Исэ моногатари

«Забыв про все — „не сон ли это?“ мнится… Иль думал я когда — прийти тебя увидеть, пробившись чрез снега?»

Сложно оценивать подобные произведения по обычной шкале понравилось - не понравилось, увлекло - не увлекло, особенно с учëтом того, что я не большой любитель поэзии. Эта история именно что литературный памятник эпохи, в данном случае Хэйан. И с этой точки зрения она и интересна, особенно с комментариями переводчика-востоковеда, который явно горел своей работой и пытался донести до широких масс и смысл, и красоту этого произведения.

Сюжетно же, если тут вообще уместно это слово, это сборник коротеньких зарисовок, в каждой из которых есть минимум одно классическое японское стихотворение - танка. К тому же на первый взгляд они даже не связаны между собой. Посвящены они в основном любви, но есть и на тему дружбы, природы и прочего. Читать залпом точно не стоит, а вот дозированно очень даже любопытно, если есть интерес к японской культуре и истории.

«Промок я насквозь, но все ж, невзирая, нарвал я глициний! Подумал — не много весенних осталось уж дней…»

Очень необычная повесть, но не в плохом смысле этого слова, а наоборот, что, кстати, бывает достаточно редко. Это произведение столь изящно и эфемерно, что даже трудно подобрать слова для его описания. Столь своеобразно выстроенное, оно изначально даже не поддаётся пониманию и осознанию, а позже раскрывается во всей своей восточной красоте и мудрости.

Сказать тебе — не в силах,
а не сказать — в волненьи
я терзаюсь сам...

«Исэ моногатари» считается одним из основополагающих произведений японской классической литературы. Для меня это погружение к истокам японской классики было весьма сложным и не всегда понятным, но при этом окутанным флёром такой особой чувственности и такой изящности слога, что создавалось полное ощущение полёта над бренностью всего этого мира. Строчки, полные романтики и любви, будто парили над страницами, создавая невероятную атмосферу.

Чтоб забыть в этой жизни,
такой скоротечной,—
столь же короткой
душой обладать
тогда нужно!

Повесть состоит из множества новелл, каждая из которых дополнена японской поэзией. Повествование рассказывает о взаимоотношениях мужчин и женщин на примере одного неизвестного кавалера, проводя их через разнообразную гамму чувств: от любви до ненависти, от обиды до ревности, от тоски до радости — всё то, что может испытывать любой среднестатистический человек в обычной жизни. Разговоры персонажей в виде поэтических ответов — невероятная художественная задумка и великолепное её воплощение.

Ах, если б вновь
с пряжей клубок тот
минувшего нам намотать!
Если б ушедшее
вновь нынешним стало!

Возможно, эта повесть изначально покажется совсем не тем, что ожидалось увидеть, когда берешь ее в руки. Но то, что после прочтения она способна подарить широчайший спектр эмоций, — это непреложный факт. Она способна удивить, очаровать и принести чувство умиротворения в мысли и сердца. Как точно подмечаются многие детали и какая используется краткость для подчёркивания самого главного. Всё это очень трудно выразить словами, тут, скорее всего, в дело вступают более тонкие и чувственные материи. Моё неожиданное и прекрасное открытие первого весеннего месяца.

Так и оставлю,
никому не сказав,
свои думы!
Ведь нет никого,
кто был бы со мною...

В связи с отсылками на Исэ-моногатари в Любовных похождениях одинокого мужчины Ихара Сайкаку не мог пройти мимо. Давно у меня в хотелках Исэ-моногатари. Повесть представляет сборник записей о чувствах некоего мужчины. В тексте он зовётся «кавалером». Как сказано в статье Конрада так переводят термин «отоко», и, как понимаю, в оригинале 男 (мужчина) с именно таким нижним чтением. В целом это самостоятельные истории, относятся, скорее всего, к одному мужчине. Все прочие «кавалеры» именуются по фамилии и имени.

Авторство приписывается Аривара-но Нарихира, который жил в 9 веке, хотя произведение датируется Х веком. Видимо, «репост» позднего века, если автор он. Он являлся поэтом, включённым в одну из антологий. Произведения можно объединить в повесть об одном человеке, который ухаживал за разными женщинами, которые можно даже перетасовать, Внутри у некоторых можно найти логику, относящиеся к разным стадиям жизни: одиночество, после свадьбы, после ухода жены в монастырь и прочее. Своеобразные любовные похождения Аривара-но Нарихира и «Модель для сборки» эпохи Хэйан, если вспомнить об экспериментах Кортасара. По идее можно также перетасовать. Возможно раньше порядок был другой.

Внутренняя структура каждого «любовного кейса» представляет собой прозу плюс поэзию. Проза в структуре всегда как вступление. Поэтическая часть может перемежаться с прозой, когда происходит диалог между «кавалером» и «дамой».

На похождения Аривара-но Нарихира или кого-то другого мог ориентироваться Ихара Сайкаку при написании своего романа. На его похождения могла ориентироваться и Мурасаки Сикибу при написании Гэндзи-моногатари, так как предполагаемый автор также, как и представители Тайра/Минамото, ненаследственный сын императорского рода. Ещё одно из системно-значимых произведений в японской литературе.

Интересно почитать как-минимум со всеми этими «Мукаси-мукаси» (давным давно) в начале каждого нового элемента как минимум в современном японском переводе. Подойдёт для более или менее лёгкого чтения.