Гра в бісер

Самая переоценённая книга из когда-либо мной прочитанных. Претенциозная, пустая, глупая. Нет, есть в ней пара неплохих моментов. Прежде всего, это сама идея игры в бисер, идея единства всей мировой культуры, всей суммы человеческих знаний, единства алгебры и гармонии, возможности нахождения универсальных внутренних закономерностей и переложения идей одной области знания языком и символами другой. Должно работать: мозг-то у человека один, что для музыки, что для математики. Неплоха постмодернистская идея цитирования: в конце концов мы и по сей день живём в постмодернистском мире, как нам не любить его стиль и язык? Но на этом плюсы все закончились. Дальше начинаются глупость, выпендрёж и банальная человеческая подлость.
Во-первых, сама проблематика книги надуманна. Никогда не существовало отдельной от мира высокодуховной Касталии, значит, все метания Кнехта, все его страдания о том, как сочетать в пределах одного универсума мир материальный и Касталию, - пустопорожние разговоры ни о чём, красивые, напыщенные и пустые. Великий русский философ Кант, педантичный и предсказуемый как часы, может, и жил в идеальном духовном мире, но все остальные творцы культурных ценностей жили во вполне обычном бытовом мире, из этого мира черпали материал для своих творений и туда же свои творения отправляли. Нет у нас иной духовности и иной культуры, которые не происходили бы из реального материального мира и не принадлежали бы ему. То есть, существует не выхолощенная касталийская история духа, а история ментальности как составная часть просто истории, доступная для изучения при помощи творческого синтеза классического марксизма и школы «Анналов». И да, выдающиеся творцы культурных ценностей, принадлежащие бытовому материальному миру, далеко не всегда были образцами высокой этичности. «Ты, Моцарт, не достоин сам себя» - весьма распространённая ситуация. Но стала ли хуже «Человеческая комедия» от того, что Бальзак скрупулёзно подсчитывал, сколько ему заплатят за каждый его роман и мечтал о том, как вот сейчас-то он разбогатеет, рассчитается с долгами и перестанет бегать от кредиторов? И что-то я в упор не вижу, чем это принципиально аморальнее, чем доведение до самоубийства бедняги Бертрана, просто чем-то не угодившего высокодуховной элите. А раз главная проблема книги по сути надуманна и ложна, то в принципе дальше можно уже не читать и не разбирать.
Во-вторых, хотя многие замечания Гессе относительно фельетонной эпохи справедливы, сам его роман тоже является порождением той же самой эпохи. Отказ от творчества – это реакция на временный кризис классической культуры, блестяще проанализированный Лифшицем в «Кризисе безобразия». Увлечение высокодуховными восточными практиками, восточной мудростью – это псевдоинтеллектуальная попса современности. Апеллирование к средневековому опыту организации церковной жизни – это следствие страха перед будущим, консервативная попытка вернуться к старому и знакомому. Но Гессе не учитывает, что и традиционные восточные практики, и традиционная христианская церковь существовали в конкретных исторических условиях, в которых они были возможны и гармоничны, но в другую эпоху, в другие условия механически перенести их нельзя. Но зачем Гессе задумываться о таких глупостях? Он ведь презирает науку историю. Беда только в том, что исторические закономерности действуют вне зависимости от того, признаёт их Гессе или нет - в результате на выходе книга получается стилистической нелепицей, каким-то анахронизмом.
Анахронизмом выглядит и отсутствие женщин в Касталии. Ей-богу, гер Гессе, для мышления люди пользуются другим органом. После Кондорсе и Бебеля (я специально называю только мужчин) быть таким патриархальным ретроградом просто стыдно.
В-третьих, когда я слышу слова «аристократия» и «элита», мой внутренний санкюлот хватается за гильотину. Эти слова - верный признак никчёмности в сочетании с глубокими внутренними комплексами. Не существует людей второсортных и элитных, ибо все люди рождаются свободными и равными. А уж если бы элита и существовала, то уж никак не созерцатели из Касталии и не относящий себя к касталийцам Гессе туда бы вошли. Вспомним, когда был написан этот роман. Современники Гессе – это Ульяна Громова и Юлиус Фучек, Марк Блок и участники Красной капеллы, Экзюпери и Корчак. У меня нет морального права осуждать кого-то за неучастие в Сопротивлении, но признать какое-то этическое превосходство гражданина Швейцарии, отсиживающегося на тёплой швейцарской вилле и не обязанного даже подтверждать своё арийское происхождение, над всеми этими людьми, известными и забытыми, у меня бессовестности не хватит. Кстати, эти люди творили. Они пели «Белла чао», писали «Маленького принца», Седьмую симфонию и лейтенантскую прозу - воистину, поэтом можешь ты не быть… Основной тезис книги опять оказался ложным.
Зато «Игра в бисер» совершенно восхитительно переведена на русский! Даже жаль: столько действительно хороших книг переведены как попало, а тут такая гадость в таком великолепном переводе. Мне не нравится стиль Гессе, вычурный и сухой одновременно, высокопарный до безвкусицы, но Соломон Апт этот стиль смог передать. Я верю, что именно так эта книга по-немецки и должна была звучать - формально безупречно и давяще.

Это книга - медитация, гипноз, сон или наваждение. Крупинки бисера перестукиваются и создают околдовывающий ритм. Я не буду говорить про сюжет, важнее не что происходит, а где. Мир книги интересен и необычен. Касталия - это утопия, на первый взгляд, её сложно отличить от института Церкви, но вместо веры в Бога, касталийцы поклоняются наукам. И венцом этого поклонения является Игра в бисер. Механизм игры даётся только намеками, но и по ним чувствуется что-то от космогонии, что-то поэтическое и философское. Что же можно сказать о человеке, который посвятил свою жизнь Игре? Конечно же он экстраординарный, чуткий и умный. И его жизни было суждено сложиться в легенду, которую и рассказывает книга.
Рисунок даже одной партии Игры можно расшифровывать несколько лет. Так же и саму книгу можно читать и перечитывать множество раз, и каждый раз её рисунок, её слои и сюжеты будут открываться читателю по-новому, глубже, шире и ближе.

Как же долго я "мучила" эту книгу...Для меня, как и для многих, одолеть ее было настоящим испытанием. Прочитав пролог, я очень и очень заинтересовалась, увидела, что книга эта - настоящее Явление, я никогда ни с чем подобным не встречалась, все было так необычно и многообещающе, связь математики и музыки, сама идея Игры. Да, язык показался тяжеловатым и вязким, но поначалу это только подогрело мой интерес.
Основная же часть повествования несколько...удивила? разочаровала? Не знаю даже..Мне чего-то не хватило в ней. Какого-то огня, жизни. Все так сухо и медленно. Персонажи показались не до конца настоящими, живыми. (Взволновало и заставило сердце сжаться только описание прощания Кнехта с мастером Александром). Финал просто убил. Переворачивая страницы, я все ждала, что вот сейчас, сейчас-то мне наконец объяснят, что же это за игра такая, в чем там вся соль, покажут и расскажут хотя бы об одной партии подробнее. Но - нет. Ничего. Игра описана настолько туманно и размыто, что это вызывает недоумение. Видимо, каждый сам решает, чем для него является Игра. Возможно, это книга "не для средних умов". Возможно, она для настоящих интеллектуалов. Не знаю. Что-то в ней определенно есть, но я так и не смогла выцепить это самое "что-то" до конца. Ощущение, что надо было читать между строк. Наверное, я еще была не готова к такому.
Порадовали и впечатлили три жизнеописания в заключительной части. Мне кажется, что только ради них и стоило прочесть весь роман. Они и сами по себе прекрасны, и помогают лучше понять все предыдущие нагромождения слов и идей. Жизнеописания точно захочется перечитать еще раз. Весь роман - возможно, тоже. Но не скоро. Лет так через ...цать.

Такая удивительная книга. Когда находишь в себе мужество подступиться к концептуальной литературе, ждешь чего угодно. Кромешной непереносимой, вязнущей в зубах, скуки. Калейдоскопа мыслей, каждая из которых могла претендовать на свежесть, в то время, когда была высказана. Но необратимо устарела нынче. Каких-то ниспровергающих основы эпатажных вещей. Таких же старомодно-смешных сегодня, как брюки-клеш, длинные волосы и кружевные рубахи у мужчин 70-х.

И все же берешь. Частью оттого, что надо в рамках общего развития. Немного потому, что тырнетовский поклонник, разочарованный твоим нежеланием поддерживать разговор на милые ему пикантные темы, бросает в сердцах: "Вас только игры в бисер интересуют". Главным образом потому, что проблемы семантики, и правда, очень тебя интересуют. И можно ведь помучать себя Гессе, чтобы составить представление (как без малого месяц мучаешь уже Пинчоном).

Вдруг происходит, чего не ожидаешь. Оказываешься в тихом, покойном, гармонически-стройном мире, в котором все дышит совершенством. Который сам есть совершенство. Проходишь вместе с одаренным мальчиком-подростком-юношей годы обучения в элитных школах Касталии. Поднимаешься с ним по ступеням иерархии к высотам недосягаемым для простого смертного.

Любуешься и гордишься, ни на минуту не введенная в заблуждение обманчивой легкостью, с какой одолел эти крутые ступени. И феминным мыслям о дискриминации по гендерному признаку не стучаться в твою голову. И уж тем более не придется завидовать Йозефу Кнехту. Это примерно то же, что завидовать Атланту с непомерно тяжелым грузом на каменных плечах.

А если в процессе чтения бывает скучновато, оно и понятно: Ни любовных интрижек, ни разрушительных извращенных страстей, ни даже дольче вита, чтобы потешить твое читательское тщеславие. Почти монашеский аскетизм рассказа о том, как человек, в высшей степени достойный, проходит свой жизненный путь. В высшей степени достойно. Ни разу не оступившись. Принимая на плечи груз все больших обязаностей и обязательств. Служа достойно.

И все же, о чем эта книга? О потребности в гармонии, изначально присущей человеку. Которая не оставляет его посреди самого жестокого хаоса. О грузе ответственности, налагаемом властью. Который тем тяжелее, чем выше подъем. О том, что любая этой властью облеченность должна быть служением. О, Боже, не избирателям (какое пошлое выражение "слуга народа"). Служением самой иерархии, системе.

О восторге ученика, нашедшего своего учителя. И радости учителя, обретшего достойного преемника. И о том, как редко такое случается. О тайных знаниях и недопустимости попадания их в недостойные руки. Об одиночестве человека, идущего своим путем. Даже и тогда, когда ему удается воссиять во славе. И о великом счастье обретения подлинного друга, родной души. Того, кто понимает и не судит.

И о том, какой прекрасной может стать смерть, отыскавшего свое подлинное призвание и всю жизнь служившего ему. О хрустальной хрупкости кажущейся незыблемой прекрасной гармонии. И периодической необходимости вливать в основание ее фундамента некоторое количество жертвенной крови лучших.

Это удивительная книга. Она выпрямляет, освещает, омывает душу родниковой чистоты водой. И, да, там ведь после истории магистра Кнехта есть три жизнеописания. Так вот, они не то, чтобы не скучны, но после гармоничного до стерильности мира Касталии и Игры, после скверных стихов.

Три этих истории так властно закручивают в эмоциональную воронку, что не верится поначалу - это части одного произведения. Просто захлебывешься воздухом, которого оказывается удивительно много. Куда больше в Мире на семи ветрах.

В начале был Логос, и Логос был с Богом, и Богом был Логос...
Книга-размышление, книга-симбиоз, книга-наблюдение. Извечный вопрос: что первично дух или материя. И вечные попытки их гармонично совместить, которые естественно никогда успехом не увенчаются.
Мировая история всегда движется по спирали. Период рождения в муках, за трудным становлением следует период успокоения, уверенности и процветания, который в свою очередь сменяется пресыщением и как следствие обесцениванием и упадком. В очередной раз омывшись кровью и возрождаясь из хаоса, человечество создаёт провинцию чистого разума, отдельно от материального мира, Касталию, призванную сохранить искусства и науку в неизменной девственной чистоте, без влияния на них исторических и политических процессов внешнего мира, страстей, лишений, дум о хлебе насущном. Однако, за всеми своими занятиями, направленными на извлечение гармоничных основ всего великого, созданного ранее, и приведения его к общему ассоциативному шрифту: игры в бисер, Касталия теряет главное - волшебство творчества. Касталия ничего не создаёт. Потому что творить можно только на надломе, испытывая эмоции: боль, страх, вожделение, любопытство, любовь, горе и отчаяние, вдохновение. Касталия воспитывает элиту внешнего мира, чтобы та как можно разумнее управляла им. Но пытающийся применять касталийские принципы во внешнем мире натыкается на неприятие, становится чужим тем чаще, чем ближе его упадок, чем глубже пропасть между духом и материей, чем сильнее разница между неизменной Касталией и развивающимся по спирали остальным человечеством. Гармония не в движении к центру, к идеалу, не в победе духа над материей или материи над духом. Гармония в уроборосе, в вечном перетекании одного в другое, в слиянии.
Книга очень хорошая, но без хотя бы начальных знаний классической философии и теологии читать будет не просто.

Впервые я прочитала книгу “Игра в бисер” еще будучи старшеклассницей и настолько ею впечатлилась, что вплоть до настоящего момента считала эту книгу самой любимой и наиболее на меня повлиявшей. Серьезно. Во всех этих странных нарциссических (“Отличный вопрос! Сейчас я буду долго и подробно вам рассказывать о себе, хотя не очень понятно, зачем это вам. Но раз вы спросили. ”) играх на вопрос “А какая книга оставила у вас самые сильные впечатления” я всегда отвечала “Безусловно это "Игра в бисер"” и рассказывала о том, как книга Гессе привела меня сначала к знакомству с семиотикой Умберто Эко, потом с семиосферой Лотмана и в конце концов с лингвистикой де Соссюра (хотя, вроде, логичнее было бы движение наоборот). Получался неплохой такой кусочек биографии от несостоявшейся интеллектуалки. И вот, десятилетия спустя, я решила перечитать эту знаковую для меня книгу и посмотреть, удастся ли прочитать этот текст с чуть другой читательской позиции.

Книга пишется от лица безымянного историка-биографа из очень далёкого будущего. Опираясь на разные заслуживающие его доверия исторические документы, автор рассказывает нам историю жизни Йозефа Кнехта, Магистра Игры в бисер, начиная от попадания в элитную школу и заканчивая его смертью не буду вам портить интригу как и где. Для прояснения контекста незнающим читателям из будущего, наш биограф добавляет детальные описания исторических событий, которые привели к возникновению Игры в бисер, описание самой игры и, по ходу развития сюжета, - нюансы устройства общества в тот исторический период. В книге очень много уточнений, мыслей самого историка, размышлений Магистра Йозефа Кнехта, исторического контекста, а также подробностей из жизни учеников элитной школы и монахов при монастыре, где будущий Магистр Игры деятельствовал сразу после окончания учебы.

В определенный момент моего повторного прочтения книги мне показалось, что я читаю “Сто лет одиночества”, только без того безумного количества разных и одинаковых имен. Что меня и поразило. Я очень хорошо помню, как много лет назад я была восхищена самой идей игры, объединяющей весь наш сложный мир в виде единого целого; игры, где благодаря универсальному коду, можно перейти от текста к математической формуле (например, считая долготу греческих слогов), а от музыкального ритма — к явлениям в астрономии. Эта мысль о возможности символьного представления чего-то, что бы позволило найти аналогичный символ в чем-то совершенно ином и, таким образом, объединить разнородное, настолько меня унесла (в чтение семиотики, вероятнее всего), что я просто забросила чтение книги прочитав примерно четверть (когда как раз активно развивалось жизнеописание Кнехта) и так и не вернулась, чтобы дочитать. И до настоящего момента я считала, что основной мыслью книги было желание Гёссе рассказать о возможности объединения всего со всем через логические цепочки  (что-то вроде "мы все в этом мире взаимосвязаны друг с другом и с другими элементами этой вселенной"). И я ничего не подозревала об утопичности мира внутри этой книги или о критике элитаризма. Каюсь, так книги читать нельзя.

И так, я решила честно дочитать эту книгу. Мне потребовалось четыре недели, чтобы продраться через эти мелковетвистые кусты текста. Нет, это не потому что я медленно читаю. Это потому предложения в хитросплетении и вычурности превзойдут описания природы из "Войны и мира" и даже отдельные главы Улисса. Хотя, нобелевскую премию Гёссе дали именно за “блестящий стиль”, поэтому скорее всего я просто не умею читать немецкую литературу.

И за эти четыре недели я напрокрастинировала полтора сериала, включая один шведский, потому что даже они казались более содержательными. Наверное, глупо жаловаться на слишком длинные предложения когда речь идет о классической (особенно немецкой) литературе. Но я никак не могу избавиться от мысли, что вся эта сложность, витиеватость и двузначное количество знаков препинания в почти каждом втором предложении никак не поддерживали основную идею книги. Ведь если ключевая мысль текста в том, что желание интеллектуалов сказать “мы в домике” и спрятаться от реального, сложного и не всегда предсказуемого мира в искусственную и четко регламентируемую игру, это и снобизм, и слабость одновременно, то стоило ли к этому идти через такой сложный, отстраненный от объекта описания, и до жути детальный текст? Новая уже истинная идея книги промелькав несколько дней в моей голове быстро скрылась и больше не проявлялась. Я всё еще считаю, что кроме обязательных квизов и соревнований по "Что? Где? Когда?", стоило бы внести подобие "Игры в бисер" для совершенно бесполезных, но очень увлекательных разминок для мозга и памяти. Я всё еще думаю, что сложность текста может быть оправданной и занимательной (надо перечитать Улисс). Мне всё еще кажется, что у каждой книги свой читатель и это книга уже не моя. Но в память о моей ветреной юности я не сниму пять звёздочек.  

Это прекрасно. Первый раз эта книга мною была прочитана лет пять назад. Потом еще раз и еще раз; в итоге я читал «Игру..» раза 4 или 5, выписывал целые абзацы в ежедневник и перечитывал их в свободное время. Стало быть, для чего это хвастовство тут.. я хочу сказать, что эта книга каждый раз сверкает по новому, как исключительно редкий, мастерски ограненный бриллиант. Читать и перечитывать ее можно и нужно, как минимум потому, что анализ такого большого числа глубоких философских идей, соединенных с художественным повествованием, вряд ли возможен с первого раза.
Очень сложно (с т.з. тонкости формулировок) рассуждать об этой книге. Пожалуй, венчает «Игру в бисер» (неожиданно) идея игры в бисер. Игра, суть которой привести к единому знаменателю математику, музыку и (в идеале) все сферы науки и искусства. Т.е. прийти к какому-то метазнанию, абсолютно универсальному знанию, абсолютной истине. И при этом, имея в виду такую идею игры, Гессе прекрасно понимает, что достижение таких целей невозможно. Он почти в самом начале пишет (словами мастера музыки, наставляющего молодого Кнехта), что «абсолютного знания и абсолютного учения не существует, истиной живут, ее не преподают». Вот насколько глубок Гессе.
В этой книге будут и вопросы борьбы духа и тела, святости и порока, вопросы церкви и благочестия, вопросы конфликта труда умственного и труда физического, вопросы предназначения… В общем, книга как большое, чистое, глубокое озеро, в котором утонул один из героев и вы тоже утонете, если окунетесь с головой в нее, в «Степного волка», в «Нарцисса и Златоуста» и во всего Гессе.

Перебирая произведение за произведением, рано или поздно натыкаешься на настоящие сокровища. И одним из таких сокровищ для меня стала эта книга. До нее я сталкивался с творчеством Гессе всего один раз, и тогда, прочитав «Сиддхартху», сделал себе заметку обязательно вернуться к этому автору снова, что я сделал взявшись за эту книгу.

Довольно тяжелое вступление, выполненное от третьих лиц, написано непривычно витиеватым языком и не сразу дает ухватить суть произведения, оно даже поначалу немного отпугивает. Но вскоре, при переходе рассказчика непосредственно к герою, это наваждение развеивается, и вы начинаете погружаться в великолепную атмосферу Касталии. Немалую роль в погружении сыграет удивительная композиция романа, построенная на жизнеописании магистра игры в бисер Иозефа Кнехта, и приводящая ради пущей убедительности, его собственные сочинения и стихи. Автор ни на минуту не заставляет нас усомниться, что человек, о котором мы читаем, полностью реален. Путешествуя во времени вместе с рассказчиком, мы проследим путь этого вызывающего бесконечную симпатию персонажа, начиная с его школьных лет и до самого заката жизни, и поверьте, этот путь стоит пройти.

После окончания книги в голове еще долго звучат строки этого прекрасного произведения, а из-за невесть откуда взявшегося перфекционизма (да и как ему не развиться после путешествия в Касталию), снова и снова заставляющего переписывать каждую набранную строку особенно сложно написать адекватную рецензию. Необычная, по особенному безмятежная красота этого произведения, настолько проникает в душу, что оно тут же становится одним из тех немногих, которые хочется перечитать сразу же после прочтения. Эту книгу не стоит читать за пару дней, жадно глотая страницы в суетливых рабочих условиях или по пути на работу в шумном метро, порой, просто не успевая до конца осмыслить и обдумать многое из написанного. Этот не побоюсь этого слова монументальный труд, нужно читать медленно и вдумчиво, тщательно переваривая каждое предложение, в тишине и покое.

Наверное, в поисках таких произведений я и читаю.

Честно сказать, «Игра в бисер» далась мне с трудом. Безумно вязкий, монотонный текст, особенно по началу, очень тормозил чтение. Через некоторые предложения пробиваться приходилось с боем. Но постепенно я вчиталась. И то ли Герман Гессе переформатировал мое сознание, либо текст где-то после середины стал поживее, но стало даже интересно.

«Игра в бисер», конечно же, монументальна и исключительна, и как написано в аннотации, «включает в себя глубокие интеллектуальные, философские, психологические проблемы, стоящие перед человечеством». Часть из этих самых проблем лежат на поверхности, часть закопаны глубже и открываются после некоторых раздумий на текстом, другую же часть большинству читателей придется почерпнуть уже из критики, в которой дотошными филологами уже найдены и классифицированы все символы, идеи и задумки автора. Я вообще не сторонник идеи о том, что для чтения тех или иных представителей художественной литературы нужно специально готовиться. Что близко и соответствует собственному мировоззрению, всегда будет понято, пусть даже на интуитивном уровне, а то, что нет, так может оно и не надо? Если кому-то покажется, что не все в романе понято, всегда можно нарыть горы толкований и выбрать то, которое больше понравится, было бы желание.

И все же для чтения «Игры в бисер» подготовка будет нужна, но это скорее моральная подготовка и некоторый опыт общения с подобного рода литературой. Эта книга, хоть и является художественной, уж очень временами напоминает философский трактат, так что если философия ваша любимая наука, то никаких трудностей с «Игрой в бисер» возникнуть не должно. Ну а если нет, тогда желаю удачи и терпения, не знаю, стоит ли оно того, это можно понять только после прочтения, универсального ответа тут нет. Для себя я в этой книге кое-что нашла, поэтому усилия окупились.

Дочитала пару дней назад, а в голове все равно нет никаких достойных мыслей и слов, чтобы выразить свои впечатления.

Книга далась нелегко, именно потому я и записала её в долгострой. Купила я её давно (понравилось название и, кажется, будет нравится всегда), прочитала пару десятков страниц, разум затуманился и я отложила чтение до лучших времен. Было такое ощущение, что я продираюсь сквозь колючий кустарник, что царапает меня колючками и не дает нормально двигаться вперед. А в этом месяца взяла книгу в руки, сделала вдох, успокоилась и сосредоточилась - и вуаля, пошло, как по маслу. В голову все время лезло сравнение книги с эдакой летающей платформой: чтобы по ней идти - нужно приноровится, и в конце концов окажется, что дорога была удивительно легка.

Я не люблю читать чужие отзывы, хотя не всегда получается пройти мимо, особенно если они попадаются на глаза, до того, как разберусь в своем отношении к книге. Очень бесит, что проще не задумываясь принять чужую точку зрения, не пошевелив самой мозгами. Я ломала голову, в чем же суть игры, казалось, что я почти уловила суть и где-то на какой-то странице описывалось ("Ну было же! Да вот только что! Как нет?"). Мне показалось, что я невнимательно читала, раз книга об игре в бисер, а правил игры я не увидела. И вот тут-то я полезла читать отзывы и поняла, что мне не показалось - четко прописанных правил игры в бисер в книге нет. И если сначала хотелось негодовать, то потом я поняла, что так даже лучше - фантазия читателю в помощь, каждый видит свою игру, приписывая ей музыкальные, рифмоплетные (или может художественные?) очертания. А современный человек вообще, возможно, видит игру, основанную на экспериментах с видео.

Еще мысль, которая мучила меня: счастлив ли человек, посвящая всю жизнь определенному занятию, отрекаясь от множества других. В какой-то степени я могу понять умиротворенность игроков, их отречение от суеты мирских проблем и плотских утех, посвящение себя наукам, диспутам и философским размышлениям, но... Принять подобное мне все равно сложно. И в то же время я восхищаюсь Кнехтом за его усидчивость, размышления и развитие разума (причем разума не просто как котелка с информацией, а как понимания жизни, что ли).

Не могу обойти стороной название - нравится оно мне просто невыносимо. Смотрю на обложку книги и в голове все мерцает и блестит, представляя бисеринки, что мало значат по отдельности, но собранные вместе являют красивое творение.