Арабский Кошмар

Так и хочется сказать: «Арабская ночь. Дивный Восток». Однако, несмотря на похожий стиль, и даже упоминание тысячи и одной ночи, все же дело происходит в Каире. Впрочем, данный город стандартно грязен и ужасен, но в чем-то омерзительно прекрасен в своем амплуа, и в 1486 году. Описан он уж точно неплохо. Со страниц так и обволакивает удушающая пыль и зловония, а где-то за краем сознания маячит чума. В остальном сумбур, сумбур, сумбур, о, или я это уже сказала? Но мозг просто физически пухнет от этой не такой уж большой книги, которая кажется, что длится вечно. Дело даже не в моей огромной нелюбви к магическому реализму, где стирается реальность, а автор может лепить любую деталь, ни в одной жанре ФФ такого нет. Впрочем, какой-то стержень - история, конечно, есть и тут. Шпион англичанин прибывает под покровом паломника в чужеродный и такой кишащий шарлатанами и лгунами город, при этом его деятельность вообще для французов, и это вам не Джеймс Бонд, а такая пешечка, которая поплывет, захлебываясь грезами. И тут же начинается свистопляска со снами, которые заканчиваются кровотечениями, когда он просыпается. А вокруг, подобно коту Шредингера - Арабский кошмар, все о нем говорят, упоминают, опасаются, а может это у них сия напасть? А может тогда ты Мессия, а может и нет. А кто такая Элис что есть «Арабский кошмар»?. Жив "кот" или нет, погубит радиация или нет? Усатых, там тоже хватает, правда, не в том свете который хочет видеть неравнодушный к этим прекрасным созданиям человек. Зато персонажи оставляют равнодушным от и до. Плевать, что будет с героем, умрет, болен все же или нет. Просто хочется, чтобы закончилось мучение, твой кошмар, а книга набирает обороты каждую строку по несколько раз, иллюзии, мешанина обезьяны, пенисы, секс с обезьяной, обрезание, снова пенисы, которые режут пополам, соитие, почти каждый сон в беседке у шлюхи. Автор, у вас давно было то соитие то, чувствуется озабоченность. Впрочем, не коробит и ладно, ну хочется акцент такой, мне не жалко.

А вот рассказчик на арену вступает - Йолл, а потом и не он вещает, ввиду событий, хотя и обстоятельства не помешают вести свой монолог. Но это же "кот Ирвина". Но, кажется, что вот есть старый грязный сказитель, есть противоборствующая сторона, между непонятный сыр бор. Правда, все так четко не будет. Будет много снов, нагромождений, рассказов. И приходится вновь и вновь перечитывать строчки, чтобы выдавить смысл. Акцент смещается, замысел раскрывается, но такой же невнятный, хотя частично очень прозрачный. И в итоге вся книга ощущается жеванным мякишем, может в нем есть интересные зерна, скрытого смысла, но сложно оценить, когда давишься, за красотой завитушек языка и сюжета хочется видеть интересную линию, а не спотыкаться о картонки в каждом персонаже, как бы автор их в итоге не переплетал и не укладывал в сюжет связями. Взять одного из основных, может даже более центральных, чем англичанин - Кошачий отец. О нем ведется речь, он ведет историю, где-то управляет ей, а тень, он должен ужас вселять, а ничего в душе, а образ тухлый.

Равнодушие и скука. Хотя про стакан я запомню.

Единственным светлым пятном было начало истории Иблиса и христианина. Старая добрая история общения с джиннами, но порой кто-то хитрей. Ах, да, еще повеселила вариация мумие, представила, как приятно любителям этого супер фуда почитать было, приятного аппетита!
Для p.s. автор все сам сказал:

Если честно - какая-то муть. Ирвин пережёвывает, и пережёвывает, и пережёвывает, и пережёвывает, и пережёвывает, и пере... и так весь роман. Вот герой спит, и пережёвывает, и спит, и ему снится, и пережёвывает, и снится, и кровь течёт, и пережёвывает, и тот плохой, и этот плохой, но он не плохой, а просто снится, это сон во сне, и пережёвывает, и спит, и снова спит, и рассказывает историю, но не заканчивает её, потому что засыпает, но он уже спит, и пережёвывает, и пережёвывает, и не заканчивает, и спит, и кровь снова льётся, и снова льётся, и пережёвывает, и спит. В общем, не книга, а колыбельная. 3/10.

Не люблю фразу, но книга "взорвала мозг". Я сначала читала, потом плакала от беспомощности, потом думала, как это все связать и написать. Спасите меня. Заберите меня из книги. Или заберите книгу и больше никому ее не давайте.

Началось все приятно. Мне показалось, что я узнала язык. Словно либо я уже читала автора, а я не читала, либо читала книги переводчика. Хотя, он переводил Керуака, а я с ним я немного ознакомилась после задания в Марте на ДП. В дороге я еще не дочитала, но все равно. Однако, может это задумка автора, сделать вид, что вы уже знакомы, "мур-мур, смотри, это я".... а после взять и испортить все, вынеся вам мозг. Автор делает это всю книгу, все время показывая, что эта бессмыслица к чему-то ведет, вроде как "без смысла, но с замыслом". Хотя язык привлекает, однозначно.
Поймите меня, я люблю фантастику. Но за свою жизнь прочитала кучу книг и для себя поняла - тема сновидений очень далека от меня. Хотя идея перескакивать между снами мне нравится. Я считаю, что действия героев нужно как-то объяснять, а в книгах про сны это почти невозможно. Тебе приходится просто принять все, что происходит. Проглотить, сжать челюсти и сидеть так всю книгу, давя порывы. Я люблю рассказы из жизни, где все структурировано как это может быть структурировано в фантастике и не привыкла, что внезапно появится сон про чувака, подтирающего себе задницу неправильно или демоницу, желающую семени героя, чтобы производить потомство мертвецов. Что я несу? Пакетик.
Раз уж я заговорила про семя - не могу так же подметить обилие в книге... даже не секса, а просто отсылок к нему. Упоминаний пенисов, оргазмов, соитий, семени "актов вытягивания змея". Можно упомянуть в рецензии пенис и не оказаться в неформате?.

Иногда банан.... Лучше уж слушать рассказы Йолла. Они захватывают, перетекают, опутывая слушателя веревками крепче раз за разом. С таким рассказчиком можно провести кучу времени, и совсем не замечать как сменяются года, века, просто сидеть и слушать множество его сказок, чувствовать себя шпионом, стремящимся постичь истину. Этим я похожа на Бэльяна. Как описала его Зулейка - он впитывает энергию людей "сидит, слушает, задает вопросы, а сам не говорит". Возможности задавать вопросы мне не хватало в книге. Даже не задавать, скорее - получать ответы, подбирать ключи. Однако, едва наклюнулся ответ - возникает вопрос опять. А в книге советуют отдыхать от вопросов. Окей.

Что я вынесла из книги? Фразу:

Есть предостережения, которые звучат как рекомендации. Мне кажется - моя рецензия - как раз из таких. Сломайте себе голову, прочитайте книгу.

Все на свете имеет свои сроки. Пришло время и мне прочесть эту книгу. Как рекомендует автор, читал я ее преимущественно вечером в кровати, чтобы текст плавно перетекал во сны. А теперь пишу рецензию днем, чтобы ничто не мешало трезвой оценке.

Странная книга – вся состоящая из лоскутков, путающая паутиной снов, насмехающаяся над читателем и убаюкивающая его. Крайне сложно понять, подражает автор восточным сказкам или тонко высмеивает их. Является эта история предупреждением читателю, экзотической притчей или все-таки путеводителем по Каиру. Книга так сильно погружает в странную, пряную и опасную атмосферу средневекового арабского мира, что возникает опасность не заметить момента, когда автор начинает диктовать свое эзотерическое видение феномена осознанных сновидений, причем делает это настолько естественно, что стоящий на страже реализма разум начинает сомневаться: «А может правда существует некий астральный мир Алям аль-Миталь?» Потом, конечно, спохватывается, но зерно сомнения может быть уже посеяно. И если попадется читатель, склонный мыслить мистически, для него эта книга может стать опасна. Но даже здравомыслящему человеку по окончании чтения придет параноидальная мысль: «Вдруг бодрствование и сны любого человека, воспринимаемые им как реальность, являются всего лишь арабским кошмаром неумеренной в своих желаниях обезьяны?»

Я с завистью восхищаюсь людьми, которые всегда имеют определенную точку зрения. Такой человек однозначно оценит и это произведение. Я так не могу. За невероятную атмосферу и лукавую мудрость книги ставлю высокую оценку. Насчет всего остального – сомнения, сомнения, сомнения…

Пыль и тлен. Не самая приятная атмосфера. Для меня так вообще. Я не люблю арабский колорит. Все эти дервиши, султаны, мамлюки на бесконечных улочках Каира... Меня это просто никогда не интересовало.
Также, я не люблю сюрреализм. Смешение реальности и фантазий/снов меня почти всегда заставляют скучать. Мне вообще не очень нравится тематика сновидений в любых книгах, особенно когда они занимают много места и через них автор пытается что-то сказать. Весь этот символизм мне частенько кажется совершенно лишним..

Но эта книга досталась мне по флэшмобу, и я взялась за, предположительно, кактус. Не скажу, что всё оказалось совсем иначе. Первая часть книги далась мне с трудом. Я путалась в повествовании вместе с главным героем и не понимала где реальность, а где его глюки, я путалась в персонажах. Кто из них кто и чего они вообще хотят.. В общем, прорывалась сквозь текст очень долго и муторно.

Но зато во второй части в конце концов началась шикарная история в истории. По типу матрёшки. Не успевает закончиться одна история, как из неё вытекает вторая, из второй - третья. И я даже затрудняюсь сосчитать сколько их было всего. Но это было действительно великолепно. Настолько, что я даже почти простила Арабскому Кошмару все свои нелюбимые темы и совершенно не жалею, что прочитала эту книгу.

В любом случае, это был очень интересный опыт. :)

Во-первых, потому что на Либе висит баннер с рекламой книги Роберта Ирвина «Чудеса никогда не кончаются». Во-вторых, потому что «Арабский кошмар», на упоминание которого наткнулась, когда отправилась гуглить об авторе, собиралась почитать уже лет восемь (роман горячо рекомендовал Макс Фрай в «Книге для таких как я»). В третьих – откровенно потрафил небольшой объем. Ну, что вам сказать, господа: последнее по порядку достоинство оказалось главным по значению. То есть, я понимаю, почему написанная в 1983 году книга стала бомбой и взорвала литературный мир вкупе с интеллектуальными кругами, и тотчас была переведена на все европейские языки. Для того времени подобное произведение действительно было событием, оригинальным, стильным, ярким. Гибрид сказок «Тысячи и одной ночи», фрейдова «Толкования сновидений», Камасутры в арабском колорите, исторического, шпионского, абсурдистского, любовного романов с оттенком политического триллера – лучшее, что может дать миру постмодерн в идеальных для поддержания читательского интереса пропорциях.

Полагаю, что тотчас после публикации книга начала растаскиваться на цитаты, не в буквальном смысле – Ирвин не афористичен, он хорошо управляется с солидными кластерами информации, умея упаковать их в максимально привлекательную обертку и подать компактными блоками. Астрологический солнечный знак играет значительную роль в жизни каждого, Роберт Ирвин аккурат на границе между Львом и Девой, вчера был именинником, и проза его своеобразный литературный аналог Iphon : престижно, красиво, умно; потребитель согласен платить за это дороже, чем реально стоит. Но дару афористичности более всего способствует нахождение значимых точек гороскопа в Тельце, а этот знак у писателя пустой. Да ему и не без надобности. После «Кошмара» стопицот прозаиков разной степени великости, не преминули написать в том же количестве книги, где герой барахтается в паутине сновидений; не успев выбраться из одного, проваливается в более глубокий, встречается с постоянными персонажами сновидческого сериала, борется с ними и одолевает или бывает одолеваем ими.

Примерно столько же народу примерно в тех же выражениях описало чудовищные муки человека, переживающего абстиненцию. Чуть меньше, но все равно достаточно обратилось к стилизациям под восточную новеллу – справедливости ради, сделать это с тем же изяществом и очаровательным юмором, с каким удалось Ирвину в его венке притч о людях, воспитанных волками, обезьянами, леопардами и иже с ними, ни у кого не получилось. Событийная канва крайне сложна и запутана: XV век, группа европейских паломников останавливается в Каире, номинально для того, чтобы отдохнуть и привести в порядок дела, фактически каждый имеет задание от своего государя или лица (группы лиц) осуществляющих управление на его родине, присмотреться и запомнить как можно больше разного рода подробностей устройства жизни на коварном Востоке, особливо интересуясь демонстрацией военной мощи и вооружения (ну да, шпионаж, вы уже догадались).

Почти сразу по прибытии, у англичанина Бельяна начинаются проблемы специфического толка: засыпая, он попадает в галерею снов с развивающимся сюжетом, большей частью кошмаров, а просыпается с носовым кровотечением. По городу ползут слухи, что это «арабский кошмар», род биологического оружия, вирус магического происхождения, изобретенный могучим волшебником для наказания посмевшей совратить его сына клиентки. Впрочем, о происхождении заболевания ходит много, часто противоречащих друг другу, слухов. Главное – заболевший не выживает, одновременно инициируя в месте обитания серийные убийства беспримерной жестокости. Не он убивает. Но маньяк (маньячка, в данном случае) сопутствует пробуждению «арабского кошмара».

По совету соотечественника Вейна, он обращается к Кошачьему отцу – чернокнижнику и мастеру управления сновидениями. А дальше будет то, что подруга моей юности называла; «навалял-нахундил-и-забудь-страдания», много, в общем, всего случится и с Бельяном, и с Вейном. Таинственного, психоделического, эзотерического, сказочного , вивисекторского, страшного, забавного. Но как-то все закончится к вящему удовольствию героев (тех из них, которые сумеют выжить). В общем – классная книга, сны вот только утомляют. И все-таки этот роман был первым в своем роде, не стоит забывать

Спи мой мальчик! Пусть тебя ничего не тревожит, и сквозь сон доносится шорох листвы абрикосовых деревьев, позвякивание стаканов с холодным чаем и кашель сказителя историй. На нашем постоялом дворе многолюдно, многовеблюдно и опасно, но ты спи, сладкий, обещаю, прекрасная пэри, что придет к тебе во сне, не обернется ужасным дэвом, пэри и сама может вспороть тебе брюхо острой саблей и намотать твои кишки на молодую листву абрикосовых деревьев. Ты спи, потому что ты не должен спать в этом городе, тебя ищут семеро всадников, слуги злого волшебника, поэтому сон лучшее место, чтобы скрыться в садах и утонуть в объятиях прекрасной пэри. Во сне ты будешь не спать много недель, прежде чем узнаешь, что твой не сон делят добрый и злой маги, и что добрых и злых магов не бывает. И что ты сам - просто сон рассказчика историй, которого выдумала голова обезьяны с абрикосовыми косточками в сморщенных глазницах. Спи, когда ты вырастешь, ты прочитаешь книгу, и чтобы никому не признаваться, придумаешь этот сон, в котором тебе приснилось, что ты читаешь эту книгу, и снимешь кино, которое уведет многих в сон и перевернет их представление о реальности, и все будут думать, что смотрят кино, но на самом деле они будут спать и никогда не проснуться, чтобы узнать, что волчок не падает, потому что его нет. Но ты спи, не просыпайся, невозможно проснуться если тебя нет.

Писать отзыв на ту книгу так же сложно для меня как и понять весь ее смысл, ощутить все подводные камни, запрятанные автором и догадаться, что же ждет нас за поворотом следующей страницы.

Самое первое ощущение от чтение, вроде неплохо, но не понятно.
Читая дальше, интереснее, но все равно не понятно.
Прочитал конец, и вроде понятно, но может не все.

Книга заставит задуматься над своими снами, над своим представлением, что лично для тебя представляет сон. Именно при чтении этой книги, ночью, меня посещали самые сумасбродные сны (может просто так сложилось, может, действительно, мысли о снах и «арабском кошмаре» очень сильны). И даже никаких соплей и трупного тлена не потребовалось.

Общий итог от прочитанного - прочитала, молодец!, но можно было бы и не читать. Хотя, просто это книга НЕ МОЯ! Я люблю чуток другой стиль. Но, как у каждого произведения, у «Арабского кошмара» найдутся свои почитатели, а ведь пока не прочитаешь - не узнаешь

Йолл (или, может быть, не он) говорит:

Не верьте этому шарлатану. Если вы всё-таки решитесь провалиться в Каир – да, да, именно провалиться, потому что просто войти в него, посетить, пересечь, заглянуть, осмотреться не получится – глядите в оба. Каждый встречный будет стараться водить вас за нос.

В принципе, моё путешествие начиналось не так страшно. Я с трудом привыкала к бесконечным улицам и площадям города, но тогда лабиринт Каира казался мне чем-то загадочным и неизведанным; оборачивалась на указывающие направление тут и там руки Фатимы; дивилась новым странным знакомствам, засматривалась на диковинную архитектуру.

Уже не вспомню, когда что-то пошло не так. То вокруг стали мерцать странные алхимические символы, то под покровом ночи пришлось наблюдать за трапезой мумие, другие стали пугать преданиями о Шикке и глаголить о Саатихе; ещё этот Бэльян, который, собственно, и завёл в этот город, стал страдать кошмарами и не мог помочь себе, что уж тут говорить обо мне! И если он просыпался от излияния крови, то меня без конца и края укачивало и трясло, как при вхождении в зону турбулентности. Непрекращающейся турбулентности.

Как только в панике начинаешь думать, когда же уже вдали забрезжит выход из этого лабиринта, Йолл (или, может быть, не он) говорит:

И поскольку Бэльяну всё время что-то непонятно, Йолл (или, может быть, не он) с улыбкою отвечает:

Никто не внемлет вашим мольбам в этом Каире.
Не надейтесь на милосердие.
Как-то мы даже зарыдали вместе с Бульбулем, ибо…

Будьте осторожны. За острым выступом могут прятаться джины, обезьяны в облике джинов, обезьяны в облике людей, люди в облике обезьян, медведи, которые настоящие медведи, медведи, которые как бы не совсем медведи…

Я вот о чём. Вы всё ещё хотите попасть в Каир? Ну так хорошенько запомните – все дороги ведут в него. Войти-то вы войдёте, но вот выйдите ли?