действиями и мыслями, пока в середине книги не случилось некоего абсурдного события, которое никак не согласовалось ни с характером ни с положением героя. И это событие повлекло за собой цепочку последствий, что поломало мою уверенность, что это нормальный роман, а не какая то непонятная мне сатира. Когда герои делают глупые поступки.

Да, одно то, что наш герой лазил по укрытиям в потолке, подслушивая своих коллег, потому что обмочился.

То есть да, книга четко делится на вполне приличное ДО и довольно комедийноположенческое после.

Хотя меня должно было насторожить, когда в самом начале нашему герою проткнули ноздрю пружиной от блокнота за то, что он усомнился в том, что его коллега поэт.

В принципе, в этой книге есть несколько ярких личностей, но основная масса его коллег и друзей - сливалась в одну. Например, там выделялась некая его подруга, но только потому что она была лейсби. Была бы она обычной ориентации - затерялась бы на фоне других.

Не скажу, что я была в полном восторге от этой книге. Поменьше бы этих странных происшествий и оставить все размышления о старости, об отношениях отцов и детей, о дружбе и вражде.

В приц=нципе, не скажу, что в произведении ничего нет. Герой мне понравился. Размышления понравились. А вот все остальное нет.