Русский дневник

Эта книга - своего рода путевой дневник Стейнбека, написанный им на основании заметок, сделанных во время совместной поездки с военным фотографом Робертом Капой в 1947 году в СССР. Целью поездки было наблюдение русских людей, их обычаев, быта. Американцем было любопытно, что за люди такие эти русские, как выглядят, что одевают, что едят, о чем думают, хотят ли напасть на Америку. И хоть писатель неоднократно повторял, что их не интересует политика, на протяжении всей поездки и он и встречающая сторона постоянно задавали друг другу вопросы о внешней и внутренней политике.
Возможно, дело в переводе. Я читала ранее Стейнбека и люблю его произведения, но эта книга показалась написанной слишком уже простым языком, как бы для не особо далеких людей. Фразы повторялись по нескольку раз, лишь немногим изменившись. Что касается юмора, тут вопрос нелегкий, потому что мне сложно воспринимать послевоенное время с такой точки зрения, и я отдаю себе отчет, что, возможно, напиши Стейнбек подобный роман о другой стране, я бы не воспринимала некоторые моменты в штыки...
К примеру, от своих дедушек-бабушек и с воспоминаний папы и мамы я знаю, что те годы, и 1947 в том числе, были голодными годами. По дневнику же это более чем незаметно, даже неприятно это упоминать. Уж не знаю, в какие такие колгоспы им.Шевченко их возили на Украине, где еды было ооочень много, даже если представить, что хозяева старались как могли для своих гостей - не верю, не верю...
Из того, что еще задело. Писатель выставил себя с напарником прямо шалопаями какими-то. И, возможно, у меня опять предубеждения, но в 1947 году, когда вся страна отстраивалась и восстанавливалась после разрухи, когда в каждой семье кто-то не вернулся с фронта... ожидать, что на улицах будет много улыбчивых людей, а девушки будут накрашенными и чуточку более легкомысленными, - на мой взгляд как-то неуместно...
Но в целом мне понравилось, как писатель писал о людях, городах. Москва американцам показалась более угрюмой, а люди мрачными, в то время как украинцы - более веселыми. Насмешило замечание о музее Ленина - "такое впечатление, что он вообще никогда ничего не выбрасывал и с детства знал, что у него будет музей". И о водителях, которые чтобы сэкономить бензин, вхолостую скатываются с холмов и горок. Мой папа до сих пор так делает)
Чего не хватило - так это фотографий, сделанных Капой, как-то уж очень маловато их было.

Ну ведь можно же отстраниться от политики и написать книгу просто о людях, об отношениях, о гостеприимстве! Как устали уже от того, что политика просачивается везде, даже фантастика и та уже политизирована. Хочется искренности!

В этой книге всё получилось! Правдивый взгляд на состояние разорванных войной городов, силы воли и оптимизма жителей, разного менталитета в пределах одной страны, радости и сплоченности, не смотря на присутствие больших трудностей. И не нужно обижаться, что не всё разрешалось. В той же Америке, тоже не везде бы разрешили снимать. Ведь только закончилась Великая Отечественная война и уже пахло новой враждебностью со стороны уже бывших союзников, у которых так резко поменялись приоритеты.
Это сказал американец:

- всё это говорит о том, что обычный народ (не включая политиков) не разучился думать, сопоставлять, анализировать и желать узнать правду.
Получилась замечательная книга, дающая возможность увидеть неполитизированную жизнь простых людей обеих стран, наблюдая как будто бы со стороны. Все предрассудки о стране развеиваются стоит лишь посетить, увидеть собственными глазами и пообщаться. Книга очень интересная, честная и объективная. Жалко, что фотографий из жизни простых людей так мало, но всё равно успевших запечатлеть интересные моменты и особенности такой многонациональной и что бы кто не думал - гостеприимной страны.

Ну я и не сомневалась ни капельки, что книга Стейнбека мне понравится.
Замечательный язык, интересные сравнения, очень много юмора -не верится, что это просто дневник о путешествии.
Очень удивилась сразу, что сразу после войны, в период когда отношения уже были … ну не особо хорошими , американскому писателю и фотографу разрешили приехать в СССР.
Автор хотел написать о людях, не о политике и наверно ему удалось .Хотя он и удивляется чему то что видит и сравнивает постоянно с Америкой, но все же некоторые вещи ему удались, хоть и был за ним все равно надзор и показывали ему не все думаю, ведь была и культурная программа и сопровождающий.Но он увидел и разруху после войны,-страшно было читать о Сталинграде и жителях, увидел и то, что страна уже поднималась из руин и осваивала новые отрасли экономики и люди налаживали свой быт.
Вот про Грузию было вообще для меня ново и интересно, я ничего не знала о том периоде в ней. Как то даже не представляла, что там было не так , как везде в СССР во время войны и сразу после войны.
Когда автор стал писать о том, что русские не улыбаются , я напряглась-опять стереотип повторяющийся в многих книга- ну не верю в то как все пишут о СССР такое , а потом как оказалось не улыбались в Москве , в других районах как то было немного по другому, люди были совсем другие и радовались и улыбались.
Читая про приключения двух американцев в России чему то удивлялась, многое просто не знала, радовалась, что у автора остались такие воспоминания, а что-то огорчило как и его.
Очень легко читается книга и главное вызывает интерес, как видит американец жизнь в СССР, но и я увидела многое , чего не знала.
Даже перечитать хочется .. возможно еще раз когда то прочту этот дневник.

Стейнбек известен многим как писатель, очень правдиво и без прикрас изображающий реальную действительность, какой бы она ни была. И вот, узнав, что существует книга, в которой он описывает свое путешествие в СССР в послевоенные годы, я захотела ее прочесть. Было любопытно увидеть страну его глазами - иностранца, но иностранца объективного.

Строго говоря, "Русский дневник" - не совсем книга. Это что-то вроде сборника путевых заметок, впечатлений о поездке по городам Советского Союза. Будучи верным своей традиции, Стейнбек много внимания уделяет бытовым деталям, стремясь создать у своих читателей наиболее реалистичную картину этого чуждого для них мира.

Как можно почувствовать из его произведений, на первом плане для него всегда были люди. О чем они думают? Что они едят? Как они одеваются? Любят ли танцевать? Где учатся? Каков их уровень жизни? Ответы на такие и подобные вопросы он и хотел получить в первую очередь, отправляясь в свою поездку. Понять самому и рассказать другим - какие они, эти русские люди?

Его знакомые американцы, вполне предсказуемо, отнеслись к его затее без энтузиазма.

Чего только не услышали Стейнбек и его спутник: и что они пропадут без вести, как только пересекут границу, и что их схватят и будут пытать, и совет взять с собой бомбу... Сам писатель говорит об этом так:

Стейнбек изначально поставил себе целью ничего не оценивать, не выносить никаких суждений, просто максимально объективно описать увиденное. Думаю, ему это удалось, учитывая, конечно, то ограниченное время, что было в его распоряжении и тот факт, что к иностранцам относились, мягко говоря, с предубеждением.

С мягкой иронией он описывает некоторые примеры проявления русского характера:

Было забавно прочитать и о чрезмерных проявлениях гостеприимства, когда в полвторого ночи гостям накрывают "второй ужин", и о походе в театр на пьесу "Гроза" ("было уже за полночь, когда героиня наконец утопилась в реке"), и о советском цирке, в котором клоуны изображаются богатых американцев, и о пьесе Симонова про "Русский вопрос".

С большой долей юмора автор рассказывает и о различных неприятностях "бытового" характера - ванная в гостинице, самолеты, дороги. В его книге вы не найдете ни одного слова возмущения или раздражения - просто описание фактов, приправленное иронией (хотя в те моменты ему явно было не до смеха).

Кстати, зацепил внимание один факт. Всем известно, что среди иностранцев существует стереотип, будто русские постоянно пьют водку. Так вот, если бы я, предположим, ничего не знала о России, но прочитала бы эту книгу, у меня бы тоже возник такой стереотип. Потому что здесь ее пьют все время. На завтрак, обед и ужин. Стаканами. Не знаю, с чем это связано - традиционным гостеприимством или чем-то еще, но после этого понимаешь, что у таких представлений основания-то таки имеются, и серьезные. Потому как если все иностранцы, попадавшие в Россию, встречали подобный прием, то неудивительно, что у них сложилось такое впечатление.

Но Стейнбек бы не был Стейнбеком, если бы не стремился понять людей, о которых он пишет, за внешними проявлениями рассмотреть характер. Конечно, не всегда ему это удавалось, все-таки культурный и языковой барьер давал о себе знать. Но уже одно это стремление непредвзято рассказать о людях, к которым в его стране традиционно относятся с большим негативом, делает ему честь.

Он не раз обращает внимание, насколько сильно страна пострадала во время войны, сколько они видели разрушенных деревень и городов, изрытых копами и траншеями полей. Особенное впечатление производит его описание руин Сталинграда, в котором не осталось буквально ни одного целого здания. И вот здесь, наблюдая за тем, как город буквально восстает из пепла, как люди, живущие в развалинах, отстраивают его заново, он говорит:

Работы часто ведутся практически голыми руками, потому что экономика еще не перестроилась на мирные рельсы, в стране катастрофически не хватает тракторов, бульдозеров и прочей техники.

Гостям показывают подарки, присланные жителям города-героя из разных стран, и Стейнбек не упускает случая лишний раз показать, насколько правительства - любые - всегда далеки от народа и его реальных потребностей.

Стейнбек и Капа побывали в Москве, Киеве, Сталинграде, Грузии. Что они увидели? Большую многонациональную страну, где люди так же похожи и непохожи на других, как и в любой другой стране. Культ личности - да, переписывание истории - тоже. Но главное - все-таки люди.

В целом книга понравилась.
Но скажем так, без особого восторга. В первую очередь она рассчитана для того чтобы показать американцам, что русские такие же люди как и они, а не марсиане

Очень характерная цитата. Из чего следует, что пропаганда то в обе стороны хорошо работает. Вот целью этой книги и было, посмотреть как и чем на самом деле живет русский народ. Конечно, автору пришлось столкнуться с некоторыми трудностями наших тяжёлых реалий, но независимо не от чего, им в общем то повезло им удалось поездить по стране, не только на Москву красавицу поглядеть.
Меня удивительно, что кто то здесь усматривает антисоветчину, лично я ее не заметила. Наоборот, мне показалось, что некоторые углы сглажены. Стейнбек достаточно деликатно и тактично пишет о нашей стране.
Особенно хотелось отметить бумажное издание книги. Оно прекрасно. Дело в том что Стейнбек отправился в своё путешествие с фотографом Робертом Капа и естественно в книге можно все эти фотографии как иллюстрации написанного лицезреть.
Конечно, русский человек чего то особо нового для себя в книге не подчерпнет, скажем так для нас она всего лишь одна из. А вот для американцев да и европейцев тоже, это неплохая возможность посмотреть на нашу страну независимым взглядом.

Прочитала с большим удовольствием. Было интересно узнать что происходило в стране в те далекие послевоенные годы, вдвойне интересно было увидеть происходящее глазами иностранца. Ощущение во время чтения было такое, словно я сама иностранец и путешествую по незнакомой мне стране, мне, так же как и автору казалось все непривычным и необычным. Многие моменты, конечно же, были на слуху, как-то: бюрократическая волокита, запреты на выезд из страны даже для воссоединения с семьей, настороженность к иностранцам, очереди, карточная система и т.д. Но кое о чем я даже не догадывалась и ранее нигде не читала.
Москва в воспоминаниях автора предстала неприветливым, бюрократическим, равнодушным к проблемам иностранцев городом. В этом отчасти оказался виноват Джо Ньюман не заказавший американцам номер в гостинице, в результате чего они оказались практически на улице и в неизвестно каком статусе. Но все накладки были улажены и Стейнбек с фотографом Капой после остановки в Москве отправились на Украину, в Киев.
Украинцы показались им доброжелательнее и улыбчивее москвичей, а украинки оказались блондинками "с прекрасными, женственными фигурами". Посещая музеи, церкви, монастыри Киева американцы делятся своими впечатлениями описывая последствия разрухи, царившей после войны, планами восстановления города из руин. Из бесед с населением им становится известно, что люди относятся к американцам настороженно из-за развертываемой ими холодной войны, а клоуны в цирке сатирически изображают американцев. Поездка в украинский колхоз разрушила некоторые американские стереотипы. Оказывается, колхозники не живут все вместе в одном бараке, а у каждой семьи есть дом с палисадником. Селяне, бойкие и дружелюбные люди, приняли их хорошо. И даже если многое из того, что видели путешественники, показуха, чувствовалось, что люди действительно ради них старались: приоделись, наготовили украинских блюд и с интересом беседовали на злободневные темы: о войне, американских фермерах, сельскохозяйственной технике и политике. Но в приоритете, конечно, были разговоры о мире.
Поскольку попасть в Грузию из Киева было невозможно (в то время все перелеты осуществлялись исключительно из Москвы), Стейнбек и Капа вернулись в Москву, посетили несколько мероприятий и исторических мест и отправились в Сталинград, после посещения которого наконец-то попали в Грузию, чей магический отблеск преследовал их во время всего путешествия. Между строками о впечатлениях от Тбилиси читается восторг и от чистоты улиц, и от жизнерадостности, написанной на лицах жителей. Автор, собственно, и не скрывает, что город их очаровал. Древние церкви, сады, заложенные еще царицей Тамарой, музеи - маршрут путешественников был практически неизменен, но в Грузии к нему добавилось еще посещение спортивных мероприятий, домов отдыха и, конечно же, виноградников.
Хлебосольное гостеприимство украинцев и грузин вызвало у Стейнбека в памяти историю, рассказанную ему англичанином, которого замучили обедами примерно так же как их самих, что они в итоге написали в своем дневнике:

Грузинское угощение, вино и неизменные тосты описаны довольно подробно и красочно.
Отдельное спасибо автору за легкий юмор в описании тех или иных курьезных ситуаций, в которые попадали путешественники, а так же некоторых советских реалий, начиная с момента, как они оказались без копейки денег в аэропорту, заканчивая описанием загадочной картины в гостиничном номере, обслуживания в ресторане и любви Капы к ванным. Трудно было сдержать улыбку читая все это, порой же я вообще смеялась в голос.
Прочитано в рамках игры Вокруг света.

Джон Стейнбек - знаменитый американский писатель, лауреат Нобелевской премии. Книга "Русский дневник" это описание путешествия писателя со своим другом-фотографов по Советскому союзу в послевоенные годы. Как указано в Википедии, Стейнбек познакомился в баре с фотографом, по фамилии Капа, они обсуждали новости, связанные с Москвой и как-то пришли к выводу, что многие не знают, что там на самом деле происходит в СССР. И вот решили они отправиться в поездку. Уф, ну мне было очень скучно читать. Сплошные застолья, переезды Ждала я, конечно, большего...

Путевые заметки замечательного писателя Джона Стейнбека, подтвержденные фотографиями Роберта Капы, о путешествии по некоторым городам СССР в 1947 году. За сорок дней пребывания в стране советов они съездили в Киев и две окрестные деревушки, Сталинград и Грузию с посещением Тбилиси, Гори и Батуми.

Книга написана легким, воздушным языком. Читается на одном дыхании с яркими образами перед глазами. Читала сначала электронную книгу без картинок, а потом посмотрела фотографии Роберта Капы к этому произведению отдельно. Непросто американцам было в России, много трудностей создавала советская бюрократическая машина, да и СССР с США были в начале холодной войны. Все трудности и невзгоды, выпавшие на долю путешественников, Стейнбек описал с добродушным юмором.

Москва показала Стейнбеку и Капе свое суровое и неулыбающееся лицо, Киев оказался живописнее, живее и радостнее. Украинские хозяйки очень хлебосольные и не давали отдыхать желудкам гостей. Джон Стейнбек так описал Грузию, что мне захотелось туда съездить и увидеть красоту великолепного края, побывать в древних церквях, крепостях, увидеть музей Сталина и посмотреть черноморское побережье Батуми. Интересно, много ли осталось от Грузии Стейнбека. Эта страна тоже оказалась очень гостеприимной. "Если вам показалось, что мы установили рекорд по обжорству, то знайте – вы абсолютно правы. Если у вас создалось впечатление, будто мы практически все время ели, то знайте – именно так оно и было" - говорит автор.

Замечательная книга, которая объединяет. Полезно читать гражданам разных стран, чтобы лучше понимать друг друга и прошлое.

Пришло время признаний и размышлений. Долгая прогулка – это то мероприятие, которое позволяет расширить рамки читаемого и узнать о малоизвестных авторах и книгах. Порой книжные открытия оказываются очень достойными, но иной раз наступает разочарование от того, что потратила 2 недели своей жизни на over 1000 страниц, по итогу мало подарившие уму и сердцу, а рецензионное признание в этом вполне может ранить чьи-то чувства. Написав свой текст на очередную невыполнимую книжную миссию, отправляешься поглядеть на тексты других участников, а там встречаешь то, почему и ценишь подгнивающую демократию – плюрализм мнений. Оказывается, то, что для одного пропаганда, для другого – нет, а автор вообще делает все, что может в имеющихся условиях, не мы такие, страна такая и вот это вот все. Подобное случилось с июльским «Черным ящиком», и вместо того, чтобы шляться по профилям и вступать в дискуссии, а потом получить restraining order от игроков, в августе очень удачно попалась книга Джона Стейнбека в одном из импринтов «Эксмо», в отзыве на которую эту тему можно немного осветить.

«Русский дневник» посвящен поездке в Советский Союз в конце 1940-х и состоит из впечатлений, которые писатель и фотограф Роберт Капа составили себе о нашей стране из увиденного в разных ее частях – от Украины до территории Кавказа через Москву и Сталинград. Эта документалка наглядно помогает отличить классного писателя от функционера и одновременно разглядеть, что описание лубочной «сытой» жизни в СССР тоже может оказаться талантливым, а не одномерным. Свобода слова – еще одно подзабытое понятие, поэтому с должным уважением, достойным персонажей «Крестного отца», к поклонникам опуса Иванова на примере «Русского дневника» попробуем разглядеть, какой же он, советский житель 40-х.

Очевидно, что для визитеров из Соединенных Штатов подготовили масштабную программу в духе «потемкинских деревень», постаравшись максимально радужно представить им послевоенную жизнь при противоборствующем капитализму строе. Так что созданная для Стейнбека и Капы картинка по сути являлась ожившей страницей из книги любого автора Союза писателей – трудолюбивые деревенские обитатели пашут на полях, но помнят о том, что нужно наслаждаться жизнью, урбанистические мыши получают приличную оплату труда и верны идеалам. Но автор «Русского дневника» не пафосен и не патетичен, действующие лица тут – это не картонные образы с плаката, которые стреляют чернющими оками и после одной лишенной сна ночь способны ощутить всю философию общественного (поскольку личностей нам тут не надо) экзистенциализма. Стейнбек видел простых украинских, русских, кавказских жинок и мужиков, которые все вместе составляли в то время единый многонациональный народ, работавший ради восстанавливающейся после войны страны. Писатель и фотограф получили статус «дорогие товарищи», пиры на весь мир в местах их назначения следовали не прекращаясь, кухни всех культур удивляли изобилием для остальных недоедающих областей страны, но первостепенным оставалось не ударить в навоз лицом перед иностранными посетителями.

Национальные традиции стремительно пронеслись перед Стейнбеком и его товарищем: танцы, музыка, тосты под суровые распоряжения тамады. Настоящий патриотизм жил тут - в любви к своему краю, к его прошлому, в надежде на светлое послезавтра с помощью сложной работы в настоящем. Автора удивлял незамысловатый уклад сельчан, путешественники получали удовольствие от сна в простом сарае, с интересом наблюдали постепенно открывавшиеся танцплощадки. Во время прогулок по полям их отбривала острая на язык женщина парой метких фраз, случайно встреченный мужчина растрогал историей военных потерь в семье. А теперь представьте, что Стейнбек и Капа попадают в мир Анатолия Иванова, тут их встречают рассуждениями «покуда почва русская слезками то человечьими не насытится, не видать счастьюшка человеку-то, народится оттуда картофан да пшеница, накормит советский люд», а женщины истошно вопят да истерят, мужчины же сурово шевелят надбровными дугами и усами да ищут врагов Родины.

Да, и в «Русском дневнике» молодые представительницы прекрасного пола со смущением относились к интересу к своим персонам, а образцы пола сильного с уханьем выпивали стопки и с интересом расспрашивали об отношении американцев к нам, но в отсутствие театральных многозначительных пауз с прищуром. Поэтому в такую теплоту души советской, несмотря на все трагедии и невзгоды, в стойкость нашего духа веришь. Из-за этой картины мира под железной шторкой, которая не обличала режим диктатуры Сталина, а посвящена обыкновенным людям, вызывающим у Стейнбека очевидную симпатию, автору досталось от своих критиков по другую сторону океана. Там присутствовала такая же промывка мозгов, но в этом есть настоящая писательская честность - в отказе играть в поддавки с власть имущими, а не в культивировании слухов о развале страны изнутри с помощью проамериканских моральных ориентиров.

После прочтения сохраняется в памяти интересная мысль, что культ личности связан с религиозными привычками, когда народ не смыслит существования в отсутствие кумиров, на чьи суждения можно опираться. Так, Стейнбек отмечал количество музеев имени Ленина и то, что слова Иосифа Виссарионовича цитируют как непреложную мысль, добавляя, что Сталин никогда не ошибается. Музеи в СССР превращаются в своеобразные аналоги церквей: вместо мощей клочки писем маленького кудрявого Ленина, а труды вождей используется в качестве Священного писания. СССР трансформировалось в очень атеистическую формацию, а люди, выросшие в иной системе координат, с удовольствием приняли этот аналог, ведь по своей сути догматы религии мало чем отличались от нынешнего положения дел. Сопровождающая путешественников девушка рассказывала о строгих моральных правилах коммунистов, которые напоминали те же самые православные каноны относительно нравственной чистоты.

Конечно, не все так легко складывалось на пути у документалистов – призрак коммунизма преследовал их по пятам, то мешая взлететь в нужное время, то ограничивая доступ к тем или иным объектам инфраструктуры или изымая ряд пленок, а еще постоянно полоскал мозги партийными встречами и социально важными пьесами. Но описывает это Стейнбек в столь симпатичных шаржах, на которые сложно по-настоящему обидеться. Наверное, на таких поездках, которые позволяют на собственной шкуре испытать колорит другой страны, и должна строиться интернациональная дружба. В настоящее время примером этому послужил чемпионат мира по футболу, когда многое в нашей стране стало для приезжих в диковинку. Остается надеться, что дружба народов не останется пустыми словами.

Тема «Своя страна глазами иностранцев» очень заманчивая. Понимаешь умом, что глаз у нас замылен и свежий взгляд никогда не помешает. В то же время очень обидно, когда этот свежий взгляд недоброжелателен. То есть сами-то мы имеем полное право ругать и критиковать и страну, и правительство, и народ, но почему-то неприятно, когда это делают чужие люди. Мол, мы сами внутри себя как-нибудь разберемся, а вы со своей критикой оттуда не выступайте. Но хочешь увидеть истину – терпи. Поэтому я понимаю и терплю, когда вижу критические отзывы, но все равно неприятно. Даже милейшая пани Хмелевская потеряла в моих глазах пару бонусных баллов, когда весьма нелицеприятно прошлась по замызганным городам черноморского побережья, хотя она была права, сто раз права…

Так вот, у Стейнбека, посетившего СССР в 1947 году, все было исключительно мирно и позитивно. Несмотря на то, что страна все еще не оправилась после ударов войны и на то, что было к чему придраться, он предпочел эти мелочи не замечать. Да, он резковато высказался по поводу нашего бюрократизма, но в какой стране, скажите, нет бюрократов? Это общая проблема, всемирная и неискоренимая. Да, заметил и бедность прилавков, и скудную одежонку, но каждый такой момент уравновешивался позитивным наблюдением – витрины коммерческих магазинов давали основания. Да, он не увидел или предпочел не видеть царившего в воздухе напряжения, никуда не девшегося опасения возможного. Зато он с удовольствием писал о наших людях, об украинском хлебосольстве, о грузинском радушии, о том, как Москва готовилась к своему 800-летию, о встречах с милыми добрыми оптимистичными людьми, он был готов убеждать кого угодно, что эти русские не хотят войны, что с них довольно, что эта чертова война не нужна у нас в стране никому… Да черт возьми, почему Стейнбек 60 лет назад это понимал, а сейчас… Я не понимаю, почему эту книгу не издавали у нас в стране, не понимаю, почему она не вошла в шеститомник Стейнбека, что от нас скрывали?

Кажется и у себя на родине эту повесть не приняли. Не о том он писал, не то и не так. Не того от него ждали.

Совершенно неожиданно в этих заметках Стейнбек открылся как человек с изрядным чувством юмора. И еще. Не знаю, чей это перевод, но по стилю, по иронии текст Стейнбека ужасно напоминал Одноэтажную Америку
Судите сами:
Стейнбек:

Ильф и Петров: