Трильби. Творчество

Эта крылатая фраза со словом "Прощай!" - последняя строка романа, а также цитата из стихотворения (Мюссе). Кстати, о поэтических цитатах - присутствуют и очень к месту и красивые (поэзия лично мне нравится, но чтобы зачитываться ею - или времени не хватает, или желания, а то и другого вместе, или еще чего, поэтому здесь я как бы получила дополнительный плюс). В целом, красивое произведение, именно красивый слог (но может не всем понравиться - высокопарный, как и положено классике, богатой на словарный запас), да и в целом мне понравилось. Да, сентиментально. Да, мелодраматично. Да, слабохарактерные главные герои, особенно ОН. Да, грустно. Но ведь в этом тоже есть правда жизни. Все в этой жизни повторимо под солнцем. И браки по расчету, и браки с учетом общественного статуса, и прочее, и прочее... И как часто, именно, когда доводами рассудка доказано, а поведением осуществлено невозможность данного союза, оказывается, как все это было глупо, как много страданий все это принесло и прочее, и прочее в том же духе. И наоборот. А может, все как раз в том и сокрыто, что случится и произойдет, что должно быть. Потому и истории рассказываются, романы пишутся, и все в этом мире повторяется вновь.

Натурщица и художник... Она любит его, он любит ее, но они не пара и она это постоянно твердит ему и себе, поэтому и поведение его матери ей понятно и она соглашается с ней. Его мать уверена в своей правоте (как и подобает быть матери, мещанке и обывательнице, обычной сельской матроне). Его друзья. Они любят ее, они любят его и понимают, что они не пара. И соглашаются с его матерью. Но любят ее. Но не более того. Она же любит его. А завоевать ее? Впрочем, зачем. Лучше страдать. Не скажу, что все эти страсти неправдоподобны. Правдоподобны. Просто жаль героев.
Все события происходят на фоне культурной жизни. Латинский квартал Парижа. Богема. Взгляд изнутри. Таланты создаются, таланты рождаются, но непременно для этого трудятся. И жизнь идет, жизнь меняется. Кто-то добивается высот, кто-то остается посредственностью. Молодость скоротечна. И то, что казалось смешным и отрицалось, смотришь - от чего уходили, к тому и пришли. Хотя бы тот же Зузу. Да и вообще, законы жизни они всегда остаются законами жизни. Что здесь обсуждать... Хотя отношение к внешности, особенно женской, мне не понравилось. Можно подумать, вот мужская красота, она по определению присутствует и имеет право в любом виде на жизнь. А вот иная женская внешность совершает преступление, соглашаясь на продолжение рода... Что же касается жизни разных слоев общества, будь то Париж или Лондон - в чем-то схожа, особенно верхних слоев, т.н. "сливок общества" .

Герои путешествуют, взрослеют.... И снова интрига! Ла Свенгали! И - трагедия... Впрочем, счастье тоже будет. Кое-кто из героев заслужит его. Счастливая семейная жизнь. Что еще надо человеку?!

Жизнь - суета!
Полна забот,
Любовь, вражда -
Всему черед!

Жизнь коротка!
Умчится прочь,
И на века
Настанет ночь...

И случайная цитата:

Долго не могла сесть и написать рецензию после "Творчества" - переваривала прочитанное. Пожалуй, из всех романов Золя, с которыми я уже успела познакомиться, этот вызвал больше всего эмоциональных переживаний. Возможно, потому что тема и среда, о которой пишет Золя, очень ему близка. Вот и роман получился такой эмоционально насыщенный. Не случайно в Сандозе, самом близком друге главного героя Клода Лантье, несомненно угадывается сам автор.

Этот роман поражает удивительным сочетанием подлинного реализма и таким глубоким болезненным погружением в мир рождения произведений искусства, в мир творческих мук и исканий. С одной стороны, мы видим всю изнанку богемной среды, где места в Салонах покупаются и продаются, где художников, как шлюх, содержат богатые перекупщики картин, где молодые таланты не могут пробиться сквозь мещанскую серость и буржуазные привычки. А с другой, автор очень глубоко, ярко описывает душевные переживания, мучительные терзания художника, стремящегося создать шедевр и от раза к разу понимающего со всей очевидностью, что его детище не совершенно. В этом плане очень показателен молоног Сандоза, когда он в беседе с Клодом поведал, насколько тяжел труд писателя, как он физически испытывает ненависть к несовершенным строкам, как недоволен собой. и ко всему этому примешивается еще неизбежное для творческой личности честолюбие, желание быть признанным, узнаваемым. Поистине, труд настоящего художника, гения, неимоверно труден. И если кто-то может выдержать такую ношу, то кому-то она не под силу. Ужасная сила искусства такова, что она способна разрушить семью, а порою даже и убить. И только в таких муках рождается настоящее искусство.

Очень печальная, глубокая, трогательная книга. Роман из жизни самого Золя.

Сентиментальный, несколько наивный роман с элементами мистики. Милые герои, характер и мотивы поступков которых лежат на поверхности, привлекательный, но не закрученный сюжет, монологи с экзальтацией, простые диалоги наводят на мысль, что "Трильби" - идеальное произведение для создания пьесы и постановки в театре. С хорошим режиссером вышло бы очень здорово.
Хорошая и обстоятельная рецензия здесь уже написана Almafeliz , поэтому просто в качестве заметки скажу еще, что вторая половина книги мне очень напомнила моэмовскую книгу "Маг": и там, и там мужчина, владеющий магическими приемами, подавляет волю женщины.
Книга была прочитана в рамках флэшмоба-2010.

У французского романтизма есть две глыбы - Мюссе и Гюго, у реализма - Бальзак и Флобер, есть титаны и среди французских натуралистов.
Я говорю сейчас, конечно же, о Мопассане и Золя. И если Мопассан - это плоть от плоти Флобера, его преданный ученик etc, то Золя - это Бальзак от натурализма, именно от его "Человеческой комедии" оттолкнулся месье Эмиль, когда задумал свой многотомный цикл.
Но если у Бальзака можно найти героев, которым можно посочувствовать, то у Золя таких почти нет (если не считать нескольких детей и ряда замученных бытом и/или пьянством женщин). На мой взгляд, у Золя был тот же недостаток, который критики отмечали у Гоголя: он ярко и сочно изображал пороки, а добродетели оказывались слишком блёклыми и вялыми, чтобы этим порокам противостоять.
Мир Золя полон эгоистов, эгоист - его главный герой. Можно сказать, что в каждом романе господина Эмиля мы видим каждый раз новую личину эгоизма: под маской Элен прячется эгоизм женщины, которая мучается сексуальным желанием к женатому мужчине ("Страница любви"), под маской Флорана прячется эгоизм травмированного ссылкой идеалиста ("Чрево Парижа") и т.д. и т.п.
Вот и Клод Лантье - тоже своего рода заложник эгоизма, эгоизма художника.
Он очень инфантилен для своих 22 лет, с которых начинается его романная биография, при том, что к этому возрасту (судя по тому, что писал о Клоде сам Золя) нашего героя жизнь всё-таки слегка потрепала. В "Чреве Парижа" Клод совсем другой - это ищущий и глубокий человек, молодой мужчина, который пытается, словно росток, пробиться сквозь асфальт Центрального рынка.
Кроме того, в "Чреве Парижа" мы видим достаточно пластичный в техническом отношении персонаж, мы видим характер и психологию героя, а в "Творчестве" перед нами шаблонный образ художника, который не отличается ни индивидуальностью, ни целостностью, ни логичностью (хотя "Творчество" позже написано). Сюжет романа напоминает, скорее, мелодраму, чем трагедию.
В своём романе Золя воссоздаёт почти все возможные стереотипы, которые присущи литературе при создании образа героя-живописца.
Складывается, правда, впечатление, что Клод психически болен (возможно, всему виной генетика героя).
Зачем в этом романе Золя столько аллюзий разбросал на своих друзей, в частности, на Сезанна и Мане, остаётся только догадываться.
Может, какие-то счёты были у него к ним, о которых мы не знаем, или, выражаясь современным слэнгом, Золя решил хайпануть на модной теме импрессионизма? Кто теперь разберёт.
Одно из самых серых произведений для меня, в котором каждый поворот головы предказуем, эмоции штампованны.
А сам роман - какая-то бледная пародия на "Утраченные иллюзии" Бальзака. И вообще весь текст напоминает брюзжание слишком рано состарившегося человека (нет здесь честного, бескомпромиссного и немного наивного месье Эмиля, как будто писал за него какой-нибудь литературный негр). Герои, особенно в молодости, - это не персонажи, а какие-то ходячие карикатуры. Золя ратует за точность того, что изображается, но сам нарушает каноны реализма, которые как раз и лежат в основе натурализма как направления: нет социально-психологического детерминизма. Персонажи наделены свойствами психики, которые совершенно не влияют на восприятие событий, которые вокруг них происходит, они не рефлексируют над тем, что вокруг них и внутри них, изменение социальных условий никак не влияет на их поведение и личность. Ощущение, что они живут в плену своих эмоций и мыслей, а чувство действительности утрачено раз и навсегда.
Почти у каждого героя есть своя сверхценная идея и обесценивание этой идеи надламывает их в итоге.
Всё, о чём я пишу сейчас, - это признаки одного известного душевного недуга. О нём хотел Золя написать? Или всё-таки о людях искусства?
Скучная, невероятно душная книга...
На мой скромный взгляд.

Продолжаем двигаться по классике. Из многих источников я слышал о злодее Свенгали, его имя стало нарицательным, он приводится в качестве канонического примера негодяя, он фигурирует в песнях и книгах - и буду честен, именно ради Свенгали я взялся за "Трильби". Это очень смешной, нарочито растянутый и исключительно добрый викторианский роман, который и в самом деле значительно отличается от других произведений той эпохи. Художник Дюморье рисует милую, прелестную и хорошо ему знакомую богему, вписывая в неё столь характерных, столь ярких персонажей, что каждый из них достоен отдельной истории. Милая Трильби, романтичный Билли, могучий Таффи, затейники Зузу и Додор, спокойный и рассудительный Лэрд, и, конечно, негодяй Свенгали, тьма из тьмы, необычайно талантливый и столь же чудовищный человек - всё это архетипы, классические и очень разные. По-моему, Дюморье многое дал последующей литературе XX века. Потому что списывать его характеры можно даже сейчас. 8/10.

Эта книга о жизни художника Клода и его музы Кристины, их совместной жизни, но в которой присутствует третий компонент: творчество. Вся книга пропитана им, зарождением импрессионизма, творческими муками и желанием создать шедевр. Но также эта книга о любви, Золя описал некоторые сцены настолько откровенно и чувственно.

Я безумный поклонник творчества Эмиля Золя. Для меня эта книга не самая лучшая у автора, но она очень интересная. Первая половина книга навеяна такими яркими красками, а вторая - уже депрессивными и мрачными. Творчество для главного героя становится одержимостью. Эта книга печальна и трагична, как может быть и сама жизнь. Шоком была для меня сцена, связанная с одной из картин героя и его ребенком.

Великолепный и талантливый слог этого романа покорит любого читателя!

P.S. А вы знали, что этот роман о друге Золя? О Поле Сезанне? Я это узнала только после прочтения.

Д.Дюморье - довольно известный в Англии карикатурист, на протяжении почти 30 лет являвшийся главным иллюстратором "Панча". Но мировую славу он приобрел как писатель: три романа - и каждый выстрелил, хотя наибольшую известность приобрел именно "Трильби": огромное количество театральных постановок, а потом и экранизаций. Интересно, что первую пьесу по мотивам этого произведения в России написал человек, как и Дюморье, из среды художников: сын Николая Ге.

Роман не высмеивает нравы, не обличает пороки, не поднимает острые социальные проблемы, не вскрывает нарывы общества: он скорее бытовой, но написан так динамично и с таким сочувствием к героям, что неудивительна любовь читателей к произведению.

Симпатии читателей, конечно, будут на стороне маленького Билли и Трильби, чья удивительно чистая и возвышенная любовь краткой вспышкой озарила Латинский квартал Парижа и оставила в сердцах друзей светлые воспоминания. Герои не застыли в тех состояниях, в которых их создал автор в начале повествования: они развивались, причем менялся и их образ мыслей тоже. Так, Билли полюбил Трильби всем сердцем практически с первого взгляда, но, воспитанный в немного пуританском духе, он считал себя выше ее и постоянно ужасался ее поведению, не принятому в "лучших домах Лондона". Он, известный талантливый художник, получающий хорошие деньги за картины, получил отказ за отказом на предложение руки сначала простушке Трильби, а потом дочке деревенского священника, задумался о ценностях и пересмотрел свои взгляды на мир.

Трильби действительно простушка: сложное детство, тяжелая работа, раннее сиротство - где уж тут учиться хорошим манерам. Однако при всем том она оказывается намного человечнее и милосерднее многих священников, ведь для нее сострадание к людям является образом жизни не на словах: она действительно так живет. И не понимает она, зачем в смертный час ей звать священника: не нужно быть слишком образованным, чтобы понимать лицемерие религии и что церковь - отдельно, а вера - отдельно.

Душевная книга, в котором автор не просто рассказчик истории, а практически участник описанных событий, искренне и глубоко сопереживающий героям.

Прочитав очередное понравившееся произведение, я часто задавалась вопросом: Что нужно пережить и каким богатым внутренним миром и воображением нужно обладать, чтобы создать такой шедевр? Свой вариант ответа предлагает читателю Золя в своем романе «Творчество».
Данное произведение очень личное, я бы даже сказала интимное, предполагающее тесный контакт с читателем.
Роман повествует о творческом пути нескольких молодых друзей, среди которых есть и живописцы, и архитекторы, и скульпторы, и писатели. Все они охвачены общей жаждой сотворить шедевр, полностью воплотить в реальность свои грандиозные замыслы, дать новую жизнь закостенелым подходам к искусству и у всех у них одинаковые на первый взгляд шансы достичь успеха на своем поприще. Они бедны, но пока не сильно тяготятся своей нищеты; их дружба светла и наполнена искренним участием и неподдельной любовью, каждый желает помочь товарищу, и клянется сохранить свою дружбу на всю жизнь, поддерживая друг друга во всех стремлениях. Начало романа очень трогательно, наполнено романтизмом, присущим молодым людям.
Однако по истечению времени в их дружбе намечается раскол, обусловленный разными средствами достижения славы и взглядами на искусство и жизнь.
Золя представляет на суд разные судьбы творческих натур.
Некоторые из них до конца остаются верны творчеству, не отступают от своих идей, одержимые внутренним гением, их служение искусству бескорыстно, они полностью сгорают в своем труде. К таковым относятся главный герой романа – художник Клод Лантье (сын Жервезы из «Западни»), творческий путь которого развернется во всем своем трагизме перед читателем и литератор Пьер Сандоз. В лице последнего явственно угадывается сам Золя: «Я возьму одну семью и прослежу историю ее развития, рассмотрю одного члена за другим, откуда они произошли, куда идут, как относятся один к другому; в конечном счете - это будет вселенная в миниатюре, анализ того, как общество слагается и движется…»
Устами Сандоза Золя ведает миру частичку своих творческих мук: «Слушай, работа отняла у меня жизнь…Мало-помалу она похитила у меня мать, жену, все, что я люблю. Этот микроб, занесенный в череп, пожирает мозг, завладевает всем телом, всеми его органами, грызет его».
Сандоз становится известным писателем. Его успех зиждется на противоречивых отзывах, порожденных еще чуждыми идеями реализма. Путь к славе наполнен сомнениями в своем таланте, он опасается остаться так и непонятым: «Но что, если для художника, как и для верующего, нет рая, что, если грядущие поколения будут также обманываться, как и современные, и так же заблуждаться, предпочитая легковесные пустяки произведениям подлинного искусства».
Из всех героев он единственный достигает своей цели, находит себя в своем творчестве, счастлив в семье и работе.
Любовь к искусству Клода постепенно перерастает в пагубную страсть, которая вытесняет все из его жизни. На задний план уходят некогда горячо любимая Кристина и их сын, друзья. Постепенно мы видим полное отчуждение, навязчивую идею создать истинный шедевр, которая рушит и его жизнь, и жизнь Кристины. Он так и останется бесплодным гением-безумцем.
Другие герои, предают свои восторженные идеи искусства, поддавшись пагубным страстям.
Раскол в дружбе постепенно усиливается, в конце романа вместо объединенных общими идеями людей, перед читателем предстают совершенно чуждые друг другу люди, которые не гнушаются поиздеваться над неудачами своих недавних друзей.
Роман прекрасен и чрезвычайно наполнен. На мой взгляд, читать его нужно в молодом возрасте, полностью настроившись на погружение и неторопливое повествование.

Во-первых, должна сказать - это самая скучная книга Золя, из прочитанных мной. Нет в ней какой-то искорки, очень важной. Но это на вкус и цвет.

Давайте лучше поговорим о содержании. Итак, о чем книга? О непонятом художнике? Или о творчестве? Или, не дай бог, о Великом Творчестве?
Нет-нет. Это просто книга о мерзавце. Слабом и вредоносном для всего, что его окружает. Не о мерзавце-создателе, а о мерзавце-разрушителе. Что есть Клод? Ничтожество. Он не умеет жить в социуме. Он не умеет работать, не умеет содержать себя - и при этом он заводит любовницу, а потом делает ее женой. Заводит ребенка.

Смотреть на эту семью - противно. И на Кристину - тоже. Смотреть, как тупая баба рожает ребенка, чтобы убивать его и презирать. А потом вся такая несчастная рыдает у его постели, когда ребенок наконец издыхает. А ребенок Клода и Кристины именно что издох. Забытый, зачуханный, затравленный. Никому не нужный.

Отец и вовсе заметил его, только когда тот стал отличной натурой - отличная натура: мертвый ребенок, больной рахитом. Вот и пригодился. Вот зачем его завели.

Книга о творчестве? Ха-ха. Клод сам решил, что он непонятый художник. И никакие жизненные события его не могли переубедить. Он творил и страдал. Разрушив жизнь женщины (пусть и дуры), убив своего ребенка. Убив себя - но последнее, что можно сделать, это пожалеть его.

Это отвратительная книга. О слабости, об иллюзиях, об обманках. О человеческой швали, делающий из себя непонятого гения.
Если все это оправдано творчеством - то книга может вызвать к искусству только отвращение.

Ещё до прочтения этого романа я знал, что он стал причиной раздора между Золя и Сезанном, да и другими импрессионистами тоже. По прочтении же, меня этот эпизод из истории очень удивил, ибо воспринимать "Творчество", как произведение биографическое совершенно нельзя! Это не "Жажда жизни" Стоуна, где описание позволит познакомиться с Ван Гогом лучше, чем посредством некоторых историко-биографических книг о его жизненном пути.
Те, кто знаком с историей импрессионизма, могут обнаружить в образе Клода черты и Сезанна, и Клода Моне, и Эдуара Мане. По истории жизни - да, главный герой ближе к Сезанну, но по творческому пути - это собирательный образ художника-импрессиониста периода становления этого направления во Франции конца XIX века.
Если обратить внимание на картины, описанные в романе, то и они не существовали на самом деле, а являются конгломератом полотен трёх упомянутых мною мастеров. "Завтрак на траве" писали все трое, "Олимпию" - тоже, всяких "Купальщиц", "Купальщиков" и прочей "обнажёнки", каждый из них наваял несметное множество (а Дега так вообще порнографические открытки рисовал), эпизод с портретом умершего Жака - это точный список с полотна Моне, где он изобразил умершую жену, а последнее полотно Клода, у которого он покончил с жизнью - это вообще такая мешанина из частей картин, что мало кто сможет с точностью сказать какой из её кусков к кисти какого художника можно отнести. Можно привести ещё много аналогий, но это ни к чему, так как образы героев книги в ней не главное. Главное - их душевные терзания, творческие поиски, выбор между деньгами и приверженностью искусству, о желании воспарить над историей, которое не удаётся никому, даже тем, кто достиг вершин славы.
Если художники обиделись на писателя за то, что судьба Клода показалась им пустой и безысходной, с намёком на их собственные, то тоже зря. Клод был самым честным и непоколебимым и тем, лично у меня, вызывает только восхищение и уважение, а никак не жалость и порицание...

P.S. Вообще-то, Золя молодец, так здорово всё описал, что будь я художником, который стал прообразом героев романа, то я бы тоже на него обиделся...