Синдром Петрушки

В дантовском варианте ада для меня приготовлен круг, наполненный современной русской женской прозой. Хотя сама Рубина ненавидит причисление себя к ней, но каждый кусочек ее текста так и кричит о своей принадлежности. И все то, что обычно нравится в Рубиной ее поклонникам, вызывает у меня какое-то ненормальное отторжение даже на уровне физическом, чем дальше я углубляюсь в ее тексты.

Ради спасения отношений я даже решилась на чтение критики, чтобы мне показали ее в другом свете, глазами любящих, но этот трюк, обычно срабатывающий, не удался в этот раз.

Начиная с витиеватости слога, который накручивает, накручивает, накручивает, напоминая детскую игру в испытание вестибулярного аппарата, когда тебя раскручивают, а потом останавливают, чтобы смеяться над твой полной расфокусировкой и пьяной походкой. Это чувство возвращается ко мне при чтении Рубиной, Улицкой и Степновой. Это хуже езды по серпантину.

Импрессионистское полотно произведения подается со слишком близкого расстояния, так что теряешься во всех этих мазках и их назначении. Ясность глумится за ширмой, уступая место Метафоре, которая будет крутиться в импровизированном танце, пока не дойдет до абсурда. И будет петь она о любви, которую никому не пожелаешь, о зависимости и оторванности от мира.

Сюжет тонет там же, в омуте мелких деталей, прыжков из одной локации в другую, из одного времени в другое, мельтеша и смазываясь вместе, вроде бы сгущая краски, что в конце приводит к финалу - сплошному месиву. Петли сюжета натянуты до предела, за кулисами звучит тревожная музыка и зритель схватывается за сердце, ведь вот Лиза выходит из клуба. И ждет читатель, еще напряженнее звучит музыка, а потом вдруг резко обрывается, актеры начинают, как ни в чем не бывало, убирать декорации, ведь все закончилось, а ты лишь на мир прикрыл глаза, чтобы отдохнуть от вакханалии кукол, а они уже все.

И мистика. Ну куда же женская проза без мистики, которая как перчик к любому блюду - добавил и, вроде бы, уже съедобно.

Кукольный мир Петрушки крутит-вертит, пытаясь завлечь из пресного бытия Бори, противопоставляя высокое профанному, но так сумасшедше отстранённа эта метафора, что мир Бори кажется родным и знакомым. И смотришь на кукол этих и понимаешь, что самая главная кукла в руках автора - эта Лиза. Объективизированная даже собственным сотворителем, превращенная в неживое нечто, которое не существует без своего создателя, она, конечно же, печальный образ, но нитки слишком торчат со всех сторон, а душа так и не нашлась.

Сказать честно, я так и не поняла, понравилась мне эта книга или нет. Причём чаще всего её плюсы и минусы - одни и те же качества.

Начну со стиля. О, он здесь очень сочный, со множеством вкраплений, уточнений, нюансов, которые создают просто маниакально подробную картину. Да, красиво. Да, интересно. Но читать так пятьсот страниц подряд очень тяжело. Думаю, все эти языковые кружева отлично смотрелись бы в малой прозе, а в большой хочется хотя бы кратких передышек. Хотя, должна признать, описания городов, их улиц, "характеров" мне понравились, особенно у зимней Праги.

Главные герои мне не понравились. Ни Пётр, неспособный отделить представление от реальности и упорно делающий из своей наглядной куклу, а из куклы - ненаглядную. Ни Лиза, которая чувствовала разрушительное петрушино воздействие, но всё равно не уходила - она, видите ли, привыкла; и кричит на него, когда он в очередной раз забирает её из клиники, и бьёт, а всё равно идёт. Ни Борис, который всё это действо осуждал, но всё равно участвовал. Плюс к этому у Рубиной ещё странноватый взгляд на евреев и "всех остальных", но тут уж в ней взыграло чувство нации, с кем не бывает.

Сюжет очень странный: тут есть не только огромное число кукол, но и ужасные болезни, и родовые проклятия, и побеги молодых влюблённых, и почти убийство. Но Рубина каким-то образом умудряется соткать из этого цельную и, что самое удивительное, правдоподобную картину. В самом деле, легко можно представить, как что-то подобное происходит в нашем мире - не на везде, конечно же, а только в самых таинственных его уголках.

В общем, "Синдром Петрушки" - очень неоднозначная книга. Её точно не стоит читать залпом, да и не выйдет, язык Рубиной не позволит. Не думаю, что в скором времени буду читать у неё что-нибудь крупное, зато с малой прозой познакомлюсь с удовольствием.

Книга тяжелая, очень многослойная и многоплановая, и уж насколько я люблю словесные кружева, навешивание гроздей эпитетов на каждое слово отдает слегка графоманией. Это по ходу чтения слегка напрягало, особенно первые страниц сто, потом привыкла.

В центре повествования история двух героев - Петра Уксусова, с детства мальчика не от мира сего, увлеченного куклами и кукольным театром, и его возлюбленной Лизы, которую он, будучи еще мальчиком, выкрал из колыбели, когда нянька за чем-то отошла - настолько девочка показалась ему похожей на куколку. Более того, в тот же день на его глазах мать этой девочки выпрыгнула из окна, что тоже на психике неслабо отложилось. Естественно, девочку няньке вернули, но Петруша уже втрескался, и каждое лето, приезжая с далекого Сахалина в гости к тетке во Львов, первым делом мчался проведывать Лизу. Ребята взрослели, Петр уверенно продвигался в кукольном мастерстве, его друг детства Борис стал медиком, а Лиза подрастала, воспитываемая после смерти матери только отцом, Тадеушем Игнацьевичем. Семья у девочки непростая - давным-давно на нее было наложено проклятие, что все мальчики в роду рождаются с редкой генетической аномалией, названной синдромом Абельмана или Петрушки - характеризуется слабоумием, постоянной улыбкой на лице и ранней смертностью, - а девочки являются носительницами этого гена, но у них он не проявляется. Рубина подвела под это заболевание мистическую теорию с куклой-корчмарем, передающейся по наследству, и у кого из девочек в семье живет эта кукла, та будет рожать только дочерей. Но я это все воспринимаю со скепсисом и (как обычно, гг) ратую за то, зачем вообще рожать или заведомо больного ребенка, обреченного на раннюю смерть, или же передавать такой "подарочек" дочке, чтобы он проявился в следующем поколении, не проще ли просто жить вдвоем и радоваться жизни.

Вторая линия касается непосредственно творческого дуэта Пети и Лизы, их потрясающих номеров "кукловод и марионетка", когда Лиза талантливо перевоплощалась на сцене в куклу. Но после рождения ребенка, его последующей смерти и тяжелой болезни самой Лизы Петя загорелся идеей поставить этот номер наоборот: изготовить куклу точь-в-точь Лиза и танцевать на сцене с ней, чтобы зрителям казалось, будто кукла живая. И, надо признаться, ему удалось, вот только брак едва не рухнул... Все же артисты люди увлекающиеся, с сумасшедшинкой, а Петю в этом плане даже можно без натяжки назвать маньяком, настолько он на куклах помешан, и финал книги превосходно иллюстрирует то, что не нужно пытаться вдохнуть душу в вещь, равно как и не надо пробовать превратить в вещь живого человека.

Все это безобразие происходит на красиво выписанном пейзажном фоне: Львов, Прага, Сахалин, Самара, с интересными второстепенными героями, семейными историями, сочными и вкусными диалектизмами, т.е. львовяне у Рубиной говорят как львовяне, а Сахалин предстает таким уголовно-романтичным с японским налетом уголком нашей необъятной, что хочется почитать о нем побольше.

Рекомендую любителям семейных историй, тайн, проклятий и зловещих наследств, а также интересующимся кукольным театром.

У меня состоялось третье и, пожалуй, последнее (по крайней мере, на ближайшие годы) знакомство с творчеством Дины Рубиной. Не "моё", совсем не "моё". Я взялась за чтение давно болтающегося в электронной книге "Синдрома Петрушки" лишь из-за того, что в течение пары дней сразу несколько знакомых написали об этой книге положительные отзывы. Решила составить своё впечатление, помня, что по одному-двум произведениям, пусть и не близким, нельзя делать окончательный вывод об авторе. Ведь всегда остаётся вероятность, что именно эта книга, этот музыкальный альбом или фильм являются одними из самых слабых во всём творчестве их авторов. И отвернувшись от писателя, музыканта, режиссёра после одного лишь неудачного, по нашему мнению, произведения, можно лишить себя того прекрасного написанного/снятого им же в другое время. С "Синдромом Петрушки" я надеялась на то самое прекрасное, но, увы, вновь не сложилось.

Я очень люблю фразу "Краткость - сестра таланта", люблю, когда текст изложен ёмко, без излишних витиеватых фраз и нагромождения всевозможных оборотов для придачи предложениям "красоты", дабы потом читатель сказал "Ах, какой язык". В бегстве за "красотой" авторы часто забывают, о чём же, собственно, хотели сказать, к счастью, хотя бы это не касается Дины Рубиной. Я визуал, ценю, когда при чтении "вижу", о чём пишет автор, вижу его небо, дома, дворы, квартиры, людей. С Диной Рубиной всегда ступор. Видимо, мой мозг устроен как-то иначе, чем у поклонников Рубиной, но я не могу "увидеть", к примеру, это:

Мне достаточно первого предложения, чтобы понять, какой был день, когда Пётр приехал в Израиль, всё остальное излишнее словоблудие, а половина "Синдрома Петушки" как раз из него-то и состоит, хотя и не удивительно, Пётр Уксусов не зря пишет в письме Борису: "Меня в любом сюжете всегда интересовали только детали". А меня-то сам сюжет, сама история, а здесь убери детали - не останется и толковой истории. Признаю, вторую половину книги, пропуская лишние "красоты" текста, в целом читала с любопытством, уж очень было интересно, чем же завершится вся история, а она завершилась как-то...никак. Увы.

На этом книгам Дины Рубиной говорю "до свидания", ибо третья подтвердила, что мнение, сложившееся после прочтения двух предыдущих, верное.

Первое знакомство с автором прошло успешно. В какой-то момент, увидела на просторах интернета, аудиоверсию книги, приглянулось то, что версия была на множество голосов и с музыкой. Этот факт подкупил, и я начала слушать историю Пети.

Слушала долго, почти месяц, мне настолько хотелось растянуть эту по-хорошему странную книгу. Не ожидала, что там будет столько мест действий, столько кукол и столько загадок. Автор здорово показывает города, что после прочтения кажется, что сам побывал и в Праге, во Львове, в Иерусалиме. Попробовал всю ту описанную еду и прогулялся по маленьким улочкам.

Персонажи живые, историю каждого автор раскрывает полностью. Петя гений по части кукол, это дар, который играет с ним злую шутку, тем самым создавая трагическую ситуацию в его личной жизни. Отлично показаны его взаимодействия с женой и куклой, которая является копией его любимой. Интересно наблюдать за всеми второстепенными героями, каждый со своей изюминкой.

Начинала читать, совсем не зная в какую смесь сюжетов попаду. Тут и готика, и драма, и семейная сага, производственный роман и много чего другого. Так что устать от истории не представляется возможным.

Отдельно надо выделить сам текст, он витиеват, он, красив, он выделяется на фоне современных книг. Одно большое эстетическое наслаждение. А еще больше это ощущается, если слушать книгу со всеми её шорохами, музыкой и акцентами. Книга одно большое эстетическое наслаждение для ушей.

Это первый роман Рубиной, за который я взялась, раньше были только рассказы. Но они сразу дают понять, что эта дамочка писать умеет. Честно признаюсь, я долго пыталась погрузиться в эту историю, но продвигалось всё как-то медленно. То ли из-за нехватки времени, то ли из-за самой истории. Вот уж не знаю почему, ведь сама атмосфера Праги и старого Львова (а я безмерно люблю эти города) очень располагает к себе. Пишет Рубина красиво, это бесспорно, но иногда попахивало чрезмерной вычурностью там, где это совсем не к месте. Смотри, о как могу! Но потом я всё же втянулась и было всё интереснее и интереснее.

Куклы и сама профессия кукловода, по-моему, довольно любопытны. Не сказала бы, что сильно задумывалась об этом раньше, но тема замечательная. Я и сама когда-то устраивала такие кукольные спектакли для младшей сестры. Постоянно пыталась представить, как выглядела Элис и, думаю, безумно жутко. У меня вообще странная боязнь манекенов, потому что они на людей похожи, а тут кукла такая же, как настоящий живой человек. Жесть. Интересно, как это будет выглядеть на экране.
История безумного кукольника и его не менее сумасшедшей куклы по-настоящему кошмарная. Никакой любви тут и в помине не было. Больные отношения и такая же нездоровая зависимость. Но не смотря на их чудовищные связи, сами герои были довольно интересными. Очень любопытные персонажи, особенно Пётр, я бы хотела от него побольше текста.
И хотя у книги были все задатки, чтобы посадить меня на крючок, этого почему-то не случилось. Может, из-за того, что у меня было мало времени на чтение, приходилось постоянно книгу откладывать, поэтому плохо получилось вникнуть в этот ужасающий мир, и я не могла её закончить в течении нескольких дней. Наверно, так звёзды сложились, потому что книга мне очень понравилась, но одновременно не сильно зацепила.

До сих пор удивляюсь, как же мы любим копаться в чужом грязном белье. Нам подавай страсти, боль, страдания, унижения, смерть, безумцев и психопатов. Мы не хотим читать о счастливой здоровой жизни. Потому что проживать её, конечно, интересно, но вот читать веселее о том, что не вписывается в рамки "нормальности".
Обязательно ещё буду возвращаться к Рубиной, но от этой истории ожидала большего. Много странной драмы, а я всё равно не осталась в восторге.
Четыре похитителя детей из пяти.

Всем спасибо, Frieden und Liebe!

Я не особый поклонник современной русской литературы и далека от кукольного искусства, но эта книга меня поразила. Очевидно, талант Дины Рубиной вкупе с усердностью и тем огромным количеством времени, которые она тратит на то, чтоб стать экспертом в той области, с которой тесно связано повествование, не может не привести к созданию таких гениальных произведений.

Синдром Петрушки – книга тяжелая, тяжелая главным образом благодаря неординарному главному герою. А от него уже тянутся ниточки-проблемы-размышления и по поводу такого необычного занятия, специфическим образом влияющего на жизнь, и к множественным вопросам семьи и отношений, и к собственному восприятию мира и по всем возможным другим ситуациям, ибо каждая находит свой отклик. Переживания – вот ключевое состояние, в котором находишься погруженный в эту книгу. И, конечно, мне вспомнилось, почему я избегаю современных русских авторов: от того, что в русской литературе особенно четко видишь себя и окружающую действительность, и с какой-то особенной болью, мучительно отзываются в сердце все ее изъяны.

Безумно понравилось присутствие колорита разных стран – Израиль, Чехия, Украина, Россия, немного Германии – и все описано невероятно красиво и именно таким образом, который способен полностью перенести на место действия. Очень редко меня впечатляют такие вещи, тем более я восхищена способностями Рубиной.

Ну и, конечно, нельзя не отметить прекрасную аудиоверсию романа. Подходящие голоса, идеальные интонации, музыкальное сопровождение – варианта лучше, наверное, трудно представить.

Рекомендую к прочтению всем, кто еще с автором незнаком, и еще больше тем, кто почему-то этой книги избегает. Она однозначно стоит проведенного с ней времени. А лично я знакомство с Диной Рубиной продолжу обязательно.

Первой книгой Рубиной, которую я прочитала, стала небезызвесная многим - "Почерк Леонардо". За знакомство с ней благодарна Rosio . Впечатления были неоднозначны, но абсолютно точно со знаком "плюс". И вот пару дней назад я перевернула последнюю страницу истории "Синдром Петрушки". Что сказать? Понравилась книга. Рубина мастерски владеет пером. Ее язык очень красив, богат и сложен, чем, увы, не отличаются многие современные авторы. Каждое предложение продумано, каждое слово умело подобрано, каждая запятая на своем месте. Читать автора приятно, сюжет выстроен великолепно. Медленно погружаешься в страницы, тонешь в событиях и, что самое потрясающее, делаешь это с удовольствием. Данная книга не стала исключением. Здесь есть всё (или почти всё): отношения дружеские и любовные, семейные тайны и родовое проклятие, драматические события, психические расстройства и череда смертей, театральное искусство кукольников, огромное количество кукол, пушешествия по разным городам, странам и многое другое. Очень оценилось мною то, как Дина Рубина осветила тему кукол (с исторической стороны, культурной и мистической)  События переплетаются между собой, а подробные рассказы о том или ином человеке и его жизни гармонично вписываются в общую картину произведения.

Петя и Лиза - те двое, кого судьба соединила друг с другом невидимыми нитями, как кукловода и марионетку. Но вопрос "кто из них кто?" автор оставила открытым.

Непростой путь прошел каждый из них. И у Лизы и у Петра имеется своя кровоточащая душевная рана. И тот и другая "зализывают" эти раны, как умеют, хотя эффект непродолжителен. У непростых людей, как водится, непростые характеры и, как правило, непростые судьбы. Что-то уникальное им даруется, но что-то и отнимается. Пресловутая чаша весов и испытания на прочность. Кто-то выдерживает, кто-то нет. Но неизменно одно: каждый имеет право на выбор. У времени же абсолютно законное право - не останавливаться ни на мгновенье.

Теперь немного о грустном. Несмотря на множество положительных моментов, о которых написано выше, огорчило вот что: не давало покоя ощущение, будто не история о жизни людей, а люди созданы под эту историю. То есть присутствовали моменты "притягивания" к событиям романа. Как следствие, со стороны всё воспринималось с интересом, но струн души не коснулось. В итоге оценка 4 ,5 из 5.

Нет, ну я не могу отрицать, что недавние романы Рубиной строятся все по одной схеме - странная любовная история, люди с удивительными способностями, сложные и загадочные герои, подробное описание места действия (так, что если ты там не был, кажется очень атмосферно, а если был, вот тут уже не так), невероятные совпадения, немного мистики, скелеты в шкафах, скачки во времени, повествование от разных лиц. Но цепляет же! И неправдоподобно, и красиво. Страсти кипят, как в античном театре. Понравились мне эти герои - сверхъестественно талантливый кукольник Петя (опять Петя, так звали моего любимого героя в "На Верхней Масловке", и его тоже играл Миронов), рыжая-странная-с проклятием Лиза, сочувствующий товарищ Боря (кстати, ему никакого хеппи-енда не дали... вообще никакого окончания. он как "волшебный помощник" в сказках), яркие второстепенные персонажи. Но вообще книга немножко недосказанная и тревожная, потому что в совсем хороший финал до конца не верится.