Пейзаж, нарисованный чаем

А самое интересное - о чём молчит автор, скрываясь за сотнями тысяч написанных и расставленных в правильном (или неправильном) порядке слов? Автора, в чьих жилах пульсирует кровь двух рек, чьё сердце - остров в месте слияния двух рек, чей язык раз за разом повторяет имя древней любимой столицы, стоящей на слиянии двух рек.

О чём же молчит Милорад Павич, рассказывая нам историю белградского архитектора так, как рассказал бы её Маркес или Борхес? Уж не о великой ли любви? Не о мудрости ли? Не о потерях, возместить которые невозможно? Не о неизбывном ли горе? Может, о радости понимания или счастье принятия? А возможно, это действительно кроссворд, которым автор хотел сказать именно то, что написано в ответе к кроссворду? Или всё-таки нет? И всё-таки все ответы в монастыре на Новом Афоне? А может там все вопросы?

Мне Павич не дал ответов. И не задал вопросов. Он рассказал мне долгую историю, забываясь, переходил к старым притчам, и тогда голос его становился глух и низок, и эхо билось о стены пещеры... Мнэээ... Пардоньте, пещеры не было, это всё морок, который наводит маг и волшебник Милорад Павич. За которым я следую, как крыса за дудочником. А когда развеялся дым:

На самом же деле история закончилась совсем по-другому))

Если вспомнить замечание, согласно которому каждый человек носит в себе хотя бы один роман (или сборник рассказов), то Павич – это целая Вселенная, со своими галактиками, орбитами, богами и дьяволами. Словно античный сказитель, под стать Гомеру, он повествует нам о странствиях духа по лабиринтам астральных миров. Он раскрывает необычайное в повседневном с той редкой достоверностью, что отличает искушенного сновидца. Всё, чего касается его самобытное воображение, начинает жить своей особой жизнью.
«Пейзаж, нарисованный чаем» – это третий роман Павича, опубликованный, когда писатель разменял шестой десяток. Всю жизнь он занимался литературой: писал стихи, рассказы и повести, научно-популярные исследования, делал переводы иностранной прозы и поэзии (в том числе, Пушкина и Байрона) и читал лекции, но слава обходила его стороной; и только после публикации первого большого романа, «Хазарского словаря», Павич стал знаменитым. Как верно заметила критика, «Хазарский словарь» – это первая книга XXI века, которая сочится древней мудростью.
Но, несмотря на мое восхищение этой книгой, мне особенно греет душу следующий роман Павича – «Пейзаж, нарисованный чаем». Он состоит из двух частей (первая и меньшая из которых – «Маленький ночной роман» – была опубликована еще до «Хазарского словаря», как отдельное произведение), и имеет подзаголовок ко второй части – «роман для любителей кроссвордов». Это вовсе не значит, что роман будет не интересен прочим читателям, просто Павич предлагает читателю своеобразную игру: роман можно читать как обычным, линейным способом, так и в порядке, указанном во вступительном примечании ко второй части, что позволит выявить новые смысловые аспекты.
Это в значительной степени автобиографический роман, рассказывающий историю архитектора Афанасия Свилара, который всю жизнь проектировал здания, исходя из своей особенной философии, но не получал признания (об этом повествуется в первой части романа), да и отношения с женой и сыном оставляли желать лучшего, в связи с чем он отправился в паломничество по греческим монастырям на святой горе Афон, стремясь что-нибудь разузнать о своем отце, пропавшем где-то в тех краях после Второй мировой войны, и в итоге получил своеобразное откровение, укрепившее его в стоицизме перед жизненными невзгодами. Во второй же части герой отказывается от фамилии своего отчима – Свилар – и берет фамилию пропавшего отца – Разин (в сербском языке эта фамилия пишется почти как Павич), оставляет жену и сына, очевидно не нуждающихся в нем, идет в дом к женщине, которую любил в юности, и с порога («слизав со щек её слезы») увозит от нелюбимого мужа и дочерей, после чего переезжает с ней в Америку и основывает там фармацевтическую компанию, которая вскоре делает его баснословно богатым, а затем возвращается в Сербию, чтобы организовать одно, в высшей степени, странное дело...
Таков, вкратце, сюжет этого романа, приправленного особым павичевским юмором, хлестким и сермяжным, и дополненного вставными историями-фресками. В творчестве Павича гармонично сочетаются мифология и авангард, повседневность и фантастичность. Он любит играть словами, придавать им особый смысл; он ткет полотно повествования с величайшим тщанием, чтобы читатель смог на вкус ощутить плоть его произведений. Его творчество – это дверь из общепринятой повседневности в мир общезначимой мифологии. Там каждая вещь имеет особое значение, любое событие гармонично входит в общий мифоцикл, а безмолвные тени обретают голос и становятся самоценными участниками действия.

Могу назвать эту книгу самым тяжким текстом из всего, что мне доводилось читать. Даже научная литература по психиатрии легче далась.

А это было сплошным мучением, так еще и книгу купила с его тремя романами…за что???!!!

Я люблю бредни и всякое прочее, чтобы мозг запутало и ничего понятно не было..
Но не настолько ничего не понятно.. желание продолжать знакомство с Павичем отпало полностью. Я думала, у него будут витьеватости со смыслом, а у него витьеватости, которые представляют из себя набор несвязных слов.

Что мне удалось понять из этой книженции.

Во-первых, главный герой, которого в жизни не вспомнишь как зовут, был архитектором.

Сидя дома рисовал он свои чертежи и надеялся, что однажды на него снизойдет благодать и сильные мира сего, его заметят, и проекты его в жизни воплотят.
Годы шли, проектов становилось все больше и больше, а шансов на их физическое воплощение всё меньше и меньше.

Герой главный надежды не терял, чертил и чертил. И пока он так чертил, в жизни его возникла некая женщина, которая понесла за собой новорожденное дитя.

Всё бы ничего, но Главный и его супруга сдружились с еще одной парой. И Главный весь интерес потерял к своей супруге и заинтересовался другой. Другая, им тоже заинтересовалось. И настолько они заинтересовали друг друга, что главному герою стало казаться, что его сын вовсе не от жены его, а от этой женщины.

Ну и ладно. Но, ребенок, который оказался сыном, чувствовал эту странность со стороны отца. На что сын и отвечал отцу презрением.

Как-то раз Главный герой решил разузнать, чей же это сперматозоид его породил. И пустился он на поиске своего отца, хотел прихватить с собой и сына, но тот ответил примерно так: « Ты такое чмо, что я с тобой никуда не поеду». И остался дома. А Главный отправился в путь.

Разузнал он достаточно много, что его отец был человеком серьезным, бесстрашным, побывавшим в разных военных сражениях, на которых и пал. Главный, так и решил следовать по этому военному пути. И посетить те же места, где был его отец и еще больше разузнать о нем.

На этот всё.. дальше такая муть, что никакого краткого содержание из нее не вычленишь.

Помните Сербский фильм? То был рассказ о боли и жестокости, который сербский народ повидал во время войны с Хорватией и прочими оккупантами. Глаза болели от дичи, которая там происходила, мозг разжижался и прочее..

А здесь, словесный Сербский фильм, только не рассказывающий нам ничего такого, а просто насилующий мозг.

Это было одно из самых отвратительных и безнадежный чтений для меня. Не хотелось писать рецензий, вспоминать об этой книге.
Но, книжные игры обязали что-то об этом сказать..

Страдаю до сих пор.

Читайте и Наслаждайтесь!

#антипавич

Не умею писать рецензии на книги, которые произвели на меня столь сильное впечатление, но все-таки попробую.
Этот роман, или кроссворд, или Памятный Альбом посвящен жизни сербского архитектора Атанаса Свилар. Но несмотря на это, в нем переплетается множество людских судеб, так или иначе связанных с главным героем. Главная идея, которую я вынесла из книги заключается в том, что все люди в конечном итоге делятся на идиоритмиков (одиночек) и кенобитов (общинников), из этого распределения и возникают все человеческие везения и неудачи:

Книга не могла мне не понравиться хотя бы по той причине, что жанр магического реализма с недавних пор один из моих самых любимых. Рекомендовала бы книгу к прочтению как тем, кто также любит этот жанр, так и тем, кто желал бы с ним ознакомиться.

Все познается в сравнении...
Когда я читала Волхва , то казалось этой книге не будет конца. Она тянулась как смола, заставляя мозг закипать в попытках постигнуть ее глубокий смысл и философию. Когда же была перевернута последняя страница и мозг поблагодарил за окончившиеся мучения, книге было присвоено звание: "Самая ужасная книга"...
Так было до тех пор пока мне в руки не попался Облачный атлас с его историей козопаса, но негодование по этому поводу присутствуют в одноименной рецензии.. Таким образом приз за самую ужасную книгу сменил своего хозяина...
Но вот мне в руки попалось творение Павича...
По началу у меня даже не находилось слов для описания своих ощущений, только состояние шока и отвращения.
Читая эту книгу ты окунаешься в бесконечное море бреда, псевдо-мистико-философии и какой-то извращенной порнографии... И на фоне этого даже необходимость скакать всю вторую половину книги со страницы на страницу не так уж сильно раздражает.
Многие сравнивают эту книгу со Сто лет одиночества Маркеса...
Да, возможно произведение Маркеса тоже можно причислить к разряду странных, но (и тут возможно многие со мной не согласятся) там где у Маркеса мистика и странности тут я вижу жалкие попытки достичь того же эффекта путем мешанины из пошлостей, сексуальных и психических отклонений...
Как часто в последнее время писатели стремятся придать своим книгам налет философии и мистики. И как редко у них это получается... В данном случае это обернулось нелепым нагромождением аллегорий и аналогий одной на другую, в бессмысленным попытках прыгнуть выше головы.
Т.к. книга читалась в рамках флешмоба, то возможности с отвращением закинуть ее в дальний угол у меня не было (ну теоретически конечно была, но я все же стараюсь не бросать книги не дочитанными, хотя бы из принципа), то пришлось ее домучить. Хотя, чем ближе к концутем сложнее это давалось.
Говорят, чтобы проникнуться любовью к автору, нужно начать знакомство с его творчеством с удачной книги. Может быть Павич и не плохой писатель, но после этого произведения я вряд ли когда-либо притронусь к его творчеству...

Я никогда не слежу за сюжетом в книгах Павича. И вам не советую.
Его мир призрачен, его сны и реальность зыбки, и грани их размыты. Его книги - ощущения. Вкус, цвет, запах, мысль, время. Притчи, где абсурд и мудрость сменяют друг друга. Не писатель, художник, дающий вам право решать, что вы видите в его картинах.
Эта книга - не исключение. Да, в ней есть сюжет. Не сложный, логичный. Но то, как мы двигаемся по этому сюжету, скорее похоже на заплыв в море перемешанных красок, с прозрачной повязкой на глазах.
Если вам интересен такой стиль - дерзайте. Если нет - не советую и начинать. Ничего, кроме раздражения, вы не почувствуете.