Страницаиз11
СкороКнижный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Ваша память – это монстр. Вы забываете, она нет. Она все копит в себе.
Она сохраняет все это для вас, она прячет это от вас, – она сама решает,
когда излить на вас все, что накопила.
Вы думаете, вы имеете память, – нет, это она имеет вас.
Джон Ирвинг
«I Wanna Be Yours» Arctic Monkeys
«Art Deco» Lana Del Rey
«Just Pretend» Bad Omens
«Die For You» The Weeknd
«Creepin» Metro Boomin, The Weeknd, 21 Savage
«Remain Nameless» Florence + The Machine
«Wolves» Sam Tinnesz
«Supergirl» Reamonn
«Pieces» Andrew Belle
«Midnight City» M83
«One Of The Girls» The Weeknd, JENNIE&Lily Rose Depp
Перед вами книга «Разрушенный», которая является продолжением серии «Мир Аматорио». Это история Кэша и Кимберли. Перед прочтением я настоятельно рекомендую сначала прочитать первую книгу с этими героями «Исчезнувшая», чтобы не путаться в событиях и сюжете.
Читать трилогию из этой серии про Десмонда и Кристиану необязательно, но будет полезно для более полного погружения во вселенную Аматорио. Десмонд и Кристиана будут появляться на страницах этой книги достаточно часто, кроме того, в сюжете встречаются отсылки к трилогии. Если вы хотите сперва начать историю про них, то вот порядок чтения:
«Соблазн»
«Искушение»
«Доверие».
Приятного чтения!
Вам доводилось испытывать чувство, что ваша жизнь вот-вот изменится? Словно невидимая стрелка поворачивается на сто восемьдесят градусов. И вам не остается ничего, кроме как повернуться следом за ней и столкнуться лицом к лицу с грядущими переменами?
Именно такое чувство настигает меня, когда я выхожу на балкон своего номера отеля «Гранд Лас-Вегас».
Спокойная, тихая мелодия льется из динамиков номера, легкий ветер развевает платье, обнажая сквозь разрез мои бедра. Я ощущаю себя расслабленной и беззаботной после двух бокалов сангрии.
Но в голове тонкий голосок нашептывает, что скоро все поменяется. И то, что сейчас меня окружает, не более чем декорация к ключевому событию, которое должно произойти. Время будто застыло для того, чтобы я сделала шаг и переступила черту навстречу чему-то новому.
Это состояние одновременно пугает и завораживает.
Я подхожу к балюстраде. Мой взгляд не спеша скользит по ночному Лас-Вегасу. Каждый день множество людей со всех концов света приезжают сюда, чтобы оставить здесь свои деньги, подпитывая неугомонную энергетику города со сверкающими огнями, яркими неоновыми вывесками и светящимися фонтанами.
Ночь только начинается. Но, кажется, она не закончится даже с восходом солнца. Я поднимаю голову и смотрю на небо. К удивлению, вижу звезды и вспоминаю легенду, которую слышала несколько лет назад.
Говорят, звезды объединяются в созвездия, чтобы им было легче заботиться друг о друге. Ведь потом настанет утро и разлучит их.
Тем утром в порту Бостона каждый из нас что-то обрел.
Киллиан обрел сестру, которой раньше у него никогда не было. Фрэнк обрел дочь, которую потерял много лет назад. А я обрела семью, о которой не могла когда-либо мечтать.
Я продолжаю смотреть на небо и замечаю два мерцающих огонька, сверкающих в безграничном темном пространстве. Они ярче всех остальных. Это Вега из созвездия Лира и Альтаир из созвездия Орла.
Если верить древней японской легенде, Вега была дочерью небесного царя и ткала небесные полотна, а Альтаир водил звездные стада по заоблачным равнинам. Встретившись однажды, они так сильно полюбили друг друга, что не могли расстаться ни на минуту. Небесный царь-тиран разлучил возлюбленных и разделил их глубокой и широкой рекой из звезд.
Так образовался Млечный Путь, а Альтаир и Вега оказались на разных берегах. Они не смогли переплыть реку, и все, что им оставалось, – стоять и смотреть друг на друга. Видя их страдания, богиня Солнца сжалилась над Вегой и Альтаиром, позволив проводить им вместе лишь одну ночь в году: каждого седьмого месяца и седьмого числа.
Именно в этот день Альтаир и Вега оказываются рядом друг с другом, а в Японии принято отмечать «Праздник звезд» – Хоси Мацури. По традиции в этот день влюбленные загадывают желания и пишут их на цветной бумаге, которую вешают на ветки бамбука.
Настойчивый стук в дверь прерывает мои мысли. Я возвращаюсь в номер, по пути оставляя бокал с сангрией на ближайшем столике, и приближаюсь к двери. За ней раздается мужской голос, объявляющий об обслуживании номеров.
Я открываю дверь и вижу сотрудника отеля в выглаженной черной форме. Перед ним стоит сервировочный столик с глубокой чашей, наполовину наполненной льдом, и с бутылкой шампанского.
– Прошу прощения, – вежливо произносит мужчина. – Один джентльмен просил вам передать.
Он отдает белый запечатанный конверт и уходит дальше по коридору, толкая перед собой столик. Я изгибаю бровь и опускаю взгляд на лист бумаги.
Несколько раз моргаю, будто не верю в то, что перед собой вижу. Не знаю, радоваться мне, что это не галлюцинация и не плод моего воображения. Но я отчетливо могу прочитать эти два слова.
Более того, я узнаю этот почерк. Он принадлежит тому, от взгляда которого когда-то замирало мое сердце, а от его прикосновения по телу пробегали мурашки.
«Моей принцессе».
Май. Мельбурн
В спальню раскрывается дверь, и на пороге я вижу Фрэнка. На нем черные брюки и того же цвета пиджак. Его русые волосы с проседью уложены назад, выделяя лицо с искренней добродушной улыбкой.
Такая улыбка предназначена для узкого круга лиц. В это сложно поверить, но я вхожу в их число. Для всех остальных Фрэнк, точнее, Фрэнк Гросс, – расчетливый, хладнокровный и неприкасаемый бизнесмен, построивший свою империю на торговле оружия и белой дурью.
Однако это было в прошлом, и сейчас его бизнес легален. Фрэнк занимается венчурным финансированием, и большую часть капитала вкладывает в проекты на старте. Некоторые из них оказываются успешными и приносят неприлично высокий доход.
– Красивое платье, – Фрэнк смотрит на меня. – Ты выбрала его для сегодняшнего вечера?
Я стою перед зеркалом, держу перед собой платье и провожу ладонью по его струящейся ткани. Несколько десятков сверкающих камней украшают подол. Линия талии и грудь подчеркнута корсетом, а ключицы скрывает полупрозрачный фатин с бриллиантовой нитью.
Достаточно одного взгляда, чтобы понять: платье безумно красивое и дорогое. Оно словно бросает вызов: только попробуйте обвинить меня в моей стоимости!
– Я не могу перед ним устоять, – отвечаю с благодарностью.
Фрэнк приближается и по пути раскрывает руки, приглашая меня в объятия. Я мгновенно убираю платье, чтобы, как маленький ребенок, повиснуть на его плечах.
Удивительно, как человек, которого все боятся только за один хмурый взгляд, заставляет чувствовать меня пятилетней малышкой.
– Итак, ты готова? – Фрэнк отстраняется и смотрит на меня сверху вниз. – Точнее, готова ли Рене? Сегодня ее первый выход в свет.
– Первый выход в свет? Я не… не понимаю.
Сердце дико колотится. Я веду уединенную жизнь в Мельбурне в изолированной вилле. Фрэнк иногда берет меня с собой в деловые поездки, чтобы я не чувствовала себя полным затворником. В целях конфиденциальности у меня есть несколько поддельных документов на разные имена и фамилии, чтобы никто не смог на меня выйти.
Я повсюду заметаю за собой след.
– Как такое возможно? – спрашиваю я.
– Сразу перейду к делу, – объясняет Фрэнк. – Мне потребовалось два года, чтобы выйти на нужного человека и полностью вписать Рене Гросс в историю Мельбурна. Ты родилась здесь в асоциальной семье, твоих родителей лишили прав. Потом я тебя удочерил…
Фрэнк продолжает говорить, но я не могу разобрать его слов. По щеке скатывается слеза.
– Не могу поверить… – шепчу я.
– Наконец все сошлось воедино. История твоего имени официально подтверждена. Ты – Рене Гросс, и тебе больше не нужно скрываться. Ты свободна, малышка.
Ты свободна.
Я закрываю глаза. Эти два простых слова проносятся в голове снова и снова.
То, что большинство людей считали само собой разумеющимся, являлось для меня нечто недосягаемым. Сейчас передо мной открываются столько возможностей…
– Спасибо, – сквозь слезу произношу я. – Это лучший подарок.
– Ты можешь выбрать университет и ученую степень, – Фрэнк с гордостью на меня смотрит. – Уверен, ты порвешь Оксфорд.
– До сих пор не могу в это поверить, – я вытираю тыльной стороной ладони слезу на щеке. – И я забыла поблагодарить тебя за платье. Оно прекрасное.
– Платье? – переспрашивает Фрэнк и качает головой. – Это не от меня. Его доставили около часа назад.
Он переводит взгляд на наручные часы.
– У нас в запасе не больше двадцати минут. Нам нужно поторопиться, иначе мы опоздаем на самолет. Буду ждать тебя внизу.
Фрэнк уходит, и я в замешательстве смотрю ему вслед. От кого же подарок? Может быть, от Киллиана?
Фрэнк закрывает за собой дверь, и я резко прихожу в себя. Мне нужно поскорее собраться. Я все еще в купальнике и полотенце после плавания в бассейне.
У меня нет времени на душ и макияж. Нырнув в гардеробную, я быстро переодеваюсь в черный топ с тоненькими бретельками, джинсы прямого кроя и свободный пиджак. Слегка влажные волосы собираю в хвост. Я выгляжу не совсем впечатляюще для своего дня рождения, но позабочусь об этом после перелета.
Перед тем как покинуть спальню, я опускаю крышку включенного лэптопа, лежащего на кровати. Затем вновь его раскрываю. Мой взгляд останавливается на вкладке браузера с социальной сетью. По инерции я ввожу почту вместе с паролем и перехожу на свой профиль.
На нем не указано мое имя. Нет ни одной фотографии. Никаких постов и подписок. Кроме одной.
По привычке я перехожу на его профиль. У него триста тысяч подписчиков и чуть больше двадцати публикаций.
Не буду отрицать, что я сталкер. Каждый день я слежу за одним и тем же аккаунтом.
Кэш Аматорио.
Не знаю, считать ли это совпадением или случайностью, но два года он ничего не выкладывал. Его последняя публикация была в тот же день, когда объявили об исчезновении Кимберли Эванс, – фотография белой магнолии на фоне черного мрамора.
Если судить, что соцсети – отражение нашей жизни, которую мы хотим открыть миру, то можно решить, что Кэш поставил свою жизнь на паузу.
Но это не так. Далеко не так.
Достаточно посмотреть профили его друзей и убедиться в обратном. Например, Стив выложил фото с Кэшем, где он на вечеринке в окружении девушек и алкоголя. А Мейсон опубликовал пост, где Кэш сидит на заднем сиденье машины между двух грудастых блондинок.
Я качаю головой и в очередной раз мысленно ругаю себя за то, что когда-то доверилась Кэшу. Я же с самого начала знала, кто он такой. Меня предупреждала Грейс, кто он такой. Тот, кого интересуют лишь девушки, выпивка и вечеринки.
Но карма не такая наивная идиотка, как я. Она наказала Кэша за его распутную жизнь. В год, когда я исчезла, Кэш пропустил ответственный матч, на котором присутствовал скаут. Через время Кэш покинул команду и окончательно попрощался с футболом. По собственной воле он лишился всего, к чему стремился последние несколько лет. Несмотря на то что у него были блестящие перспективы.
Я не раз ходила на его матчи. И Кэш всегда приводил команду к победе.
Внезапно мое внимание привлекает новая публикация. Я изгибаю бровь. И что же заставило Кэша нарушить молчание в соцсетях?
Открываю его пост и вижу снимок песчаного берега и озера, подсвеченного луной. Надпись под фото состоит всего из трех слов.
Завтра твой день.
Под постом больше ста комментариев, и в основном их оставляют девушки. Похоже, они решили провести расследование, кого Кэш мог пригласить на романтический вечер у озера.
Без особого энтузиазма я читаю их предположения. Я сосредоточена на надписи под снимком.
Завтра твой день.
Между нашими городами большая разница в часовых поясах. И мой день рождения настанет в Бостоне завтра. Но не думаю, что Кэш помнит об этом. А даже если и помнит, то вряд ли об этом он стал бы писать.
Вдруг на глаза попадается комментарий, в котором написано, что на фото… озеро Холбрук.
В горле моментально разрастается ком.
На этом озере я пыталась спасти Кэша. На этом озере он лишил меня девственности. На этом озере я призналась ему в любви.
У меня так и чешутся руки написать, что Кэш не смеет появляться на нашем месте. Он не смеет его фотографировать. Даже не смеет писать про него!
После того как он обошелся со мной, у него нет никакого права быть там, где я открылась и доверилась ему. Именно там соединилась его боль и моя любовь. Но Кэш будто намеренно выбрал это место, чтобы в очередной раз сделать больнее. Впрочем, это в его стиле.
Однажды он безжалостно вырвал мое сердце и выбросил. Как оказалось, ему не нужна была ни я, ни мои чувства.
Но переосмысление прошлого не помогло мне забыть такого эгоистичного придурка, как Кэш. К моему горькому сожалению, я не могу выбросить его из своих мыслей.
Он – моя самая опасная и токсичная болезнь. Он – яд, который слишком глубоко въелся под кожу. И от него не так просто избавиться. Прошло два года, но я все еще не могу найти от него ни лекарства, ни противоядия.
Говорят, что в день рождения принято загадывать желание, и оно обязательно сбудется. Что ж, если это действительно так, то я хочу проснуться завтра, вспомнить о Кэше и ничего не почувствовать. Ни боли, ни трепета, ни учащенного сердцебиения…
Ни-че-го.
Из моих размышлений меня выдергивает автомобильный гудок, доносившийся сквозь открытое окно в спальне. Делаю глубокий вдох и закрываю крышку лэптопа.
Настал момент, чтобы отправиться в будущий год моей новой жизни.
