Отзывы о книге Мелкий снег

Долгая и очень тяжелая, грустная книга. Я люблю длинные книги, в которых погружаешься в историю героев и прикипаешь к ним всей душой. Но вот в этом романе на протяжении 800 страниц вообще нет счастливых мгновений в жизни персонажей (как в анекдоте: "Жизнь состоит не только из черных полос. Есть еще очень черные"). Как-то очень депрессивно, на мой взгляд. Вообще нет в книге счастливых героев. Карма что ли такая...3 сестры, 3 прелестных милых девушки (самую старшую я в расчет не беру, она живет отдельно, и о ней упоминается лишь постольку, поскольку).

Сатико замужем 10 лет, у нее только 1 дочка, но она мечтает о втором ребенке и все как-то не складывается. К тому же она в постоянных заботах о своих пока еще незамужних младших сестрах, Юкико и Таэко (люблю японскую литературу, но как же сложно мне запомнить их имена. И правильно произнести:)

Юкико - красивая молодая женщина, робкая и молчаливая, утонченная, худенькая, никто ей не дает 30-ти лет (все думают, что ей 20 с небольшим), прекрасно образованная. Но тотально ей не везет с женихами (хотя родные и стараются изо всех сил) Больше 10 лет ее пытаются выдать замуж, но всегда находят какой-то изъян у жениха и им приходится ему отказывать (сами-то мужчины от Юкико не отказывались). Изъяны в происхождении, социальном статусе, родственниках и проч. К концу книги кажется, что и сама девушка уж потеряла всякую надежду выйти замуж. Тем более, что она и сама не молодеет, годы идут, и ей же сватают и вдовцов, и мужчин с детьми от первого брака, и мужчин, которые годятся ей в отцы по возрасту (ну действительно, если она выглядит на 20, а предполагаемый муж - на 55, счастливого мало). Видимо, считают, что ей уже не 16, надо соглашаться на любые варианты. Печально все это читать, конечно, и чем ближе к концу, тем печальнее. Там уже и надежды никакой не остается...

Таэко - самая младшая сестра в семье, полная противоположность застенчивой и молчаливой Юкико. у Таэко есть жених, но она по японским традициям не может выйти замуж раньше старшей сестры Юкико. Жених Таэко не может ждать - молодой. горячий, заводит любовниц...

Вот 3 прекрасных и хороших женщины, а все несчастливы. Ну вот как же так?...

Чем мне понравилась книга, так это тем, что во-первых, она пропитана японским колоритом (мне вообще очень импонирует японский менталитет с его сдержанностью и утонченностью), а во-вторых, характером героинь. Это люди, которые достойно принимают все удары судьбы, не ропщут на нее, помогают другим, никогда никому не жалуются, а спокойно живут. Они все удивительно спокойны. Видимо, не судьба быть счастливыми. Ну что ж, живем дальше...5/5

Красивый роман, который заставляет о многом задуматься...

А может, "Маленькие женщины"? Нууу.... Я очень люблю японскую литературу, но знакома не с таким большим количеством аутентичных авторов. А эту книгу очень советовали читать в ноябре. Я хотела последовать совету, но немного подзадержалась. Но все равно добросовестно прочитала) Жили-были в Осаке 4 сестрички дома Макиока: Цуруко, Сатико, Юкико и Таэко. Начинает автор где-то в первой половине 20го века, а заканчивает в 40м году (думаю, для сюжета это важно). Старших родственников уже с ними нет, но заботу о сестричках взял "главный дом" старшего зятя. И только одна у них проблема - но, видимо, прям очень глобальная - выдать замуж третью сестру Юкико. Вот. И так почти 600 страниц - мы будем сватать и выдавать Юкико замуж. Нет, похоже, мы не понимаем масштаб бедствия, потому что вперед старшей сестры не может выскочить замуж младшенькая, а у нее уже все на мази, и вдруг жених сорвется?! Хммм... Закрадывается у меня такое подозрение, что сюжет "выдать девочку замуж срочно - иначе все пропало!" уже можно объявлять бродячим наравне с "осадой крепости" и "странствием хитреца". В прошлом году я читала Викрам Сет - Достойный жених. Книга 1 Божечки-кошечки, там ж еще второй том есть. 1800 страниц автор наваял! Как же там девочка без замужа?! Я ТАК переживаю! И вот... Но момент тут в том, что на фоне этих матримониальных планов у индийского автора развертывается история Индии вплоть до смены режима и самосознания. А у японского... Если бы у почтенного Танидзаки-сама было 600 страниц сватовства, я бы уже взвыла и 600 раз призвала японского бога. Но автору не дали Нобелевку реально потому, что получил ее Ясунари Кавабата. Одна Япония - одна премия, Европа) И стало мне казаться, что книга вообще не про "выдать Юкико замуж". Во-первых, автор прекрасен прежде всего своим эстетствующим началом. За время книги нас пригласят полюбоваться сакурой раза три. А сколько тут: кимоно, причесок, архитектуры, еды... Такое ощущение, что концепцией ваби-саби - возвышенная простота - книга просто дышит. Одни "танцующие" суси с (пока еще) живой креветкой чего стоят! А вот с макрелью поаккуратнее... Другой момент - это смесь культур. Дом второй сестры окружают с одной стороны русская семья Кириленко, с другой - немецкая семья Штольцев. И со всеми сестры общаются наблюдают, ходят там на обед к Кириленкам, дочка Сатико дружит с девочкой Штольцев. И кажется, что - принимают эти культуры и берут от них лучшее. Словно после того, как опал шелковый занавес, японцы осознали, что можно не только воротить нос и лелеять свою уникальность, но и учиться, тянуться, понимать и принимать. Да и вообще по ходу чтения мне захотелось порассуждать, что образы сестренок - это нечто большее, чем просто 4 разные женщины и девушки. Сравнение с "Маленькими женщинами" пришло уже позже, да и девчонки скорее воплощали 4 темперамента и взрослели на наших глазах. Сестры же Макиока - пришло мне такое сравнение, словно это взрослела и изменялась японская культура сквозь 20й век. Старшая сестра - вообще словно посредница и тень своего мужа. Вторая, Сатико - да, за мужем, но уже гораздо ближе с сестрами и переживает за них. Юкико... Хотя вся эта карусель с замужеством выглядит даже... Когда мелькнула фраза

Все-таки она выступала как предмет торга

Да и как носились с маленьким пятнышком у нее над глазом. Но все-таки как-то удавалось каким-то женским чутьем и строптивостью ей отстоять себя. Ну и самая интересная - младшенькая. Автор прям полюбил подчеркивать, что она - самая и энергичная и деятельная, много чем увлекается, любит европейскую одежду... Не знаю насчет совета читать в ноябре. Возможно, книга у кого-то откликнулась сезону - увядания, замедления, медитативности, но когда даже маленькие бытовые радости ощущаются острее. Я же посоветую тем, кто любит и принимает такие немного викторианские полнокровные романы, буквально лопающиеся от наполненности... Чем? Будут там и острые и бурлящие моменты - даже целое наводнение, да и война близко - но и простыми повседневными радостями и горестями. Ведь кто-то может копать в сторону связи и смены культур, а кто-то - просто радоваться спокойному вечеру или приезду сестры. А насчет названия... Ведь "юки" - это же "снег"? (и не только))

Я люблю Японию. Люблю так, как можно любить мечту. Лелеять в уголке души, возвращаться. И думать о том, как бы было хорошо оказаться в уютном доме, оставить обувь на пороге, пройтись по дощатому полу, укрытому татами, и натолкнуться на непривычные глазу сёдзи и фусуму, а после на правах дорогого гостя пройти в изысканно обставленную гостиную, где токонома украшена живописным свитком и икэбаной. Отведать вкусных суши с морским окунем или тунцом, а может и даже с живой креветкой в маленьком шумном ресторанчике, где еду готовят при восторженном посетителе. Полюбоваться цветением сакуры в апреле, когда нежные лепестки, медленно покружившись в вальсе, укрывают теплую землю. Посетить старинные буддийские храмы и взглянуть на священную гору Фудзи. Пронестись на велосипеде по крутым холмам. Побывать в Токио, Осаке, Окианаве и, конечно, Акихабаре… Но где я, а где Япония… А впрочем, так ли мы далеки друг от друга? Вот берешь в руки чудесный томик Танидзаки и кажется, что до мечты рукой подать. Проваливаешься в каждую страницу, дышишь иным воздухом и … любишь. Любишь едва ли не каждую строчку.

Недолго думая, можно сразу сказать, что роман Дзюнъитиро Танидзаки о сестрах, и приоткрыть завесу тайны едва ли над третью сюжета. Можно дополнить, что роман Дзюнъитиро Танидзаки о трудностях замужества в знатной семье (особенно если вам уже немного за тридцать, а принца все нет), и опять же не очень продвинуться в объяснениях. А можно просто заметить, что это роман о Японии и быть правым в полной мере. И хоть речь в книге в основном идет о требовательной Цуруко, отзывчивой и добросердечной Сатико, застенчивой Юкико и взбалмошной Таэко, едва ли не главным героем остается далекая и прекрасная восточная страна. С необыкновенной теплотой автор рассказывает о каждой сестре, пишет портрет, а на деле (и особенно это чувствуется на примере Сатико) описывает истинную японку – утонченную, образованную, чтящую традиции. Подробно говорит о взаимоотношениях между сестрами, о строгой иерархии и подчинении главному дому, а на деле дает представление о ритуалах и обычаях внутри любой японской семьи. Танидзаки не терпит обобщения, прописывает детали и в каждой мелочи видит нечто важное. И потому, собираясь с сестрами на очередное сватовство, вы получаете не только четкое представление о кимоно как виде одежды, но и попутно узнаете о скрипучих поясах, орнаментах, которые следует носить юным красавицам, а какие пристало замужним дамам. Покрываете лицо, плечи и грудь тонким слоем белил, подчеркиваете скулы румянами, посещаете парикмахера и знакомитесь таким образом с эталоном японской красоты. Впрочем, щепетильность автора находит отражение во многом. Любуясь сакурой по весне, вы заходите во все видные храмы и живописные места, вспоминаете краткие вехи истории и выдающихся личностей (а это бесценная информация для мечтателя-путешественника, хочу я вам сказать). Вместе с Таэко разучиваете танец и заодно узнаете поименно тех, кто стоял у истоков традиции… А уж сколько раз вы посетите театр! И как после такого не грезить о том, чтобы однажды попасть на представление Кабуки?! Немало говорит автор и об отношении японцев в гадзинам (иностранцам), на примере отношений со Штольцами развенчивает миф о крайней нелюбви японцев к не-японцам. Однако не только этнические особенности привлекают Танидзаки. Он сделает вас свидетелем великого наводнения и токийского урагана. Словно изнутри покажет переживания Японии на пороге мировой войны, которая, к слову, обернется для нее ужасными последствиями. Истинный японец Дзюнъитиро Танидзаки не торопится. Он создает картину и поминутно восхищается ей, учит созерцанию, умению ценить прошлое. И это прекрасно! В этой неспешности есть свое особое очарование, особенно если вы настроены посмаковать каждую подробность, как это было со мной. Буду откровенна, роман не стал для меня абсолютным открытием. Если вы хоть чуточку знакомы с Японией, то многие факты, особенности культуры будут вам уже известны… И, тем не менее, в устах автора они не звучат как прописные истины.

Внимание к каждому штриху лишь подчеркивает огромную любовь Танидзаки к своей стране в ее самых разных многоликих проявлениях. А меня же не отпускало ощущение, что, знакомясь с романом, я в собственном воображении просматривала любимое аниме в духе Миядзаки. Правда, это был не фильм, а несколько сезонов к ряду и много-много серий – неизменно интересных, погружающих тебя в другое измерение…. И я то и дело думала: так ли заоблачна моя мечта? И чем измеряется эта заоблачность? А всего-то и нужно отринуть сомнения и протянуть ладонь, постараться… Именно так, как учит нас тому японская мудрость – гамбаттэ! Возможно все, если ты в это веришь!

Какой увлекательной оказалась семейная хроника от Дзюнъитиро Танидзаки и каким долгим, но всё же запоминающимся оказалось это приключение!

Я большая поклонница книг в жанре «семейные саги», потому что взаимоотношения людей, связанных родственными узами — это один из самых любопытных, на мой взгляд, социальных институтов с точки зрения наблюдателя, потому что кто как не твой член семьи видел тебя и юным, и зрелым; кто, если не семья видела моменты всех твоих взлётов и падений? Каким бы неидеальным и каким бы неполноценным себя не считал человек, он всё равно чей-то сын, муж или сестра, мать или бабушка. Это совершенно особенный, комплексный и сложный вид взаимоотношений, наблюдать за которым никогда не наскучивает, сколько бы книг ты не перечитал и сколько бы судеб не увидел. Всегда удаётся обнаружить то, что в рамках отдельно взятой семьи будет примечательным и интересным.

Роман знакомит нас с семейством Макиока — четырьмя сёстрами из обедневшей купеческой семьи, каждая из которых имеет свою индивидуальность, амбиции и мечты. Цуруко, Сатико, Таэко и Юкико — женщины со своей судьбой и своими пороками, но которых объединяет одно: крепкие родственные узы, продолжительность которых не ограничивается одним лишь детством и юностью. Они проносят эту связь с собой на протяжении всей жизни, несмотря на обиды, недомолвки, секреты и иногда — даже неприязнь к друг другу, по-прежнему оставаясь близкими друг для друга людьми и не теряя сочувствия, желания прощать или приходить на выручку, какими бы неправыми друг дружку не считали.

Примечательной особенностью этого романа является время действия: это Япония середины 30-ых годов до начала весны того судьбоносного 41 года, когда ещё не случились те страшные трагедии и Японию не настигли голод, ужас и сплошная разруха. Танидзаки, несмотря на данный факт, писал этот роман в военные годы и его творчество здесь — тот вид светлого и доброго эскапизма, которого жаждали многие японцы, уставшие от литературы военной и восхваляющей смерть ради собственной страны.

Единственный, но зато и непростительный «грех» Танидзаки состоял в том, что вместо прославления войны и «священной миссии Японской империи» роман «Мелкий снег» славил мир и мирную жизнь, в которой нет, да и не может быть места войне.

Именно поэтому роман сосредоточен на быте и «будничных» проблемах сестёр: Юкико никак не могут выдать замуж, Цуруко вынуждена покинуть родную Осаку и переехать в Токио ради продвижения по службе у её мужа, Тацуо; Таэко ищет истинную любовь, но не видит её в своём нынешнем партнёре Окубате; а Сатико переживает свой первый выкидыш и вынуждена взваливать на себя заботу о младших сёстрах пока «главный дом» разбирается со своими проблемами.

Быт, традиции и культурные — в большинстве своём консервативные — ценности Японии…всё это было так интересно и занимательно прочесть с позиции читателя! Вы знали, например, что третья по счёту сестра не может выйти замуж, пока свадьбу не сыграет вторая? Или в каком порядке подают чарки для сакэ за столом с гостями? В Японии много маленьких, но тем не менее важных деталей этикета, что любая оплошность может привести к недопониманию, скандалам, обидам и гневу, передающемуся на целые семьи! И очень-очень много внимания уделяется мнению окружающих, нежели отдельно взятого человека — любое действие, расцененное как компрометирующее и неприличное, легко передавалось через сплетни и ломало целые жизни, стоило кому-нибудь хоть раз оступиться или сглупить. Как современному читателю, многое из описанного мне показалось до жути излишним, но такова чужая культура. Остаётся только надеяться, что в современной Японии многие из тех вещей, что прописаны в романе, отпали за ненужностью и больше не тревожат жизни японцев своими устаревшими взглядами.

Я успела крепко породниться и привязаться к семейству Макиока. Порой я не соглашалась с теми или иными выборами, что ложились на долю сестёр, не понимала или злилась на них, но в конечном итоге, как только перевернула последнюю страницу и поставила флажок «завершено» в читалке, испытала глубокое чувство удовлетворения и спокойствия. Мы расстаёмся с сёстрами Макиока на грани начала войны, но книга позволила нам не увидеть эти события и навсегда остаться там, в мирных и постоянно-непостоянных буднях, где есть время сходить по магазинам, выпить чарку сакэ с гостями, полюбоваться сакурой или проводить друзей на причале в долгое и непростое путешествие.

«Мелкий снег» — это роман-момент, где славное мирное время, пусть и лишённое блаженства вечного покоя, всё же ценнее и прекраснее войны, долга перед родиной и кровопролития. Эта книга — как банка со светлячками, как вино из одуванчиков в бутылке, как самые вкусные, яркие и горькие воспоминания. Годы юности и зрелости, любви и грусти, греха и стыда, закупоренные на страницах книги в ожидании того, кто её откроет и перенесётся в Осаку к семье Макиока, чтобы ненадолго стать частью их семьи и разделить с ними невзгоды, страхи и улыбки.

Может быть на этот раз книга ожидает именно вас?

Потрясающая книга для аудитории, желающей познакомиться с японскими традициями, историей, психологией и т.д. на живом примере. Она раскрывает японскую культуру больше и глубже, чем учебник по этой самой культуре. Да еще и написана таким приятным языком (тут реверанс и в сторону переводчика - прекрасная работа). Первая половина XX века. Япония. Сестры из уважаемого семейства строят жизнь. Сватают друг друга, присматривают друг за другом, любят, теряют, смиряются, находят свой путь, живут социальной жизнью. И все это - накануне войны. Очень интересно, необычно в плане разницы мировоззрения, культурных и этнических особенностей. Как выдать замуж сестру, чтобы ей было хорошо, как не потерять лицо и честь, что делать при наводнении. Можно полюбить неподходящую партию, как лечить авитаминоз и какое кимоно прилично носить на смотрины - эти и другие вопросы раскрыты здесь. Автор современник происходящего и явно знает, о чем говорит. А поверх того - ощущение мимолетности. Именно оно важно - как мелкий снег, завораживает совсем недолговечной красотой, так и жизнь требует разумной поспешности, а то время любования и ценности истечет. Книга, скажу прямо, не маленькая. Но читается влет! Поклонникам культуры очень рекомендую.

У каждой страны есть своя belle epoque, эпоха красоты. Это то время, которое вроде было совсем недавно - но на самом деле утеряно навсегда и восстановлению не подлежит. Серебрянный век русской культуры был залит кровью революции, belle epoque в Европе навсегда врезался в память трагедией Первой мировой. Прекрастное время, время открытий, эмансипации, начало кино и воздухоплавания - и тем страшнее кажется его окончание. Япония свой серебрянный век начала еще в средине 19-го столетия, после буржуазной революции, положившей начало эпохе просвещения. И он длился непозволительно долго по мерам мировой истории, вплоть до Второй мировой, когда страна, где весной любуются сакурой, летом ловят светлячков, печаляться вместе с осенней луной и радуются снегу - ведь все это мимолетно, непостоянно и вот-вот исчезнет… вы знаете, что стало со страной - Хиросима и Нагасаки по сей день для всего мира являются страшными памятниками человеческой слепоты, ненависти и беспощадности. Но Япония - это не только сакуры и клены - это еще и люди, которые остаются верны своей стране и своей культуре. Не смотря ни на что.

Как вдруг увидел я сосульку: Её наполнил красотою лунный свет... И я не стал самоубийцей.

Много лет назад я смотрела мультфильм “Могила светлячков”. Страшный в своей реалистичности, вгоняющий в состояние, близкое к отчаянию и ненависти ко всему роду человеческому, способному играть в войну. И, по причине хорошей памяти, я боялась приступать к творчеству Танидзаки. Память вообще удивительная вещь - она воскрешает мертвых и отстраивает города, возвращает время вспять и позволяет длиться и длиться затянувшейся весне и времени перемен.

Дальше...

Итак, “Мелкий снег” или “Снежный пейзаж”, удивительнейшая по красоте история жизни 4-х очень разных женщин в период с начала 30-х и до начала войны. Цуруко, Сатико, Юкико и Таэко являются четырьмя гранями жизни одного семейства, но остаются едиными в стремлениях к счастью своих близких. В этом и состоит их эгоизм - ведь иногда обеспечить счастье одного человека можно лишь ценою другого. А ситуация и вправду сложная - две старших сестры давно и счастливо замужем, а вот третья - все никак. По европейским меркам ничего предосудительного в том, что младшая раньше выйдет замуж нет, но мы то говорим о Японии, где такая ситуация в почтенном семействе просто невозможна. И застенчивая нежная Юкико, пройдя через множество смотрин, так и остается незамужней, чем закрывает дорогу к счастью для младшей, независимой и талантливой Таэко. И с каждым годом ситуация будет усложняться, вызывать конфликты и трагедии. И развязка ее такова, что читателю самому предстоит додумать и понять, чего он желает каждой из сестер. Цуруко - денег, Сатико - детей, Юкико - семейного счастья а Таэко - наверное, мудрости. Объемная книга прошла на одном дыхании, меняя ощущения настолько незаметно, что в начале ее я со своими современными взглядами возмущалась непостижимыми для меня традициями, но уже через сотню-другую страниц восприняла их как должное. И это прекрасно. Я не считаю возможным говорить в рецензии о сюжете, поскольку его нету, как такового, просто жизнь идет своим чередом, принося радости и огорчения. И время такое, когда весь мир затих в ожидании войны, когда не знаешь, что же дальше, надеешься на лучшее и веришь в торжество добра. То есть герои не знают и надеются, а мы то с вами знаем, что уже в апреле 1942 года американские бомбардировщики начнут равнять Токио с землей, а в августе 45-го в ядерном огне Япония захлебнется. Роман вышел в 1948 году, он весь как бы предчувствие ужаса, который опуститься на землю весной вместо цветов сакуры. И все же - это роман-надежда, роман-воспоминание о прошлой жизни, а значит шанс подняться из пепла как птица Феникс. И знаете что? У Японии это получилось.

В японской культуре есть есть четыре понятия, которые служат мерилами красоты. Саби, ваби, сибуй и югэн. Саби - это очарование следов возраста. Потемневшее дерево, замшелый камень, легкая обтрепанность - во всем этом японцы видят время, которое выявляет настоящую ценность вещи. Так и в романе - только время показывает настоящую сущность каждой сестры, проявляя как недостатки так и достоинства. Кто-то останется памятью и светлым воспоминанием для потомков, а о ком-то постараются забыть еще при жизни.

Вот один лепесток Закружился, подхваченный ветром, И еще, и еще…

Если саби воплощает связь между искусством и временем, то ваби - это мост между искусством и повседневной жизнью. И это нельзя объяснить - только прочувствовать, ведь заметить присутствие чего-то легче, чем увидеть отсутствие, а ваби - это отсутствие чего-либо вычурного, броского, нарочитого, а значит - вульгарного. Танидзаки великолепно раскрывает и этот аспект, вкладывая в своих героинь спокойное достоинство, изящество простоты, красоту творчества.

Как нежный иней На ранних склонах Фудзи Лицо невесты

Окончательный приговор в оценке красоты - это сибуй. Поколениями и поколениями японцы культивировали у себя способность интуитивно распознавать и воссоздавать качества, определяемые словом "сибуй". Сибуй - это красота простоты, слитая с красотой естественности, это первородное несовершенство в сочетании с трезвой сдержанностью мастера. Это когда возникает гармония между минимальной обработкой материала и максимальной полезностью вещи. Чем меньше - тем больше. Именно поэтому для создания шедевра не нужно менять сущности вещи - достаточно раскрыть ее естественную красоту. Не нужно наделять человека невероятными качествам или писать заумную книгу тогда, когда история обычных людей способна раскрыть и укрепить веру в человечество.

Бедные звезды! Им места нет в небесах – Так сияет луна…

И, напоследок, югэн - красота, которая лежит в глубине вещей, не стремясь на поверхность. Тайна искусства состоит в том, чтобы вслушиваться в несказанное, любоваться невидимым. Каждый мечтатель вам скажет об этом - завершенность несовместима с вечным движением жизни, а красота ценна своей недолговечностью. Именно поэтому вы не увидите в романе финальной точки. Там только троеточие - и целая жизнь впереди.

Обернись же! Ведь и моя унылая осень подходит к концу...

Если вам нравится изучать обычаи других стран, читать об особенностях быта, традициях и взаимоотношениях людей, то эта книга именно то, что нужно. Произведение подробно рассказывает о жизни семейства Макиока, особенно уделяя внимание троим из четверых наследниц некогда влиятельного дома. Большая часть повествования идет от лица героини Сатико, она замужняя обеспеченная дама, которая печется о судьбе своих младших сестриц и старается побыстрее выдать замуж третью по старшинству, ведь той уже 30 лет и ее затянувшее девичество не только делает невозможным брак самой младшей сестры, но и в целом наносит урон чести семьи и ставит под сомнение компетентность старших представителей рода. При этом самая младшая не только не облегчает задачу Сатико, но и своим поведением не раз ставит под удар все матримониальные планы и в целом вредит репутации семейства.

В книге очень много интересных деталей, позволяющих лучше понять культуру Японии того времени. Автор подробно описывает времяпрепровождение состоятельных людей, особенности внешнего вида, выбора одежды и наведения красоты, отношения с гостями и слугами. Писатель даёт нам возможность узнать о том, как воспитывали детей, как выбирали врачей и какими средствами те лечили (познавательно было прочесть о распространённой болезни бери-бери и об уколах витамина В1, о том, как желтуху лечили бульоном из моллюсков или о том, как операция на ухе может привести к гангрене ноги.)

Благодаря этой книге можно лучше понять, как японцы переживали природные катаклизмы: наводнения, грозящие смертью в собственном доме, когда вода доходит до крыши, или тайфун, от которого весь хлипкий дом ходит ходуном и чуть ли не разваливается на глазах.

Интересно рассказано и про брачные обычаи этой эпохи, про знакомство по фотографиям, про свах, которые устраивали смотрины и способствовали сближению семей, о частных детективах, которых нанимали, чтобы проверить претендентов, а также о медицинских освидетельствованиях, которые могли потребоваться для успокоения будущих родственников.

Не менее важное место в этом произведении занимают взаимоотношения между членами семьи. Автор позволяет заглянуть «в чужие окна» и увидеть, по каким правилам жили благородные люди. Из книги узнаешь о взаимодействии между «главным домом» и младшей ветвью, которую образовала вторая дочь и ее муж, вошедший в семью. Как правила чести обязывают главный дом заботиться о младших родственницах и, даже несмотря на трудную финансовую ситуацию, тесноту дома и нежелание самих молодых дам проживать в главном доме, правила приличия следует соблюдать.Вообще репутация в то время значила очень многое, и не только личная, ведь о человеке судили по его семье и неподобающее поведение одного из членов семьи могло погубить перспективы на брак или карьеру остальных.

Для себя я отметила удивительное почитание старших, причем не обязательно, чтобы это были родители или старший брат. Даже старшая сестра более почитаема, чем остальные девушки и, например, сесть первыми в такси, не дожидаясь старшей, было признаком дурного воспитания.

Резюмируя - это познавательная книга, неспешная и плавнотекущая, наполненная любованием японской культурой, когда главным были традиции, а новые общественные тенденции ХХ века ещё воспринимались как что-то чуждое и вредоносное. В этой книге не стоит искать политики или описания военных событий, идей равенства людей, феминизма или достижения «американской мечты». Скорее ее атмосфера напоминает классические английские романы ХIX века, в которых главное было не уронить свою честь и удачно выйти замуж, соблюдая все приличия.

Сатико с сёстрами, углубившись в заросли травы, подошли к речке вплотную — и в этот миг они вдруг увидели, как мириады светляков порхают с одного берега на другой, прочерчивая над водой синеватые дуги… Вдоль всей реки, сколько хватало глаз, неслись эти бесчисленные скачущие искорки… Не удивительно, что Сатико с сёстрами не сразу приметили светляков: они были скрыты высокими травами и сновали над самой водой… Какое это было незабываемое зрелище! Внизу, у поверхности воды, стелется густая тьма, но всё ещё видно, как колышутся прибрежные травы, и на этом фоне — несметное множество тонких, сверкающих линий, образованных призрачными огоньками светляков… Даже сейчас, закрывая глаза, Сатико видела всё это словно наяву… Да, уже ради одного этого стоило приехать сюда. Это зрелище не завораживало пышностью красок, как, например, вид цветущей сакуры. В нём было скорее нечто таинственное, неправдоподобное, нечто из мира сказки, из мира детства, нечто такое, что не в силах передать живопись и что способна выразить только музыка. Ах, если бы превратить это в мелодию, которую можно сыграть на фортепиано или на кото!..

Вот наконец-то добралась и еще до одного японского классика, чему несказанно рада. Вообще заметила, что именно с ними я ловлю одну волну, когда дело касается медленного, размеренного, неспешного повествования без особого сюжета. То, что я обычно не люблю у представителей других национальностей, тут меня цепляет. Не уверена, почему так происходит, может, у меня изначально к ним такой несколько настороженный подход, от которого рождается более вдумчивое чтение и пристальный взгляд сквозь полотно произведения, желание разобраться в происходящем подстегивает мыслительный процесс, и в итоге попытки понять, что же хотел сказать автор, способствуют резонансу с историей. Не знаю, это всего лишь догадка, но факт остается фактом, даже такой кирпичик как "Снежный пейзаж" не навел на меня скуки и прочитался с огромным интересом практически запоем, хотя по сути сюжет тут можно выразить одним предложением: как одна девушка из хорошей японской семьи пыталась выйти замуж.

Но это лишь на первый поверхностный взгляд. За описанием повседневной жизни представителей семьи Макиока скрывается целый срез японской жизни, культуры и истории. И хотя автор целенаправленно избегает углубляться в дебри политики, избежать упоминаний о ней невозможно, ведь роман охватывает период с середины 30-х годов прошлого века и до 1941. Четыре сестры живут, воспитывают детей, решают семейные неурядицы, ищут жениха для Юкико (третьей по старшинству), занимаются танцами, музыкой, ходят в театры и кино, но на фоне их быта чувствуется все сильнее нарастающее напряжение в стране и мире. Вот уже уехали обратно в Германию их соседи Штольцы, ведь глава семейства работал в фирме, чья деятельность практически свелась к нулю из-за Китайского инцидента, вот уже пишет о бомбежках Лондона уехавшая в Англию на поиски мужа русская эмигрантка Катерина, вот уже на праздничном застолье многие из мужчин вместо костюмов и традиционной одежды облачены в кители цвета хаки. Такими небольшими штрихами рисует автор картину тех лет, и понять его осторожность в упоминании актуальных на тот момент событий очень даже можно, стоит лишь посмотреть на год написания и становится понятно, почему роман был запрещен цензурой, ведь вместо политически правильной агитки Танидзаки воспевает мирную жизнь, которая со дня на день будет разрушена, не за горами уже бомбежки Токио и атомные бомбы, сброшенные американцами на Хиросиму и Нагасаки.

Само же повествование, как я и говорила ранее, в основном крутится вокруг выдачи замуж третьей из сестер Юкико. Две старшие Цуруко и Сатико вполне себе быстро и удачно нашли супругов, младшая же Таэко или Кой-сан, как ласково зовут ее в семье на осакский манер, связана по рукам и ногам обычаем, что не может младшая выйти замуж вперед старшей, да что уж там говорить, по правилам приличия она в такси или за стол даже вперед сестер сесть не может. А Юкико все не везет, сначала женихов браковало ее же собственное семейство, тот родословной не вышел, тот финансовым положением, а тот уже самой невесте не по нраву, провинциал какой-то неотесанный, но годы идут, невеста не молодеет и потенциальных кандидатов найти все сложнее. А Кой-сан барышня наоборот очень бойкая и современная, еще в молодости пыталась с любимым сбежать, чем опозорила свою семью, но ее это не сильно беспокоит, всем своим существом она против старинных традиций и обычаев, одевается по-европейски, не прочь гульнуть, сама зарабатывает себе на жизнь, отказавшись от пособия, что обязаны ей выплачивать до ее замужества зятья. И мечется между сестрами, стараясь избежать конфликтов, Сатико, на мой взгляд, самая отзывчивая и добрая из них, ей и одну жалко, и другую, и со старшей ссориться неохота, хоть и выбешивают они ее все с завидной регулярностью, но тем не менее чувствуется, что она искренне любит своих сестер и никогда до конца не откажется ни от одной из них, что бы они там ни натворили и что бы об этом ни говорили обычаи и традиции.

Помимо традиций, связанных с такими ключевыми событиями в жизни как, например, сватовство и бракосочетание, у читателя есть возможность познакомиться и с более мелкими бытовыми привычками японцев, узнать как они жили, как развлекались, чем питались, чем увлекались. Будут тут и традиционные старинные танцы, и игра на национальных музыкальных инструментах, и посещение театра Кабуки, и любование цветением сакуры, и ловля светлячков. А как автор все это описывает! Все повествование просто-таки пропитано любовью к родной стране, ее жителям, ее обычаям и красотам, как рукотворным, вроде древних храмов, так и природным, и ты сам поневоле заражаешься этой любовью, бродишь по улочкам японских городов, любуешься молодой листвой и цветением сакуры, подмечаешь узоры на кимоно местных красавиц и получаешь удовольствие от простой повседневной жизни. Но любая жизнь полна не только приятных событий и автор абсолютно не страдает идеализацией, будет в романе место и смерти, как от болезни, так и от несчастного случая, природа же может быть не только прекрасной, но и смертоносной, муж Сатико Тэйноске выжил при Токийском землетрясении, а различным членам семьи Макиока придется справляться еще и с тайфуном, и с жутким наводнением, унесшими множество жизней. Жизнь есть жизнь, в ней хватает всего, но тем не менее она прекрасна. Пока не будет разрушена амбициями тех, кто решил, что война нужна и неизбежна... Но этого мы уже не увидим, мы простимся с семьей Макиока до того, как война переместится уже и на их территорию. Не будет у истории какого-то логического конца, видимо, это тоже фишка японских авторов, мы проживем с героями почти десяток лет и в один момент просто оставим их, имейте в виду этот момент, если соберетесь читать.

Замечательный роман, который тем не менее всем и каждому рекомендовать не рискну, все же такое повествование скорее на любителя, уже знакомого с японской литературой и знающего, чего от нее ждать. Да и с тем, что книгу относят традиционно к жанру семейной саги, я бы поспорила, в моем понимании в саге должно быть все же несколько поколений, здесь же все внимание сосредоточено на четырех (а точнее даже трех) сестрах, их взаимоотношениях и отношениях с другими людьми; и родители, и дети, если и упоминаются, то совсем мельком. Но для меня это не минус, просто удивило, то ли я жанр неправильно классифицирую, то ли это все же не семейная сага.

Луна или утренний снег... Любуясь прекрасным, я жил как хотел. Вот так и кончаю год. Басё

Долгая неспешная семейная история четырёх сестёр из славного, но обедневшего рода. Основная сюжетная нить истории - попытки выдать замуж третью сестру Юкико. Но сама история совсем не об этом. Сама история о том как жили, что ели, что пили, чем болели, о чем говорили в той Японии, которая исчезла навсегда во время мировой войны. Хроника начинается в середине 30х и заканчивается, не заканчиваясь, почти перед войной. Поэтому политические вопросы касаются семью главных героев лишь, как общий исторический фон. И очень странно читать об их знакомых, которые в это смутное время уезжают то в Германию, то в Англию, то в Америку, зная что там война. Но там, для автора и героев это где-то в другом мире. Да, и книга показывает особый неповторимый мир традиционной Японии, воспринимается европейским человеком 21 века, как рассказ об инопланетянах. Да и чего можно ожидать от людей, которые гору называют ямой)) Неспешное неторопливое подробное повествование рисует картины простого быта, энциклопедия японской жизни. Можно рекомендовать её как путеводитель по стране: где какие кушанья пробовать, какие места посмотреть. Наверняка, до сих пор кое-где сохранились и те рестораны и гостиницы, которые посещают герои романа, зная любовь японцев к традициям. Самый занятный для меня был момент об отношении ко времени. Главное внимание уделено цикличности времени, это типично для восточной культуры. Это их пристальное внимание к круглогодичным изменениям в природе и связанным с этим традициям. И при этом линейное историческое время будто лишь фон главного, смены дней. И при этом чувствуется неумолимое приближение катастрофы мировой войны, но именно в настроении, и в названии: снег бывает зимой, в мертвое время. К войне Япония, конечно, во многом причастна, но для героев книги это неважно. Даже есть в этом какой-то изъян, вроде моя хата с краю. Но очень симпатичный для героев книги изъян, он их украшает ) И второе. Сейчас когда традиции сосем сдали свои позиции перед современным взглядом на мир, отвергается традиционное положение женщины на вторых ролях, эти танцы вокруг сватовства по всем правилам, в них видно рациональное зерно, забота родных о счастье молодых и т.д., (но есть и недостатки, конечно, связанные с имущественным и социальным цензом для семей молодоженов, но это кажется такой мелочью ) Ещё забавно восточное желание не говорить напрямую что думаешь, а искать окольные обходные пути. А прямые вопросы использовать только в крайних случаях, как ситуация заходит в тупик. Что ж, красиво, неторопливо и с душой о том, чего больше нет.

P.S. В моём электронном файле решили добавить букву ё, в итоге слова "все" и "всё" оказались написаны одинаково: всё, и это постоянно сбивало )) И имена, у одного человека порой больше трёх имён, а если учесть, что к их именам вообще нужно сначала привыкнуть, то было непросто ))))

Наверное, самое неблагодарное занятие это писать рецензию на классику. Тут никогда не важно, что думаю я, как читающий (не то чтобы не важно, скорее, вообще на последнем месте стоит мое "фи" или "вау"), тут всегда важна история, важно как повлияла книга на литературу, важно для чего именно писал ее автор. Иногда важна поднятая автором тема, потому что она классическая на все времена и ее можно перенести в любое время, человек удивительным образом не меняется, но это опять же не столько будет разговором о книге, сколько о самой теме.

"Мелкий снег" или у кого-то "Снежный пейзаж", как раз такая классическая книга, когда отдельно нельзя взять тему, например, отношений между сестрами, потому что сама эта тема недоведена до конца, ее нельзя рассматривать без среза страны и ее обычаев, хоть и очень хочется, потому что многие вещи очень показательны для любого общества из любой страны и времени. Эта книга слишком слита со временем ее написания, как "Дом тихой смерти" Тадеуша Костецкого. Нужно понимать период и задачи каждого автора, чтобы оценить важность написанного. Вот как "Мелкий снег" написанный в годы второй мировой войны был призван напомнить людям о мирной жизни, и это шло в полный разрез с политикой Японии, которая желала, чтобы люди об этом не думали, а становились воинами и шли гибнуть за япону-матушку. Причем именно гибнуть. Вот тут интересно, что в Союзе писали про мирную жизнь, чтобы напомнить для чего, за что люди сражаются. Совсем другое отношение и к человеку, и к жизни.

И вот именно желание Танидзаки напомнить людям о мире, о том, что жить можно и нужно иначе, что есть бытовые проблемы, а не глобальные, создает такое повествование, что мы читаем, как люди наряжаются, какие пояса выбирают и почему, как их волнует поскрипывание этого самого пояса, как переживают из-за того, что они не увидят какого-то танцора, как они выбирают подарки, как ходят в парикмахерскую, на каких стульях выбирают сидеть и как жарко бывает. Много, очень много мелочей, которые на самом деле не создают атмосферу или сюжет, а именно служат напоминанием, что порой в жизни важно, красивое кимоно, семья под боком и поездка в знакомое место, чтобы любоваться сакурой, которая вот-вот отцветет. Это кажется порой глупостью, мелочностью души даже, когда ты читаешь о времени действия, но это была важная и нужная составляющая для тех людей, кого пичками важностью идти и убивать, и умирать, люди должны были помнить, что есть другой выбор для жизни. Танидзаки выбрал правильный стиль и вводил в свою книгу правильные мелочи.

И ты все это понимаешь, но принять не все можешь. Для меня скорее в книге важна была линия двуличия. Она возникает как в общем в повествовании, так и в деталях, от больших до малых. То есть, я знаю для чего историю свою писал Танидзаки, но я все время вижу совсем другую историю, словно он указывал не на мирную жизнь, а именно на двуличие людей, пытающихся жить с краю своей хаткой. Когда война с Китаем называется инцидент, когда война в Европе пугает скорее отсутствием лекарств, чем теми же бомбежками Лондона и склоны представлять себе, что люди в убежищах танцуют, а не умирают, как огромное количество людей, которые скрывались в лондонском метро. Где работящий парень не будет цениться, потому что он рабочий класс, а вор, бездельник и мот будет, потому что он с фамилией. И опять же, к одному моту будут относиться с пренебрежением, а к точно такому же, но обаятельному не будут. И людей ничто не смущает... А главное, это поведение классически повторяется во всех странах во все времена, ну может только, что с мотом не везде дело прокатит, но мы ведь помним басню: "Но в сердце льстец всегда отыщет уголок".

Не могу сказать, что я в восторге от книги. Меня утомляли мелкие бытовые подробности, которые для меня не были чем-то важным и решающим, меня утомляли некрасивые герои и их поступки. Мне не хватало остроты хоть одной поднятой проблемы и понятно, что я не могла этого дождаться в японской литературе, призванной воспеть жизнь с ее мелочовкой. Мне скучно от героинь, которые не способны переоценить жизнь и нормально разговаривать, а не сидеть с языком в том месте, где солнце не светит. От двуличия людей, которые трясутся над фамилией и не желают видеть живого человека перед собой. От жадности, от перекладывания вины на другого, от избавления от неугодного (нет человека - нет проблемы), от того, что люди порой просто не желают понять друг друга, просто во главу угла ставят именно это. Все это скорее отторгает меня от такой жизни, чем призывает ей жить, что уж говорить о каком-то восторге, если для меня такое существование не красиво само по себе. И когда читаешь как всю первую часть сватают одну из сестер и все замуж выдать не могут невольно вспоминается рассказ, про барышню (а тут за барышню все семейство выступало), которая выбирала-выбирала и в конце концов довыбиралась до косого, кривого и старого. И надо сказать, Танидзаки такого человека и описал в конце истории сватовства, только завернул его в красивый фантик, спрятав всю его кривизну в душу.

Если рассказывать краткое содержание книги, то получится что-то вроде, как семья сестру замуж выдавала и что из этого вышло во время тяжкие, когда не все друг другу семья, а репутация. Мы познакомимся с кучей мужчин на любой лад, узнаем, как выживать, если ты младшая в семье и до твоего сватовства дело точно никогда не дойдет, потому что сестра перед тобой с кляпом во всех местах, истинная японская красавица ни на что не способная кроме самопожертвования (я утрирую, но нельзя сказать, что сильно), ну вот для тех кто Настеньку не особо любит в "Морозко" тут все понятно будет, только что Настенька на все руки мастер, а про эту сестрицу так не скажешь, тут скорее младшенькая на все руки мастер и свое мастерство пытается повышать. Вы только не думайте, что она девушка милая, ей приходится выживать, потому что она живет уже в мире капитализма, а не феодализма. Заодно у нас будут сумбурные сведения о внешней политике и о ситуации в мире.

Вялотекущая история, очень для любителей японской прозы и не очень для ценителей европейской, например, если вы Гюго любите, то тут вам будет сильно печально, но зато местами также тяжко, если вдруг вы за это радеете в творчестве Гюго.