Глава 5
Я уже жду Даню в нашем любимом кафе. Два дня мне потребовалось, чтобы всё сложить и взвесить. Конечно, часами прореветь, потому что решение, к которому я пришла, оно слишком болезненно.
Но, наверное, только после разговора с отцом я осознаю глобальность прокручиваемых ими действий, и, увы, этот механизм я не смогу ни остановить, ни сломать.
Как объяснил отец, их иерархия крайне важна, и есть определённые тонкости, которые люди, подобные ему, чтут чуть ли не выше семьи.
Безусловно, настолько спокойный разговор смог случится только после моей истерики и крика, что я не хочу быть такой. Однако он быстро заткнул мне рот, сказав, что я уже родилась такой.
Один вопрос не даёт покоя всё это время, и я старательно хочу найти на него ответ. Однако осознаю, что это нереально.
Как мама на такое пошла… Как она согласилась выйти замуж за такого мужчину?
Вопросов, к сожалению, больше, чем ответов. Но, полагаю, в связи с новой жизнью у меня будет время покопаться в прошлом, потому что пока я не доберусь до правды, я не смогу спокойно спать.
Сейчас я лишь надеюсь, что выдержу этот непростой разговор и когда-нибудь смогу смириться со своей новой жизнью.
– Малыш, – Даниил подходит к столу с огромным букетом красных роз, а я, не скрывая улыбки сквозь слёзы, вскакиваю обнять его: – Я соскучился.
Он прижимается ближе ко мне, а я чувствую эту всепоглощающую боль.
– Дань, – всхлипываю, когда он отрывается от меня и нежно, с трепетом касается губ.
– Как ты чувствуешь себя? – говорит мне в губы, усаживает и меня, и себя на диван у столика: – Иногда мне хочется прибить твоего отца за эти ваши правила…
Даже чуть грозно он говорит, а я нервно смеюсь, стирая слёзы, что беспрерывно катятся по щекам.
– Да… Я тоже, – говорю искреннюю правду, и это он ещё не знает её.
Но Даня всегда, с самого начала наших отношений, говорил, что устои моей семьи отличаются от современного мира. Вплоть до того, как мы обедаем, где и как живём. А я, глупая, считала, что это просто отец привык жить так, как привык.
– Дань, – снова повторяю, заглядывая в его искристые тёплые глаза.
Он поглаживает костяшками пальцев мою щеку.
– Ты уже заказала? Прости, я еле вырвался, поэтому задержался…
– Дань, – перебиваю парня и крепко сжимаю его ладонь.
Он, наконец, видит, что со мной что-то не так, и хмурится.
– Что случилось? – обескураженно спрашивает, пытаясь найти ответы в моих глазах.
Собираюсь с духом и делаю шумный выдох.
– Нам нужно расстаться, – выдаю глухо и почти шёпотом, а он даже немного кривит лицо.
И я вижу, что не верит. Качает головой с глуповатой усмешкой.
– Лея?
– Прости, – касаюсь губами его руки, не пряча слёз: – Но это…
– Шутка? – вскидывает он брови: – Да ведь?! – пытается увидеть хоть что-то, но я едва ли сдерживаю свои рыдания.
– Мы не можем быть вместе.
Он буквально фырчит, выдёргивая свою ладонь из моих, а я прикрываю рот, чтобы не реветь тут навзрыд.
– Ты о чём вообще?! – Свиридов нервничает, раздражённо постукивает по столу, глядя на красивейший букет: – Я люблю тебя, слышишь?! Что случилось за эти дни?!
Киваю болванчиком, глядя в стол. Так больно я никогда сама себе не делала. И да, это все обстоятельства и прочее…
Но как бы мне ни было плохо, я не стану подвергать опасности человека, который мне дорог, просто потому что моя семья оказалась по уши затянута в криминальный мир.
– Тебе кто-то что-то сказал?! – он предпринимает ещё одну попытку и хватает меня за щёки обеими руками.
Пытается стереть слёзы, а я только пуще прежнего плачу.
– Малыш, твой отец запретил нам быть вместе? – он судорожно ищет в глазах правду: – Мне плевать! Я не откажусь от тебя! Давай уедем?
Прикрываю глаза, хватаясь своими руками за его пальцы и медленно убираю их от своего лица.
– Прости, Дань, – шепчу, качая головой: – У нас не получится…
Он матерится. И я, к слову, впервые слышу и вижу его таким разбитым.
Это ведь мой Даня, который и мухи не обидит. Он не способен даже злиться долго. А сейчас я буквально чувствую его боль, когда он со злостью и разочарованием стучит себя по грудной клетке.
– Мы увидим, – говорит он бескомпромиссно: – Увидим.
Вскакивает с дивана, и я даже не успеваю среагировать, как он вылетает из ресторана, а я остаюсь смотреть ему вслед с полными слёз глазами.
Боже. Прости меня, пожалуйста.
Заторможенно прихожу в себя и, накинув верхнюю одежду, выхожу вслед за ним, надеясь, что успею его застать. Однако я уже не вижу ни его, ни того, в какую сторону он бы мог двигаться.
Чёрт.
Иду к своему авто, утирая слёзы, и в этот момент глаза ловят какую-то странную машину, что стоит неподалёку от моей.
Не знаю, почему взгляд падает именно на неё, но у меня буквально ощущение, что в ней кто-то сидит. Это не экстрасенсорные способности, а скорее интуиция и ощущение, что за мной кто-то следит.
Намеренно оглядываюсь по сторонам, стараясь не пялиться в открытую, но только от неё исходит подобные ощущения.
Резко дёргаю на себя на дверь и прячусь в салоне моей машины. Это точно паранойя на фоне рассказов Риты и отца, иначе я бы замечала подобные вещи раньше.
Завожу двигатель, поправляя зеркало заднего вида. Сама не знаю, зачем это делаю, ведь кроме меня никто не ездит на машине, но так мне спокойнее. Просто убедиться, что сзади никого нет.
Выруливаю с парковки, но глаза ещё раз бросаются на машину, что пока даже не заводится в ответ. В фильмах ведь не так происходит.
Прикрываю глаза, считая себя полностью слетевшей с катушек на фоне стресса, и тут же выезжаю в сторону трассы за город. Если Даня отправился на разговор с моим отцом, то это будет жалкое и неприятное зрелище.