Травести. Пьесы

Том Стоппард. Розенкранц и Гильденстерн мертвы

Обязательно перечитаю эту пьесу - не сейчас, попозже. И, возможно, тогда смогу с чистой совестью поставить ей оценку повыше. Пока же, увы, экзестенциальные страдания двух шекспировских персонажей оказались то ли не ко времени, то ли не в настроение. И это при том, что я уже давно знакома с ними не только по трагедии Барда, но и по фильму, снятому по пьесе Стоппарда (с Тимом Ротом и Гэри Олдманом в заглавных ролях).

Поэтому я лучше сравню фильм и пьесу. Разумеется, при экранизации кое-что было отброшено, изменено или добавлено. У Стоппарда Р. и Г. довольно легко различить (тогда как у Шекспира они полностью взаимозаменяемы, будто это одна личность в двух телах), несмотря на то, что и здесь их нередко путают, да и они сами, чем дальше в "лес", тем реже способны однозначно опознать себя - и друг друга - как Гильденстерна или Розенкранца. В экранизации оба персонажа приобретают еще более четкие персональные черты, но путаницы с именами от этого меньше не становится.

Больше всего при сравнении пьесы и фильма бросается в глаза те сокращения и изменения, которые претерпели почти все сцены с участием актеров бродячей труппы. Если по поводу разных скабрезностей я с чистой совестью могу сказать "ну и ладно", то кое-что было откровенно жаль. Например небольшой монолог Актера, предводителя труппы, о том, чем актеры отличаются от обычных людей:

И в качестве заметки на полях расскажу об интересных последствиях неправильного перевода, сделанного для фильма (но переводимые слова точно совпадают с текстом пьесы).

Заглавные герои говорят об обещании короля заплатить им за услугу:

Перевод:

В одном из дубляжей экранизации эти реплики переведены не совсем верно, но мне эта версия нравится больше, если вырвать ее из контекста:

Я обычно с настороженностью отношусь к абсурдистским произведениям, но эта пьеса оказалась очень занятной.

Главными героями в ней являются Розенкранц и Гильденстерн - два друга Гамлета, и все происходящее в бессмертной пьесе Шекспира мы видим их глазами. Проблема героев заключается в том, что они не видят и не понимают происходящего. У них есть собственные роли, которые они пытаются исполнять, не понимая ради чего они поступают тем или иным образом. Это является причиной ряда забавных моментов, хотя, как и первоисточник, эта пьеса трагична, в ней много размышлений о жизни, ее смысле, о смерти:

Никаких определенных выводов автор нам, естественно, так и не дает. Все ответы на появившиеся вопросы нужно искать самим, в собственной голове. Обязательно надо будет посмотреть фильм, очень интересно посмотреть на пьесу в виде картинки.

Шекспир уже давно мертвый белый парень, но соображал хорошо. Так, ладно... © 10 причин моей ненависти

Шекспира читают, исследуют, прямо-таки пихают в свои романы в качестве героя (из последнего - Средневековые убийцы "Проклятая реликвия", у меня до сих пор подгорает) и даже переписывают или интерпретируют его произведения по-своему. Том Стоппард - в студию! Вернее, просим войти Розенкранца и Гильденштерна...

И вот они на сцене, развлекают нас как могут, не зная, что их песенка скоро будет спета. Но к черту условности! Ведь, как нам сообщает эта пьеса, "Жизнь - игра азартная, с ничтожными шансами. Будь она пари, никто б не принял". Так что тот, кто не рискует читать и такие абсурдные пьесы, тот многое теряет. Так-то!

Многие пишут, что, дескать, пьеса не в пример лучше поставленного по ней её же автором фильма, – но я, если честно, фильм воспринял лучше (нет, отнюдь не в том плане, что он показался мне лучше пьесы, просто – то ли проще и понятнее он оказался для моего восприятия, при том, что сам по себе тоже далеко не прост… то ли что). Но в любом случае – да, пьеса шикарна и отнюдь не так проста, как может показаться по местами бессмысленным на первый взгляд диалогам. Стоппард молодец, снимаю шляпу. Обычно подобный (пост)модерн мне редко заходит, но… И очень жаль, что я не сумел раздобыть эту пьесу в печатном виде.
Думаю, попробую почитать у Стоппарда что-нибудь ещё. Хотя, вероятнее всего, эта пьеса останется для меня лучшим из его произведений.
Что бывает, когда ты оказываешься второстепенным персонажем в чужой пьесе? Что есть смерть? Хозяева ли мы своей судьбе?
Ответов не будет. Ни для нас, ни для злосчастных Розенкранца и Гильденстерна. Которые определённо вызывают симпатию у Стоппарда – даже если не вызывают её у Шекспира. И, несмотря на вставки из последнего и на то, что его творение взято за основу, воспринимается пьеса Стоппарда действительно оригинальным произведением… быть может, потому, что по сути своей совсем другая.
А ещё у Стоппарда гораздо лучше, чем у Шекспира, расписано, как должны располагаться на сцене декорации и персонажи. Ну, это так, к слову.
Не находимся ли в чужой пьесе и мы?.. Особенно если не помним всего своего прошлого… и не в силах изменить будущее.

Изумительно абсурдная вещь! И как тонко подмечены некоторые вещи! Меня всегда восхищало мастерство писать о серьезном с юмором. Это гораздо сложнее, чем писать о серьезном серьезно.

Обратная сторона известного всем нам "Гамлета". Тут принц датский и остальная королевская чета отходят на второй план, уступая первый университетским приятелям Гамлета - Розенкранцу и Гильденстерну. Кажется, что диалоги этих двух совсем ни о чем, хотя по сути они - о самом главном. Эти два парня настоящие философы! Рассуждают о жизни, смерти, справедливости и другом так, будто бы знают об этом поболе прочих. Но не надо воспринимать их буквально, так все удовольствие от чтения будет потеряно. Тут все гораздо тоньше. Нужно просто наслаждаться игрой слов и помнить, что за этой игрой скрывается некий смысл.
Стоппард, однозначно, покорил мое сердце. Это один из тех случаев, когда прочитав одно произведение автора сразу же принимаешься за следующее. И еще захотелось самого "Гамлета" освежить в памяти.

Цитата позаимствована у Стоппарда, она наиболее полно описывает мои ощущения от пьесы. Помню, мама положила мне её на стол, постучала пальцем и ушла. «Розенкранц и Гильденстерн? - припомнила я. - Это же беспутные студенты, однокашники Гамлета! А с ними-то что? Судя по всему, померли. Тоже! И не стала читать. Ещё бы, думаю, про могильщика-юмориста отдельную пьесу написали.
Оказалось, не «тоже»! Умерли эти двое в результате весьма поганой интриги, бросающей зловещую тень на светлый трагический образ принца датского. А я, грешна, этот нюанс всякий раз пропускала, как восьмиклассница, которая в «Войне и мире» читает исключительно «мир».
Как мы (и я теперь тоже) знаем от Шекспира, Клавдий послал с парочкой и принцем письмо английскому королю. С тайным приказом, чтобы тот немедленно казнил племянника. Гамлет изменил приказ, и полетели головы бывших товарищей. С одной стороны, хамство с их стороны, знали ведь, что везут. С другой: а что делать им было? Принц — псих, предупреждать бесполезно, ещё покусает, как бухгалтера Берлагу! А вернее, сдаст санитарам, то есть, королю. Может, казнь для него — гуманное решение, вроде эвтаназии. А у Гамлета, наоборот, выбор был.
Или не стоит подходить к древней истории с современными моральными мерками.
Автор и не подходит. Его Розенкранц и Гильденстерн производят впечатлением мёртвых с самого начала, судя по сумеречному состоянию их сознаний. Хоть хоррор снимай. Откуда они явились, куда направляются — приходится им то и дело напоминать, даже свои имена они периодически путают. Собственно, комический элемент пьесы лично для меня этим исчерпан.
Всё остальное показалось мучением то ли безумцев, то ли над заблудившихся в чужом приключении покойников. Что, собственно, для театра абсурда — абсолютно нормально.
Даже понравилось! И вот, почему.
Приятели не знают, что с собой делать. И с нами, на сцену попадающими редко, такой тоже случается. Знакомое, неприятное ощущение потерянности: «Чувствую себя точно зритель – скверное дело. Это выносимо, только ежели свято веришь, что сию минуту явится кто-нибудь, кто тебя заинтересует». Такие эпизоды создают доверие между читателем и автором. Дальнейшие утверждения (про кровь и риторику, про «Правдиво только то, что принимается за правдивое. Такова плата за существование. Человек основывается на предположениях») понимаешь и принимаешь без особого внутреннего протеста.
Лучшим моментом считаю финальную кульминацию, откровение о сути смерти.
«Это не кровь и не вопли и падение тел – смерть состоит не в этом. Просто дело в том, что человек больше не появляется, и все, – сейчас вы его видите, сейчас – нет, и правда только в том, что в эту минуту он здесь, а в следующую уже нет, и он больше не вернется – просто уход, скромный и необъявляемый, – отсутствие, становящееся весомым по мере того, как оно длится и длится, – пока, наконец, совсем не придавит».

Дочитала и некоторое время сидела в недоумении. Надо сказать: опыт театра абсурда есть, трагедией с ног не собьёшь. «Плохой конец прискорбен, хороший – безрадостен. В этом смысл трагедии». Но ощущение не до конца понятого замысла осталось. Обязательно посмотрю постановку или экранизацию, может, полегчает.

Вообще мне пьеса понравилась, правда. Остроумно, местами очень, трагедия теперь повторяется как фарс.
Другое дело, что все сущностные вопросы классиками уже подняты, все сложные коллизии этого мира описаны, все великие персонажи созданы. У классиков героями были такие, как Гамлет, ищущий основу бытия, не жалеющий ради этого ни свою, ни чужую жизнь, не боящийся ни жизни, ни смерти. В нынешнюю эпоху создать героя, хотя бы в чём-то подобного Гамлету, невозможно. В эпоху постмодернизма героями произведений становятся Розенкранц и Гильденстерн, маленькие человечки, на судьбу которых 400 лет назад никто и внимания не обратил.

На протяжении веков в классической литературе судьбы персонажей, подобных титанам, прослежены, про ураганы, бушевавшие у них в груди и сносившие крыши у всего мироздания, всё написано. В эпоху постмодерна подбираем осколки и рассматриваем их под микроскопом.

Так что же эти осколки? Розенкранц и Гильденстерн? Может, они не менее интересны, чем воспетые великие герои, ведь все люди равны, чем они хуже Гамлета, может, им тогда просто не повезло. А если им дать шанс, поместить в центр мироздания, пардон, пьесы, может, они в величии сравняются с Гамлетом. И судьба их трагична, чем же их трагизм не равен гамлетовскому? За что они погибли, ведь они не сделали ничего плохого, они несчастные щепки, которые полетели, когда рубили лес?

Не получилось. Конечно, их жаль и всё такое, но сколько-нибудь значимых героев из них не получилось, куда их не помещай, хоть в какой центр пьесы или центр событий, хоть в центр Вселенной, открытий для читателя они не преподнесут, не те личности. Ну что ж, колесо Фортуны, тьфу, то есть сансары, вертится, времена сменятся ещё раз, может, Розенкранц и Гильденстерн дорастут. И вопросы научатся ставить не менее сложные, чем «быть или не быть», а пока что они не научились задавать даже наводящие вопросы, чтобы исполнить поручение короля.

И судьба не оставляет им выбора, их путь предопределён, с момента, когда за ними прискакал королевский посланник, брошенная монета всё время падает одной стороной, и ни одного шанса на изменение судьбы.

«Они считают нас мебелью? Я этого не потерплю!».
Розенкранц и Гильденстерн так и не узнали, что же такое с ними произошло: «Не иметь никакой информации – и такой конец – и даже сейчас не получить объяснения...»

А объяснение простое, вспомним Шекспира – «Что он Гекубе? Что она ему? Что плачет он о ней?». Иными словами, а что им Гамлет, и зачем он им, они везут приказ…

Пьеса прочитана в преддверии просмотра спектакля театра Великобритании «Олд Вик».

P.S. Спектакль понравился. Гораздо больше, чем фильм с Олдменом и Тимом Ротом. Постановка каноническая, костюмы, декорации, мизансцены, всё идеально, как указано в пьесе. Розенкранц, Гильденстерн и Актёр просто великолепны. Диалоги Розенкранца и Гильденстерна проговариваются блестящей скороговоркой, их перебранки просто блеск, получается очень динамично.