Неудобное прошлое: Память о государственных преступлениях в России и других странах

Книгу читала давно по совету одного книжного блогера, которая сначала выпускала видео о том, как читать исторические книги, а потом рассказывала про Эппле с его «неудобным прошлым» и горячо советовала читать.

Ну что за неудобное пошлое может быть у России? 90-ые годы? Горбачёвская перестройка? Царские времена и крепостное право? Чеченские войны? Нет – это «сталинские репрессии», исключительно они. Опять старые песни о главном, только под новой обёрткой, якобы проработкой прошлого. Это же современное поколение должно расплачиваться за деятельность политиков. Были такие, сталинские репрессии, и вам сейчас о них напомнят, а то вы ж забудете. Для этого появляется автор этой книги - Николай Эппле.

На кого рассчитана эта книга? Думаю, на поколение 2000ых, тех, кто не видел ельцинские годы, свободу (капитала) и демократию (демократов), которые царили в новоиспечённой стране – Российской Федерации, а также на людей, не знакомых с историей от слова «совсем». Эппле, в отличии от других истеричных либералов, обволакивает читателя спокойным тоном, мягкой недосказанностью, специально сформулированными фразами, но, по сути повторяет до боли знакомые мифы. Эппле – он не историк, а исследователь, поэтому можно в любой неудобной ситуации поднять лапки кверху и заявить: я так вижу.

Хочется обратить внимание, на авторитетных лиц, которых Эппле цитирует и благодарит – это, конечно же, «совесть нации» - А.И.Солженицын, музей ГУЛАГа (не музей, а инсталляция, стоящая бюджету города Москвы по нескольку миллионов в год), его директор – Роман Романов (распространяющий историю о девочке-мороженщице, которую отправили на Колыму, доказательства которой он так и не предоставил) и его жена – Дарья Хлевнюк (фамилия знакомая).

В принципе, после фразы «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына – книга, сделавшая много для открытия правды, книгу можно закрывать, так как сам Солженицын признавался в том, что свидетельства никоим образом не проверял, и вообще – это литературное исследование. Вот здесь читала, что он и вовсе завещал публиковать своё эссе через 10 лет после его смерти, где говорил, что всю дорогу врал и клеветал.

Эппле также считает, что фильм «Колыма» Дудя, у которого так много просмотров на YouTube, это маркер интереса населения к теме, а не искусственно накрученная ботами популярность. Наивный Эппле…

Если два этих утверждения не отвратили читателя от книги, то можно продолжать дальше. Эппле расскажет за историю России. Начнёт он с Гражданской войны. Виноваты в ней большевики, Корниловщина – это другое, да и вообще такие вещи упоминать не положено. В освещении автором событий Гражданской войны он фокусируется лишь на «красном терроре», будто бы колчаковщины и деникинщины не существовало вовсе. Все потери Эппле списывает на большевиков – не было ни анархистов, ни разбойников, ни махновцев – это всё слишком сложно.

Говоря о коллективизации, как и большинство «западных партнёров», Эппле не говорит о борьбе с кулачеством (ростовщичеством), которое закабалило крестьян непосильными процентами с аренды земли, Эппле использует формулировку «зажиточное крестьянство». Таким образом, получается, что раскулачивание сломило деревню, так как самых трудолюбивых тружеников отправили по лагерям.

Хочется отдельно остановиться на законе «о пяти колосках», который упоминает Эппле. Лучше почитать этот закон и почему он был принят и чем грозило хищение колхозного урожая населению. А ещё какой процент осужденных постигла высшая мера наказания.

Говоря о кровавых большевиках, Эппле не расскажет, что происходило в стране, собственно, до них – ни о бесполезных войнах, ни о тотальном упадке сельского хозяйства, ни о массовом голоде, ни о недоступности образования, ни о черносотенном терроре. Симпатию к монархии Эппле я заметила потому, как он рассказывал о деятельности РПЦ и об устраиваемых ею «царских днях». Таким образом, впечатление от прочитанного складывается следующее – «неудобное прошлое» - это только лишь советское прошлое.

Зарубежный опыт, опыт Испании, Польши, Германии и др. я вообще не понимаю, чем это может быть полезно России.

В Испаниипредпочли примириться, поставив памятники жертвам Франко, но «примирились» криво, фактически наследники Франко и реальные виноватые не получили наказания.

Польша – это отдельный случай. Эппле тыкает мордой СССР за заключение пакта «Гитлера-Сталина», но почему-то не говорит о такой же договорённости Польши с Гитлером в 1934ом году. Как же раздел Чехословакии? А за гибель советских военнопленных в польских лагерях (1919-1923) Эппле нечего сказать? Там погибло около 60 тыс. человек. А как же этноцид белорусов и украинцев? О договоре Германии и СССР о ненападении хотелось бы кое-что добавить. Эппле, конечно же, забыл про то, что Советский Союз пытался заключить аналогичные договоры с Англией и Францией,до того как предпринимать что-то с нацистской Германией. Но обе страны демонстративно дали отказ, послав в страну Советов представителей, не имеющих право заключать такого рода договоры. Такое умолчание равносильно обману со стороны автора.

Принимаем "этодругин" и идём дальше.

Германия - здесь не надо быть Вангой, чтобы предположить, что опыт ФРГ, а не ГДР Эппле считает наиболее удачным. ФРГ - молодцы, и репарации выплатили быстро и поднялись. И ни слова о том, как США и Европа устроили ГДР экономическую блокировку и грозились санкциями всем тем, кто желал бы сотрудничать с ними. И ни слова о милитаризации и расширении НАТО и угрозе войны.

Жаль, для Эппле ничего не стоит латиноамериканская история - диктатура в Чили, Парагвае, например? Ах, Эппле, тут вижу - тут не вижу. Эти примеры не подходят, потому что неожиданно выяснится, что это всё демократия США виновата и тогда Эппле будет противоречить сам себе.

Апогеем справедливости Эппле называет «Нюрнбергский процесс». Но как бы и здесь не упустить возможность ткнуть палкой СССР? Дело в том, что Сталин пригрел у себя автора «Барбароссы» - Паулюса. Вот те на! Фашист – любимый пленник Сталина. Но Эппле не расскажет о том, как именно свидетельства живого Паулюса помогли советской стороне на процессе доказать, что война Гитлера не была превентивной. План нападения на СССР вынашивался и был тщательно продуман.

Ладно, что же предлагает Эппле?

Да ничего нового, то же, что и все либералы, только истеричнее и в более низкосортном стиле. Автор этой книги говорит о том, что нужно принять прошлое как есть. Потом аккуратно автор проталкивает что и ответственность хорошо бы принять…. Допустим, ладно, Сталин – кровавый маньяк. Но о какой-такой ответственности идёт речь? Может надо пересмотреть итоги Нюрнбергского процесса? Пойти на территориальные уступки? Нынешнее поколение должно ответить за 1937 год? И при этом не учитывать вину «оппонентов»? Но позволить им переложить ответственность на себя, как с Катынью?

Я считаю, что эта книга – скрытая под добрыми намерениями русофобия, искажение фактов, умалчивание действительно «неудобных» моментов. От прочтения книги ощущение такое – покаяться и искупать вину, а ещё платить, платить и платить за ошибки прошлого. Вот тогда травма затянется. Относительно нашего настоящего книга тоже никак не полезна – весь русский народ должен винить себя за противоречия капитала? За то, что западный мир видит свои интересы, а Россия свои? Да бросьте!

Думаю, книга должна войти в золотой фонд антисоветчины. Именно из-за таких своевольных перессказов истории, из-за того, что целевая аудитория этой книги не знает своего прошлого, такие как Эппле ловко манипулируют читателем и вкладывают в его голову свои идеи. Ещё и деньги получают с продажи книги.

P.S. Даже живопись по мнению Эппле в СССР была "тоталитарной". Как иначе? То ли дело сейчас! Обмакнул художник кисть в изветсную субстанцию и разбрызгивает её в хаотичном порядке:) А потом на таких выставках отмываются грязные деньги. Автор наверняка такое свободное искусство поддержит.

P.S.-2 Прошу почитателей "вселенной солженицына", дудя, эйдельман, шульман и прочих не пытаться вступать со мной в диалог. Мы друг друга не переубедим, так что цените своё и моё время и уважайте чужое мнение.

Ругать Сталина, Союз уже давно стало чуть ли не хорошим тоном. Так что ругательные в ту сторону книги меня особо не цепляют.
Но когда автор на белом глазу заявляет , что Вторую Мировую начал Союз:

хочется спросить у тех, кто отсыпал этой книге пятерки, вы вообще историю хоть как-нибудь учили? Или хотя бы в Википедии посмотрели бы:

И так далее.
В книге очень часто повторяется словосочетание "советский террор", раз сто точно есть. Видно для того, чтоб на подкорку записалось. Вот как начался в Первую Мировую этот террор, так и продолжался, пока Союз не развалился.
Вся книга просто пронизана ненавистью и к Союзу, и вообще к русским.
Все ждала, что автор в конце открытым текстом напишет: "Русские, а почему вы сами себя не постреляли, не повесили? Вы же так мешаете нам всем чувствовать белыми и пушистыми в белом пальто! Если не хотите самоуничтожиться, то должны каяться, просить у всех прощение, искупать вину, платить по всем выставленным счетам без вопросов..."
Но господин Эппле не ограничился Россией. Он также описал опыт "работы с трудным прошлым" некоторых других стран(Аргентина, Испания,Польша, Германия, ЮАР, Япония). Интересно, но не думаю,что опыт этих стран хоть чем-то может помочь-послужить примером не только для России, а вообще любой стране. У каждого свой путь. И не каждый хочет "прорабатывать свое прошлое" и вообще чувствует себя виноватым.
Но вот большущий минус - отсутствие в книге о США, их опыт. Или слабО было написать, поучить?))
Хотя нет, на самых последних страницах есть чуток:

В общем, довольно толстенькая книга, много слов, картинок, да и язык не плох, но ощущение после этого творения будто мерзостную гадость в руках подержала.
P.S. Посмотрела, что же автор еще написал. А оказалось, что кроме поругать Союз, поучить сегодняшнюю Россию (ничего, что в Союзе было 15 республик? Поучил бы всех,чоужтам)) и сказать больше нечего было.

Отличная книга.
Обзор как эволюционируют общества и их отношения с властью в разных странах после переживания диктатуры и террора.
Заодно становится понятно откуда берется фиксация на травмах у поколений, рожденных после 80ых.
Все нужно проговаривать - как на личном уровне, так и на общественном, иначе не избежать хождения по кругу.

Поразили отзывы с обвинениями Эппле в русофобии. Мне показалось, что, наоборот, собрав в одной книге опыт разных стран, автор говорит, что мы - такая же часть цивилизации и ее истории, как и другие народы.

Эту книгу я встретил в нужное время. С одной стороны, я набрался жизненного опыта и понимания, и с другой стороны, воспринимаю вопросы осмысления общего прошлого (и особенно общего настоящего, которое рано или поздно станет прошлым) как чрезвычайно острые и значимые для меня лично.
Николай Эппле (как мне кажется) написал близкую к идеальной книгу, посвященную работе с прошлым. Балансируя между академическим и публицистическим подходами, он не сваливается в научный сухой стиль, но и не делает выводов без тщательно проговариваемых и обосновываемых предпосылок. Структурно книга сделана по ОРИП (расскажу потом в истории), и в целом, и в каждой главе следует цепочке факт-эмоция-осознание-действие. Автор справедливо замечает, что опыт Германии, самый наглядный и известный, мало помогает понять российскую ситуацию, и рассматривает положение в других странах, где народ так же нуждался в том, чтобы подвести черту под прошлым и жить дальше, сохранив единство и самоидентичность.
Я не знаю, в чем причина столь сильного влияния травм прошлого на поведение человека и общества в настоящем, но факт есть факт. Наверное, это находится в сфере иррационального и связано с невыводимыми из логики первопричинами действий, мотивациями. Как человек, подвергшийся насилию в детстве, испытывает трудности с построением отношений, например, с доверием, так и общество, пережившее в своей истории страшные масштабные события, террор, насилие, испытывает проблемы с самоопределением.
Я не знаю как вам, а мне, в зрелом возрасте, очень тяжело принять тот факт, что не инопланетяне, не чужеземцы, а граждане моей страны уничтожили несколько миллионов граждан (и искалечили жизни нескольким десяткам миллионов) моей же страны менее чем 100 лет назад. Только за то, что они придерживались других политических взглядов, были не той национальности, верили не в того бога – то есть за убеждения, а не действия! Как мне дальше жить в стране, в которой до сих пор ставят памятники вдохновителям этих политических репрессий, а люди во власти продвигают нарратив о сильной руке, примате государственных интересов над правами личности, необходимости единомыслия?!
Вот на эти, грубо говоря, вопросы и отвечает книга. Россияне не одиноки. В других странах происходили и более страшные вещи – геноцид по национальному признаку, диктатура, апартеид, безнаказанность режима… В Китае, например, с его миллиардным населением счет жертвам репрессий идет на десятки и даже сотни миллионов. И, похоже, общества в таких странах нуждаются в каком-то согласии и примирении, потому что жизнь не останавливается, мобильность ограничена, надо жить дальше.
Первое, за что я очень благодарен Николаю Эппле – за рассказ о том, как происходила и происходит работа с памятью в других государствах. Помимо канонической, но вовсе не типичной Германии, он говорит об Аргентине и хунте, Испании и Франко, ЮАР и УБУНТУ, Японии и Хиросиме, Польше и холокосте. Разные ситуации, разный фон, разный менталитет, разные действия, разные последствия. Разная текущая ситуация. Расширяет сознание и понимание, да.
Второе – это проведенная автором параллель между индивидуальным и общественным, между личным опытом и опытом народа, между памятью семьи и памятью страны. Аналогия не может быть полной, но через нее легче понять основные аспекты: забвение не лечит, отрицание не помогает, внешнее давление не способствует. Ключевыми являются эмоциональное переживание, благодарность за доброе, осуждение неприемлемого, принятие, одним словом. Очень помогает внешняя поддержка – моральных авторитетов, родителей, власти. Очень нужны действия, особенно совместные – овеществление памяти, предметное взаимодействие с оппонентами.
Третье – это (на мой взгляд) вполне разумные, неэкстремистские предложения, что можно (было [бы ]) сделать в России, чтобы преодолеть «неудобное прошлое».
Чтение книги помогло мне ответить на один, очень мучивший меня вопрос – чем мы (русские) хуже других, почему у нас такая ухабистая и жестокая история… Ответ очень воодушевляющий – мы не хуже, мы (примерно) такие же. Нет какого-то глобального разрыва в этике между русским, немцем, японцем, аргентинцем и т.д. Мы все в первую очередь люди, потомки выживших в эволюционном отборе, в ходе которого мораль была, видимо, не последним фактором. Но мы отличаемся от других характером государственного устройства. Авторитарная власть, отсутствие возможности политического влияния, породили в людях отсутствие ответственности, «выученную беспомощности» на общественном уровне. И, поскольку для танго нужны двое, любой следующий режим рано или поздно соскальзывал в этот паттерн, назначая себя единственно знающим как лучше. Мне кажется, что Эппле прав в том, что такое «отсутствие гражданственности» одна из основных причин отказа от принятия, признания своей ответственности за совершенные в прошлом злодеяния.
Мы не одиноки в таком подходе, японцы вообще довели его до предельной степени: по приказу императора они готовы были и совершать харакири и убивать женщин и детей. А потом, по приказу американских оккупационных властей, так же дружно и ответственно стали исповедовать демократию. И придерживаются ее до сих пор.
И, наверное, самый главный вывод из книги – выход есть! Безысходности нет. Было бы желание и воля. Даже при таком неудобном прошлом и пугающем будущем.

...на стенах висят портреты Сахарова и Солженицына, но этот рассказ свободен от идеологизированности.

Н. Эппле, "Неудобное прошлое", 2022

Если по мере чтения я испытывал то негодование, то раздражение, то неловкость за автора, то получал серию фейспалмов, к концу книги осталось только разочарование. Как же, столько пиара, столько шаблонных и искренних хвалебных отзывов, а в итоге текст просто не стоит внимания, зачем столько времени потрачено? Автор обещал серьезно поговорить о том, как либеральной интеллигенции выкрутиться, заставить народ считать советский период одним большим преступлением, но при этом не раздразить этот самый народ, а остаться для него рукопожатым голосом совести.

На деле же перед нами рыхлый текст, состоящий из трех частей. Первая – бессвязный набор текстов о том, что осуждать надо, с некоторым фокусом на отмечании дня жертв политических репрессий и табличках «последнего адреса». Потом автор внезапно переключается на статьи об опыте других стран, уровень изложения в которых падает до уровня плохой статьи в Вики. Столь же внезапно покончив со справками, автор опять вываливает на читателя ворох бессвязных текстов, заметок и абзацев о том, что надо осудить советский период. Разницы по содержанию между первой и третью частью особо нет, перерыв на Испанию с Аргентиной смотрится инородно (но читался куда лучше, чем, рискну предположить, ворох авторских колонок и статей, отчаянно неуклюже сведенных в книгу).

За хромой формой проглядывает печальное содержание. Авторский посыл состоит в том, что во второй половине 80-х – начале 90-х работа с народом новой властью и интеллигенцией была проведена плохо, не было ни системности внушения, ни уважительного подхода, только давление и грызня за власть. Вот если все сделать еще раз и правильно, то и Сталин перестанет быть одним из факторов современности и одной из самых популярных персон в России, и настанет гражданский мир. Вот сейчас произойдет прорыв памяти, сейчас возьмем все правильное из опыта других стран, в основном из разных фашистских и военных диктатур, и все косяки перехода к капитализму, вся российская специфика отпадет, а осуждение советских репрессий станет краеугольным камнем национальной идеи, ведь страдания объединяют.

В чем-то автор действительно прав. Попытка внушить народу новую историю, где все не так, как казалось при советской власти, действительно провалилась и бумерангом прилетела по тем, кто внушал. Прав и в том, что страдания объединяют. Именно поэтому память Великой Отечественной по-прежнему так важна для населения России, и именно поэтому, надо полагать, столько усилий тратится на попытки ее дискредитировать, сделать из фактора единения и гордости чем-то неудобным, ведь и победа, и страдания не дают продвигать другую повестку, тут автор и честен, и прав. Не ошибается он и в признании, что история познается широкими массами через произведения искусства, и поэтому так важен контроль над воспроизводством фильмов и книг, хотя практически при полном и безраздельном господстве одного подхода к истории в кино за последние 30-лет уничтожить советскую картину Второй мировой так и не удалось, по крайней мере по эту сторону границы. В целом, картина как при шизофрении – автор прав во всех построениях, кроме первого, кроме самой необходимости еще раз сломать об колено историческую память в этой стране.

Как уже было сказано, вставные главы о способах борьбы с прошлым в Испании, Аргентине, ЮАР и Германии мало чем могут помочь в российском случае. Автор, рассказывая об этих странах, так и говорит – в Германии был суд победителей, в России это не вариант (хотя текст писался до февраля 2022, возможно автор уже и считает иначе), в Испании формальное примирение после смерти Франко лопнуло лет через 30, Аргентина вообще не наш вариант со своей военной диктатурой, а в ЮАР хорошая комиссия была, все друг друга прощали, но у нас и прощать друг друга уже некому. От себя могу добавить, что примеры нерелевантны еще и потому, что в нашем случае речь идет о революционном терроре, который надо бы сравнивать с преодолением таких же революционных терроров, например, французского или китайского, но там не было ни столь любимых автором комиссий правды, ни осуждений, так что остались подходящие примеры за рамками авторского текста.

Любопытно было видеть, как автор хочет как лучше, а получается как всегда. Вроде бы он и понимает, что попытка оплевать советский период выдохлась и надо бы начинать заново, но рецепты предлагает не качественные, а количественные, больше табличек, больше чтений и осуждений и художественных продуктов. Большая часть призывов – благоглупости, оценочные восторженные суждения и байки без ссылок. На выходе остается лишь грустный текст, в котором автор понимает, что его мировоззрение проиграло в борьбе за внимание публики, пытается найти выход из кризиса в зарубежном опыте и не находит его, понимая, что роль общего страдания закреплена уже за другим событием.

Интереснейшая книга, которая показывает что у многих стран (на всех континентах) есть очень неудобные периоды истории, которые многим хотелосаь бы и вовсе не тревожить, но получается это не всегда. Методам "работы" с событиями прошлого текст в основном и посвящен. Причем весьма удаленные друг от друга страны с разными историями, как ни удивительно, часто используют очень похожие приемы: прошлое можно игнорировать, можно пытаться переработать и пережить, можно сделать фундаментом новой истории. Очень радует что автор не дает моральных оценок этим методам - скорее фиксирует исторические факты, местами, правда, уже несколько устаревшие (с 2020 года в мире очень многое изменилось)

А какой вариант окажется наиболее удачным - время покажет.

Очень сложной для восприятия оказалась для меня эта книга.

Лет в 15 Настенька точно знала, что в этом мире хорошо, а что плохо и без особых душевных волнений, не говоря уж о каких-то там сомнениях, была способна как осудить, так и воспеть. С количеством же прожитых лет и казалось бы углублением ракурсов критического мышления произошёл во мне удивительный парадокс - белое и чёрное всё больше размылось границами. И теперь прежде чем выносить приговор, я рассуждаю на тему мотивов поступков, обстоятельств к ним приведшим. Убить стало не во всех случаях плохо, а сказать правду не всегда хорошо.

И тем не менее, земную жизнь пройдя до половины критическое мышление моё не приняло ещё идеальную форму для того, чтобы осудить свою страну. И когда мне, приводя реальные факты, с которыми действительно глупо спорить, утверждают, что Сталин - абсолютно демоническая фигура, с нежнейшей арфой случается мгновенная метаморфоза в мясорубку, промышленную, дробящую не только мясо, но и кости. Таки дела.

И не то, чтобы я отрицала преступную политику репрессий, и не то, чтобы я не знала о холодящих воображение чёрных воронках, пытках в застенках НКВД, насилием над верой и церковью, великих переселениях народов и голоде после Гражданской войны. Ну и конечно на каких костях стоит БАМ я тоже знаю.

Насколько обоснованы были эти действия в тех экономических, социальных и политических условиях... Вот о чём я начинаю думать, конечно же в некотором роде осуждая советское прошлое. В некотором - вот это ключевое. Потому что у меня, как говорит автор этой книги, тот самый синдром, когда зная о непопулярных решениях, ты пытаешься уравновесить их теми, что были прекрасными.

А прекрасное не просто было, его ещё не целиком успели развалить. Таки дела. Ну и кроме всего прочего позволю себе любить Советы без причины, мне не нужно ни одной причины, чтобы любить свою Родину в любое её время.

Стоит ли просить прощения у пострадавших - безусловно, стоит ли продолжать жить с чувством вины и просить прощения каждый раз, когда тебя тычат носом в твои проступки?.. Рано или поздно захочется уже не прощения попросить, а в морду дать - и уже за это не извиняться, за морду, кстати, тоже. И да, то, что пострадавшая сторона считает извинения недостаточными - это проблема пострадавшей стороны.

Как вы понимаете, часть о неудобном прошлом России мне не понравилась) А вот истории о неудобном прошлом других стран я читала с интересом. И совсем не от того, что мне чужие соринки больше нравятся, чем собственное бревно. Просто смотрю я на них отстранённее. Но несмотря на всё это, приведённое в пример как бы России делать надо, а как бы нет - нерелевантны. Ибо страны другие, какие тут параллели не натягивай - другие страны, другие люди, другая ментальность, политические, экономические, культурные и много всяких ещё предпосылок. Разные. Не учите меня жить - далее по тексту.

И ещё, какими бы ни были рассекреченные документы, история, как показывает практика, пишется не ими, не фактами и не победителями. История пишется политической повесткой, о чём, кстати, автор говорит в книге неоднократно. Один вопрос, если мы с вами все об этом знаем, тогда что обсуждаем? Отрабатываем нынешнюю политическую повестку - не иначе.

Я купила эту книгу месяца три тому назад. Купила и отложила. Кто ж знал, что за три месяца настоящее станет гораздо неудобнее прошлого.

Первые две недели войны читать не получалось совсем. Потом я заставила себя домучить две художественные книги, домучила и решила, что наверное нон-фикшн сейчас пойдет лучше.

"Неудобное прошлое" - книга о том, как разные государства справлялись со своими травмами, и о том, как Россия не справилась со своими. Здесь есть примеры Германии, Японии, Испании, Аргентина, ЮАР и Польши. И конечно России. У каждой страны свой опыт - как в смысле травмирующих общество событий, так и в проживании и преодолении трудного прошлого. Наверное вообще нет таких стран на нашем шарике, где не было бы своих скелетов, закопанных в безымянных могилах. Но страны делятся на те, которые смогли посмотреть на такие события честно, признаться самим себе в них, назвать вещи своими именами, простить друг друга, и на те, которые предпочитают замести мусор под ковер и помнить только о своем величии. 

Сейчас мы в прямом эфире наблюдаем за тем, что бывает, когда мусор замели под ковер. Когда вначале так и не смогли довести до конца начатое осуждение тоталитаризма, и не просто не довели до конца, но позволили уничтожить начатое, потом промолчали, позволили обнулить, приняли 146%, ржали над пропагандосами и думали, что это все не всерьез, что не можем же мы опять на те же грабли.

Эта книга вышла в 2021 году. Она безусловно уже тогда была очень важной и нужной. Но сейчас она еще нужнее и важнее. То, что происходит сейчас, скоро тоже станет прошлым. Неудобнейшим прошлым. И нам всем придется с ним разбираться. И детям нашим тоже придется разбираться. Очень хочется надеяться, что на этот раз мы сможем, что разберемся. Очень хочется это увидеть и поучаствовать.

Книгу очень горячо рекомендую. Для меня это 10 из 10.

Сто раз зарекался читать политические трактаты, тем более такие длинные, и вот снова не удержался. Как говорил Виктор Степанович Черномырдин, никогда такого не было -- и вот опять :)

Впечатление такое.

В общем Николай Эппле говорит всё правильно. Согласен с ним почти во всём в смысле фактов и оценок.
... но вот вопрос: Что делать будем?
Создадим комиссии правды и примирения, как в ЮАР или Южной Америке? Кого с кем предполагается мирить? Лично я ни с кем не воюю. А те, кто воюет... удивлюсь, если члены этих комиссий не передерутся прямо на заседании. Вот две красноречивые цитаты, иллюстрирующие результаты одного такого примирения:

Здесь стоит вспомнить сказанное в главе про ЮАР: важный элемент процесса примирения — выстраивание культуры уважения прав человека гражданами и государством, культуры толерантности к «иному» (принятие представителей других групп, идеологий).
(с) Николай Эппле

Последствия отмены апартеида коснулись и белых, их стали преследовать, для собственной защиты африканеры стали объединяться в общины, защищённые колючей проволокой, КПП и охраной на въезде. Территории белых анклавов патрулируют отряды самообороны. Но специалисты отмечают продолжающееся увеличение насильственных смертей африканеров. Спасаясь от произвола, многие белые бегут в другие страны, в том числе и в Россию.
(с) Википедия, статья "Южно-Африканская Республика"

Я привёл эти цитаты потому, что у читателей книги Эппле наверняка сложится впечатление, что сегодня в ЮАР в результате работы комиссии по примирению царит тишь да благодать.
Да что там современная Африка! Даже мудрые греки не смогли выполнить условий примирения граждан с Тридцатью тиранами в минус 400-х годах. Сам Сократ не смог помочь. Где уж нам?

Слов автор написал много, политики хоть отбавляй, но реального смысла во всём этом я вижу мало.
По-моему, лучше уже действительно забыть и не ворошить прошлое. С этим мнением можно сколько угодно спорить, но лучше всё же смотреть в будущее, приняв прошлое к сведению. Может, я недостаточно развит морально и этически, об этом не мне судить.
Лично я, если кому интересно, считаю, что Сталин на 99% кровавый тиран и на 1% всё остальное. Ну и что? Разве нельзя заниматься каким-нибудь полезным делом, не задумываясь о том, что коллега думает о Сталине? Разве не должны быть в обществе разные люди, которые и о Сталине думают не так, как я?
Как говорил в таких случаях Христос, пусть мёртвые хоронят своих мертвецов. Я же участвовать в этой дискуссии не буду. И вам не советую.

======PS======
18 ноября 2021 книга удостоена премии "Просветитель".
И в тот же день я узнал из новостей, что власть собирается ликвидировать общество "Мемориал". Вот это уж точно зря.

Сегодня на ютубе (пока еще незапрещенном, поэтому никаких маркировок ставить не нужно) за последние несколько лет развилось особое направление в журналистике – интервью без ограничений (я не знаю, как такой формат правильно называется, но в нем телевизионная цензура растворяется, открывая большие просторы в интернет-пространстве). С подачи Дудя этот формат обрел широкую известность и уже спустя 5 лет журналисты, блогеры, библиотекари и разного сорта селебрити штопают интервью с интересными и не очень героями. На одном из таких каналов «Скажи Гордеевой» (это не реклама, у нее действительно есть качественный контент) я познакомился с интеллигентным и умным гостем – Николаем Эппле, собственно, автором книги «Неудобное прошлое». Книга наравне с гостем были главными героями выпуска, и, не досмотрев до конца, я уже пытался купить эту работу. Сегодня приобрести бумажную книгу достаточно сложно – тиражи расходятся как горячие пирожки, а во-вторых, недалек тот день, когда неудобное прошлое в бумажной обертке будет негласно запрещено для продажи, как мне кажется. Очень надеюсь, что я ошибаюсь. Если у вас есть сомнения в чтении – можете посмотреть интервью Николая Эппле на ютубе. Их достаточно много, но, в целом, у вас появится общее видение об авторе и его посыле.

О чем эта книга

Эппле – филолог, переводчик и журналист, а его книга – это исследование прошлого нашей страны, написанное доступным, красивым и увлекательным языком. Представьте человека, который в детстве получил психическую травму. Уже будучи взрослым, эта травма будет влиять на жизнь человека в негативном ключе, и пока человек не проработает свою травму, он не сможет развиваться и чувствовать себя комфортно. Также и страны, не проработав травматический опыт прошлого, не смогут построить крепкое будущее. В качестве примера автор исследует травму Большого террора в России. И это логично и по масштабу трагедии, и по временному признаку. Николай, потворствуя современному читателю, предлагает много актуальных культурных ссылок из разных областей искусства, например, кино. Ниже я опубликую часть списка кино, на которое он ссылается. Это как современные, так и классические в своей стране или в мире фильмы, сквозь призму которых можно посмотреть на проблему под другим углом. Помимо кино вы встретите профессиональную, художественную литературу и различного рода статьи и исследования.

Для кого эта книга

Для тех, кто заинтересован в проблематике влияния нашего прошлого на наше настоящее и будущее в масштабах страны и на личностном уровне. Для тех, кто увлекается историей нашей страны. Для тех, кому не безразлично наше будущее. Эта книга, на мой взгляд, носит ознакомительный характер с проблемой, поэтому, если вы достаточно глубоко погружены в проблематику коллективной памяти, то вы мало найдете интересного, но если вы имеете слабое представление об этой теме – добро пожаловать!

Проблема

Эппле говорит о том, что на сегодняшний день проблема проработки травм прошлого, связанного с Большим террором в нашей стране, не проработана. Да, попытки были, но работа с травмой – это длительный и непрерывный процесс. Поэтому сегодня предпринимаются попытки «снизу», т.е. со стороны активистов и добровольцев различными способами развеять забытие о расстрелянных, депортированных и ссыльных во время сталинского правления – общество «Мемориал», открытие архивов и обнародование фамилий палачей и жертв, памятники и раскопки. К сожалению, процесс работы с коллективной памятью «сверху» со стороны властей не работает. Более того, память о прошлом используется в манипулятивных целях, отвлекая от действительно важных проблем в нашей стране, считает Эппле. В первом разделе книги справочно освещается весь этап работы с травмой Большого террора после смерти Сталина вплоть до современности с акцентом на путинском правлении.

Метод исследования

Фишка книги – перенятие опыта преодоления травмы (удачного и не очень) из других стран. В качестве примеров автор выбрал 6 стран с интересными кейсами – Аргентину с ужасами военной хунты и «полетами смерти», Испанию и последствиями Гражданской войны и диктатуры Франко, ЮАР и борьбу с апартеидом, естественно, Германию и Холокост, Польшу и антисемитизм, наконец, Японию и ее последствия зверского милитаризма (Нанкинская резня составляет сегодня целый культурный пласт в Китае). Каждый кейс уникален и предлагает свои решения для проработки коллективной травмы.

Решения проработки коллективной памяти

В целом, Эппле предлагает уже существующие и повсеместно используемые методы. И это тоже логично, потому что придумать что-то новое достаточно сложно, а использование хотя бы готовых идей – большой шаг вперед. Комиссии правды, установка мемориалов, работа с архивами, проекты типа «Последний адрес» - это только часть инструментов для работы с прошлым.

На закуску

Из интересного хотел бы отметить уникальную судьбу польского храбреца Витольда Пилецкого – участника нескольких войн и человека, который добровольно попал в Аушвиц, чтоб создать там подпольную организацию, потом сбежать оттуда и рассказать правду об ужасах нацистских концлагерей.

Список фильмов (но не всех), упоминаемых автором для каждой страны:

Польша

Ники Каро «Жена смотрителя зоопарка» 2017 – история директора Варшавского зоопарка Яна Жабинского и его жены Антонины, в годы оккупации прятавших в своем доме на территории зоопарка около 300 евреев.
Агнешка Арнольд «Где брат мой Каин?» - документальный фильм, где доказывается, что погром в Едвабне был делом рук не нацистов, а поляков из числа местных жителей.
Владислав Пасиковский «Колоски» 2012 и Павел Павликовский «Ида» 2013 – истории погрома в Едвабне.
Анжей Вайда «Катынь» - о раздираемых между двумя империями.

Германия

Ларс Фон Триер «Европа» 1991 - отношение к денацификации.
Марвин Чомски «Холокост» - о вымышленной семье немецкий евреев во время Холокоста.
«Жизнь других» 2006 Флориан Доннерсмарк - о Штази.
«Нулевой год» Роберто Росселини 1948 - подведение черты под историей Третьего рейха.

Япония

«Ветер крепчает» Миядзаки 2013 - история авиаконструктора Дзиро Хорикоси, разработавшего легендарный истребитель Зеро.

СССР

«Покаяние» Тенгиза Абдуладзе 1984 – история о том, что если прошлое пытаются забыть, не проведя с ним должной заботы.
«Астенический синдром» Киры муратовой 1986.
Станислав Говорухин «Так жить нельзя» 1990 и «Небеса обетованные» и «Старые клячи» Эльдара Рязанова и Балабанов Алексей «Груз 200» 2007 - внутренние причины провала советского проекта и осмысление постсоветского ресентимента.

Аргентина

«Официальная версия» Луис Пуэнсо 1984.
«Ночь карандашей» 1986 Эктор Оливера - о студентах, замученных в тюрьмах.
Марко Бечис «Гараж Олимпо» 1999.
Марко Бечис «Сыновья и дочери» 2001 - история брата и сестры.

Испания

«Дух улья» 1973 Виктор Эрисе и «Выкорми ворона» Карлос Саура 1976 - метафора о Гражданской войне в Испании.
Мончо Армендарис «Нарушенное молчание» 2000.
Гильермо Дель Торо «Хребет дьявола» 2001.
Гильермо Дель Торо «Лабиринт Фавна» 2006.

ЮАР

Дебора Хоффман и Фрэнсис Рейд «Долгий путь из ночи в день» - 4 истории прощения, документальный.
Стив Джейкобс 2008 «Бесчестье».