Глава 10 «Точка поставлена»
Май. Мельбурн
Возле аэропорта меня встречает машина. Но вместо того чтобы отправиться домой, я прошу водителя остановиться у «Royal Arcade». Это строение из белой штукатурки, позолоты и кованого железа, и оно смотрится так, словно его оторвали от дворца на Олимпе и в целостности и сохранности перенесли в Мельбурн.
Сообщив водителю, что меня не следует дожидаться, я захожу внутрь торгового центра. Среди многообразия запахов различаю аромат кофейных зерен из ближайшей кофейни и шлейф дорогого парфюма, тянущийся из бутика с парфюмерией. Сворачиваю в магазин с обувью и вскоре выхожу оттуда с огромным пакетом.
Знаю, что вряд ли когда-нибудь надену соблазнительные красные лодочки с высоченной шпилькой. Но разве можно винить меня в необдуманной покупке?
Я два года не ходила на шопинг и заказывала все онлайн.
Оказавшись на открытом воздухе, я решаю перекусить на террасе кафе. Пересекаю площадь, но вдруг останавливаюсь, чтобы насладиться пением уличных музыкантов. В конце песни тянусь за бумажником и достаю оттуда все наличные, что у меня есть.
Одна часть ругает меня за то, что я спускаю деньги Фрэнка. А другая часть успокаивает, вспоминая его слова: «Когда я трачу деньги, то вношу вклад в развитие экономики».
В конце концов, я ни о чем не жалею, когда опускаю наличные в раскрытый чехол гитары. При виде этой суммы один из музыкантов улыбается мне.
– Как зовут столь щедрую мисс?
– Рене.
– Что ты хочешь, чтобы мы сыграли, Рене? – спрашивает музыкант. – Выбирай любую песню.
– Можно что-то из творчества Sia, – после недолгих раздумий предлагаю я.
Вокалист кивает и жестом показывает своим коллегам, чтобы они играли громче и выразительнее. Они исполняют композицию «Unstoppable» в рок-версии. Мне нравится, как она звучит в более тяжелой обработке.
После этого я обедаю, а потом возвращаюсь домой на такси. Удивительно, но сегодня я ни разу не вспоминала о моем ночном кошмаре. Теперь при свете дня он кажется нелепым.
Таксист останавливает машину возле центрального входа, я расплачиваюсь за поездку и направляюсь к дому, чувствуя приятную усталость в ногах. По правде говоря, я и забыла, когда в последний раз вот так свободно ходила на шопинг, гуляла по городу или останавливалась в уличном кафе. Со мной повсюду следовали Фрэнк, Киллиан или их люди.
Я давно не оставалась наедине с собой.
– Мисс Гросс, с возвращением в Мельбурн, – дома меня встречает Тина – девушка, которая присматривала за Голди во время моего отсутствия.
Не успевает она отойти в сторону, чтобы впустить меня внутрь, как в мою грудь упираются лапы. Голди смотрит на меня очаровательными карими глазами, виляет хвостом и крайне несдержанно облизывает лицо. Я смеюсь и крепко обнимаю его.
– Я тоже скучала, малыш, – почесываю его за ушами.
Поднимаюсь на второй этаж, краем глаза замечая в гостиной букет розовых пионов.
– Откуда цветы? – спрашиваю я.
– Их доставили час назад, – отвечает Тина.
Наверняка их отправил Фрэнк к моему возвращению в Мельбурн.
Я прохожу в спальню и оставляю пакет с новой обувью в гардеробной. Голди не отстает и крутится у моих ног, когда я приближаюсь к рабочему столу. Включаю лэптоп, чтобы подать вступительное заявление в Тринити-колледж.
Конечно, Фрэнк погорячился, когда сказал, что «я порву Оксфорд». Последние два года я активно занималась на учебных онлайн-курсах. И вряд ли они могут дать тот уровень знаний, который позволит мне поступить в один из университетов «Лиги Плюща».
Но в моем распоряжении весь будущий год, чтобы пройти подготовительную программу в Тринити-колледже и впоследствии стать студенткой Мельбурнского университета – одного из лучших в Австралии.
С приятным волнением я заполняю заявку на сайте Тринити, после чего по привычке захожу на мой профиль в соцсетях. У меня новое уведомление, и…
ЭТО УВЕДОМЛЕНИЕ О НОВОМ ПОДПИСЧИКЕ!
Но кому понадобилось подписываться на мой пустой профиль?
С каменным лицом я смотрю на фотографию светловолосого парня. На меня подписался Найл Морган. Как он нашел меня?
– Подожди, малыш, – я глажу Голди по голове, который не отходит от меня ни на шаг.
Я быстро спускаюсь в гостиную. Теперь я не уверена, что цветы от Фрэнка. Достаю из букета маленький плотный конверт. Внутри него записка, и я нетерпеливо разворачиваю бумагу, сложенную пополам:
«Самой прекрасной девушке, с которой я провел самый прекрасный вечер. Н. М.»
Со стремительной скоростью снова поднимаюсь в спальню и возвращаюсь к лэптопу. Захожу на профиль Найла и, прежде чем написать ему сообщение, вижу публикацию… со мной.
Откуда у него моя фотография?
Я открываю пост. К моему ужасу, снимков несколько, и все они сделаны в одном и том же месте – на выставке в художественной галерее.
На первой фотографии я иду под руку с Киллианом. На второй, – улыбаюсь, когда Фрэнк представляет меня своим знакомым. А на третьей меня сфотографировали в профиль, когда я разговаривала с Эйслин. И на последнем снимке кто-то снял меня со спины, пока я рассматривала картины.
Под постом надпись, оставленная Найлом: «Познакомьтесь с девушкой, которую я не могу выбросить из головы».
Я прижимаю руку ко рту, с трудом сдерживая крик отчаяния. У Найла больше ста тысяч подписчиков, а под постом больше трехсот комментариев! Опускаю голову и закрываю ладонями лицо.
Снимки со мной увидели десятки тысяч людей. И кто-то из них наверняка смотрел новости об исчезновении Кимберли Эванс!
Внезапно раздается звук нового уведомления. Я поднимаю голову и вижу сообщение.
Найл: Привет, Рене! Наконец ты появилась в сети.
Я делаю медленный и глубокий вдох. А затем начинаю писать сообщение, и от гнева мои пальцы громко стучат по клавиатуре.
Рене: Как ты нашел меня? Откуда ты знаешь, где я живу? Как ты достал мои фотографии? Кто давал тебе право публиковать их?
Я нажимаю «отправить». Найл отвечает достаточно быстро.
Найл: Вау, сколько вопросов. Давай по порядку.
Найл: Первый ответ: Я боялся, что ты передумаешь и не пойдешь со мной на свидание. Поэтому на всякий случай решил выяснить о твоих соцсетях, когда отправлял фотки с твоего телефона отцу.
В конце сообщения он добавляет дурацкую улыбающуюся эмодзи.
Рене: Ты что-нибудь слышал о личных границах?
Найл: Я признаю их и уважаю.
Он снова присылает улыбающуюся эмодзи. А затем отправляет еще одно сообщение.
Найл: Ты мне очень понравилась, и я решил рискнуть. Прости, что выяснил о твоем профиле обманным путем.
Не успеваю что-либо ответить, как от Найла приходит следующее сообщение.
Найл: Возвращаюсь к вопросам. Я спросил твой адрес у Фрэнка, когда забирал машину. Я надеялся увидеть тебя, но Фрэнк сказал, что тебе пришлось вернуться в Австралию, потому что твоя собака повредила лапу.
Перевожу взгляд на Голди, который положил мордочку на мои колени и вопросительно на меня смотрит.
– Прости, малыш, – говорю ему. – Фрэнк немного солгал.
Рене: Мне действительно пришлось срочно улететь в Мельбурн.
Найл: В первую встречу мне показалось, что Фрэнк относится ко мне с недоверием и даже враждебно. Я думал, что он начнет возмущаться из-за того, что ты вернулась поздно со свидания. Но Фрэнк ничего не сказал и даже намекнул, чтобы я отправил цветы для тебя.
Без сомнения, Фрэнк надеется, что я вернусь в Нью-Йорк из-за Найла. Но этого не случится.
Рене: Я получила цветы. Спасибо.
В конце сообщения я неуверенно добавляю улыбающуюся эмодзи.
Найл: Ответы на твои последние вопросы. Я нашел фотографа, который работал на выставке в галерее. Эти снимки – единственное, что у меня осталось после тебя. Ты так красиво на них получилась, и я не мог не опубликовать их.
Найл отправляет мне фотографии, сделанные на художественной выставке. Теперь мне становится почти неловко за свой истеричный допрос, который я устроила.
Я внимательнее рассматриваю фотографии. На снимках я не похожа на себя, какой бываю в реальной жизни. Как будто эту девушку ничего не беспокоит и не волнует. Она уверена в себе и независима от чужого мнения.
Она не переживает, что окружающие могут узнать, кто она на самом деле.
Я сохраняю фотографии, отправленные Найлом, себе на память. А самую последнюю из них ставлю на главное фото в профиле. На снимке я стою в полный рост. Мои светлые волнистые волосы спадают по плечам и спине. Моего лица не видно, зато можно рассмотреть шикарный подол платья в мельчайших деталях.
Найл: Красивая аватарка.
На этот раз вместо улыбающейся эмодзи он выбирает эмодзи с глазами-сердечками.
Рене: Как видишь, я не любитель соцсетей, и не люблю публично выставлять свои снимки. Ты можешь удалить фотографии со мной на своем профиле?
Найл: Хорошо, я все удалю. Но взамен попрошу тебя об одной просьбе.
Рене: ?
Найл: Второе свидание.
Я долго смотрю на экран, одной рукой поглаживая Голди, а второй нервно постукивая пальцами по столу. Одна часть меня понимает, что Найл – хороший парень, и у меня нет ни одной причины ему отказать.
Но другая часть говорит, что я все еще не могу забыть парня, который разбил мое сердце. Который лишил меня девственности на заднем сиденье своего внедорожника. Который отверг меня в тот момент, когда я нуждалась в нем больше всего.
И Найл точно не заслуживает, чтобы я его использовала, пытаясь выбросить из головы своего бывшего.
Я собираюсь ему ответить, как мне приходит сообщение от другого пользователя.
Грейс: Роскошное платье. Я рада, что угадала с размером.
Мои глаза вылезают из орбит. Выходит, это она отправила платье? И Грейс написала об этом только сейчас? Когда увидела фотографию на моем профиле?
У меня слишком много вопросов, чтобы уместить их в одном сообщении.
Рене: Это ты отправила платье?
Рене: Ты бы могла оставить записку.
Рене: Я всю голову сломала, думая от кого подарок.
Грейс: Прости, но я не могла удержаться от того, чтобы не пощекотать твои нервишки.
В конце она добавляет коварную эмодзи с рожками дьявола.
Рене: Как ты узнала, где я живу?
Грейс: Для меня это давно не секрет. Осенью ты жаловалась и писала, что у вас льет дождь вторую неделю подряд. Я погуглила и выяснила, что в это время в Австралии прогнозировали аномальные ливни. А дальше я зашла в реестр и выяснила, что на имя Фрэнк Гросс зарегистрирована единственная недвижимость в Мельбурне.
Рене: Твоим дедуктивным способностям позавидовал бы сам Шерлок Холмс.
Грейс: Я должна была убедиться, что с тобой все в порядке, и твои мафиозники тебя не убили.
Рене: К твоему сведению, Фрэнк давно ведет легальный бизнес. Кроме тебя, кто-нибудь еще знает об этом?
Грейс: Не волнуйся, знаю только я.
В это мгновение приходит сообщение от Найла.
Найл: Рене???
Проклятье. Я так и не ответила Найлу по поводу второго свидания. Я не знаю, что ему написать.
Грейс: Как дела у Голди?
Я глажу Голди по голове, вспоминая, что именно благодаря Грейс мне удалось взять его с собой в новую жизнь.
Однажды она попросила выручить ее и наврать ее отцу, что она ночует у меня дома. В обмен Грейс дала обещание, что поможет мне в просьбе, какой бы странной та ни была. И Грейс сдержала слово: на несколько минут она отключила камеры видеонаблюдения по всей территории особняка Аматорио, чтобы никто не увидел, как она вывезла Голди.
Рене: У него все хорошо. Нам здесь нравится. Как дела в Бостоне?
Грейс: В последнее время здесь скучновато. Твой отец даже не пытается сделать вид, что ищет тебя. Эванс оформил на тебя огромную страховку, и я слышала от отца, что он судится со страховой компанией.
Рене: Как дела у твоих братьев?
Грейс: Десмонд сейчас во Франции, участвует в гонках. Он пообещал отцу в этом году закончить обучение. Держу пари, Десмонд будет в бешенстве, когда вернется домой.
Я немного колеблюсь, прежде чем задать следующий вопрос.
Рене: А как Кэш?
Я волнительно смотрю, как Грейс печатает сообщение.
Грейс: Я знаю, что ты чувствуешь к моему брату. Но поверь, это уже не тот Кэш, который был раньше. На твоем месте я бы не тратила на него время. Думаю, он про тебя даже не помнит.
Я читаю ее сообщение, и обида, которую давно пытаюсь в себе подавить, прорывается наружу. Ненавижу то, как на меня действуют слова Грейс. Мне больно и горестно.
Грейс: Несколько дней назад Кэш напился до чертиков и утопил машину в озере. Отец в ярости. Между нами говоря, мне кажется, у моего брата поехала крыша. Думаю, такими темпами Кэш скоро окажется в психиатрической больнице «Хейверхилл».
Следом за сообщением Грейс присылает фотографию внедорожника Кэша, вытащенного из воды. Я смотрю на машину, где прошла одна из лучших ночей в моей жизни, и воспоминание проносится перед глазами.
Кэш держит меня в объятиях, его рука запутывается в моих волосах.
«Ты само совершенство, принцесса».
С каждым словом он врезается в меня неумолимыми толчками, будто стремится навсегда оставить свой след.
«Ты моя».
Его глубокий голос звучит в голове, но через секунду он сменяется другими словами.
«Я солгал. Это было игрой, чтобы трахнуть тебя. С тобой было классно. Но мне надоело».
От последнего воспоминания меня передергивает, как от удара током. В груди поднимается волна ярости.
Кэш не заслуживает того, чтобы я страдала из-за него. Во всем мире нет, черт возьми, такой вещи, которая достойна моих страданий!
Грейс: Ты же знаешь, я желаю тебе добра. Для тебя будет лучше, если ты забудешь моего брата.
В том, что написала Грейс, есть смысл. Как и в том, что сказал Фрэнк.
Ты не можешь изменить то, откуда пришла. Но ты можешь выбрать, куда идти дальше. И я надеюсь, что твое «дальше» не станет дорогой в прошлое.
Я не воспринимаю Найла, как «идти дальше». Но Фрэнк прав. Я не могу все время оглядываться назад.
Собравшись с духом, я открываю переписку с Найлом и набираю текст.
Рене: Я буду рада пойти с тобой на второе свидание.
Я нажимаю «отправить», после чего захожу на страницу Кэша и отписываюсь от него. Подрагивающей рукой блокирую его профиль.
Вот и все. Прощай, Кэш.
Я больше не собираюсь оглядываться на прошлое.