О чем говорят бестселлеры. Как всё устроено в книжном мире

Бывают книги цепляющие, так себе, индифферентные и ни о чём … Может быть у кого-то своя классификация книгоиздательской продукции. Но и предложенная мной — тоже не совсем полная. Тем боле, специфическая конкретно для меня.

Вот об этой конкретике в литературных пристрастиях и ведёт свой монолог с читателем известный литературный критик Юзефович Галина Леонидовна.

Ощущается сильный акцент на личность этой замечательной женщины, к которой я прониклась значительно большим уважением и симпатией, чем до прочтения её сборника эссе «О чем говорят бестселлеры. Как всё устроено в книжном мире» (2018).

Я не зря сначала сказала об условной классификации книг по индивидуальному читательскому восприятию. Дело в том, что как восстала когда-то моя душа против «Петровых в гриппе» Сальникова, так и возникло недоверие к Галине Леонидовне после её чересчур хвалебной рецензии (прям «свежо, как как первый день творенья» ?!) на это произведение моего земляка. После «Петровых» я не могу воспринимать его в качестве писателя. Уж лучше Донцова.

Подчеркну ещё раз, всё индивидуально. Убеждать или переубеждать кого бы то ни было в любви и нелюбви — дело бесперспективное.

****
Сборник эссе мне пришелся по вкусу. Читала с удовольствием. Выписала много цитат. Тем затронуто не мало. А, главное, пишет Галина откровенно и от души. Это всегда подкупает доверчивого читателя.

Мне интересно было узнать мнение автора о работе литературных критиков. Хотелось бы дополнить личным мнением. Так возникает из монолога Галины Леонидовны мысленный диалог со мной. А это уже приятно. Меня не слышат — это минус, но слышу я себя — это плюс.

Ещё более интересной для меня явилась тема об особенностях перевода. Не совсем первооткрывательная, но созвучная с моим читательским опытом.

Книжные премии нужны, книжные премии важны. Кто бы спорил? Но читательские вкусы и предпочтения для себя, любимого, важнее. Не ломать же себя до основания, а затем … Из обломков вряд ли что хорошее получится, а строить себя заново может не получиться от слова «совсем»: что наше — то наше, что не наше — то не наше. Возраст, понимаете ли …

Каждому овощу свой срок. Это касается и книг. Юзефович рассуждает об их популярности в разное время. Конечно, она права. Но не так уж безапелляционно. Да, исторический период безусловно диктует тематику произведений. Почему же иногда старые книги выстреливают в новое время. Как будто неожиданно. Но это вполне укладывается в законы диалектики … На эти размышления не так давно меня навела пьеса Виктора Розова «С вечера до полудня». Книги в топку кидать не надо: они могут оказаться востребованы годы спустя.

Как читали взрослые в детстве и как читают дети сегодня. Важная тема для родителей и учителей. Как приобщить к чтению своё чадо, чтобы не отбить у него интерес к литературе навсегда? Не будет и здесь одного рецепта для всех. Но к автору прислушаться стоит. Чтобы найти свои пути решения этой проблемы в конкретной семье. Очевидно, пожалуй, для большинства случаев, если сами родители не читают, то дети вряд ли зачитают. Хотя бывают и парадоксы с точностью до наоборот.

Пожалуй, это ключевые темы, на мой взгляд. Но есть и другие.

Больше всего мне понравился образ автора — Галины Юзефович. Она так мило и трогательно рассказывает о том, как книги стали её судьбой, её миром ...

И списки! Конечно, списки книг от Галины Юзефович. Для меня было полезно. Не знаю, как будет для кого-то ещё. Ведь всё так не однозначно.

Ох, как же тяжело было после закрытия книги попытаться осознать, что написать. Меня как будто опустошили, отругали, перевернули мою веру в книги, писателей и литературную критику с субъектным пристрастием. Ох, боюсь огребу я за этот отзыв по шапке...
⠀
В этой книге литературный критик Галина Юзефович рассуждает о чтении, книгах, издательствах, великих писателях и романах, литературных премиях мира, разнокультурных романах и прозе, о переводчиках и редакторах, о «Маленькой жизни», Гарри Поттере, Эрасте Фандорине и Хоббите, предлагает свои книжные списки тех или иных подборок, рассказывает, что она за критик. ⠀
⠀
К сожалению, беда подобных книг в их личностном подходе ко многим вещам. Вот взять, к примеру, списки книг по разным тематикам («Семь отличных книг нобелевских лауреатов, которые вы, возможно, не читали», «Десять отличных романов «букеровского мейнстрима», «Пять хороших (относительно) новых детективов» и т. д.) - там есть спорные моменты, по моему мнению, но по мнению автора, вошедшие в списки книги достойны там быть. Личное субъективное мнение, подкреплённое где-то двумя предложениями, а где-то целой страницей текста. ⠀
⠀
Галина Юзефович очень влиятельный человек в книжном мире, хотя мне ее рецензии читать сложно, да и спойлеры там бывают (взять хотя бы ее сборник рецензий «Удивительные приключения рыбы-лоцмана», где фактически краткий пересказ «Стоунера»). Но даже она, которая должна довольно непредвзято относиться к внутреннему состоянию этого самого мира, позволяет себе зачастую довольно резкие высказывания - на счёт переводчиков, читателей, по поводу победителей тех или иных премий, да и вообще всего литературного мира. У меня складывалось ощущение, что меня ругают, бранят, учат. Не очень приятное чувство - все время казалось, что к читателю «О чем говорят бестселлеры» относятся «свысока», с каким-то пафосом, неприятным сарказмом. Да и много профессиональной лексики и слов, не понятных простому обывателю - без сносок и пояснений. Иди, мол, дружок в Google и выискивай.

Отдельное «спасибо» за определение тех, кто ведёт книжный Instagram («девочка из Инстаграма с вечно надутыми губками, лавандовым рафом и розовыми лепестками, рассыпанными по обложке Джоджо Мойес»), после которого я поняла, что мы с вами чем-то задели литературного критика и получили за это вот таким «милым» определением. ⠀

Вроде у автора есть лекции с таким же названием, как книга. Получается, что она их переработала, возможно дополнила, поместила под твёрдую обложку и выпустила в свет. Думаю мне легко рассуждать, потому что я не писатель, не критик, я просто читатель, имеющий свою, субъективную точку зрения, не анализирующих глубоко ту или иную прочитанную книгу, это не является моей работой и я все ещё умудряюсь получать удовольствие от прочтения книг. ⠀

Но были моменты, которые мне понравились. К примеру, рассуждения автора о «Хоббите», ее любовь к «Стоунеру», об интересе читателей к тематикам, связанным с травмами (нам интересно читать о боли героя, которую он в последствии преодолевает). ⠀

Понятно, что на литературных критиках лежит ответственность, у них могут потребовать деньги вернуть за книгу, которая не оправдала ожидания и купленная как раз по их совету. Но и мы, простые «девочки с лавандовым рафом», тоже стараемся популяризировать чтение, правда подходим к этому проще и понятнее для читателей нашей возрастной категории (плюс минус лет 10). ⠀

Смутные чувства и эмоции оставила после себя эта книга, даже некое опустошение. Я как будто побывала на уроке, где мне все время пытались что-то втолковать, а я часто сомневалась, но высказать своё мнение не могла. Да и боялась. Правда в итоге желание высказаться пересилило страх. ⠀

Выделила для себя несколько моментов - хочу почитать детективы Элизабет Джордж, взаимную любовь к недооценённому «Хоббиту» и спокойному «Стоунеру», трогательный рассказ о детстве Галины и ее домике из книг, некоторые рассуждения о зарубежной и русской литературе.

Галина Юзефович написала отличную книгу, которая поможет любому читателю лучше понимать литературу. Ненавязчивый разговор она вела не просто о плохих или хороших книгах. Автор анализировала, как литературный процесс влияет на темы произведений, почему одни книги нравятся аудитории, а другие, пусть и хорошие, проходят, как говорится, мимо.

Будучи литературным критиком, она не может обойти стороной тему литературной критики. В частности, застрагивает такое явление, как букстаграм. И призывает не вестись на блогеров «с надутыми губками, лавандовым рафом и розовыми лепестками, рассыпанными по обложке Джоджо Мойес». Не обижайтесь, это утрированно :) Галина не утверждает, что эти букстаграмеры плохие. Или что надо подписываться только на тех, у кого миллион фолловеров и объемные разборы прочитанных текстов. Каждому свое! Именно свое надо найти в этом мире сотен тысяч тонн книг и океана блогеров, пишущих о них. Не ищите популярных, раскрученных, красивых критиков, ищите СВОИХ в зависимости от интересов и потребностей.

Мне очень понравилось, что она отметила, какую важную роль играет издательство книги, редактор, переводчик (если она написана зарубежным автором). В этом контексте она рассматривает и перевод книг о Гарри Поттере Марией Спивак, на которую обрушилась волна необоснованной критики. Пару критериев качественного, на ее взгляд, перевода автор тоже приводит.

Конечно же, Галина рассматривает и феномен бестселлеров. Не стоит лететь сломя голову в магазин, ведь «бестселлер» отнюдь не равно «шедевр». Бешеная популярность книг зачастую связана с политической ситуацией, болевыми точками общества в данный момент времени. Но великолепный маркетинг и сарафанное радио тоже, конечно, никто не отменял :)

Юзефович рассказывает и кое о каких особенностях американской литературы, английской литературы, пишет об узком российском рынке и причинах этой проблемы.

Автор не обошла стороной и насущный вопрос: почему же современные дети так мало читают? (кстати, как вы считаете, почему?) И как так получилось, что того же "Гарри Поттера", которого поначалу отказались печатать множество издательств (они считали, что это сложный для подростков текст) зашел людям всех возрастов. А еще объясняет, почему же современное поколение бессовестно не ценит того, чем зачитывались их родители, бабушки и дедушки.

Галина немножко учит нас и читать. Не просто следить за развитием сюжета, переживать за героев и страдать вместе с ними. Она призывает задуматься, какими темами, проблемами манипулирует писатель и, главное, зачем он это делает.

В общем, славная книга! И написана с уважением к читателю - неважно, профессиональный вы читатель литературы, критик, преподаватель или просто фанатеете от книг в свое удовольствие. Классно, что автор предложила несколько полезных списков и вообще упоминает огромное количество авторов и произведений. Об этом я написала в своем блоге. Кому интересно, жмите на ССЫЛКУ.

Прочитала, как побеседовала с грамотным, интересным собеседником. В чем-то согласна, в чем-то нет. Но от этого книга хуже не стала. Автор рассказывает, причем очень подробно, с историческим экскурсом, о создании книг, ставших знаковыми в последние десятилетия. И это не заумные мысли, а спокойный, доверительный разговор.

Не забыла она и про престижные литературные премии. Что-то от нас ускользает, что-то непонятно. Соответствующие разделы восполняют пробел в знаниях.

Конечно, что-то добавила на заметку для прочтения. Жизнь не стоит на месте. Современная литература призвана отмечать важное, то, что формирует наше бытие. И без качественной литературы думающему человеку никак

«Да ты, не мучайся, напиши методичку, и все!» - обычный совет доброго коллеги растерявшемуся преподавателю, которому надо как-то квалифицироваться для переизбрания на новый срок.
Монография – долго и муторно. А методичек всегда можно настрогать. Берешь конспект лекций с «Фейсбука», добавляешь план семинарских. Тут ужал, там расширил – и все, готова искомая книжечка со своим лица необщим выражением.

Где-то в таком духе выдержана, выразимся обтекаемо, работа Галины Юзефович. Готова к использованию во внеаудиторной работе. Даже список литературы для изучения в помощь особо ретивым приведен. «Учись, студент!» Одна беда – не ясна тема курса, как-то уж эпизоды совсем вразброс. Тут о значении Линдгрен – «Почему Астрид Линдгрен важна нам сегодня?» (ну вот так, простите), там об имперском характере русского языка.

Местами надеешься, вдруг причиной всему какое-то стихийное бедствие, скрытая трагедия: был макет книги готовый, да унесло ветром, сожгли в печке, как второй том «Мертвых душ». Все погибло. Пришлось менять концепцию, собирать бумажки по сусекам.

В итоге осталось от обещанного послания граду и миру …юзефовичеведение?

Если поверить формуле ККК (всего лишь «книга-критик-контекст», так что не пугайтесь), то второго элемента у Юзефович всегда хоть отбавляй. Не в смысле собственно критического запала («наеду, не спущу»), а в плане изобилия собственного Я. Слишком много Юзефович. Хотя сама она пытается нас уверить в обратном. Но вряд ли этому стоит верить, она ж за манипуляцию.

Так или иначе, книжица открывается, как и положено, облегченной историей вопроса, некоей телеологией существующего положения в критическом отделе литературы. Основная суть его - весь ход развития критической мысли готовил появление Галины Юзефович. Напрямую, естественно, не сказано, но по смыслу подведено, почти в духе «Тезисов о Фейербахе»: до меня все только размышляли вокруг книг, книга была поводом, в то время как следовало писать о книгах, и делать это для читателя.

Особый статус автора «О чем говорят бестселлеры» подчеркивает прилагательное «объективированный». Читатель предположит, что здесь речь идет об объективности (то есть соотнесенности с объектом, реальностью) и не слишком ошибется. Да, все так, как встарь «учение партии сильно, потому что оно верно». Одним этим словом Юзефович опровергает собственные рассуждения о равноправии в условиях всеобщей субъективности. Все субъективны, но некоторые объективированее. Преимущество последнего состоит кроме всего прочего еще и в том, что здесь появляется оттенок доступности, простоты восприятия.

Итак, подведем итоги. Все до Галины Юзефович писали туманно и не о том, только она потянулась к ясности, доступности и трудовому народу, вменив, правда, ему в обязанность вместо слежения за свободной критической дискуссией и самостоятельным исканием литературы по сердцу и по душе, обязательный список чтения на лето.

Такой свободы диктатуры в сфере рецензирования еще не бывало.

Впрочем, какой эстетики, свободного рассуждения можно ждать от книги, обложку которой украшает фотография не то на паспорт, не то на доску «Наши преподаватели» рядом с дверью кафедры.

Мне кажется, нет смысла пересказывать, занимающие основной массив книги фэйсбучные реплики по случаю, место которым обычно в последнем томе собрания сочинений перед письмами. То, что они напечатаны теперь на бумаге не придает им большей основательности. В чем-то поверхностные (на мой взгляд), в чем-то штампованные, они не подлежат серьезному разбору. Ну, считает так человек, и бог с ним. Как будто можно всерьез дискутировать по поводу того, что лошади едят овес, а в Бразилии много диких обезьян.

Поэтому перескочу к финальному эпизоду «говорящих бестселлеров», который Галина Юзефович также посвятила себе. Как вы знаете из популярной психологии: самое главное надо говорить в конце и в начале.

Мне финальные пассажи опять же напоминают классический преподавательский треп на лекции: «какой я крутой», «эй, приятель, посмотри на меня!».

Самодовольство изо всех щелей: «Я научилась читать текст на разных уровнях». Не понял, больше в стране никто не умеет? «Читать я умею лучше всего…. Эта суперспособность…». О, да гражданка Юзефович у нас супергерл.

Дело ваше, но относится всерьез к этой книге вряд ли возможно. Стойкое ощущение, что перед тобой наскоро сляпанная вещь, дополняется другими ассоциациями, что это не то «Малая земля» (рассказ о героической обороне против мира тьмы посредством книг впечатляет), не то «Дианетика» («единственное основание для чтения художественной литературы сегодня – это удовольствие»).

Так и есть, с точки зрения формы и содержания «О чем говорят бестселлеры» представляет собой нечто среднее между сборником изречений туркменбаши, замаскированным под психологический тренинг учением очередного пророка и типовым учебно-методическим пособием. И то, и другое, и третье вряд ли можно назвать литературой для чтения и размышления. Все это разновидности методичек.

Кажется, иногда стоит читать такую литературу. Под обложкой своеобразный сборник статей, написанных литературным критиком для широкой аудитории. Некоторые места меня были сложноваты или скучноваты, все же я не профессионал, просто вываливаю свое сумбурное мнение о прочитанном на ЛЛ)
Но некоторые вещи мне были очень даже интересны. Во-первых, это различия между Пулитцеровской, Букеровской и Нобелевской премиями. Раньше я даже не задумывалась, насколько различается подход в выборе номинантов. Во-вторых, это, конечно же, "феномен Гарри Поттера". Если честно, именно эта статья и склонила к прочтению. Очень интересно расписано, почему книга была обречена на успех и как после неё изменился литературный мир. Ну и в-третьих, это причина успеха и угасания серии про Эраста Фандорина. Очень любопытная связка с нашей новейшей историей.
Всегда очень интересно послушать профессионала в своей области, даже если тема тебе не близка. Расширяет кругозор.

В подробной аннотации вы найдете не мало тем, затронутых в этом сборнике сколько-то переработанных лекций и эссе. Но не подумайте, что она скучна! Информации много, подана она в совершенно комфортном виде и, будь я вольным слушателем, строчила бы за лектором только так! Действительно интересно.
Затрагиваются моменты, о которых раньше даже не задумывалась:
-за что и кому могут дать известнейшие литературные премии
-в чем феномен успеха той, или иной книги
-почему Бильбо Бэггинса дети любят больше, чем красавчика Леголаса, или топающего через пол мира Фродо
Тут даже нашлось место для классических песенных строк типа

и

, даже для хулиганской "Снежинки"

Признаю, темы чтения в походах, на эскалаторах и подсовывание литературы из своего детства подрастающему поколению меня зацепили больше всего)
А ещё тут есть тематические подборки разной тематики. И мой книжный виш-лист опять прибавил пару-тройку кило. Ну что ж, читать, так читать!

Удивлена сама себе. Тому, как долго собиралась прочитать эту книгу. Надо было однозначно поусерднее покопошиться в своём списке чтения и вытянуть её на свет божий пораньше. Очень понравилась структура книги: всё разложено по полочкам и каждая глава сосредоточена на одном аспекте книжного рынка (например, что роднит английскую и русскую литературу, в чём заключалась популярность романов об Эрасте Фандорине или Гарри Поттере и почему читателям так часто не нравятся переводы). При этом Галина Юзефович смогла сделать этот разговор весьма личным, что значительно оживило книгу и спасло от участи скучного нон-фикшена. Я очень многое узнала о феномене популярности книг и их культурно-социальной значимости. Любопытно было почитать о том, как к книгам приходят современные дети и что опасно навязывать им истории, любимые родителями в детстве. Я также в другом свете увидела книги, которые отбираются на престижные литературные премии, такие как "Букер" и "Пулитцер".

Книга умудрилась стать неожиданной, поскольку я-то думала, что не являюсь новичком в мире закулисных знаний книжного рынка. Написана очень доступно, и, как я уже отметила, с добавлением изюминки личного опыта. Галина Юзефович, отмечая переводчиков, которым она доверяет, подчеркнула, что ей "исключительно близки их эстетические предпочтения". Мне кажется, что у меня сложилось с этой книгой по той же самой причине — с автором у меня схожи эстетические предпочтения, а потому, несмотря на то, что одной книгой в моём списке чтения стало меньше, добавилось ещё несколько рекомендованных этим литературным критиком.

Когда есть человек, мнению которого по ряду вопросов безусловно доверяешь, это хорошо. Теодор Рошак в «Контркультуре» говорит о технократии, образовавшей элиту новейшего времени, о власти экспертов, пришедшей на смену прекрасному дилетантизму прошлого, причем «техно-» в его интерпретации не имеет непосредственного отношения к технике и точным наукам, но включает весь спектр человековедения: медицина, социология, психология etc. Эксперт по Рошаку, это человек, который может позволить себе находиться над ситуацией; спокоен за будущее и стабильность своего положения, потому что его уникальные знания и умение ими пользоваться будут востребованы при любой социальной формации и в каждом политическом строе.

Галина Юзефович эксперт в рошаковом смысле, с той разницей, что автор «Киномании» говорит о технократах без энтузиазма, не в последнюю очередь по причине того, что «страшно далеки они от народа». Наличие-де, таких специалистов служит единственно цели увеличения разрыва между олигархами, на службу которым они поставят свои таланты и простыми смертными. «Истоки контркультуры» написаны в 1974, до компьютерной эры, которая сделала интернет и социальные сети неотъемлемой частью нашей жизни. Что лишний раз доказывает несостоятельность точного прогнозирования (какой-нибудь важной составляющей непременно не учтешь). В данном случае интернета, сделавшего уникальные знания экспертов потенциально доступными широким массам пользователей, а востребованного литературного критика фигурой демократичной и пребывающей в перманентном контакте с читателями.

Мой промежуток между двумя книгами Галины Леонидовны меньше месяца, «Рыбу-лоцмана» долго откладывала. До собственного знакомства мнение умного харизматичного человека о книге может наложиться на твое, исказить его в ту или иную сторону (согласишься, если симпатичен тебе или настроишься на «от противного», когда нет). Читать книгу, зная о ней больше, чем может сообщить аннотация – значит лишить себя увлекательной игры в многослойное чтение: это на поверхности, чуть глубже вот такой смысл, еще глубже третий, а на самом дне вполне может оказаться (даже и скорее всего окажется) нечто азбучное, совершенно банальное, но воспринимаемое, в свете описанной многослойности, откровением. После чтения, чужое мнение без особой надобности. Зачем, когда собственное уже составлено? Слава обществу потребления и лежащим в его основе принципам, с равной убедительностью работающим в любой сфере: все,кто есть кто-то уже десятую модель юзают, а ты до сих пор с первой не знакома! Таким образом, выход второй подстегнул интерес и заставил прочесть первую, а после нее не читать "О чем говорят бестселлеры" было уже немыслимо.

Потому что это разговор о книгах и чтении с собеседником, о каком всю жизнь мечтала: умным, эрудированным, доброжелательным, мягко ироничным, обладающим эталонным литературным вкусом и знающим о литературе если не на порядок, то в разы больше тебя – радость, которой преступно себя лишить. Редчайший случай, когда то, что доставляет удовольствие не аморально и не ведет к ожирению. И отказаться по доброй воле может только лошара Итак, «О чем говорят бестселлеры», развернутая инструкция пользователю литературного процесса. Для начала следует принять, как данность - устройство современной жизни таково, что все мы пользователи, более или менее респектабельного уровня, читать Овидия в подлиннике, к примеру – почти то же, что передвигаться на ментальном аналоге «Майбаха» (жаль, напрямую не конвертируется). А теперь вспомните свое первое знакомство с автомобилем (персональным компьютером). Это же ужас кромешный, ну как нажмешь не туда и все взорвется? То же с литературой. Когда не знаешь, куда нажимать, что можно трогать, а чего нипочем нельзя, какие действия категорически не приветствуются, а какие встретят распростертые объятия - это, как минимум, некомфортно. Книга Галины Юзефович объясняет читателю, куда и как нажимать, «Бестселлеры» в такой же мере руководство пользователя, в какой «Рыба-лоцман» была навигатором.

Тебе авторитетно объясняют здесь, что сверхпопулярная книга не может быть плохой по определению, сколь бы ни велик был соблазн презрительно оттопырить губу: «Мейнстрим? Я такого не читаю». Потому что книга, обретшая всенародную любовь, отвечает многим ожиданиям коллективного бессознательного на данном этапе развития общества, и ты наверняка найдешь в ней что-то для себя (ну или ты не человек вовсе). Убедят в том, что любимая народная забава, «ругать Нобеля» в первую очередь не лучшим образом характеризует участников: нобелевский комитет по литературе выбирает из авторов со сложившейся репутацией и произведений уже прошедших строгий отбор. А если ты не знаешь и не понимаешь – подтяни матчасть. Признаюсь, что сложные пути и неведомые преференции Нобелевского комитета чаще всего ставят в тупик и меня. Выходит и я не так хороша, как о себе думала.

Очень нужное объяснение исторической подоплеки и сути главных мировых премий, на которые читатели реально ориентируются (в отличии от Нобеля, да простит меня эргрегор высокой геополитики). Как устроены Пулитцер и Букер, на какие параметры ориентируются, каким критериям отвечают произведения номинанты и лауреаты. Роскошный фрагмент о «Маленькой жизни» Янагихары, с которой я считала только поверхностный слой эмоционального педалирования, селфхарма и, может быть изживания травмы, которой так и не суждено быть изжитой, на фоне совершенно нереального карьерного взлета героев. Но не сумела взять темы «своего круга», обеспечивающего поддержку и продвижение части нового истеблишмента и всеми способами выдавливающего за пределы площадки социального лифта чужаков. Это явилось потрясающим откровением в интерпретации книги.

И, коль скоро прозвучало слово "социальный", придется сказать о грустном. А именно, почему русская литература, в сравнении с англоязычной, например, на положении бедной родственницы в ряду прочих видов досуга, а читатели воспринимаются едва ли не фриками. Отчего престиж чтения столь невысок. Причин много и Галина Леонидовна не сводит все к одной, но она говорит одну вещь, которую я услышала от нее первой и удивилась, почему сама не додумалась - это ведь очевидно. Наша властная и медийная элита не декларирует чтение в ряду любимых занятий, а изредка просачивающиеся в прессу известия о том, что Путин принял в Кремле Коэльо или пассаж Примадонны о том. что любимые цветы у нее желтые, потому что Мастер, встретив Маргариту подарил ей желтые цветы - оказывают популяризации чтения медвежью услугу.

На этом фоне очаровавший меня эпизод со скандалом вокруг Барака Обамы, имевшего дерзость читать "Свободу" Франзена на день раньше официального срока начала продажи книги; и голливудские звезды, время от времени говорящие в интервью о любимых книгах; и рассказ об Опре Уинфри регулярно освещающей в своих шоу книжные новинки (а слава Франзена, кстати, в одночасье взлетела до небес именно после отказа участвовать в одном из выпусков). Все это выглядит такими райскими кущами.

Ну и будет о грустном. что до Франзена - рада была совпасть в оценке "Безгрешности" не с автором, а с американским обозревателем и немало позабавилась тем, что собственное открытие сходства "Свободы" с "Войной и миром" сочла едва не крамолой,в то время, как для всего читающего мира это успело стать общим местом. Ах да, в сетевых стонах "детинечитают" Галина Юзефович ставит окончательную точку, теперь стану отсылать дискутирующих к главе ее книги о детском чтении, всякий раз, как наткнусь на обсуждение. Отдельное спасибо за списки, на "Погребенного великана" Исигуро и "Мэбэта" Григоренко они меня уже сподвигли. Отличные книги.

Литературный критик в массовом понимании - это человек, работа которого уничтожать книги и авторов. Так, по крайней мере, думает подавляющее большинство людей в нашей стране.
Критик должен ругать, обсмеивать, находить уйму недостатков. Критик должен критиковать. Критика - это плохо.

Но Галина Юзефович своей книгой пытается донести, что всё это не совсем так.
В первую очередь со страниц своей книги она разговаривает с читателем, как с равным, рассказывает о литературе с профессиональной точки зрения.
Мне было интересно взглянуть на столь любимый мною мир литературы взглядом человека, который "вариться" в нем уже долгие годы. Для которого мое любимое хобби - работа.

Много было интересных мыслей, списков и рассуждений. Некоторые моменты лично мне показались спорными.
Однако, мне понравился ход мыслей Юзефович, ее аргументы и истории.

Пожалуй, единственного, чего мне не хватило в этой книге, так это целостности. Да, Галина Леонидовна и сама говорит, что эта книга скорее сборник эссе и лекций, чем нечто другое.
Но мне все же хотелось, чтобы главы и разделы были чуть больше связаны между собой.

Просто в итоге у меня не сложилось какой-то общей картинки. Закрыв книгу я даже не сразу смогла ответить для себя на вопрос "А о чем же все-таки говорят бестселлеры?"
Но это однозначно был интересный опыт, и я очень благодарна Галине Юзефович за эту книгу.