Пейзаж, нарисованный чаем

Многие рецензии на эту книгу - о разочаровании в ней. Может, дело в названии? Чай, пейзажи и рисование ассоциируются с ламповостью и милотой. Люди ждут уютную сказку, а получают..."нечто совершенно иное".

Дальше...

Однозначно, произведение сложное. Много отсылок к классической литературе, к истории. Насыщенный метафорами язык. Необычная форма - роман-кроссворд. Много персонажей и деталей, которые надо держать в уме. Читается не легко и не быстро - мне понадобилось около двух месяцев.

Первая часть состоит из двух параллельных повествований: о жизненном укладе монахов на Святой горе и о путешествии на эту самую гору Афанасия Свилара, главного героя книги. Афанасий ищет следы отца, пропавшего без вести в войну.

Вторая часть предполагает выбор способа чтения: по горизонтали или по вертикали. Я выбрала вертикаль и, в общем, мне подошло. Я нетерпеливая и мне понравилось наблюдать за сюжетными линиями по отдельности. Если читать как я, то сначала видишь конец, а потом уже события, предшествующие и поясняющие.

Что мне нравится?

Во-первых, картина мира Павича, его идеи о взаимоотношениях поколений, о смысле жизни, о призвании, о судьбе - читать роман, значит, иметь возможность забраться в голову другого и поглядеть, как там все устроено.

Во-вторых, в романе показано, как выглядит кризис среднего возраста на примере конкретной жизни, и эта история очень цельная - все причинно-следственные связи на месте. Это интересно.

В-третьих, я в восторге от того, как Павич легко и естественно выписывает телесность и чисто физическое наслаждение жизнью. Хотя многих смущает именно эта сторона произведений Павича, лично я получаю от нее удовольствие и ощущение легкости и непринужденности.

Что мне не нравится, (но одновременно и нравится, потому что испытание) так это то, что с первого раза не все сошлось, и вообще, этот роман требует труда. Особенно, во второй части. Повторюсь, я нетерпеливая. Конечно, это проблема моя, а не произведения, я знала, на что шла и была готова к трудностям. Но все равно досадно.

Конец заставил меня смеяться и испытывать дружеское обожание к Павичу. Никогда еще мое взаимодействие с книгой не было таким плотным, как в этом случае.

"камни передвигались каждый сам по себе, поэтому молчание одних не было слышно в тишине других", но все же "человек, чье сердце полно молчания, совсем не таков, как тот, чье сердце исполнено тишины". И кому-то в одиночку "возделывать молчание, углубляя почву", а другим, тем что свою тишину выдают за молчание, паразитировать на истине, которую трудом души своей, добывают молчаливые сердца.
Иногда нужно прожить целую жизнь, чтобы распознать кто есть кто.

Прав ведь Павич?

Книга, занимающая ум и душу. Глубоко, тонко, изящно.

Как и многие, опасалась читать Павича, но это название и идея все-таки чем-то меня очень привлекли, и я решилась.
В целом, не могу сказать, что мне не понравилось, особенно часть "в кроссворде" (которую все-таки надо было сразу читать по вертикали, эх, сглупила я :С). Книга оставляет очень сильное впечатление, потом еще очень долго обдумываешь, вспоминаешь, размышляешь о ней.... Единственное, что несколько повергло меня в смятение - никто ни в одной из рецензий никогда не упоминал о каких-то суперфизиологичных описаниях Павича. Я не знаю, возможно, это только в этой книге, но обороты вроде "он нацедил стакан пота со своей бороды" или описание мужчины, чей пот был настолько едким, что разъедал края одежды, а зубы черными и гнилыми настолько, что при ходьбе он непрерывно тихонько скулил от боли, меня несколько смущали. И это было далеко не один раз, подобных оборотов и описаний было очень, очень много. Хотя, справедливости ради, в части-кроссворде их было намного меньше, она и понравилась мне сильнее.
Вообще при чтении книги действительно создается впечатление, что ты складываешь какую-то головоломку, и каждый кусочек постепенно встает на свое место. В принципе, мне понравилось, но, наверное, чтобы сложилось достоверное впечатление, нужно будет ознакомиться у него с чем-нибудь еще.

Я люблю Павича. Встреча с этим писателем не была случайностью и знакомство с его произведениями - это встреча друзей. Павич очень мне близок и его витиеватые и совершенно безумные произведения очень мне близки.

Мысли, которые автор доносит до читателей очень мудры, а его книги нужно уметь читать. При этом Павич не зазнайка, поэтому почти в каждой книге он рассказывает, как следует ее прочитать.
На мой взгляд, "Пейзаж, нарисованный чаем" одно из самых цельных и полноценных произведений автора. Его непросто читать, но к стилю автора нужно привыкнуть, он очень специфический и подходит далеко не всем. Книги автора - увлекательный квест, который нужно проходить внимательно, возвращаясь к прошлым локациям, обдумывая то, что читается между строк.

Павич - автор для гурманов, поэтому однажды попробовав, начинаешь тяготеть именно к нему. Мне попадались книги похожей конструкции, но мне они всегда казались несколько бредовыми, слишком панковскими. У Павича же все очень органично, очень правильно и его произведения хочется читать и перечитывать.

Скааазки, сказки, я погружаюсь в них с головой, меня колышет певучая волна, меня убаюкивают сны, эхом отдающиеся в голове, эхом взметающиеся ввысь, и я опять проваливаюсь в них, оплетаемая, будто небылью, текущей и колышашейся передо мной. Но вдруг выныриваю, меня словно выбрасывает, что это - ямб, хорей или амфибрахий, не могу понять. Я оглядываюсь испуганно, но опять меня засасывает медленно и неотвратимо под звук тягучей мелодии в царство текучей воды, под шум ветра. И ветер мне нашептывает, убаюкивая меня, и я покорно склоняюсь, не в силах оттолкнуть могучую и неспешную мелодию. И так раз за разом, с каждой сильной волной меня отдает обратно, но не успею я встряхнуться, как опять уплываю в немыслимые дали, отдаваясь волне, звукам, шепоту и плеску, сказочной мелодии, что нарочно ворожит мне волшебные картины.

И я могу петь об этом, как Милорад Павич, бесконечно и не будет у моей песни ни начала, ни конца.

И, погрузившись во все это, между началом и концом, вы верите, что все обернется тем, чем кажется? как проникает и обволакивает морская вода все, что попадает ей в объятья, так и действительность окажется такой, что нам видится в радужных снах. И пусть у снов будут свои законы, и вы тотчас ощутите, как время словно поворачивает вспять, и волей-неволей вы тоже вынуждены пятиться, пятиться до тех пор пока левая пятка не столкнулась с правой, а реальность - с мечтами. По крайней мере, вы в это верите.

А уж как будет удобрено поле это притчами-байками-поговорками, как слетится сонм небывальщины - крестословится и крестосложится - и почувствуется, что этого-то и не доставало.

А как закружит-завьюжит, да бросать начнет от Афанасия Свилара к Афанасию Разину, от Белграда к России, да прибавит еще барышню Витачу Милут, и пойдет скакать-наскокивать по всей её женской родословной от жены Бальзака и всяких графьев Ржевуских вкупе с первой Амалией Ризнич до странной истории, приключившейся с последней Амалией Ризнич, её сыном и мужем, впоследствии графом Цеппелином.

И череда событий, что задевали своим крылом всех барышень в роду... Я чувствую крепкий аромат магического реализма, его уже не надо снимать с моих зубов, он уже пропитал насквозь и меня, и этот дом, и всю округу, и на моих глазах линия горизонта сжимается в точку, а время переходит из одного состояние в другое, я пытаюсь ухватиться за что-то, что было бы реальнее этих всполохов, но что же может быть реальнее такого магического реализма?

Даже не знаю, что написать про роман-кроссворд Милорада Павича. Пожалуй "Пейзаж, нарисованный чаем" мне понравился больше всех ранее прочитанных его романов.
Как и во всех произведениях Павича повествование полно мистическими тайнами. Под одной обложкой притаились два романа - один, где главный герой или действующее лицо город Белград, а другой - история любви. Открываешь книгу и тебя захватывает красочный калейдоскоп, где в зависимости от угла зрения явь может оказаться вымыслом, а реальность сном или наоборот. И эти причудливые переплетения завораживают и будят мечты, и воспоминания. А перевернув последнюю страницу хочется вернуться к первой и начать чтение сначала.

Как же долго я собиралась с мыслями, чтобы написать рецензию. Сумбур в моей голове привел к тому, что я затянула с рецензией аж на полгода. Да и то сказать – не хочется идти в Новый Год с долгами по Долгострою.) Вот и подобралась я к «Пейзажу».
О Павиче я не могу распространяться долго. Я словно цепенею, вспоминая сюжет книги, её героев и сам процесс долгого, иногда утомительного чтения. Сюжет, персонажи, слог автора и старания переводчиков – я не могу сказать, что именно создало у меня ТАКОЕ впечатление от книги.
ТАКОЕ – значит густое, тяжелое чувство «переваривания» комбинации из глав, которых можно читать и как отдельные истории, и как отдельные главы. Добавить сюда мешанину из времени, которое в святых местах словно замирает, памяти предков и череды перерождений – и я начинаю теряться.
Само повествование – полу-притча. Вот и получается – читала я отдельные небольшие главки, а потом переваривала их по нескольку дней, а то и недель. Повторюсь – все потому, что книга стала для меня «густой». Ни одного лишнего слова, фразы или мысли, которые позволили бы мне на секунду отвлечься и просто скользит глазами по строкам.) Метафоричность и притчевость «Пейзажа» зашкаливает. Там, где мне привычно видеть двойное дно, я столкнулась с бездонной пропастью.
Я отлично помню, о чем книга. Но если попросить меня пересказать сюжет или рассказать о героях – я пас. Как можно пересказать бесконечность, время? Как рассказать о смене поколений, встречах случайных и неслучайных? В таком случае, мне стОит пересказывать жизнь. А это занятие крайне утомительное. ;)
Свилар, его семье, окружение, наследие, цепь совпадений в его жизни, любовь и ненависть - слишком концентрированны для меня. Однако поставить книгу плохую оценку я не решилась. Ведь за время чтения было столько всего думано-передумано, что диву даешься.)

Некоторые книги, как люди: они входят в твою жизнь в тот момент, когда ты в них больше всего нуждаешься, даже если ты сам об этом не знаешь. "Пейзаж" Павича - сироп от кашля, который пьешь во время чумы, не надеясь, что он поможет. Принимая по дозе в день, неделей за неделей, вдруг понимаешь, что душа твоя выздоравливает, на жженой почве появляются первые ростки. По истине чудотворная книга.

Говоря о "кроссвордности" сего произведения, его вполне возможно читать и вкривь и вкось, ибо по моему личному мнению тут более важны отдельные абзацы, чем линия сюжета ( которой по сути не существует. это книга - память. обрывки воспоминаний. клочки ощущение. образы, чувства. если бы эта книга была картиной, она была бы размером метров 15 на 15 и нарисована мазками Моне) .

Однако, я предпочла читать ее стандартно, от начала до конца. Книга росла во мне, и я росла вместе с книгой.

Книга очень теплая. Витьеватые метафоры и аллегории, кажется, что автор заглядывает в глубь человечества. Не отдельных душ, а внутрь всего людского. Как уже указала в своей рецензии Apsny , проза и правда напоминает Маркеса. Однако, в ней намного меньше одиночества и больше любви. Любви к жизни.

Книга несомненно стоит прочтения. Быстро заглотать и выкакать вам ее не получится.
Всему свое время. Читайте медленно. Как сироп от кашля, не надеясь, что поможет, больше так для удовольствия. И ждите дождя у себя в сердце, после которого вырастут цветы.

Цей роман справді доводить справжній талант письменника. Роман-кросворд, котрий можна читати і по вертикалі, і по горизонталі, відштовхуючись від назв розділів. Але читаючи текст за допомогою електронної читалки це було дуже незручно зреалізувати. Тому й читала по горизонталі, тобто все по порядку. Врешті я почала заплутуватись у родовідному дереві, котре з кожним новим розділом розросталось по ширині і глибині. А якраз читання по горизонталі спростило б це накопичення, одразу розкладаючи по полицях всіх героїв.

Цікаво, що декілька пасажів емігрували з попередньої книжки: наприклад, думка про читання двічі: коли читач молодший від героя, і пізніше – коли читач старший і досвідченіший тощо.

Іноді потрібно уважніше вчитуватися в цілі метафоричні розділи, на що мене не вистачало. Загалом, до кінця читання я трохи виснажилася.