Татуировщик из Освенцима

Снова я попала в ад концлагеря, снова читаю мерзости и дикости, творимые немцами, снова я переживаю за заключённых и поражаюсь человеческой выносливости.
⠀ ⠀
Лале повезло, если в рамках нахождения в Освенциме так можно сказать, ему досталось довольно тёплое место - он набивает татуировки вновь прибывшим и имеет некие поблажки и еду. При этом спит не со всеми в барке и может свободно ходить по лагерю. Так он и завязывает отношения с заключённой Гитой, и они помогают друг другу не терять надежду и мечтать о будущем вне всего пережитого ужаса.
⠀ ⠀
Каждая страница пропитана болью прошлого и настоящего, но так же она дарит светлое будущее, если все сложиться хорошо и людям удасться вырваться из пекла ада. ⠀ ⠀
⠀
Помимо общей гнетущей атмосферы будут ещё и довольно тяжёлые моменты - расстрелы, массовые убийства, сжигательные печи, трупы, пытки, доктор Менгеле и его опыты и жестокое обращение с заключёнными. Нужно быть готовым к тому, что периодически будет подташнивать от ужаса происходящего. ⠀ ⠀
⠀
Этот роман основан на реальной истории заключённого Людвиг (Лале) Соколова. Не смотря на весь гнёт истории, читается книга довольно складно. Некоторые вопросы к героям у меня остались, но я хочу думать, что их ответы это просто лучики надежды, которые иногда рассеивали мрак...
⠀ ⠀

Если честно, ожидала немного другого. В начале, на вайбе предыдущей прочитанной книги о второй мировой, было даже интересно. Но написанное, лично для меня, походит больше на интервью, а не на роман. И хоть сам Лале, который рассказывал эту историю,  просил написать непредвзято, все получилось совсем наоборот. Особенно после прочтения послесловия.

Да, были те немногие, которые выжили в Освенциме, но тут получилось как-то очень сказочно. И многое из того, что можно было описать более подробно автору, получилось как-то очень скомкано, как-будто вроде и не так ужасно это было.

С одной стороны я понимаю, что эта книга больше о любви, пронесенной сквозь смертельное время, но все же, автор, я считаю, не очень-то справилась со своей работой.

А в дальнейшем, когда русских показали чуть лучше фашистов, вообще пошло полное отторжение.

Я понимаю, что там каждый спасал себе жизнь как мог, но как-то действительно странно, что у главного героя получилось делать все то, что он делал. И в конце остаться живым, даже после камеры смерти.

А история любви, пронесенная сквозь время, тем более то время, заслуживает восхищения.

Книга точно не войдет в лучшее и вряд ли буду возвращаться к этому автору.

Долго думала, какой рейтинг поставить этой книге. Дело в том, что эмоции от прочитанного шли вразрез с моим ощущением правильного. Сейчас объясню.

Книга мне в целом понравилась. Она держала в напряжении, занимала мои мысли, даже когда я не читала ее. Из минусов на первый взгляд был ее темп - слишком уж галопом развивались события и при этом не было глубины. Изначально я готовилась к драме, так как все прочитанные на эту тему книги прежде выжигали душу, а здесь же, как мне кажется, читателю навязывается романтичный вайб. Кому-то это может показаться душеподьемным, а мне - будто чрезмерным.

Перевернув последнюю страницу, мне захотелось порыться в подробностях этой истории, а именно в ее правдоподобности. Как выяснилось, авторка столкнулась с волной критики, доказывавшей, что многие события - выдуманы. Окей ли это, учитывая то, что книга позиционирует себя как реальная история? Окей ли то, что имя главного героя написано неправильно? Окей ли то, что номер Гиты не точный? И многое другое. Это вызывает во мне смешанные чувства. Мне кажется, что документирование не должно идти параллельно с фикцией, так как это создает искаженную картину.

В итоге, я постаралась оценить книгу как книгу, в отрыве от вышесказанного. Это роман, а не биография Лали Соколова. Читать ли? Да, чтобы слегка коснуться того времени. Верить ли? Не до конца, и проводя после прочтения дополнительное исследование фактов.

Почему я взялась за эту книгу? Противоречивые отзывы, скидка + интерес к теме. Не каждый день попадаются книги такой сложной тематики (название говорит само за себя).
Начну с того, что автор честно предупреждает в самом начале, что это художественное произведение, основанное на рассказе выжившего. Что часть бесед и встреч — выдумка, некоторые события упрощены, а люди объединяют черты нескольких.
Эти слова сразу меня насторожили. Оказалось — не зря.
Итак. В основе реальная история Лале (жившего после понятных событий под фамилией Соколов). История, которая начинается как тысячи других. Вторая мировая, Восточная Европа, национальность... И прямой путь в лагерь.
Вот только дальше путь Лале отличается от многих. Потому что он выжил. Благодаря личностным качествам, умениям приспосабливаться и ставить цель выше всего прочего (здесь много тонких моментов, о которых из-за начального примечания автора я не могу говорить, как о правде).
Из эмоций книга оставила только негодование. Правда, разного формата. Написана история сухо (тут, конечно, можно объяснить этот факт тем, что изначально она существовала как сценарий. НО! это не отменяет реальной возможности сделать текст более художественным, если уж его решено было облечь в форму романа). Написана от третьего лица, но в настоящем времени, что кажется издевательством над всеми: и над героем, и над читателем. Идет, видит, смотрит.
Из-за сухости и фактологичности теряется то, что называется эмоциональным ядром. И этот факт для меня самый страшный. Можно возмущаться и ужасаться происходящим, но чисто как фактам, о которых и так известно. Есть некоторый момент отстраненности, что для данной тематики, как по мне, — губителен. Либо писать уж как есть, биографию, либо чисто художественный текст. Потому что кроме сухости есть моменты в повествовании, которые вызывают вопросы... И читатель не знает — выдумка это или нет! А тем временем, эти самые моменты крайне важны для ощущения общей атмосферы и картины. И когда в самом конце бегло упоминается то, что Лале никогда не рассказывал свои историю никому, ибо боялся быть обвинённым в пособничестве, — играют отвратительную шутку, заставляющую усомнится во многом. Нельзя, категорически нельзя так поступать с читателями. Нельзя искажать восприятие дичайшей трагедии!
Столько людей работало над книгой, но... Но!
Либо все они сосредоточились на картине возникшей любви между Лале и девушкой Гитой (они, кстати, оба выжили, нашлись, поженились, бежали из Европы и прожили долгую жизнь в Австралии), либо идея красивого кино застила всё прочее.
Если отбросить все эти минусы (которые я просто не могу отбросить), если вооружиться знаниями, документальными материалами и сосредоточиться на голых фактах, выкинув то, что кажется выдумкой автора (если не читать авторский пролог и сотню благодарностей, а ограничиться справкой о судьбе действующих лиц и коротким послесловием сына Лале и Гиты), то можно в очередной раз ужаснуться, вспомнить уроки истории, посмотреть на мир вокруг трезвыми глазами. Прекратить романтизировать и идеализировать. Облить сердце кровью и много-много о чем подумать.
Я не знаю, как оценивать то, что я прочитала. Я не знаю, как правильно говорить о прошлом нашей цивилизации. Я не знаю, о чем думал автор. Знаю только то, что не хочу хайпа на таких историях, не хочу сериалов на стриминговых сервисах. Я хочу честные тексты, честные истории. Пусть и сухие, но без выдумки (пусть как два-три абзаца, что написаны под фотографиями узников на сайте Холокоста). Ей здесь не место.
В общем. Мне нечего сказать. Я удручена и расстроена. Но это — лишь моё мнение... Повторять опыт чтения книг этого автора не стану.

Ожидала, что книга будет более тяжелая чем есть. Такое впечатление, что ту немного так сказать смягчили жизнь главного героя со всеми ужасными подробностями, чтобы так сказать пропустили книгу или просто сам автор посчитал, что не стоит жестить. Но так или иначе книга прочиталась достаточно быстро и интересно, всю книгу искренне переживала за главного героя и потом его уже девушку. Волосы ставали дыбом когда читаешь ужасы про лагеря, ты просто начинаешь вдвойне ценить мирную жизнь после таких вот книг. В том числе, что ты спишь в чистой и своей кровати. Каждый раз когда я читаю художественную или не очень книгу про войну, я понимаю - насколько ценен мой каждый день и каждый вздох. Герою же искренне сочувствовала, и самое удивительное для меня было - это его желание жить и умение приспосабливаться, к тем или иным реалиям. Он подобно коту, имел 9 жизней, из которых старался прожить достойно пусть даже и делая татуировки таким же заключенным как и он сам.

Современные романы о Второй Мировой Войне - вещь спорная и сложная. Авторы пытаются осмыслить события, которые для них, в любом случае, уже отошли в тень истории. Эта тема им все еще интересна, она важна и будоражит умы и воображение, но уже слишком далека от нынешнего писателя, как бы глубоко он ни сопереживал, например, своим предкам и какую бы связь с ними ни ощущал. Вполне закономерно, что из новых книг об этой войне, даже основанных на реальных событиях, как в случае с "Татуировщиком из Освенцима", пропадает то важнейшее ощущение сопричастности, которым отличались романы авторов, заставших описываемую эпоху лично. Той самой сопричастности, которая и годы спустя обеспечивает читателям незримое присутствие, вызывающее подлинное сопереживание, и без которой современные книги про Вторую Мировую Войну - при том, что нам есть с чем сравнивать - кажутся в той или иной степени, но фальшивыми.

И это видно невооруженным глазом, когда сопоставляешь основной роман с коротким послесловием сына главного героя. Всего пара предложений, без особого надрыва, говорит о его родителях больше, чем весь предыдущий текст. Когда он пишет о том, как для его матери был важен полный холодильник и как она расстраивалась, когда он предпочел более сдержанное питание, когда он повествует о том, как его отец разучился чувствовать и плакать вплоть до смерти своей жены, ты лучше представляешь, через какой ад прошли эти люди. Вот Гари Соколову я верю, а Хезер Моррис - нет.

Моррис досталась история, которая не могла не выстрелить. История реально существовавшего человека, Людвига Эйзенберга или Лале Соколова, еврея из Словакии, пережившего Холокост и Освенцим. Он попал в страшный концлагерь в 1942 году, стал там татуировщиком, что обеспечило ему несколько более привилегированное положение среди других лагерных узников и там же, в самом аду, встретил любовь всей своей жизни и будущую жену Гиту (Гизелу Фурманову). Лале и Гита пробыли в Освенциме-Биркенау вплоть до освобождения лагеря советскими войсками, но тут их разлучила судьба. И все же Людвиг сумел найти свою Гиту. Какое-то время они прожили в Чехославакии, взяв фамилию русского мужа сестры Гизелы - Соколовы, затем Лале был заключен в тюрьму уже советскими властями за сбор средств в поддержку Израиля, бежал из тюрьмы при помощи жены, а после они эмигрировали в Австралию, где многие годы спустя Лале Соколов рассказал свою историю сотруднице государственной больнице Мельбурна и писательнице киносценариев Хезер Моррис.
До самой смерти жены Лале ни с кем не делился этими воспоминаниями, боясь, что его обвинят в пособничестве нацистам.

О моральной стороне этого рассказа я рассуждать не возьмусь. Никто из тех, кто не побывал на месте Лале или любого другого выжившего в аду концлагерей, не имеет права осуждать людей за те поступки, которые тем пришлось совершить ради выживания - просто потому что никто заранее не знает, как бы он повел себя на их месте.

Не стану и особо концентрироваться на вопросе о том, насколько правдивы в своем изложении событий были и рассказчик, и писательница - нам все равно никогда не узнать полной правды, а презумпцию невиновности никто не отменял. Вопросы, конечно, возникают, но мы не знаем, как там было на самом деле.
Вполне вероятно, что Людвиг мог о чем-то умолчать, что-то приукрасить, какие-то вещи смягчить и сгладить, а что-то упустить, намеренно или случайно, даже приврать - я допускаю и такой вариант событий. Человеческая память не совершенна и крайне избирательна даже в отношении столь страшных воспоминаний, а иногда особенно в отношении них. И вряд ли хоть один прошедший через подобное человек когда-нибудь расскажет кому-нибудь непричастному абсолютно всю правду.
Тем более, такой обаятельный плут, каким представлен был Людвиг Эйзенберг, которому именно эти обаяние и хитрость и позволили выживать там, где другие погибли.
Что же касается автора, то на основе реальных воспоминаний Лале она писала все же не биографию, а художественное произведение с прицелом на экранизацию. Роман. Так что имела полное право внести какие-то изменения ради большей увлекательности и структурированности сюжета и не исключено, что так и сделала.

Но вот тут-то и начинается основная проблема "Татуировщика из Освенцима". Дело в том, что изначально Моррис писала не роман. Она писала сценарий для фильма, позже переделанный ею в роман. Этим объясняется и практически полное отсутствие описаний героев (правило сценария: если внешность персонажей не играет ключевой роли в сюжете, не стоит ее упоминать в принципе - так режиссеру проще подбирать актеров), кинематографическая подача, практически раскадровка эпизодов, клиповые переходы между событиями, сплошные диалоги, простота и лаконичность, сжатость повествовательного текста.
"Татуировщик из Освенцима" - это сценарий кинофильма. И как сценарий он неплох. Грамотная работа режиссера и оператора плюс хорошая актерская игра компенсируют текст там, где ему не хватает художественной и эмоциональной выразительности, и, с немалой долей вероятности, может выйти душераздирающий фильм о надежде вопреки всему и всепобеждающей любви - темах, которые никогда не устареют.

"Татуировщика" надо читать как сценарий - потому что как роман он не работает от слова совсем. Чтобы проникнуться сценарием как литературно-драматическим произведением, его нужно уметь читать, "видеть" во время чтения - и тогда заложенный в нем потенциал можно будет оценить в полной мере.

А как роман "Татуировщик" не выдерживает никакой критики: он скуп, поверхностен, схематичен, художественно беден, слишком "техничен" и эмоционально невыразителен.

Сама история - неважно, веришь ты в нее до конца, наполовину или вообще не веришь - интерес держит. Я вот теперь планирую ознакомиться и со спин-оффом про несчастную Цильку (почему-то превращенную переводчицей в Силку), подругу Гиты по лагерю, сосланную в Сибирь за то, что вынужденно спала с офицером СС.
Тем более, что и читается она крайне легко и за пару часов (это, к слову, тоже обязательная черта для хорошего сценария: он должен читаться быстро и просто, для удобства всех задействованных в съемочном процессе лиц). Но вот подача оставляет желать лучшего.

Беря с полки книгу Моррис, рядовой читатель рассчитывает прочесть именно книгу, а тут-то его и ждет подвох.

"Татуировщик из Освенцима" - возможно, и неплохой сценарий, но однозначно плохой роман.

Не могу припомнить когда родилась моя любовь к чтению военной литературы, но книги про ВОВ всегда в буклисте. В рамках совместных чтений и в преддверии Дня Победы.

События, описанные в книге, повторяют воспоминания настоящего узника Освенцима Лале Соколова. Молодой словацкий еврей попадает в лагерь смерти и благодаря знанию нескольких языков становится татуировщиком. Теперь в его обязанности входит клеймение прибывающих заключённых. Юноша оторван от привычной жизни, от семьи и своей страны, он не знает, что принесёт ему завтра. В один из июльских дней он поднимает голову, чтобы встретиться глазами со своей судьбой. Её зовут Гита.

С момента встречи и до последнего вздоха Лале и Гита теперь связаны. Читаешь книгу - мурашки бегают по коже. Автор с точностью восстанавливает картину прошлого, запечатлевая на страницах книги Борьбу. Люди, которые обрели цель в жизни, будут идти к ней даже наперекор смерти.

Самый трогательный момент в книге - это встреча двух людей за пределами Освенцима. Если сердца связаны, то между ними тянется тончайшая ниточка, которая не рвётся. Дружба, возникшая за колючей проволокой, Любовь обречённых на гибель, Вера в свободу - сильными эмоциями пронизана эта история. И она незабываема!