The Sympathizer

Роман о вьетнамской войне глазами вьетнамца, сражавшегося на стороне американцев и иммигрировавшего в Штаты после поражения. Мне понравилась в книге историческая часть: осмысление того, как Америка ведёт внешнюю политику в отношении других стран, вся эта американская мечта, как она транслируется вовне и чем оборачивается тем, кто за ней погнался, а на другой стороне - коммунистический мир, который на поверку тоже оказывается не лучшим выбором. Не понравилось, как автор пишет, сюжет, и вся эта трагедия человека, который никак не поймёт, кто же он, вьетнамец или западный человек, шизофренические раздвоения его личности - совсем не зашло читать.

Еще одна война, еще одни "освободители" и еще одно столкновение интересов. Написано (или переведено) так, что приходилось себе постоянно напоминать, что автор - вьетнамец, и повествование - о Вьетнаме. Минимум имен, только для самых необходимых. Остальные - скорее статисты, обозначающие функцию персонажа - генерал, майор, творец, часовщик, и далее в таком духе.
Бегство из Сайгона в Штаты и возвращение обратно, двойная жизнь, и никому не удастся остаться незапятнанным. Добро пожаловать в историю вьетнамского Штирлица, разве что с радистками не задалось.
Ну и вечное - про то самое сочувствие - персонаж говорит о том, что для того, чтобы захотеть примкнуть к революции, надо сочувствовать, однако после революция потребует от своих детей отбросить сочувствие, как ненужный пережиток. Любой стороне оно нужно только на период агитации и вербовки, а дальше будь добр быть послушным роботом и наноси добро, не тратя времени и сил на сочувствие. Я уже говорила, что любая война это мерзость? Так вот, здесь еще о том, что по окончании войн эта мерзость не заканчивается. Как нынче говорят довольно часто - зло не контейнируется, он может только множиться и расти.
Несмотря на обилие крайне неприятных сцен, читается на удивление легко. Если это слово здесь уместно.

В очередной раз подтвердилась истина, что чем больше чего-то ждёшь, тем меньше получаешь. Обласканный критиками и литературными премиями роман "Сочувствующий" в своё время наделал шума в США, и, конечно, я с замиранием сердца начала ждать перевод на русский язык, ведь надо же "новый взгляд на войну во Вьетнаме", "пронзительная исповедь человека с двумя личностями" и т.д. и т.п.

Но давайте начистоту: Вьет Тан Нгуен покинул Вьетнам, когда ему было 4 года, саму войну он, естественно, не застал, вырос себе в США, окончил Калифорнийский университет, стал работать в Los Angeles Times. В общем, такой себе представитель американской интеллектуальной элиты. И тут он пишет роман о войне во Вьетнаме, в котором нет юнца Джонни, который вчера со своей прекрасной Мэри пикник на травке устраивал и газон мистеру Смиту стриг, а сегодня под дождём в каске с эМкой в руках бегает, а есть безымянный вьетнамский рассказчик, штабная крыса и двойной агент. И пусть этот рассказчик слушает Нэнси Синатру, смотрит классику золотого века Голливуда и английский знает лучше его носителей, он же ж всё равно вьетнамец, а значит, нате вам - новый взгляд, так сказать, из узкого разреза глаз.

В 2016 Букера взяла "Продажая тварь" - этакий стенд-ап об обратном расизме, написанный темнокожим Полом Бейти. Пулитцер, наверное, решил не отставать в оригинальности и свою премию отдал вьетнамцу, с сарказмом рассказывающим о войне во Вьетнаме и жизни в Америке. Мол, вот мы какие, умеем смеяться над собой и признавать свои ошибки, мы толерантны и для нас нет запретных тем в творчестве. Только вот мне казалось, что эти ошибки были признаны ещё во второй половине 1970х, ан надо же, оказывается только в 2016ом...

В общем, вы поняли, к чему я клоню. А если нет - вот вам ещё и видео, там подробнее.

«Сочувствующий» - пример того, как роман может выйти за рамки ожидаемого. К тому же он затрагивает тему войны во Вьетнаме с непривычной, той стороны. Это не шапкозакидательная голливудская картина в духе «Апокалипсис сегодня» Копполы с запахом напалма по утрам и «Полётом валькирий», но и не трогательная пацифисткая история в духе « Тихого американца » Грэма Грина. Здесь нет фигуры «старшего брата», отягощённого бременем белого человека, а есть сами вьетнамцы.

Книга рассказывает историю члена Вьетконга, давно проникшего в ряды прозападно настроенных вьетнамских военных кругов Юга и действующего в интересах объединения своей родины под коммунистическим флагом. Он — тот самый адъютант его превосходительства, что следует за своим генералом даже на другой континент. Он наблюдателен и остроумен, много размышляет о сути инаковости и культурных различиях. С мастерством антрополога он изучает повадки американского племени, в рядах которого ему довелось очутиться. Сначала - как студенту, затем - как вынужденному эмигранту. Расизм и снобизм, доверие и откровенность — он перечисляет все свойственные Западу пороки и достоинства и неизбежно выходит на сравнение с родной ему культурой. Обе ему чем-то нравятся, а чем-то отталкивают. Он понимает и принимает обе стороны во всём их несовершенстве.

Книга написана хорошим слогом, живо, и даже полное отсутствие прямой речи не мешает восприятию текста. Неожиданные, но всегда уместные лирические отступления - про бильярдные залы, загородные клубы, национальный характер или шпионаж, - вносят разнообразие и придают тексту баланс. Образы цветасты, как флора Вьетнама, и нетривиальны, как блюдо балют.

Это самый нешпионский из шпионских романов, который мне доводилось читать. Роман-исповедь убеждённого коммуниста с налётом конфуцианства. Герой настолько отстранён от себя самого, что мы даже не знаем его имени. Он скромен и незаметен, он — никто, «сор, что всюду лежит», как в «Марше шпионов» у Киплинга. Он искренне сочувствует всем — и своим, и чужим, ведь шпионаж, особенно нелегальный, сродни искусственной шизофрении. Личности вьетконговца и генеральского адъютанта мирно уживаются в одном человеке. Засланец играет роль одного человека по методу Станиславского, но не забывает ни своей истинной сути, ни возложенной на него миссии.

Если вопрос сочувствия героя после многолетнего пребывания в стане врага остаётся открытым, то симпатии автора прямолинейны, и он активно вербует читателя на сторону антикоммунистов. Надо сказать, что у него неплохо получается, хотя изображение врага у него гипертрофировано и сильно смахивает на антиутопию в духе Оруэлла или Замятина. Есть здесь даже что-то от «Заводного апельсина».

Сам же герой, несмотря на всё, что он успевает натворить, мне симпатичен. Его действия и сомнения вполне поняты — в книге вообще много психологических моментов, рефлексии, метаний. Но как можно не полюбить того, что глубоко предан своим друзьям детства, писал курсовую по «Тихому американцу» и знает толк в дымном односолодовом шотландском виски 18-летней выдержки?

В общем, книга мне понравилась, с ней можно приятно провести не один вечер.

Если азиатская литература мне совсем не дается, то книги авторов, большую часть времени проживших в западных странах, могут пойти на ура. Но, увы, это не тот случай.
В первую очередь, мне не хватило культурного контекста. Это, безусловно, проблема читателя, но история Вьетнама мне знакома крайне поверхностно, поэтому не сразу явно, какую сторону в первую очередь представляет главный герой. Потом нас тернистыми путями подведут к мысли, что сторон нет, есть лишь истрепавшиеся лозунги. Но поначалу было неприятно плавать в незнакомом мире.
Это книге не хватает связности сюжета. Отдельные момент жизнеописания героя захватывают, другие нагонят скуку, третьи затянуты, но в целом картина выглядит фрагментированной. Герой столько всего пережил, но после прочтения выделяешь лишь несколько отдельных моментов, а сама история рассыпается.
Будущим читателям стоит иметь в виду, что в книге есть неприятные моменты допроса и пыток. Я такое не люблю, но пересилила себя в надежде получить мощный финал, но в итоге это пересиливание себя не окупило.

Я не помню когда и почему добавила этот роман в виш-лист. Поэтому когда в игре KillWish он выпал, ничего не ожидала от чтения. По факту затянуло с первых страниц.

Сам роман представляет из себя письмо-биографию нашего главного героя, имени которого мы так и не узнали. Это метис, который не смог найти себя ни среди народа матери - вьетнамцев, ни в Америке, куда иммигрировал после падения Сайгона. Двойная идентичность этого персонажа не только в происхождении, но и в сознательном выборе - будучи адъютантом генерала армии Южного Вьетнама он также является кротом - тайным агентом коммунистов. Вся его личность состоит из противоречий.

Написано плотно, местами жутко, с долей черного юмора. Ложкой дегтя для меня оказались события после заключения главного героя. Его разум несколько помутился от длительных пыток, находится в его мыслях стало тошно. Я так быстро пыталась проскочить эту часть текста, что мало что усвоила по итогу.

Книга неопределенного жанра, как часто любят азиатские авторы.

Если начинается все с остросюжетного триллера, то продолжается иронией, а заканчивается полноценной драмой. Мне немного тяжело в такую литературу, я люблю более цельные по жанру произведения. Однако, в случае Сочувствующего, автор сосредоточился на персонаже и провел его через все испытания, не растеряв смысла и давая зрителю принимать его внутреннюю работу над собой, его страхи и сомнения. Следить за его мыслями, за тем как они преобразовываются в новые моральные императивы очень интересно. Я поклонник Канта с его "категорическим императивом", жаль не узнаю его мнения по поводу книги :)

Понравилось что автор оставляет место для интерпретации и неоднозначности - с самого начала герой говорит - "я крот, я шпион, я играю на двух досках" - казалось бы в классической морали это достойно осуждения, но "их шпион" против "нашего доблестного разведчика" это дилемма, у которой нет решения. И таких моментов в романе достаточно.

Лично мне больше всего зашла часть со съемками кино, наполненная иронией и к кинопроизводству и к американскому упрощению и к вьетнамской гордости.

Я не стал фанатом этой книги, но всем бы порекомендовал, это образец хорошей прозы, с вопросами, заставляющей думать и быть рядом с персонажем, даже если его решения вызывают сомнения.

Читала книгу в оптике «постколониального романа», как назвал его Алексей Поляринов. Язык меток и причудлив, содержание серьезной, а впечатления противоречивые. Не прониклась.

Роман был номинирован на 14 премий, победитель 8 премий, финалист 5 премий, признан "Книгой года" в более чем 20 изданиях, включая самые влиятельные.

Главный герой, кстати ни разу не называемый по имени, правая рука генерала, двойной агент, должен вместе с ним покинуть страну, в связи с выводом американских войск. 

Мир, отравленный злобой и войной, мне не нравится. Жить в нем неуютно, тревожно, страшно. 

Человек - самое страшное животное, уничтожающее себе подобных ради сомнительных идей, обкинутых в золотой фантик. Мир не добр.

Пару лет назад я открыла для себя азиатскую литературу. В основном это были японские и китайские авторы. Сейчас я пополнила свою коллекцию писателей новым именем и новой страной.

Вьетнамец Вьет Тхань Нгуен и его знаменитый "Сочувствующий" просто манили меня множеством наград и хвалебных рецензий критиков. Но любви не случилось, не смотря на вполне интересный сюжет.

Незаконно рождённый сын обычной вьетнамки и приезжего священника, ублюдок, чужой и для вьетнамцев, и для белых людей сполна испытал горести судьбы: голод, холод, насмешки. Сердце сжималось, когда я читала о том, как маленький герой с мамой делили жалкие крохи еды...

Мальчишка подрастает и встречает двух самых верных и преданных друзей, а потом заражается идеями коммунизма...

История главного героя - это жизнь в облике крота, два лица, два сознания, две жизни. Шпион, свято верящий в коммунизм, но сочувствующий врагам, с которыми живёт бок о бок. Сложно представить, что ощущал он, оторванный от друзей и Родины, выполняющий приказы, убивающий товарищей по убеждениям, для того, чтобы секретную миссию не раскрыли.

И что ждёт его, беглого иммигранта, в США? Что его тянет во Вьетнам? И, главное, что будет после возвращения на Родину?..

О войне во Вьетнаме я знала только из фильмов, и у меня сложилось впечатление, что подавляющее большинство американцев считают участие в гражданской войне на другом континенте ошибкой, так вот "Сочувствующий" показал, что и бежавшие из Сайгона вьетнамцы сожалеют о том, что доверились иностранцам.

Так что же мне не понравилось? Читаете Вьет Тхань Нгуена? Будьте готовы к генитальным аллегориям и физиологическим сравнительным оборотам. Столько метафор, олицетворений и других средств художественной выразительности на квадратный сантиметр текста я ещё не встречала!

Вы только вчитайтесь:

Что за "влажные ушки"? Для чего было написано это предложение? Где смысловая нагрузка?

Или, например...

Одесную? Ошую? Вот мне интересно это авторское утяжеление текста, или всё-таки переводчик постарался?

А здесь...

Красиво? Возможно. Но читать книгу, где почти все предложения такие тяжело и не интересно. Такое ощущение, что автор изо всех сил старается произвести впечатление на всех и каждого. "Посмотрите, какой я многоречивый гений!"

В итоге 2 из 5.

А вы читали?

Верите, что вы можете изменить мир к лучшему, считаете, что ваше предназначение быть шпионом-кротом, думаете, что вы выше мясников-живодеров, потому что вам противно насилие? Забудьте, все это не про вас. Участвуя в революции, чистым вы не останетесь, а убитые вами жертвы будут преследовать вас всегда. Только старая дружба выше революционных идеалов, но, и здесь я бы пошел дальше автора романа, т.к. и дружба подвержена эрозии и ревизии, когда дело касается твоей жизни.

Книга понравилась, поскольку многие вещи ставит на свои места, а именно, насилие - это непременное зло и от него никогда не отмыться, война - это всегда чей-то большой бизнес и всепоглощающее насилие, американская мечта (хорошая работа, деньги, успех, т.е. современный западный образ жизни) - это всего-лишь мечта, тем более для иностранца-иммигранта, но это лучше, чем романтический идеализм социализма, который на поверку оказывается обманом, скрывающим фанатизм вождей и жертвенность как образ жизни их подданных.