Что делать?

Если вы хотите узнать об идеалистических представлениях интеллигенции в середине 19-го века, читайте «Что делать».

Если вам интересно, какую книгу очень любил Маяковский, что читал перед смертью, читайте «Что делать».

Если для вас слова Ленина имеют хоть какое-то значение, опять же – читайте «Что делать». Ибо Владимир Ильич сказал: «Роман «Что делать?» меня всего глубоко перепахал. Это вещь, которая даёт заряд на всю жизнь»

Роман этот, ставший откровением для тогдашней молодёжи, сложно читать сейчас. И стиль повествования, и неспешный его ритм, и обращения автора к читателю – всё это выглядит устаревшим, тягучим, немного пыльным. Наши сегодняшние ритмы и картинки вокруг сильно отличаются от того, что показывает Чернышевский.

Утопические идеи о порядочных людях, счастливом будущем, где здания из бетона и стекла, а за людей всё делают машины нисколько не удивляют. Мы всё это уже видели. И видели, что счастья человечеству это не принесло. Ни социализм, ни машины, ни электрический свет. Да и вообще, всё, что случилось с человечеством в ХХ веке, ставит под сомнение философские идеи о том, что достаточно, чтобы «все потребности натуры каждого человека будут удовлетворяться вполне».

Произведение это буквально напичкано философскими идеями.
И о новых отношениях между мужчиной и женщиной, в которых нет ревности. Здесь показан образ нового человека, ради идеи готового отказаться от себя. И новое отношение к труду. И феминистские идеи, в которых женщина не только равна мужчине, но даже в чём-то превосходит его.

Всему этому нам теперь трудно удивляться. Но, читая Чернышевского, надо отдавать себе отчёт в том, что время, в котором он жил, очень уж отличалось от нашего. Поэтому все эти идеи вызывали и ужас, и восторг. На современников этот роман произвёл невероятное впечатление. «Гадость», «прелесть», «мерзость» - говорили о нём. Равнодушных не было. Нам сейчас трудно это представить. Теперь литература не имеет такого влияния, какое имела в 19 веке. И трудно представить, как бы развивалась история, если бы не Чернышевский. Это именно та фигура, что имела колоссальное влияние на умы. И на то, что и как эти умы потом воплощали в жизнь.

По роду деятельности мне приходится общаться с сотнями современных молодых людей. Может, я сгущаю краски, но мне кажется, что только 1-2% нынешней молодёжи ХОЧЕТ потратить жизнь на то, чтобы что-то ДЕЛАТЬ, - остальные же предпочли бы отдыхать. Роман Чернышевского может заинтересовать только ДЕЯТЕЛЕЙ – бездельники вряд ли что-то найдут в нём для себя.
«Что делать?», несомненно, один из величайших романов русской литературы XIX века наравне с «Войной и миром» и «Анной Карениной» Льва Толстого. Ни безумец Достоевский, ни романтик и западник Тургенев, ни даже великий Гоголь уровня «Что делать?» не достигли. Чернышевский хорош тем, что, с одной стороны, поднимает значимые общие, что называется, «вселенские» вопросы, а с другой стороны, очень талантливо и верно описывает разные типы встречающихся в книге людей.
Чернышевский очень, очень современен. Когда он описывает семью, в которой выросла Вера Павловна, возникает ощущение, что он пишет о сегодняшних людях, о нынешней ситуации. Я сам прожил два десятка лет в Петербурге, жил какое-то время на Гороховой, тоже между Садовой и Семёновским мостом, как Вера Павловна, и видел женщин, руководствующихся той же моралью, что и Марья Алексеевна, и даже жутко похожих на неё в повседневной жизни. Таких, как Жюли, я видел меньше, но тоже неоднократно. А разговоры Сержа, Жана и Сторешникова разве не являются среди многих нынешних молодых людей обычным делом? Словом, Петербург Чернышевского живёт и процветает!
Показав самых обычных людей самого обычного Петербурга, Чернышевский замечает, что смотреть на таких людей и участвовать в их жизни не очень-то приятно. И мы всецело разделяем эту его позицию! И тогда он показывает нам, что можно и в этой действительности, в этих общественных условиях жить гораздо интереснее и лучше, если приложить к тому некоторые усилия. По сути, Н.Г. даёт практические советы, как изменить свою жизнь, если она тебе не нравится. Автор чужд романтизма (даже революционного), - он материалист и рационалист до мозга костей. Он БУРЖУАЗЕН в хорошем смысле этого слова. Он ценит тех, кто умеет думать и делать деньги, если только такой «делец» не становится при этом скотом. Разве швейная, заведённая Верой Павловной, – это не коммерческое предприятие? Вполне коммерческое. Процветающая фирма. Что же такого революционного сказал автор, что его навсегда убрали из Петербурга, вышвырнули из общества, а в нынешней России выкинули из литературы, удалив «Что делать?» из школьной программы? А сказал он простую и, думаю, почти для всех очевидную мысль: даже в буржуазном государстве люди МОГУТ жить гораздо богаче, если капиталом будут владеть не отдельные лица, а ВСЕ УЧАСТНИКИ ПРОИЗВОДСТВА, и если капитал этот будет служить не разврату человека, а ЕГО РАЗВИТИЮ. И такую ПРОСТУЮ и ОЧЕВИДНУЮ мысль даже 157 лет спустя после написания книги гонят в России с глаз долой, из сердца вон.
Чернышевский обращается к человеческому РАЗУМУ, к человеческому воображению и чувству вкуса. Неужели вам так хочется жить в этой грязи? – как бы спрашивает автор. Ну что в ней приятного? Давайте, граждане, жить ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ. Это и умно, и красиво, и выгодно! Давайте, а?
Но мечты Чернышевского всё ещё не осуществлены. А жаль!..
Помимо достоинств, роман обладает одним (для меня очень крупным) недостатком. Чернышевский был материалистом, и его представление о человеческих взаимоотношениях, о работе, о счастье настолько материалистичны, что мне было бы невесело жить среди людей, думающих и чувствующих так же. Мне нужен Бог, объективно существующие идеи, стремление человека к совершенству и т.п. вещи. Поэтому, как ни хорош роман Чернышевского, он не задевает самых глубин моей души, самых сокровенных моих чаяний. И всё же я считаю его великолепным! А материалиста и любителя хорошей литературы в нём, думаю, почти всё будет радовать.
Любой грамотный и культурный человек, мне кажется, не пожалеет времени, потраченного на чтение этой книги.

Говорить про революционную и утопическую сторону романа не вижу особого смысла, об этом давно и много сказано до меня и после меня об этом тоже будут говорить, но все таки пару слов уделить главной части романа все-таки стоит. Конечно, роман рассчитывался как ученый тракт о "новых" людях, революции, светлом будущем и вроде бы всколыхнул миллионы людей по всему миру, захватил умы молодежи и направил многих на путь праведный, но я утопии не люблю ( да простят меня Замятин и Оруэлл), идеи о всеобщем равенстве и единстве, считаю невозможными к исполнению, а девочкой все-таки являюсь и любовные линии тоже пока никто не отменял. Девочка я, правда, странноватая, любовь тоже у меня с причудами, совершенно не в духе Джейн Эйр и страстных очей темноволосых красавцев. Вот тут то меня и подкупил Чернышевский, уж очень меня тронули взаимоотношения любовного треугольника Вера Павловна - Кирсанов -Лопухов. Да, их уклад жизни странноват, но сколько благородства и разумности их поступках, сколько переживаний так тонко и изящно рассказанных автором. Любовь описывается как тонкое кружево со сложными переплетениями, поднимаются вопросы истинной любви и счастья, чувства признательности и вины перед другими людьми. Ведь бывает же такое, все замечательно, а что-то да не то и как раз такие ситуации и объясняет Николай Гаврилович, ведь они приносят страданий намного больше чем отношения с явно губительным исходом и подлежат большему анализу и изучению.
Кстати, еще и о самом авторе. Его тут много. Очень много. Буквальные рассуждения и разжевывания своего же произведения, поступках персонажей и своих. Читаешь сразу и текст и его анализ ( а я люблю анализы, мнения других людей об одном и том же предмете, так что да здравствует слово писателя, да здравствует заложенная мысль).
Ну и напоследок о "новых" людях в романе "Что делать?" и о людях вообще. Нет тут ни плохих, ни хороших, ни глупых, ни умных, нет идеалов и антигероев. Просто люди как они есть, со своей историей и своими мотивами. Тот же Лопухов (любимый персонаж в произведении и идеал мужчины) не сверхчеловек, а просто порядочный и тот, каким должен быть любой человек. А вот супер Рахметов, восхваляемый автором, остался для меня загадкой, его мотивов я не поняла, именно он казался инопланетянином с чужой планеты. Видимо не для меня то самое светлое будущее, так нежно взращиваемое в головах читателя Чернышевским.
И о Боже, как я люблю отрывок под названием "Похвальное слово Марье Алексеевне". Прочитав его сразу поймешь, твое или нет, именно он показывает как и что устроенно в романе. Думаете читать или нет? Вот вам лучший аргумент.

Я уже давно планировала прочитать этот роман. Впервые об этом романе я узнала из сборника эссе Петр Вайль, Александр Генис "Родная речь. Уроки изящной словесности". Их статья о романе Чернышевского меня очень заинтересовала.

Вера Павловна – главная героиня романа, красивая женщина. Коренная петербурженка, но в своей семье она чувствовала себя лишней, потому что мать пыталась поудачнее выдать ее замуж. Но не смотря на это она была очень спокойной и задумчивой. Благодаря окружению и образованию она очень умна. Автор представляет ее читателям интеллигентной, красивой, самоуверенной, обеспечивающей себя женщиной. Лично мне такой типаж главных героинь очень нравится.

Лопухов Дмитрий Сергеевич – муж и освободитель Веры. Ему свойственны ум, хладнокровие, но при этом доброта и сострадание. Ради Веры он жертвует своей карьерой и даже свободой. А когда он влюбляется в главную героиню, он становится романтиком. Да таким заядлым романтиком, что ради любимой он готов на все, даже скрыться из ее жизни, лиж бы она была счастлива.

Александр Матвеевич Кирсанов – настоящий возлюбленный Веры. Он отзывчив и добр. Сначала он противится своей любви к жене товарища, что бы не разрушить их семью.

Тема любви. Чернышевский в романе раскрывает заезженную тему. Но любовный треугольник Чернышевского не похож ни на один другой треугольник других писателей. В этом треугольнике нет борьбы за чьи-то чувства. Тут лишнее звено уничтожает само себя. Лопухов не смотрит ни на свою гордыню, ни на чувства к Вере, он просто уходит, что бы сделать их счастливыми.

Равнодушие и отзывчивость. Если мать Веры, была безразлична к судьбе дочери и думала только о материальной стороне жизни семьи, то Лопухов без всякой мысли жертвует ради девушки своим спокойствием и карьерой.

Тема революции. Эта тема всплывает в образе Рахметова, который был чрезвычайно плодотворным человеком, он делал все во благо людей, а в свою же очередь довольствуется малым. Он показан как человек, который развивался и в умственном и в физическом плане. Такие персонажи в произведениях очень нравятся, хотя и встречаются очень редко.

В своем романе Чернышевский поднимает много проблем Царской России. Например, "женский вопрос". В то время женщин спасал только брак по расчету, женщины не могли содержать сами себя ; социальное неравенство и кризис монархии. Роман "Что делать ?" - социальный, а по большей части даже революционный, возможно, поэтому это любимое произведение Ленина.

Мощный локомотив Чернышевского сносит любые интеллектуальные, «моральные» преграды усредненного человека. Это произведение по мощи своего воздействия может сравниться с лучшими работами поэтов, писателей, философов.

Чернышевский сразу заявляет, что художественной ценности в его произведении нет, а одна лишь истина. Очень самонадеянное заявление, которое сразу же заставит внимательного читателя насторожиться. А не слишком ли самоуверен автор? Нет, ни разу. В этом романе запечатлена истина как она есть. Во многом остающаяся радикальной и невозможной даже для нынешних дней, для современного «нового» человека. А для большинства «благодетельных мужей», идеи, изложенные в этом романе, являются пошлыми, развратными и мерзкими. На самом же деле они чисты и возвышены, а сами «благодетельные мужья» пошлые развратники.

«Что делать?» вгрызается и рвёт «Кто виноват?». Вбивается в колеса этой герценовской телеги, разрушая саму основу конфликта и проблемы, которую поставил Герцен. Да заслуга Герцена – он поставил проблему, так сказать конфликт, из которого, по его роману, не было выхода. Чернышевский же описывает такую же ситуацию, но проблемы в ней нисколько не видит, а одно лишь счастье для умного «нового человека». Герои Чернышевского делают всё в точности наоборот, в пику, в противовес героям Герцена. Из-за чего сами персонажи кажутся нереальными, а какими-то недосягаемо высокими, великими, хотя на самом деле они таковыми не являются. Они лишь поступают по уму, по совести и правильно, так, как и должен поступать в будущем, по мысли автора, каждый человек во избежание нелепых страданий, крушений и нескончаемых членовредительств.

На фоне идей и истины Чернышевского Герцен и правда смотрится как ребёнок. Сама история романа «Кто виноват?» видится теперь идейно слабой, не развитой, во многом слишком простой. Однако в заслугу Герцена стоит сказать, что он и не принимался решать вопросы касательно того, как поступать в ситуации, когда жена влюбляется в другого и что же всё-таки делать. Герцен обозначил вопрос и ситуацию. Ситуацию и в нынешнее время кажущуюся стороннему зрителю сложной и в чём-то мерзковатой, хотя такого в ней нет. Герцен спрашивает: «Кто виноват в том, что безвинные существа страдают от чистейшего чувства – любви?» Ответ был: «Общество, нравы, порядки». Чернышевский же показал алгоритм действий и мыслей в такой ситуации. Как должно поступать, чтобы безвинные существа не страдали. В чём вина человека, что он полюбил другого? Если это на самом деле так, а не пучина разврата и пошлости. С чего кто-то должен быть от этого ущемлён? Человек оказавшийся в такой ситуации сам себя ущемляет, насилует и терзает, а Чернышевский на это может лишь посмеяться. Было бы из-за чего? Это же счастье.

Муж, жена, любовник. Любовный треугольник. Правда в данном случае и муж, и любовник люди достойные и умные. И любовник не становится любовником в полной мере до тех пор, пока муж сам по собственной воле не удалится от жены. А жена полностью осознает своё чувство к любовнику при поддержке и помощи мужа. Чернышевский в уста героя Рахметова вкладывает и вовсе крайние мысли, касательно того, мол, а что должно кардинально меняться оттого, что жена любит другого, ведь с мужем они в хороших так сказать «дружеских отношениях»? Заняли бы квартиру не с тремя комнатами, а четырьмя и также бы продолжали видеться и пить чай по вечерам. Но Рахметов упускает момент некоторого страдания «законного супруга», который теряет некоторые свои привилегии по отношению к жене. Правда, по мысли того же Рахметова, если супруг человек достаточно развит, то он и не должен страдать и ущемляться из-за подобного. По его мысли, супруг, как умный человек, должен был изначально понять, что жена его не любит на самом деле, как бы она и он этого не желали, потому что они в основе своей разные; имеют, так сказать, разный характер и противоположные устремления. При таких обстоятельствах супруг должен был быть морально готов к тому, что жена его покинет как супруга.

Чернышевский не щадит своих героев, показывая читателю не самые возвышенные мысли у людей кажущихся чуть ли не святыми. Например, мысли мужа касательно его расставания с супругой.

В целом я бы даже не назвал манеру письма автора убогой, каковой он её сам называет. Ссылка на отсутствие художественности, всяческих приёмов, ухваток. Повествование крайне увлекательно и пропитано эмоцией, идеей и мыслью. А что ещё нужно для стоящего романа? Эти диалоги, освобождения главных героев из оков, которые описаны пусть не превосходно, но хорошо. В данном случае хочется поймать Чернышевского на лукавстве. Это прекрасная, во многом граничащая с гениальностью книга.

Мало того, что великую истину автора заточил в эти буквы и слова, так он ещё и показал себя прекраснейшим психологом и знатоком обыденной жизни. Тонкий психологизм ситуаций пропитывает этот роман. Такой тонкости сложно доискаться во многих произведениях, а здесь навалом. Ненароком ловил себя на мысли во время прочтения, что герои романа наверняка жили на самом деле, были знакомцы с Чернышевским, что всё описываемое происходило когда-то в Петербурге (и всё это несмотря на всю фантастичность и нереальность героев и их поступков). На эти мысли меня всячески наталкивали комментарии в приложении к книге. Ведь даже такой герой как Рахметов оказывается был списан с реально жившего человека. Какой бы фантастической она ни казалась.

Какая величественная и основательная фигура Рахметова. В чьих чертах, согласно приложению, проступал образ знакомца Чернышевского. Человек нового типа. Того типа, который и ныне встречается редко. Человек редкий, один на тысячу. Он досконально изучал лишь основы, читал лишь классиков науки, полагая, что в иных трудах лишь повторения сказанного великими. И по такой мысли совершено необязательно читать всё. Нужно читать лишь главное и основное. Последователи и последующее лишь повторяет главное, разжижает, растолковывает, размывает глубину слов основоположника. Только оригинальное, только индивидуальное надлежит изучению. И в этом роде лучшие сочинения Гегеля кажутся не менее значительными чем размышления старого Ньютона об апокалипсисе, пропитанные безумием автора. И не зачем читать представителей какой-то школы в науке или литературе, достаточно лишь почитать создателей этих школ. Образ человека развивающегося со всех сторон, настоящего, живого, но в тоже время учёного, смиренного теоретика. Такой синтез даёт на выходе в некотором роде идеального человека. В таком виде Рахметов и предстаёт на суд публике, которая увидит в нем скорее лишь юродивого безумца. Таким его видит от части и его окружение, полагая его за «мрачное чудовище».

Чернышевский по ходу повествования насмехается над читателем, считает его за человека недалёкого и глупого. Этот ход мне пришёлся очень по душе. Всё-таки насмехается он читателем не из-за собственной едкости и грубости, а лишь для того, чтобы читатель сам осознал свою глупость и пошлость. Ведь в итоге он призывает читателя к развитию и к свету.

Людям свойственно мечтать о будущем. О своём личном и вообще. Не знаю, что думал о своём будущем Чернышевский, находясь в Петропавловской крепости, но мысли о всеобщем будущем он ясно изложил в книге «Что делать?». Более того, он определил ту породу людей («новые люди»), которые приведут человечество к этому далёкому, но счастливому завтрашнему дню. Они рождаются в столицах и в провинции, в богатых семьях и бедных, получают различное воспитание, но одно в них общее – любовь к людям. В книге новые люди представлены Верой Павловной, Лопуховым, Кирсановым и Рахметовым, их моральный фоторобот детально прописан, чтобы читатель мог без ошибки узнать их среди своего окружения (и следовать за ними).

Идеи и поступки героев Чернышевский облачил в любовный роман. Но если читать эту книгу исключительно как роман, то она вызывает лишь недоумение. Супружеские отношения, мягко говоря, странные, любовь - бесцветная и убогая, диалоги раздражают постоянным сюсюканьем и искусственностью.

С художественной точки зрения роман какой-то неуклюжий, а его идеологическая составляющая уже не актуальна. Поэтому для меня книга представляет интерес как историческое и литературное явление, ведь она переиздавалась более 140 раз (!) и когда-то носила почётное звание «учебника жизни».

Ах, как неправильно я сделала, что не прочла "Что делать?" прежде "Дара" Набокова. Тем самым оставила бы себе хотя бы шанс объективно оценить данный роман, а теперь уж была крайне пристрастна, приучена была судить Чернышевского совершенно по-набоковски. И в этом все сказано.

Про сумасшедше громоздкий, нескладный и неудобоваримый язык промолчу - про то уж всем известно.

Треугольник Лопуховы-Кирсанов и несколько раз настойчиво предлагаемая в этой связи схема "лямур де труа" очень смахивает на Панаевы-Некрасов. А и Пушкин-то, оказывается, дурак, что стреляться полез. Чего уж там, жили бы себе честно и спокойно втроем с Дантесом и Натальей да в ус не дули. Потому как свободный выбор и достоинство человеческое ж. А тут - дуэль. Какая пошлость! Какой пережиток! Какая ненужная мелодрама! Чуток ведь, кажется, не дожил "наше все" до столь прогрессивных взглядов... А то вообще-то, думается мне, поборниками сексуальных революций и свободной любви чаще всего становятся люди, у которых самих с этим делом да с самооценкой не все в порядке. Так что я и тут с Набоковым оченно солидарна.

А и роман этот - только лишь безобразная и бездарная мыльная опера, протаскивающая всяческие революционные идейки. Читаю все эти пылкие, нервные письмена и во мне негаданно просыпается исконно русская бабья жалость к мятущейся и страждущей душе: эк духарится, распинается-то сердешный! Ему б молочка парного попить да выспаться хорошенько. И все-то мне видится, как все эти дикие идеи и утопии от несварения желудка да бессонницы исключительно рождаются, а не от большого ума.

Одна тут есть чудесная, замечательная мысль - теория разумного эгоизма. Все, что мы делаем для других, при ближайшем рассмотрении оказывается, мы делаем для себя, а значит, не требует благодарности или ответного особого отношения. Альтруизм - высшая форма эгоизма. Вот только у Чернышевского все это представлено так по-мещански да с издевочкой, что и не разберешь без предубежденности.

Как же хорошо, что мои ожидания не оправдались! Я думала, что это ужасно скучный социально-философский роман, а оказалось, что это очень увлекательно – читать умные мысли с рассуждениями. И ловить себя на мысли, что "как же это здорово сказано", а вот тут "очевидно", а тут "занятно".

Роман мне показался целым калейдоскопом мыслей. Если бы не язык того времени, то по сюжету я бы подумала, что это что-то современное: заманчивое начало из двух центровых эпизодов повествования, якобы тайна, интриги и мысли, мысли, мысли, много мыслей. Никогда не думала, что они окажутся мне близкими и понятными. Если бы я выписывала цитаты, я переписала бы всю книгу. Больше всего мне понравились: второй сон Веры Павловны, устройство её швейной мастерской (бизнес!), высказывания Рахметова о ревности, сравнение души с комнатой, мнение о том, как можно обыкновенный дом принять за дворец…

Мне трудно представить то, сколько шума наделал он в свое время, но сейчас он оказался способным солидно покопаться в моих мозгах и глубоко там засесть. Да, возможно, по сути это утопия, но многое остаётся актуальным и в наше время.

Его нужно прочитать, хотя бы для того, чтобы ваш мозг стал лучше вырабатывать мысли. Ну, это как подлить масла в огонь. А ещё я почитала некоторые рецензии, и у меня создалось впечатление, что некоторые читатели, удивлявшиеся быстрому второму замужеству Веры Павловны, вообще не поняли в чём прикол!

Я всем советую эту книгу! Читать обязательно!

Вопросы, появившиеся у меня по прочтении романа (спойлеры):

Вопросы, появившиеся у меня по прочтении романа (спойлеры):

• Расставание Лопухова и Веры Павловны просто образец для подражания. А как бы Чернышевский выкрутил ситуацию, если бы у Лопуховых были дети?
• Как выяснилось позже, в переписке, Лопуховы могли разойтись и без убийства и отъезда. Тогда зачем всё это было, лишь для художественности? Что же, теперь всем мужьям так делать, давая свободу жене? А зачем развод! Пойду-ка я застрелюсь (как будто) и уеду!
• швеи мастерской Веры Павловны по сути живут в коммуналке. Без комментариев.
• герои романа обыкновенные умные и мыслящие люди, но нигде не упоминается, что они ещё и превосходные психологи. Надо уметь видеть людей насквозь, чтобы собирать вокруг себя только единомышленников. Или это подразумевается по умолчанию?

Книга, оставившая у меня одни и исключительно восторженные воспоминания.
Конечно, - язык и стиль. Прекрасный русский язык, легкий, воздушный, беглый. Поразительно говорить подобным языком о самых серьезных и волнующих все общество проблемах. Книга читалась взахлеб, без надрывов "по обязательному" прочтению.
Завораживающее и интригующее начало. "В моей смерти прошу...никого не винить". Честные, благородные люди. По-настоящему честные и благородные. Что говорит Вера Павловна только-только прочитав письмо? "Ты не виноват - одна я..."
Её первый сон. Она всегда будет помогать другим девушкам выходить из их собственного подполья. Сколько смыслов русский читатель видит здесь! А ведь ещё потрясающих "Записок" Достоевского нет. Повлиял ли этот эпизод романа Чернышевского на другую глыбу? Кто знает?
Странно и для того времени: муж и жена спят отдельно, стучатся прежде чем войти в комнату друг друга. Может, в труде Вера Павловна находит человеческое и женское предназначение? Насчет женского "предназначения" - это, как водится, ещё предстоит испытать. Ведь в её швейной мастерской девушки - не наёмные работницы, они - совладельцы бизнеса.
Второй сон: грязь реальная и фантастическая. Грязь как символ о делах насущных. Можно ли это интерпретировать таким образом, что вот эта самая повседневность, работа "в поте лица своего", есть то, что, да, необходимо, но самое главное в жизни вовсе не это! Ведь самое главное едва ли можно ассоциировать с грязью. Но вся трудовая этика капитализма европейского варианта - это как раз повседневная работа, рачительность и экономность. С другой стороны - грязь фантастическая=заботы о "лишнем", чрезмерном, чего не нужно столько для жизни. Что же остается? Каков выбор и в чем смысл?
В жизни Лопуховых появляется Кирсанов. Не приходит на ум других примеров из мировой литературы, когда любовный треугольник разрешается подобным образом. Жертва во имя другого, любимого и уважаемого. "Уйду с дороги - таков закон, третий должен уйти" - так пелось в советской песне, пелось и утверждалось как этический императив советского общества.
Её третий сон - пробуждающаяся в ней Женщина. Интересно, что Чернышевский пишет о подлинной любви между мужчиной и женщиной как о чувстве "нежном и тихом". Почему так? Я - о чувстве. Нежное и тихое чувство - это облагороженная разумом "животная" страсть? Чувство, облагороженное разумом - есть высшее чувство? Следующая ступень - чувство рафинированное? А следующее - это уже декаданс? Конечно, ничего другого, кроме "нежного и тихого", у Николая Гавриловича нет, это - так, упражнения ума.
Особенный человек Рахметов. Распродавший своё имущество, раздавший его стипендиатам - мотив, естественно, абсолютно христианский. Во имя цели - какова может быть его цель понятно из его нравственной установки: суровая жизнь, которую он ведет как раз по причине невозможности для большинства жить в достойных человека условиях. Поэтому совершенно понятно, что в пределе всех его действий и устремлений. Выводя в Рахметове практически идеальный тип для идеального же, высшего в нравственном отношении дела - революции как акта освобождения и воплощенной справедливости, Николай Гаврилович был таким же идеалистом, как и его Рахметов, едва ли когда реально существовавший человеческий тип. Каким бы стал Рахметов, скажем, на второй день победившей революции? А на второй месяц? На второй год?
Когда Вера Павловна и Кирсанов соединяются, происходят другие события, как, например, письмо от какого-то медика из Германии, где он объясняет причины расставания Лопуховых; потом сближение с другой семьей достойных людей, где в английском якобы торговом агенте Чарльзе Бьюмонте они узнают первого мужа Веры Павловны.
Знаменитый четвертый сон Веры Павловны. Прекрасное далёко. То, к чему нужно стремиться и ради чего жить; то, во что нужно взять самое лучшее из настоящего. Общественное положение женщины во все века проходит перед её глазами, путеводительцина объясняет в чем смысл женского равноправия и свободы. Нет смысла в пересказе тысячи раз пересказанного. Мне кажется самым важным в четвертом сне вот, что: оказалось, что только русские всерьез уверовали в провозглашенные идеалы, только они пошли до конца, в общем-то мало сообразуясь не только со здравым смыслом, но просто с реальностью. Идти до конца в воплощении нравственного идеала - это столь же безумно, сколь потрясающе в стремлении - искреннем и непреклонном - добиться невиданного - утверждении Царства Божьего на земле. Миллионы мечтаний, заблуждений, стремлений, жертв, преступлений, надежд, - сколько всего было положено на этот алтарь? И уж совсем крамола: может Та Революция - и был момент истины? Может, это и была вершина духа, именно так: Революция=пик нравственных исканий русских? Велика цель - жертвы великие, идеалы огромны - прегрешения не меньшие.
Книга, конечно же, к прочтению и размышлению. Пять звезд.