«Есть одно хорошее немецкое слово, Schadenfreude, радость по поводу чужих бед. Именно это чувство старается пробуждать в любом читателе уважающая себя печать.»

В «Нулевом номере» есть три главные линии сюжета: они следуют одна из другой, затем никак друг с другом не взаимодействуют и обрываются на полуслове.

Первая линия: в Милане 90-х годов запускается проект-авантюра — газета «Завтра», которую пишет группа не самых совестливых журналистов-неудачников. Они составляют пилотный выпуск газеты постфактум, описывая события с дистанции полугодовой давности. В процессе планерок они деконструируют журналистику как инструмент политического и общественного влияния: раскладывают колоду журналистских трюков и показывают как персональные интересы каждого сотрудника перетягивают коллективные остатки совести на сторону редакторского «видения»; все уцелевшие назначаются, буквально, аутистами.

Эта часть книги интересна, а сама задумка подобной деконструкции через призму настолько абсурдных обстоятельств смотрится интригующе — к концу книги ожидаешь получить, ни больше ни меньше, альманах журналистского шулерства. Но, к сожалению, эта линия книги обрубается едва начавшись — резко и внезапно — а из имеющегося в книге фрагмента видно, что автор только раззадорился сцеживать яд и даже не начал подбираться к самому интересному.

Вторая линия: линия романтических отношений циничного главреда со своей подчиненной Майей. Майя символизирует совесть и романтизированную версию всего то, что происходит с честным человеком в циничном мире пропаганды. При том, что Майя это единственный положительный персонаж книги, она лишь роль второго плана, незаслуженный любовный интерес главного героя и его шанс на искупление.

Эта линия читается легко, но более правдоподобной от этого не становится: две-три встречи и вот уже 30-летняя журналистка без перспектив и 50-летний неудачник находят идеал своих отношений. Они буквально читают мысли друг друга и грезят о совместном будущем после «Завтра» — при этом за все время романа никаких изменений с персонажами не происходит; они все еще максимально неприглядные один другому совесть и цинизм, которые за все время отношений не сделали ни шагу на встречу друг другу.

Третья линия: это монолит текста, который опасно граничит с техникой потока сознания. Его представляет страдающий синдромом поиска глубинного смысла журналист Браггадочча, который несколько раз появляется на страницах книги чтобы с места в карьер вывалить на читателя лоскутную простыню из имен итальянских политиков и лидеров радикальных политических движений — всё, чтобы подвести редактора к очевидной мысли своей теории заговора о мнимой смерти Муссолини: в 1945 году был убит не сам дуче, а его двойник.

И на этой линии для меня и распадается вся книга. Во-первых, даже при всей легкости языка, это просто неинтересно читать — будто тебе долго и нудно рассказывают анекдот про людей, которых ты даже не знаешь. И дело не в личной непросвещенности: при желании можно было бы и почитать параллельно о действующих лицах итальянской истории второй половины XX века — но сам контекст задачи не предполагает ее решения: ты либо в теме, либо нет — часами изучать второстепенных итальянских деятелей, чтобы лучше разобраться в теории заговора внутри романа, который читается за три часа? Ну да, ну да.

Во-вторых, линия заговора слишком монументальна. Каждая встреча с Браггадоччо просто давит своим объемом: второстепенных линий между их встречами с Колонной едва ли хватает чтобы отдышаться. Создается ощущение, что этой линии сюжета просто повезло быть написанной первой, до того как весь остальной роман пришлось оборвать на полуслове. Если совокупность первой и второй сюжетных линий это легкий неоконченный набросок карандашом, то линия Муссолини — массивная дубовая рама с позолотой, которая предназначалась для какого-то совсем другого произведения. Переплести эти три сюжетные линии не проще чем переплести два обувных шнурка с морским канатом.

Когда я подбирался к концу книги меня все больше интриговала не сама история, а количество оставшихся страниц — вот уже просвечивают выходные данные типографии, а в тексте нет и намека на то, что к концу подходит и газета «Завтра», и отношения Колонны и Майи, и Браггадочча наверное чего-то все-таки должен достичь (не просто так ведь он терзал нас своими домыслами добрую половину книги?) — еще десять страниц, и вот все сюжетные линии лениво выкатываются из ствола и пулей падают в перпендикулярном направлении к земле. Конец книги.

«200-страничный роман Умберто Эко» звучит как оксюморон. Пусть это есть и останется домыслом, но после 19 февраля 2016 года, ставшего для Эко финалом двухлетней борьбы с раком поджелудочной железы, немного легче достроить в голове нелегкую судьбу этой работы, чем в дни её премьеры.

И другие цитаты:

«Я рассказал ей, что я когда-то был покорен, в самом начале, тем, что на слова «я болван, прости меня» в ответ услышал «ну, я люблю тебя, хотя ты и болван». Подобные слова могут свести с ума человека, переполнить любовью. Но потом жена, вероятно, заметила, что я и вправду болван.»

«Если распространится слух, что, загрязняя планету, мы уменьшаем не только поголовье китов, но и свою, извиняюсь, пипиську, думаю, мир захлестнет великая экологическая революция.»

«Венеция – южный Амстердам. Фантазия превосходит даже самую смелую реальность. Надеюсь, вы не подозреваете, что я не расист. Тяжелые наркотики – первый шаг на пути к марихуане. Запоясаться. Общение по-простому на «вы». Хорошо смеется тот, кто смеется первым. Я, может быть, и немолод, но, слава богу, уже выжил из ума. Для меня все эти ваши выкладки – китайская безграмотность. Головокружение от неуспехов. Если разобраться, у Муссолини тоже были свои несомненные минусы. Париж ужасен, но парижане уж очень симпатичные.»

***

«Остерия вроде миланская, а хозяева, доложу тебе, уже давно тосканцы. Я это выведал. Я не имею ничего против тосканцев. Люди как люди. Однако в свое время, я был ребенком, в знакомой семье одна дочь вышла замуж за вот такого приезжего, и ее отец кричал, что-де надо бы перегородить стеной Италию на уровне Флоренции, а моя матушка добавила: «Флоренции? Да по мне, на уровне Болоньи!»»

Несомненно, этот Эко-не совсем тот Эко, создавший "Имя розы", такую культовую, но чрезвычайно и неприлично популярную. "Нулевой номер" нисколько не отошёл от старых лекал Умберто Эко, только монументальные кладки средневековых соборов и зданий с эпизодической обстоятельностью сменяются на эпические изваяния редакционных колонок. Чуждый поверхностности и линейности сюжета, писатель создал очередной многослойный
роман, где черное никогда не станет белым, где реальность всегда вычурней вымысла, где создание мифа происходит в редакциях газет. В укор Эко-с позиции избалованного читателя-неискушенность в вопросах Голливудизации сюжета в пользу смысла и четкой, внутренней парадигмы, вследствии чего персонажи кажутся- и наверное, так и есть- ходульными, и чрезвычайно неестественными. И Колонна, и Майя, Брагадоччо, Семеи- скорее не люди, а нервические проводники идей, взаимно притягивающие и сталкивающиеся. Именно поэтому в Нулевом номере так много слов и так мало действий, будто в статической Вселенной Беккета и Ионеско застыли одинокие фигуры, ожидающие исхода. И я бы отнюдь не сказал, что это скучно.
Если вы любите Эко-, вы полюбите и этот роман. Вопрос только в том, любите ли вы Эко

Вы прочитали новости в газете и считаете, что теперь вы знаете что происходит в мире? Тогда мы идем к вам.
Наверное, именно такой слоган можно применить в качестве рекламы данной книги.
Закулисье работы СМИ открывается в самой уродливой форме. Как прикладом по темечку. Чтобы стать такими же параноиками, как и некоторые из героев. Впрочем, в этом и есть огромный плюс данной истории: все шоры и розовые очки летят в тартарары.
Есть совсем уж печальные моменты - к примеру, то, что настоящему журналисту (в самом теоретически-идеальном варианте) выжить во всей этой атмосфЭре практически невозможно. Он не будет услышан , не будет востребован.
Есть веселые моменты. В том случае, конечно, если веселья включает в себя сарказм и иронию. Мне кажется, что в книге очень ясно видится отношение автора ко всему этому миру журналистики, в том виде, который существует. Цинизм, ложь, лицемерие, передергивание - вот те инструменты, которые чаще всего востребованы у тех, кто формирует мнение большинства по тому или иному поводу. Печально и страшновато. Хотя , предупрежден - вооружен.

Читается книга довольно легко. И не только по причине небольшого объема) История любви, если можно так сказать, довольно куцая. Хотелось бы узнать героев получше. Но если вдуматься, то герои здесь статисты по сути. Так как основное внимание уделяется главному "дракону" - нулевому номеру. Везде одни лишь нулевые номера, то есть фактически полное отсутствие правдивых СМИ и качественной журналистики, сплошные "завтра", которые проплачены хозяином и служат его личным интересам. Интересно, что автор не дает оптимистичных прогнозов, даже наоборот, но почему-то послевкусие книги не безнадежное и не пессимистичное. Уж и не знаю почему.
Порекомендовать книгу могу всем без исключения, а тем, кто верит СМИ безоглядно - в первую очередь.

Халтура по всем фронтам! Сложилось такое впечатление, что и автор и переводчик выдохлись и почивают на лаврах былой славы...

Сначала о романе. Не итересно! Совершенно неожиданным образом Эко выдал бессюжетнй и скучный опус о современной системе сми, нанизанный на несвежую теорию о мировом заговоре и дуче, который подсунул линчевателям двойника, а сам плел интриги за кулисами большой политики. Пожалуй эта "проверенная временем" концепция всемирного заговора единственное, что читается с интересом, но и то с чисто культурологической точки зрения.
Главный герой -- неудачник, ничем не примечательная личность. Его любовь - молодая тургеневская барышня излишне чувствительная для журналиста, причем с неким психическим псевдоизъяном. Их отношения - вялотекущее "долго и счастливо" - нет ни конфликта, ни трагедии, сплошная радость престарелого героя, освежившего свой закат хрупкой ланью, глядящей на него с надеждой и любовью. Пошло, уныло и недостойно мэтра. Единственный живой и интересный персонаж - параноик Брагадоччо, раскручивающий историю Муссолини. Кончается роман ничем, опять та же идея: если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят... но и не значит, что следят. Странно и тоскливо получать такую отписку от автора "Имени розы", "Маятника Фуко" и "Баудолино". Все же Эко хорош в медиевистике и семиотике, современность его, судя по "Нулевому номеру" и "Картонкам Минервы", совершенно не окрыляет. Книга оставляет читателя в неприятном ощущении дряхления и заката, ощущении, что и над гениями властно время..

Теперь о переводе. У Костюкович и раньше были огрехи и ошибки, но они не бросались в глаза и количество их было приемлемым (если это, конечно, возможно). Но тут, по ходу чтения начинает казаться, что переводчик уже приличное время живет за границей, родным языком пользуется нечасто и стал активно его забывать. Иначе чем объяснить такие зубодробительные ляпы как ОНА ПОНЕМНОГУ ОКЛЁМЫВАЛАСЬ, СОРГАНИЗОВАТЬ, СРОКИ ВАРЬИРУЮТ, ХОРОШАЯ МИНА В ПЛОХОЙ ИГРЕ, ЯЧЕЙКОВАЯ СВЯЗЬ (имеется ввиду сотовая связь)? Все-таки монополия штука опасная.. Тут, конечно, возникают вопросы еще и к редакторам и корректорам, фамилии которых в книге есть, а вот следов присутствия этих самых редакторов и корректоров - нет. Грустно!

Единственное, что можно похвалить, это качество печати. Да, бумага могла бы быть белой, но для романа о газете идеально подходит шершавая сероватая, но тем не менее плотная и приятная. В руках держать книгу одно удовольствие, обложка выдержана в стилистике книг Эко.

Я не в состоянии воспринимать "Нулевой номер" как полноценный роман Эко - исключительно как славную зарисовку, очерк, собрание маленьких многочисленных кусочков одной довольно обрывочной и запутанной истории. Не могу сказать с уверенностью, что именно сыграло злую шутку - относительно небольшой объем или тотальное отсутствие в моей голове сведений об истории Италии с послевоенного (да и военного, будем откровенны) периода до наших дней. Я, конечно, изо всех сил пыталась уследить за ускользающим сюжетом страшной тайны, поведанной главному герою одним из редакторов, но обилие фамилий и событий, про которые складывается впечатление, будто они должны быть общеизвестны - но нет же, нет! - короче, вся эта замечательная куча информации не оставила мне ни единого шанса на то, чтобы проникнуться. Впечатление - ну, пробежалась по верхам. Хоть садись и перечитывай со справочником по современной итальянской истории наперевес.

Можно сказать, конечно, что это книга про формирование общественного мнения через прессу (свежую и не очень), а также про создание массовой истерии посредством вытаскивания на свет массы разрозненных фактов и нарекания их истиной (а все остальное, соответственно, наглой ложью власть имущих). Вообще, у Эко потрясающе получается манипулировать сознанием читателя, показывая, насколько хрупкой может показаться основа жизни и как легко и просто можно скатиться в пучину безумия, увлекшись теорией заговоров.

Резюме: Остается ощущение, что я недополучила от этой книги чего-то важного. Когда пойму, чего - перечитаю (но это не точно).

Наконец-то я домучила эту книгу. Обычно я не дочитываю то, что дается с трудом, но тут заставила себя все-таки её закончить, надеялась на какой-то "свет в конце тоннеля".
Первые страницы книги читаются очень хорошо, завязка довольно динамичная, но страницы с десятой начинается какая-то ерунда, и я все время старалась понять какое отношение она имеет к началу сюжета. Разъяснилось все буквально в самом конце...
Вся средина книги, а точнее все её основное содержание носит форму параноидального бреда, буквально облечено в форму этого бреда, и часто прямо так и называется.
Идеи и гипотезы изложены так, что не заслуживают ни какого серьезного внимания, поскольку к ним нет ни каких данных и обоснований. Даже не важно содержание этих гипотез, поскольку они абсолютно не увлекают читателя.
В общем, книга меня разочаровала. Увы!

Последний роман Умберто Эко. Как это звучит для нас, взрослевших с его романами, набиравшихся ума из его научных статей! Сколько ожиданий! И здесь Эко, сам того не ведая, сыграл с нами шутку вполне в своем духе: роман-то вовсе не последний, а был начат в начале 90-х! И сейчас автор вновь вернулся к живописанию мира прессы - уже из века полностью победившей лжи, льющейся из всех каналов массовой информации. Роман необыкновенно краток, сюжет вроде бы незатейлив: организуется по воле одного удачливого предпринимателя газета, в которую набирают нескольких редакторов, и они вместе вырабатывают тематику, стиль и тактику привлечения читателей.
Роман начинается с классического детективного захода: герой подозревает преследование, и перед читателем разворачивается вся цепь событий, приведшая к этому. Эко не был бы собой, если бы эти события были тривиальны. Да, роман читается легко, но за этой простотой скрывается гениально выполненный шарж на современную Италию. Вместе с этим, прежде всего этого - роман о власти СМИ. О всех уловках журналистов, о том, как манипулируют нашим мнением и в чьих интересах. О том, какие ничтожества, будучи куклами в руках олигарха-кукловода, решают, о чем нам думать и что считать по какому поводу.
Не рассказываю подробнее сюжет, иначе испорчу вам все удовольствие. Поверьте, этот роман никак не продолжает традицию интеллектуальной прозы Эко, нашпигованной скрытыми цитатами, интертекстуальными намеками - есть всего лишь главный герой, который уже не может, после сотен выполненных переводов и прочитанных текстов, выдать что-то свое: он оперирует искл сравнениями из мировой литературы и искусства. Уморительные сцены летучек в редакции перемежаются с мысленным комментарием главного героя. Мрачные районы Милана, древние церкви и кварталы - все это служит роскошным обрамлением действия, в котором смешаны все ингредиенты удачного романа. Читать обязательно!

Печально, конечно, читать последнюю книгу ушедшего мастера...
Я уже говорила как минимум в двух прошлых отзывах (на "Пламя царицы Лоаны" и "Пражское кладбище"), что поздние художественные тексты Эко уже не цепляют так, как цепляли "Имя Розы" или "Маятник Фуко". Я не жаловалась, просто констатировала - и хочу думать, что вовсе не горечь от смерти Эко способствовала тому, что "Нулевой номер" мне внезапно понравился.
Нет, былое не вернулось - это не перенасыщенный аллюзиями и загадками текст, это усталый рассказ про усталых людей, короткий и немного сумбурный. И вместе с тем я прочла его с удовольствием.
Казалось бы, ирония - ты не сопереживаешь героям и не ассоциируешь себя с ними (Эко, полагаю, такой цели и не ставил, в "Нулевом номере" бал правят отчасти гротеск, отчасти сатира), внезапные монологи кажутся лишними и не содержат никакой особо интересной информации. В книге нечего разгадывать и некуда стремиться.
И вместе с тем нельзя перестать читать. Опять же, слово "увлекательно" - это про "Имя Розы", не про "Нулевой номер". Герои не увлекают, история не увлекает. Увлекает автор. Он пишет и словно исподволь уговаривает читателя - "идем, там впереди что-то есть, идем, не отставай, все еще будет, не бросай, не закрывай страницу". Уговаривает, практически не оборачиваясь - знает, что читатель послушно следует за манком.
Нечто вроде прощального поклона для самых верных. Очень грустного и наполненного цинизмом - но в конце его нас поджидает надежда. Вместо раскрытия несуществующих загадок и разоблачения несуществующих злодеев такая малость - две брошенные, потерянные души, которые нашли друг друга и решили быть вместе.
Но малость ли это в нашем современном мире? Или самый большой выигрыш в единственной стоящей лотерее?