Stoner

Слабый парень за свою жизнь сделал только одно сильное решение. Вместо продолжения учебы на сельскохозяйственном куда он поступил по совету родителей, чтобы в дальнейшем помогать им на ферме, он выбирает литературный.
Женитьба на девушке которую он не любит и терпит всю жизнь.
Ребенок, девочка, которую он любит, но которую не отстоял, которую он в конечном итоге "передал" матери, и та сделала из нее управляемую амебу.
Внук, которого он почти не видит и совсем не знает. Хочет видеть, но ничего для этого не делает.
Университет в котором он преподает литературу. Вместо борьбы за свои идеалы, он сразу проигрывает битву заведующему и далее годами течет в предложенных ему обстоятельствах.
Друзья, один из которых погиб, а второй так и не стал по настоящему близким.
Любовь, которую он встретил, но тоже не стал за нее бороться.
Смерь от рака в 65.
Роман где нет героя, где нет хорошей истории, где нет идеалов, где все персонажи омерзительны.
Безусловно хорошо написанная книга, и литературно к ней не придраться. Но какой в ней смысл...

Душевная книга. Она мне сразу отозвалась - как-то веет от неё умиротворением и мудростью. 

️С первых строк понимаешь, что в книге будут описаны все этапы становления героя: от подросткового возраста до самой смерти (это не спойлер).  Не стоит ждать от книги, что сюжет будет витиеватым и динамичным, так как 

здесь мы познакомимся с флегматичным героем, который жил свою спокойную, незаурядную жизнь. Такие, как он - были и будут всегда. А то, это и есть большинство из нас 

________________________________

️Молодой Стоунер влюбляется в литературу и отдаёт ей свою жизнь. 

«Любовь и книги. Что ещё нужно?»

Он ходит на работу, сталкивается с трудностями в общении с коллегами и студентами, находится в браке с истеричной женой, воспитывает дочь, с которой тоже обрывается нить, и вскоре вновь влюбляется, но и этот период проходит, оставляя в нем тихое, тёплое воспоминание.

•Обычная, спокойная сюжетная линия лишь показывает нам то, что необходимо прожить свой каждый день качественно, без сожаления в конце пути с мыслями «если бы… ».

Когда читаешь роман, то невольно ощущаешь одиночество и грусть. Оживленности придала середина книги, когда Стоунер вновь полюбил, и последние главы, которые пробили до слез. 

Вот именно заключительные мысли пожилого Стоунера настолько тронули душу, что я осознанно дала себе передышку - отложила книгу и ушла ставить чайник, чтобы не разреветься от переполнявших чувств 

Возможно, не каждый читатель поймёт героя. Но не стоит гневаться на Стоунера за его непримечательную жизнь, у него была любовь к литературе и он все же любил. 

Я набрела на эту книгу случайно и решила купить только потому, что в нее когда-то влюбилась Гавальда настолько сильно, что вскоре после ее перевода и публикации на французском роман стал общеевропейским "бестселлером самой чистой пробы". В момент чтения я никак не могла понять, откуда у книги столько поклонников: повествование текучее, как густой кисель, ни один из героев не влюбляет в себя настолько, чтобы возвращаться к нему мыслями после прочтения, разве что язык, образный и насыщенный, скрашивал эту серую историю о не менее серой жизни главного героя.

Но чем ближе я подбиралась к концу книги тем больше влюблялась в роман, как влюбляешься в неспешные, сухие на события, но полные жизни кинокартины. И в итоге поняла, что лучшего завершения литературного года было сложно желать.

Роман получился настолько пронзительно живым, что я бы не рекомендовала читать его взахлеб, как делала я, а, наоборот, принимать дозировано, наслаждаясь каждой ложкой превосходного примера американской литературы, перевод которого заставляет вспомнить, как гибок и богат наш родной язык.

Это классическая история маленького человека, который рождается и умирает незаметно для мира, и потому способная зацепить внутренние струны, напомнить о том, что чаще всего счастье живет не там, где мы прячемся от трудностей, но там, куда стремиться наше сердце.

Не знаю, кому и чем так не угодила эта книга. Для меня она о жизни обычного человека, который жил обычной жизнью, как и миллионы людей. Вероятно, читать об этом не интересно из-за того, что читают люди, чтобы отдохнуть и в книгах хотят видеть то, чего нет или о том, чего они не могут позволить себе в жизни. А читать о «серых буднях» интересно не всем. Итак, книга показывает нам Уильяма Стоунера, молодого человека из небогатой семьи, с детства привыкшего трудиться и добиваться всего самостоятельно. Далее счастливый случай помог ему поступить в Миссурийский университет, где он учился без всякой помощи от родителей. Учась на фермера, Стоунер открывает для себя великолепный мир английской литературы и так обретает любимое дело, которому посвятил всю стою жизнь. После защиты диплома Стоунер получил право преподавать литературу студентам. Какого героя тут ожидали увидеть другие читатели, и почему он им так противен, я не знаю. Может потому, что не пошел воевать, как это сделали его друзья? А может потому, что не стал бороться за любовь и предпочел брак с нелюбимой, но подходящей партией? Но сейчас большинство людей ищут выгодные браки. Что «спрятался» от семейных проблем в работе, ну так не знаю, как бы я поступила на его месте? А вот что герой не ушел на пенсию, когда ему предложили, и остался работать даже больным - для меня сила. Итак, книга мне понравилась своей жизненностью, не нудностью и маленьким количеством морализации.

  Эта книга принадлежит к очень странному разряду текстов, в которых всё предельно просто устроено – от линейного характера повествования до глубины образов. При том всё же есть какой-то цепляющий крючок, благодаря которому я, например, прочитал роман в течение дня, лишь единожды оторвавшись. Но это исступлённый интерес, вызваный её внутренним дурманящим устройством 
(увы, практически необъяснимым), а не литературным достоинством произведения.

Нужно облалать незаурядной долей эмпатии для сопереживания хоть Стоунеру, хоть его жене, дочери или кому-нибудь ещё из персонажей. Они все действуют механически, наподобие автоматов, марионеток, где равно легко можно активировать одни функции – и отключить другие, дёрнуть за первую ниточку, ослабив натяжение второй.

Душевной борьбы здесь не найти просто потому, что её здесь нет. Родители отпускают Стоунера из фермы без особых волнений, принимают смену учебной деятельности без удивления; во время женитьбы он вроде бы и оживляется, но Эдит, этакая "чёртова кукла" американской формации, охлаждает его проявление человеческого, слишком человеческого чувства; Грейс смиренно терпит всё, что с ней делает мать, спокойно принимая чужую волю и не выказывая признаков личного желания – даже при беременности.

Кажется, будто весь художественный мир Уильямса охвачен глобальной духовной апатией или находится под влиянием минутных настроений. Фигурки движутся, что-то говорят и даже делают, а как их смахнут с игровой доски, скоро предаются забвению. Уехала жена? любовница? дочь? Выкинули вещи из комнаты, вынудили перебраться в другую? Оболгали и отвернулись? Безразличие в принятии всего негатива действительности Стоунером – завидно, нежелание хоть что-либо делать ради её изменения – противно. Все мы бываем слабы и нерешительны, однако не до такой же степени!

Дважды герой проявил твёрдость духа, и оба раза были связаны с профессиональной деятельностью – вот та единственная область, где он не терпит мягкодушия и допущений. (Достаточно ли этого?) Во время своей принципиальной борьбы герой не испытывает сомнений, его не терзают раздумья о рациональности поведения, идущей во вред... и в этой твёрдости вновь сквозит душевная скудость.

Лишённый радости отождествления, читатель просто увидит чью-то жизнь, на фоне которой собственные тревоги и страхи покажутся несущественными. Грустно лишь то, что не всякая жизнь способна озариться "сияньем слов", пусть бы и жизнь профессора литературы.

Завершение этого романа становится очевидным уже с самого начала, и это, вероятно, свидетельствует о комедии, а также о скромной трагедии жизни Уильяма Стоунера - неумолимой иронии в сочетании с полной предсказуемостью. Определяющей чертой Стоунера является его пассивность-это не значит, что ему все равно, что с ним происходит, но он определенно не заботится о том, чтобы улучшить свое существование каким-либо значимым образом. У него есть несколько маленьких побед, но в основном его жизнь-это серия уступок равнодушному или откровенно злому окружающему миру: его карьера застаивается почти с самого начала, его домашняя жизнь ужасна, у него есть, может быть, один друг. Рассказчик сообщает нам, что Стоунер не склонен к саморефлексии, и это подтверждается в тексте: ему постоянно причиняют боль, но он предпочел бы терпеть боль, чем нарушать ничем не примечательное равновесие своей жизни, предпринимая действия против нее.
Но надо отдать должное писательскому таланту Джона Уильямса в том, что эта книга, в которой нет реального сюжета была временами даже захватывающей. Проза непритязательна, персонажи чувствуются вполне реальными, темп достаточно медленный, чтобы обеспечить соответствующее чувство летаргии, но достаточно быстрый, чтобы охватить почти всю жизнь менее чем на 300 страницах.
Однако как только книга была закрыта и гипноз прозы Уильямса исчез, мой энтузиазм начал угасать вместе с ней. Вместо того чтобы перелистывать ее и лелеять в уме, как я обычно делаю с любимыми романами, я начала замечать трещины, которые игнорировала во время чтения. Если отбросить общие предпосылки (импотентный профессор колледжа сталкивается с семейными проблемами и соперничеством на рабочем месте, роман "среднего возраста", никогда не достигает того, о чем мечтал в молодости), Уильямс идет почти на комические меры, чтобы освободить своего главного героя от любой ответственности за свои собственные обстоятельства. Жена Стоунера, Эдит, которую муж и родители почти насильно выдают замуж, быстро становится такой безжалостной гарпией, что мы (как и Стоунер) не испытываем к ней абсолютно никакой симпатии, когда он начинает свой роман. Его конкурент на рабочем месте, Холлис Ломакс, более или менее буквальный злой горбун, который обращает свой гнев на Стоунера, когда тот ловит его на лжи, и проводит остаток своей карьеры, мучая и мешая ему. Эти враги настолько карикатурно злодейские, что нет места для морального исследования или даже моральной двусмысленности. Стоунер - непревзойденный "славный парень", побежденный назойливыми женщинами и красивыми соперниками (нам постоянно напоминают, что Ломакс привлекателен) и в результате совершенно лишенный свободы воли или вины за собственную неверность, пренебрежение и безразличие. Тот факт, что Уильямс считал свое творение "настоящим героем", только усиливает мое подозрение, что это какая-то самооправдывающаяся фантазия, и, к сожалению, именно такое впечатление у меня остается в конце моего чтения.

История длиною в Жизнь. Простую и сложную. И такую Настоящую.
«Он хотел дружбы, близкой дружбы, способной сделать его частью рода человеческого; у него было двое друзей, из которых один бессмысленно погиб, ничего не успев, а другой так отдалился сейчас, так глубоко погрузился в мир живых, что… Он хотел брака с его определенностью выбора, с его тихой связующей страстностью; он получил и это, но, получив, не знал, что с этим делать, и все погибло. Он хотел любви; и у него была любовь, но он её не удержал, позволил ей кануть в хаос житейских случайностей.
И он хотел быть преподавателем, хотел и стал; но он знал, всегда знал, что большую часть жизни слишком мало вкладывал в это дело огня. О мечтал о некой цельности, о некой беспримесной чистоте – а обрел компромисс и тысячи изматывающих мелочей обыденщины. Он уповал на мудрость – а обрел за все эти годы лишь невежество. «И что ещё? - думал он. – Что ещё?»

Когда-то давно в книжке я вычитала цитату, которая врезалась в мою память. Цитата гласила: «Что значит – не пропала жизнь? Деньги, карьера, слава, семья? Да ведь так может повернуться, что все это станет ни к чему, и сам не поймешь отчего». Что-подобное я позднее улавливала и в других местах, например однажды в душу запал материал из журнала о том, «что есть счастье» и в конце автор делала вывод, что счастье, оно «внутри нас», нужно просто научиться его оттуда доставать и для этого нам не нужны причины.

«Стоунер» не вызвал у меня невероятных эмоций, но заставил вытащить из памяти эти застарелые, едва уловимые мысли, которые так сложно выразить словами и которые так легко забываются в ежедневной рутине.

Что значит – не пропала жизнь? Всем наверное при этих словах представляются примерно одинаковые картинки. Жить насыщенной жизнью, постоянно учиться новому, много читать, много зарабатывать, путешествовать, заниматься спортом, творить, любить, смеяться… и все тому подобное.

И это действительно важно, пусть и звучит очень пафосно. Постоянно думать о том, чего вы хотите, строить свою жизнь так, как вам нравится, мечтать, ставить цели и добиваться их. Поступать так, как считаете нужным, отстаивать свое мнение, делиться опытом.

Но помимо этого важно еще кое-что. Мы меняемся ежедневно, меняются обстоятельства вокруг нас. И важно тут не только становиться более гибким, но и умение подружиться с собой. Как бы ни сложилась ваша жизнь, чего бы вы ни достигли, важно понимать, что у вас всегда будете вы, важно ценить себя как такового, без всяких там знаний и навыков, не оценивать себя как умного или глупого, хорошего или плохого, красивого или не очень. Когда живешь в гармонии с собой гораздо проще не разочаровываться в себе, проще прощать себе ошибки и радоваться простым вещам.

Любая жизнь, если посмотреть на нее под определенным углом, может показаться невероятно наполненной или же абсолютно пустой. Поэтому важно помнить, что не только это имеет значение.

«Стоунер» - тот редкий случай, когда я намеренно откладывала и проходила мимо, а по прочтении жалею времени, потраченного на эти самые хождения вокруг да около. А все потому что высший пилотаж, все дела.

О сюжете говорить не имеет смысла, потому что жизнь Уильяма Стоунера и есть сюжет. Вы можете осуждать/умиляться, но одного не отнять - у вас не получится остаться в стороне, вы проживете это все сами.
Джон Уильямс обладает сильным и убедительным голосом и даёт читателю то, что могут дать единицы - это возможность залезть главному герою, рождённому как будто из метафоры и в то же время до зубного скрежета живому, под кожу.