Трильби. Творчество

Английский ответ французским писателям, писавшим в то время о богеме. Наверное, так можно назвать эту книгу. И там, где француз неистово пишет о безрассудных и бешеных развлечениях богемы, англичанин чуть ли не с первых строк, заявляет, что пить, гулять, любить девочек - это, конечно, хорошо, но молодость так или иначе проходит, поэтому между гулянками неплохо бы и задумываться о деле, о будущем, о том, чем сердце успокоится.
А успокоиться он может либо успехом, либо возвратом к приличной, упорядоченной жизни. В принципе, и французы к этому тоже приходят, но уделяют столь не романтичному моменту куда как меньше букв в своих опусах.

Ну, и, значит, дюморье пишет о трех амбициозных англичанах, которые живут-поживают в парижах, мечтая преуспеть на художественном поприще. Один - бывший военный и чисто энтузиаст (или опередивший свое время пристрастием к реализму в живописи), второй - талантливый художник, а третий - потенциально гений. А вокруг них крутится многочисленная тусовка из народа всех мастей. В общем, жизнь бурлит и пенится аки недорогое, но хмельное вино.
Как вдруг. В их уютную мастерскую заходит прелестное дитя порока. Очень высокая, красивая и безголосая (в певческом плане) англичано-ирландка, взросшая на французской почве. Трильби. Натурщица. Босиком, но в солдатской шинели, то есть категорически свой в доску братан. И заверте...

Очень-очень многие в тусовке влюблены в эту девицу с идеальными ногами и смешной мордашкой. Короче, это вам не банальная дама с камелиями. У британцев свои понятия о красоте, то есть. А ежели британец весь такой хрупкий, невысокий, миловидный пусенька, то девица-гренадер однозначно женщина его мечты. Пламенный привет ему от старикана ницще, который невысоких дам и за людей-то не считал.

Кстати, о германцах. Главный отрицательный персонаж в этой книге - австрийский еврей по имени свенгали. Нет-нет, я не делаю совсем никаких выводов. Так-то он талантливый музыкант и педагог. Но такой мерзкий, вульгарный, подлый тип, что просто мама дорогая. И этот одиозный тип тоже неистово влюблен в трильби, что в дальнейшем и сыграет зловещую роль в жизни всех персов.
Потому что она влюблена в гениального пусеньку, а он, соответственно, в нее. И как настоящий джентльмен не желает жить во грехе, ибо он не какой-то там ветреный француз. Женитьба и токмо женитьба.

Тут-то и скрывается главная засада, то есть драмотрагедь. Ибо, ежели джентльмен происходит из приличной семьи, и у него есть маменька-дракон, то не видать ему счастья в личной жизни с какой-то там натурщицей и даже честной прачкой. Ибо при малейших признаках опасности такие драконы срочном рейсом прилетают до парижу и рушат, топчут, выжигают напалмом любые чувства и отношения во имя материнской любви, общественных приличий и прочей мармеландии. Попутно, убивая сердца своих детей.
То есть мужчина может быть потаскуном, алкашом, игроком и так далее, и ничего. Это он еще не нагулялся или там его сбили с пути истинного. В общем, с кем не бывает. А женщина...

Вот примерно это и происходит в результате с бедной трильби, которая столько мучилась и так мало видела счастья.

Короче! Ставлю неистовый плюс дюморье за защиту бедных и не знаменитых женщин того времени, которых сурово осуждали всякие ханжи и лицемеры. Молодец, просто молодец был дедуля у дафны.

Классика порой бывает необычной... Казалось бы, все несчастья уже описаны, все особенности духа тех времен преподнесены. Но есть еще возможность зацепить читателя - совмещением чуда и не в меру разгулявшейся фантазии... Все, о чем я буду говорить ниже, оставило после себя исключительно неоднозначные впечатления...

Классовое неравенство. За любовь нужно бороться и странно сдаваться, ничего не делая, перед лицом сложностей, встающих на ее пути. Зачем создавать дополнительные истории уже из жизни к классическим примерам в пару, где люди несчастны вдали друг от друга, решив, что это судьба так распорядилась, а не сами они струсили сделать шаг... И несмотря на то, что чаще всего классовое неравенство никуда не спрячешь, а происхождение не сможешь не учесть - если по-настоящему любишь должен сам убедиться, набить свою шишку опыта, что невозможно осинку с апельсинкой совместить...

Персонажи. Почему Свенгали уделяют столько внимания, если он не только не тянет на звание великого мага и волшебника, а представляет собой проходного героя книги? Ну злобный, ну напакостил, но чем он может запомниться? Пока я не наткнулась в рецензиях о напомнившем мне, как оказалась эта книга в желанных планах, я бы ни за что не представила этого человека как серьезный повод прочесть историю... Зато насколько приятны основные персонажи-художники, не "ставшие" нарицательными именами... А Трильби, ввязавшаяся в мистическую магию, однако хранящая человечность вне зависимости от своего происхождения... Вот об этих героях, о созданной их характерами атмосфере хочется вспоминать и размышлять, грустить и радоваться, думая о том, как сложилось и как могло бы...

Гипноз. /спойлерный абзац/ Уф... Если о проявившемся под влиянием гипноза таланте петь я не скажу ничего дурного - знакомы случаи, когда люди, находясь в трансе, к примеру, начинали говорить на иностранных языках, которых никогда не учили, то во внезапное упадничество, кончившееся гибелью, из-за смерти "главнокомандующего" - не верю: человек не сделает в трансе того, чего не желает, нельзя заставить, введя в транс, не узнавать любимых, если человек этого не хочет, невозможно привязать к собственной гипнотизерской фигуре. Данный мистический пассаж истории - сплошная неоправданная выдумка.

В целом, ценна "Трильби" своей атмосферой - богемы, искусства, человеческих взаимоотношений в любви. Однако портят это произведение наносная фантазия и в некоторой степени плоские сюжетные ходы. Если бы Джордж Дюморье посвятил свой роман, пусть и со всех сторон уже рассмотренной, теме трудности любви меж разными социальными классами - книга приобрела бы больше значимости и скорее бы отложилась в читательском сердце.

Открывать для себя что-то или кого-то нового безусловно приятно, но всё же в этом всегда есть доля риска: зайдёт или не зайдёт. То ли дело проверенные любимые авторы, чьи книги ты открываешь без всяческих сомнений, убеждённый, что получишь сейчас полноценное читательское удовольствие (понятное дело, что бывают исключения, но на то они и именно что исключения). Еще для меня отдельный плюс, что у таких своих авторов я могу смело не читать ни отзывов, ни аннотаций, открывая каждую новую историю с чистым сознанием. Да, название "Творчество" как бы намекает, да и главного героя Клода Лантье я уже пару раз мельком встречала на страницах других частей этого обширного цикла, так что основная тема истории мне была ясна, а вот то, что за основу были взяты судьбы, жизни и ситуации реальных художников-импрессионистов, с которыми Золя водил дружбу и чьи имена сейчас знакомы любому мало-мальски образованному человеку, я узнала лишь когда решила после прочтения ознакомиться вкратце с историей создания произведения. Неприятие новых веяний маститыми и признанными академиками, презрение и насмешки публики, которая не имеет собственного вкуса зато с умным видом повторяет мнение, прочитанное в газетёнках или услышанное у других, вынужденное прозябание в нищете, если ты не готов отказаться от мечты и творить лишь на потеху потенциальным покупателям - всё это Золя изобразил в полной красе.

Клод Лантье ещё в детстве был замечен любителем живописи, который и предложил его нуждающимся родителям оплатить обучение мальчика из собственного кармана. Уверенный (и по праву) в собственной гениальности юный, полный надежд, мечтаний, стремлений и планов, начинающий художник покинул провинциальный Плассан ради блеска и возможностей Парижа. Там у него сложился дружеский кружок талантливых и амбициозных молодых людей, которые были уверены, что не сегодня-завтра они произведут фурор, станут богатыми, знаменитыми, а главное признанными, что их вИдение мира и искусства получит отклик в сердцах людей, но, увы, гениев и новаторов зачастую начинают ценить уже после их смерти. И вот уже один за другим члены импровизированного кружка сдают позиции, не задавая тон, а подстраиваясь под вкусы так презираемых ими обывателей, мол что делать, жить и есть то как-то надо... Но и в погоне уже не за мечтой, а за более земными желаниями некоторые из них терпят неудачи, некоторые опускаются, сами этого не сознавая, и лишь двое остаются верными своим принципам: сам гг и его лучший друг с самого детства Сандоз. Последний вообще является самым приятным персонажем романа, выбившийся в люди собственным талантом и трудом, не потерявший человеческий облик и не продавший свою совесть, писатель, устами которого автор высказывает собственные взгляды на современную ему литературу.

А Клод же, получив первый болезненный тычок в зубы от Академии и от публики, неожиданно для самого себя нашёл утешение в прежде столь презираемым им слабом поле. Случайная встреча свела его с Кристиной, чистой девушкой, что приехала в Париж работать компаньонкой у богатой старухи. До этого она жила очень уединённой жизнью с больной матерью, а оставшись сиротой попала под опеку монахинь. Она столь отлична от женщин, к которым привык, которых презирает, желает и ненавидит Клод: легкомысленных и легкодоступных натурщиц, падких на приключения девиц, вертящихся около творческих мужчин, откровенных шлюх, что чуть ли не на глазах немощного старика-мужа спят со всеми подряд. Вся эта грязь не то что бы сильно смущала Клода, но и как-то не привлекала. Кристина же совсем другое дело - нежная дружба плавно переходит в трепетную влюблённость, а после провала Клода в безумную страсть, что гонит их из Парижа на лоно природы, где они смогли прожить, пожалуй, самые счастливые годы своей жизни, там вечная соперница Кристины отступила в тень, творчество временно потеряло свою прелесть для Клода. Но не надолго, ведь он действительно был рождён для этого, не рисовать для него равносильно не жить.

Вообще, давно уже считаю, что действительно гениальным людям не стоит заводить семьи, так как возможны только два сценария: абсолютно несчастливый брак, в котором каждый не получил того, что хотел, и брак, в котором спутница жизни признаёт гениальность супруга, ставит его на пьедестал, а сама превращается в многофункциональное устройство любовница-служанка-нянька-психолог-муза. Именно вторая участь ждала Кристину и вроде как её бы пожалеть, приятная девушка, никому не сделавшая ничего плохого, верно и преданно любившая мужа, поддерживавшая его всегда и во всём и не получившая по сути от него никакой благодарности... Да вот только есть тот, кого мне гораздо жальче во всей этой эпопее - маленький Жак, рождённый от большой любви, которой на него уже ни у кого из родителей не хватило, нелюбимый, ненужный ребёнок, чьи интересы всегда ставились на последнее место, загубленный равнодушием к собственной судьбе. И даже в смерти он не получил того, что заслуживает любой ребёнок от своих родителей - внимания и любви, рисующий труп своего сына Клод вызывает очень много разных и даже противоречивых эмоций, он будто эмоциональный кастрат, не будучи по натуре плохим человеком он как будто не может полноценно воспринимать жизнь с её радостями и горестями, если те не связаны с искусством, даже как-то страшно становилось временами.

Сильная вещь, эмоционально тяжёлая, но при этом написанная великолепным образным красочным языком, столь любимым мной у автора, поднимающая многие важные и животрепещущие и поныне вопросы, связанные с искусством, творчеством и людьми, посвящающими им жизнь.

P.S.: Мои рецензии на другие части цикла "Ругон-Маккары":
"Карьера Ругонов"
"Его превосходительство Эжен Ругон"
"Добыча"
"Деньги"
"Мечта"
"Завоевание Плассана"
"Накипь"
"Дамское счастье"
"Проступок аббата Муре"
"Страница любви"
"Чрево Парижа"
"Радость жизни"
"Западня"

Хорошая книга мне попалась в ТТТ.

Собственно, "Творчество" есть полубиография французского художника, постимпрессиониста Поля Сезана. Почему полу? А потому что с этой книгой связана одна очень интересная история.

Эмиль Золя, написав роман, использовал образ своего друга - Поля, использовал его привычки, высказывания, события из его жизни. Вот только будущее он нарисовал ему страшное.
Автор писал о неудачах, разочарованиях, о художнике, так и не нашедшем себя, и покончившим с собой, не оставив никакого наследия, кроме набросков и этюдов. В действительности же Сезанн смог добиться прижизненного успеха, в 1904 году у него была выставка в Салоне, где ему был отведен целый зал. Но роман Золя написал в 1886... Поль Сезанн обиделся на него за эту книгу. И я его понимаю. Я бы тоже обиделась.

Что мне дико не понравилось, так это образ Пьера Сандоз. Я так понимаю, в нем угадывается сам Эмиль Золя. И по-моему это просто подло со стороны автора - досочинить такую страшную судьбу другу, при этом показывая себя со всех сторон белым и пушистым.

Очень хорошо получилась Кристина. Я ее чувствовала будто саму себя, переживала за нее, пыталась поддержать как могла, но что я могу изменить? Ничего, только и оставалось, что следить за развитием событий... Кристина вышла совсем как живая. Да и и остальные персонажи тоже. Вообще такое чувство, что все герои - главные.

Только теперь мне очень хочется прочитать настоящую биографию Сезанна, чтоб уловить тот момент, с которого Золя не смог предсказать, угадать своего друга, а мне самой для себя найти кем же стал Сезанн, как смог найти себя и в жизни, и в творчестве. Точнее наоборот, в первую очередь в творчестве, конечно.

Знаете, на классическую литературу иногда дуются, что она сложная и вот с ней мозг не расслабится. Думаю, имеется ввиду хитросплетения событий, когда тебе всех надо держать в голове и не перепутать кто за кого и когда что сказал... ну я очень надеюсь, что именно это имеют ввиду, потому что по-другому как-то это печально сильно. Так вот, в этой книге нет хитросплетений, все прозрачно и ясно. Но это не книга однодневка или пустышка с непродуманным сюжетом или заезженным штампом. Это книга размышление. Может быть не в таком виде как привычно, но тут каждый поступок не отпущен автором без того, чтобы его разобрать, каждая мысль героя развернута. Удивительно полезная книга, чтобы посмотреть на нелогичности в своей жизни, да и на плавающую мораль тоже.

Книга обманчива тем, что автор, знакомый очень хорошо с темой, к тому же умеющий пошутить, создает впечатление, что это историческая книга, или хроникальная. Все время подрываешься найти художников и их творения, рассмотреть ножки, ручки, тело девушки, которая была идеальна и дивно хороша как натурщица, найти ее фотографии в виде музыкальной нимфы. Но всего этого нет. Это лишь то, из чего складывается простая как три копейки история, наполненная мыслями, выводами, рассуждениями.

Трильби на первый взгляд не сложный персонаж. Своей простотой и простоватостью она вводит в заблуждение читателя. Кажется, что ты читал про таких сотни книг, хорошенькая, миленькая, глупенькая, необразованная и, конечно, с золотой душой. Но чем дальше читаешь, тем больше проступают не только эти черты у девушки, а те что делают ее живой, а не картонной девой, переходящей из книги в книгу у многих авторов. Она начинает чувствовать, страдать от понимания того, что она не нравится из-за своей работы. Она умеет рассуждать о религии и умеет поставить на место своей выверенной, пережитой правдой тех, кто считает себя лучше этой простой девушки, которая завоевала в конечном итоге мир. То есть, если бы ей с самого начала было открыто все то, что было дано окружающим ее, то она никогда бы не оказалась на дне общества. Но и дно ли это? Если каждый описанный персонаж из низов общества оказывается удивительно преданным, открытым, добросердечным человеком, который делает свою работу усердно. И души порывы у них намного прекраснее порой, чем у тех, кто из высшего общества. Тут еще задумаешь кто высшее существо.

И что интересно, если низшее и высшее общество было выписано автором скорее крупными общими мазками, то мещанский средний класс, который не выше и не ниже, прописан так, словно он вытряхивал грязное белье. У него была задача показать, что люди из низов — это тоже люди, живые и честные, все их решения просты. Жизнь диктует - отдайся или умри, и они легко принимают эти условия. Высшее общество со своими условиями и опять же оно их принимает, со сложностями, с тем чтобы ни один мускул не дрогнул. Когда жизнь говорит прогнуться, то делать это надо так, словно не им надиктовали, а они так решили. Лицо тут главное, как и деньги и титулы, которые не имеют к жизни никакого отношения, но они умеют всем этим управляться и как бы там ни было понимаю, всегда понимают, что делают. А вот по мещанству автор прошелся так же открыто, демонстрируя всю его пагубность. Когда люди не имеют мнения. Когда они как хомячки перед случкой. Они и благороднее и принижаются, не смотря на благородство. Они рассуждают о религии, но только в них ткни и окажется, что там все или прогнило, или никогда на самом деле о ней серьезно не думалось. Надо желать своему сыну счастья и сделать так, чтобы он счастлив не был. Тут вспоминается особе прекрасное из жизни, когда мать говорила своему сыну в два метра ростом, я строю этот дом для тебя! И поэтому дверные проемы 1,75. Это чтобы ходить по дому и всегда вспоминать мать с любовью я считаю. И, конечно же, ни одна из женщин не переоценила свой поступок.

Книга без интриг, которые надо держать в голове, чтобы не путаться. Своей историей она проста и предсказуема. Вот на этом можно отдыхать, расслаблять мозг, но благодаря тому, как описываются персонажи, какие уроки нам демонстрирует автор, книга сложна, заставляет решать и думать. Это удивительная по наполненности книга, по тому на что она обращает внимание. И пусть она как дополнение к людям, живущим в определенный период времени, но если поменять время, то суть не изменится. Люди до сих пор поступают так, как поступали много лет назад. Эта книга именно о поступках, которые повторяются и повторяются из поколения в поколение. Пусть местами высокопарна, но все же очень точна в своих оценках.

Классику надо читать, чтобы хоть иногда видеть, как был устроен мир во всех проявлениях. Учиться сопоставлять и хоть немного помочь себе стать лучше, разобравшись в том, что же происходит в жизни.

Поскольку я являюсь поклонницей творчества Дафны Дюморье, мне было бы грех не прочитать роман ее деда «Трильби». И Джордж не подвел.
В центре повествования Трильби – девушка, которая подрабатывает натурщицей и прачкой. Она наивна, честна и прекрасна. А еще она обладает очень красивым голосом, хоть и безбожно фальшивит. Все, кто с ней знаком, попадают под ее обаяние. В том числе и 3 друга – Тэффи Уинн, Билли Багот и Сэнди Макалистер. Все они художники. Билли – самый одаренный из них.
А вот у кого к Трильби неоднозначное отношение, так это у Свенгали. Он талантливый музыкант и гипнотизер. Впрочем, последний факт он не особо афиширует. Временами он дружелюбен с девушкой, временами – спускает на нее всех собак.
За взаимоотношениями этих персонажей мы будем следить на протяжении всей книги. Кому девушка отдаст свое сердце, кто станет властелином ее жизни, повлияет ли бедность на ее судьбу.
А еще в книге много живописи и музыки. Бедные студенты и именитые мастера. Учитывая, что Джордж Дюморье сам был художником, тема искусства раскрыта очень хорошо. Возможно, какие-то моменты имели место быть в жизни самого автора.
Книга трогательная, отчасти пропитанная юношеским максимализмом, романтичная. Мне было приятно ее читать. А еще в ней много стихов и авторские иллюстрации.
Если говорить о темах, то тут и социальное неравенство, и рассуждения об искусстве, и осуждение религии, и взросление.
Я осталась довольна прочитанным – сюжет меня увлек, герои понравились.

Эту книгу, скорее, надо было назвать «Муки творчества», а не просто «Творчество». Потому что в действительности люди, которых описывает Золя в этом произведении, только и делают, что страдают от непризнанности, неуверенности в своих собственных силах, бесконечных насмешек в сторону их созданий и элементарного непонимания публики того, что создали эти творческие личности.

Причём в книге описываются разные направления искусства. Тут и художество, и музыка, и писательство. И, в общем-то, во всех этих областях творческие люди страдают. Но больше всего Золя, конечно, уделяет внимания своему главному герою — художнику Клоду. И, пожалуй, тут самая драматичная линия из всех.

Золя мастерски показывает, как общественное мнение и социальные условия влияют на произведения художника. Какое-то новаторство остро воспринимается в штыки, а то и вовсе высмеивается. Смею надеяться, что в наше время с этим всё-таки уже значительно лучше обстоят дела. Сразу вспоминается эпизод из фильма «1+1» с фразой «У чувака носом кровь пошла, а он за это просит тридцатку?!» :D

Финал просто душераздирающий. Хотя, в принципе, достаточно предсказуемый. Вряд ли эта история могла закончиться как-то иначе...

Хотя история с ребёнком Клода и его супруги не менее душераздирающая. Не буду спойлерить, но хочу сказать, что эта линия выбила у меня почву из-под ног не хуже финала. Ужасно, больно, трагично. В этом плане Эмиль Золя совсем не бережёт своего читателя. Травму знатную может нанести.

Как же мне нравится всё глубже и глубже погружаться в мир произведений Эмиля Золя! С огромным удовольствием продолжаю знакомство с циклом «Ругон-Маккары». Чего и вам советую! Отличная классическая литература.

Знаете это тот случай, когда одно дерево описывают 10 страниц. Я приношу свои извинения фанатам этой книги, этого автора. Но, я не доросла видно ещё до того уровня, чтобы восхищаться подобной литературой. Местами было настолько затянуто, что я хотела взять и закрыть книгу.

Единственная причина из-за которой я не бросила книгу меня беспокоила судьба Трильби. Всё-таки ей дали предложение раз двадцать, точно. Я же думаю в какой момент она уже пойдет замуж. И вот тут нашелся тот самый, но увы там свои коррективы ввели родители.

Я не смогла дочитать. Где-то на середине я просто включила аудиокнигу. Наверное, я бы не дочитала. Спасибо создателям аудио формата.

Эта книга из библиотеки деда с закладкой в виде листка отрывного календаря от 14 мая 1961 года...
Давно хотелось почитать что-нибудь, написанное в 19 веке. А тут роман художника, англичанина, действие которого происходит в локациях Парижа 60-х - "праздник, который всегда с тобой..."
Главные герои - начинающие английские художники Таффи (Атос и Портос в одном флаконе), Лэрд (сопоставляется с д" Артаньяном) и маленький Билли (Арамис), которые снимают общую студию в Латинском квартале , а также пианист-виртуоз Свенгали и юная натурщица Трильби, обладательница самой красивой ноги в Париже.:

Специально привёл такую цитату в начале рецензии, чтобы подчеркнуть - главное в этом романе - язык. Повествование очень ровное, спокойное, не перегруженное метафорами, с отличным английским (а каким же ещё? - автор англичанин) юмором. Первая треть напомнила многочисленные воспоминания наших эмигрантов начала 20 века (Эренбург, Одоевцева) с меньшим упором на праздничную сторону жизни, хотя и этого здесь хватает: что стоят описания встречи рождества, поездки в Булонский лес... Дюморье пишет о своей молодости - он сам молодым художником жил и обучался мастерству в Париже, встречался со своими героями и понимал как и они

Но это ни в коем случае не псевдодокументальный роман.
Живая интрига, любовь, противостояние "мушкетеров" и мрачного гения- чёрного паука Свенгали. Несмотря на то, что автор всячески толкает нас на сравнения с романами Дюма (в том числе и с "Дамой с камелиями" - знаменитой Травиатой), мне чаще приходили в голову творения другого великого француза - Эсмеральда из "Собора Парижской богоматери". Во второй половине развитие сюжета пошло по совершенно невероятному сценарию, но менее интересно от этого не стало.
Много любопытных мыслей о сословиях, религии, успехе, которые за прошедшие годы стали только более актуальны. А уж мрачные пророчества Свенгали:

Я не отнес бы роман к литературным памятникам (как не отнес бы к ним пьесы Лопе де Вега и Шекспира). Наверное, эта граница между "памятником" и живой книгой у каждого своя. Вообще, неожиданно понял, что мне не с чем этот роман сравнить - увлечение литературой 19 века пришлось практически на далёкое детство и юность. Так что можно сказать, что я заново открыл для себя 19 век (по крайней мере его конец).
Особо хочу отметить перевод. Посмотреть - кто переводчик - захотелось практически после первых десяти страниц. Оказалось Татьяна Ивановна Лещенко-Сухомлина (певица, актриса, писательница и поэтесса!) сама прошла жизненный путь , не уступающий героям романа, и оставила воспоминания "Долгое будущее", которые теперь постараюсь разыскать.
Чтение безусловно рекомендую. Только с предварительным настроем, в спокойной обстановке, не торопясь (я читал по паре глав в день - это около 80 страниц), чтобы не приелось. Новогодние каникулы для этого очень подойдут!

На сегодняшний день для меня это самый неоднозначный роман из всего ругон-маккарского цикла. Чётко расслоившийся в моём личном восприятии на два смысловых пласта: на поверхности лежит история жизни Клода (как главного героя романа) и близких ему людей — любовницы и затем жены Кристины, друзей Сандоза, Дюбюша и ещё многих других персонажей книги, а в глубине мерцает и выбулькивает на поверхность творческая составляющая — сам Клод принадлежит к художникам, Сандоз стал успешным писателем, а архитектор Дюбюш перестал быть таковым и превратился в простого обывателя.

И в моём восприятии первая — бытописательная и лирико-драматическая — линия жизни Клода и его друзей-приятелей была куда интереснее и увлекательнее и переживательнее, нежели вот эти главы рассуждений персонажей романа о сути и предназначении творчества. Хотя конечно трудно начисто отчленить первую линию от второй, потому что весь быт Клода в общем-то буквально пропитан потугами и затем уже просто муками творчества, когда художник пытается поймать сюжет и выразить его на холсте доступными ему способами и в присущей лично ему творческой манере, и не находит должной оценки своим картинам практически ни у кого — ни у супруги, ни у друзей по живописному цеху, ни у взыскательной и острой на словцо парижской публики. И вся личная драма и в конце-концов и трагедия и Клода, и Кристин неотделима от творческих усилий Клода и от невозможности передать зрителям всё то, что чувствует внутри себя художник.

Но тут можно порассуждать уже о зависимости художника (да и вообще практически любого творческого человека) от внешней оценки — как всё-таки важно любому творящему что-то человеку получать обратную связь в виде слов похвалы и хорошо бы ещё при этом и финансовой поддержки! И при этом получается, что художник (в расширительном толковании этого слова, потому что тут же и актёры, и певцы-композиторы и все прочие скульпторы и другие творцы) начинает становиться зависимым от этой оценки, и легко попадает в соблазн начать творить в угоду прихотливой публике — петь те песни, которым рукоплещет плебс, писать на полотнах то, что легко и охотно воспринимает обыватель и покупает богач, ставить и играть те спектакли, на которые охочи люди в своей массе — (и тут мы сразу вспоминаем «Хлеба! И зрелищ!»). И как раз Клод не пошёл по этому пути (но может быть у него просто не получилось уловить вот эти запросы публики или не вышло угодить «любителям живописи»?..) и не стал «певцом толпы», и потому был не понят и отвергнут. И только после трагического финала пара друзей пытается в личном разговоре отдать должное неповторимой авторской творческой манере художника, однако, взглянув на часы, быстро прекращает свой разговор и расходится по своим делам — из чего понятно, что даже после смерти Клода никто не озаботится попыткой поднять его имя на должную высоту. Жил человек, творил и после себя ничего не оставил...

Что касается рассуждений и размышлений о сути и предназначении творчества, то тут у Золя всё получилось (для меня лично) и скучновато и нудновато, и я с облегчением дожидался окончаний всех этих разглагольствований и переходов к следующим содержательно-смысловым частям и главам романа.

Тем не менее оценка книги будет достаточно высокой, потому что язык Золя по-прежнему великолепен. И пойдём по циклу дальше, отправимся к «Человеку-зверю».

Пара стихотворений по теме в качестве бонуса:

Художника, обидеть может каждый!

Художника обидеть может каждый!
Только на жизнь не жалуйся потом.
Когда среди воды умрёшь от жажды,
В пустынном море, в лодке за бортом.

Художника не трудно искалечить!
Любое слово за душу берёт,
А хамские бесчувственные речи,
Ему мешают двигаться вперёд.

Художнику совсем не много надо!
Бумага, холст, лист нотный и перо.
Плюс вдохновенье, творчества награда,
И посиделки с музой под вино.

Художников Всевышний охраняет!
Обидчиков, уверен, не простит.
Мы их читаем, слышим, помним, знаем,
А те кто их гнобил, давно забыт.

(Семён Файтен)

«Художника, - обидеть может каждый»

Художника,- обидеть может каждый,
От критиков ему порою «нет житья»!
Как будто «утоляют чувство жажды»,
Ведь каждый, как «палач или судья»!

Художник, лишь создал произведение,
И «холст его ещё от красок не остыл».
А вслед уже горланят «наставления»,
И очень бойко «роют ямы для могил».

Не разбираясь в тонкостях и чувствах,
В «грязи валяют» так, что свет не мил.
Все те, кто понимают толк в искусстве,
Но лично сам пока ничто не сотворил.

Почти «не замарав в крови манжетов»,
«Исполнив чувство долга, как наказ»,
Они спокойно ждут других «сюжетов»,
Как «снайперы в прицел прищуря глаз».

В кого «стрелять» совсем уже не важно,
Найдутся жертвы, лишь надо подождать.
«Художника, - обидеть может каждый»,
Не каждый только может, - рисовать.

(Игорь Охрименко)