Мир Звонка

Очень долго мучила первую половину книги. Пыталась хоть немного проникнуться чувством страха, но не получалось. И постоянно сравнивала с фильмами, и не всегда в пользу книги. Все страхи, через которые проходит Асакава мне казались несколько гипертрофированными, хотя его профессия предполагает как раз иное. Все, попавшие под проклятье вместе с ним, не проявляют такой паники.
И завершение книги тоже очень странное. Как рояль из куста появляется понимание того, в чем состоит проклятие (на последних минутах, по всем канонам).

Я хочу сказать, что это круто, но не могу выдавить из себя эти слова так, чтобы звучало искренне.
Потому что здесь смешалось две темы, которые я искренне считаю несочетаемыми.
Это мистика первых двух частей и некая такая фантастика будущего третьей книги. Четвертую я за книгу не считаю. Это лишь попытка автора сделать конец сей длинной истории таким витиеватым способом.
Что могу сказать? Первые две книги прочитались легко и непринужденно, увлекательный детектив, который я не рисковала читать на ночь. Страх неотвратимой смерти под которым распутывался клубок жизни Садако, меня впечатлил. Единственное - зачем вводить идею гермафродита? Не к месту она, поэтому меня так передернуло, когда это выяснилось. Знаете, когда читаешь книгу про животный мир и вдруг приходит человек. Сидишь и думаешь: Зачем?
Третья книга ушла в другую степь, - компьютерной "симуляции" жизни, ДНК\РНК и фантастики. Сквозь слова читалось, что автор затратил огромное количество времени, чтобы это выглядело реально возможным, чтобы ты начинал бояться, что где-то в странном месте уже была "Петля" и кто-то знает, что грядет Но при всем при этом, события отдавали фальшью - привкусом надуманности и оттого читалось через силу.
Четвертую книгу можно назвать "Автор выдохся", - он вложил много труда и фантазии в первые три, часы и годы работы, и это надо было привести к логическому окончанию, но не быстро, поэтому он подкинул нам два случая из Петли и закончил реальным миром, который продолжал смотреть на Петлю.
Я по-детски расстроена, как будто на Новый год обещали велосипед, а подарили веник.

Никогда в жизни не читала я этих ваших ужасов. Даже Кинга. Мне стыдно, но мне страшно. Однако возникла необходимость. В некотором роде производственная. Решено было сделать так - я начинаю читать Звонок, через пять минут покрываюсь липким потом, удаляю книгу к чертовой бабушке, всю оставшуюся жизнь сплю со светом в объятиях психотерапевта. Уговорив себя таким образом и помолясь, приступила к прочтению.

Итак, книга первая. Именно здесь и постигнет разочарование всякого, кто видел фильм, и ужас как боится мокроволосое чудище, вылезающее из телевизора. Страшная сцена (и то весьма условно страшная) - это смерть девочки в самом начале, племянницы Асакавы. Мы еще продолжаем верить, что люди, посмотревшие кассету, умирают именно от страха, вот и глаза у них растопырены, и волосы вздыблены. Недолго. Потом выясняется, что нет, просто закупорка артерии, никаких предсмертных кошмарных тёток. Всё, больше ничего страшного. даже залезание в заброшенный колодец за разложившимся трупом весьма обыденно описано. Что еще? Вирус оспы. Причина всей этой жути - вирус оспы. Конечно, стремление этого вируса жить весьма мистично по своей сути, но на жуткий японский хоррор не тянет. Девочка-гермафродит, изнасилование, заражение оспой, колодец, сверхъестественные способности, вирус отпечатывается на плёнке, вирус жаждет размножаться и убивать. Читать не вполне интересно, хотя, спасибо, хотя бы не скучно.

Книга вторая. Купила с перепугу в бумаге, если кому надо, могу отдать. Вирус мутирует, начинает оплодотворять женщин, вот прелесть-то. Есть целая одна страшная сцена, когда герой приходит в квартиру Маи, крошечную японскую квартирку, и понимает, что там есть существо, маленькое, неуловимое, явно разумное и довольно опасное. Вот когда оно задевает героя в ванной за ногу - страшно. Опять же относительно. Очень много разной генноинженерной терминологии. Персонаж первой книги передает приветы с того света, используя разные шифры и коды с целью демонстрации ума и сообразительности. Ах да, вирус теперь распространяется еще и через СМИ. В конце книги оживает утонувший два года назад мальчик. Мы радуемся за обезумевшего сначала от горя, а затем от счастья папашу, и начинаем понимать, что все-таки Что-то Здесь Не Так.

Книга третья. Мальчик (другой, новый мальчик), за которым следят. Особенный, избранный, все дела. А потом начинается рак рак рак у его отца рак по всей земле рак рак рак вирус мутировал и превратился в рак у сына хорошей женщины рак все умирают и страдают потому что рак рак женщина сама тоже скоро заболеет потому что рак передается через лимфу ах черт побери рак уже передается воздушно-капельно капец всюду рак. Короче, если эта болезнь для вас триггер, то не читайте "Петлю", тут это слово раз по 7 в среднем на странице. Рак, рак. Рак. в конце главный герой замысловато умирает и попадает в альтернативную вселенную, долго объяснять. Короче, он там всё порешал и рак понемногу нивелировался. Зомби-гермафродиты, которые сами себя оплодотворяли, тоже понемногу начинают исчезать. Жизнь налаживается.

Книга четвертая. Чайлдфришная (чайлдфрийная?) После этой книги вы убедитесь, что ничего более безобразного, пугающего и отталкивающего, чем рождение чего-то плюс-минус человеческого, быть не может. Наверняка здесь отрабатывается какой-то мутноватый японский эпос, но нам приходится смотреть на это с точки зрения европейца. Человеческие существа - они какие-то отвратительные. То у них куча половых органов, то они оплодотворяются посредством вируса, то деснами пуповину перегрызают. Фу на них. Задумка интересная - описать все рождения предыдущих книг отдельно, постфактум. Интересная, и экономически оправданная притом.

Если вы думаете, что Звонок закончен, то фиг вам. Википедия говорит, что автор продолжает писать

- только поганцы-переводчики не хотят переводить. Я бы почитала. Любопытно, сколько еще можно выдавить всякой хрени из истории про девочку в колодце.

Осенний дождь во мгле.
Пишет страшилки Судзуки-сан
С девочкой из колодца.

Первая (но вторая по счёту) книга этой мрачной тетралогии (до этого месяца я полагала, что более мрачной тетралогии, чем "Кольцо Нибелунга", мне встретить не доведётся, но я ошибалась) попала мне в руки десять лет назад совершенно случайно. Моей школьной подруге Shis кто-то подарил эту прости-господи-книгу (речь о "Спирали") на день рождения, и она пару недель бродила по классу от человека к человеку, пока не попала в руки физичке. Несмотря на это, насколько мне известно, все, у кого она побывала в руках, живут и здравствуют по сей день.
Уже тогда эта гремучая смесь нуарного детектива, ужастика и нуачо?! (в смысле, научной) фантастики в кривом переводе не вызывала у меня никаких эмоций, кроме тоски и сожалений о бездарно потраченном времени, а сейчас, на пороге зрелости (ха-ха) я лишний раз в этом убедилась. В очередной раз вспомнила фразу, которую упорно приписывают Льву Толстому в отношении Леонида Андреева: "Он пугает, а мне не страшно". Думаю, наиболее правильным будет написать немного о каждой книге в отдельности, потому что, несмотря на общую невыразительность и пустоту, каждая из них обладает некоторыми художественными (или типа того) особенностями.
Итак, первый звонок. В театре самое время закончить "дела гардеробные" и проследовать в буфет. У Судзуки первый "Звонок" - эта проба пера, пристрелка. Пресный и невыразительный стиль изложения, который контрольным в голову прикончил переводчик (читать его нужно тем самым "голосом с прищепкой на носу, настолько он кривой), знакомый каждому, кто рос в 90-е сюжет, сомнительного качества нуар, ГГ - журналист, который медленно и до зубовного скрежета скучно докапывается до истины... и всё. Мистика для подростков с парой намёков на секс и первым появлением на сцене девушки-гермафродита с суперспособностями. Ни пугающей атмосферы неизбежности, ни загадок, ни неожиданных поворотов.
Звонок второй. Добросовестные театралы торопливо дожевали бутеры и запили их шампанским. Судзуки-сан, кратко пересказав содержание предыдущих серий, выводит на сцену убитого горем отца и способного паталогоанатома, который а) колоссально нравственно страдает; б) пытается разобраться в таинственной смерти бывшего однокашника; в) умудрился переспать с гермафродитом и не понять этого. Алярм-алярм, мегавирус, всё очень плохо. Повествование буксует, аки део матиз в песках Сахары. Не спасают ни длинные пояснения из области популярной генетики, ни интересные моменты японского быта. Меня начинает раздражать попытка автора написать научную фантастику (читай: не отрываться от земли), но при этом внезапно фигачить читателя дубинкой из того, "чего на свете вообще не может быть".
Третий звонок. Занимаем места согласно купленным билетам. Занавес поднят. На сцене абсолютно другие герои с другими проблемами, и это вначале обнадёживает, но... В первых двух книгах откровенно отвратительных моментов было не так много. Третья книга ломанулась с места в карьер, подсунув читателю "шикарную" сцену, в которой папаша, тряся голым членом перед лицом сына, показывает ему свою сперму. Типа, вот, сынок, из чего ты получился, поэтому не особенно-то выделывайся... В тот момент я очень жалела, что нельзя "расчитать" обратно то, что уже прочитал. В какой-то мере это было даже мерзее Гийоты, потому что там перманентно такая отвратительная канитель, а тут, как пыльным мешком из-за угла... Но в целом, кстати, книга оказалась занимательнее первых двух. Судзуки-сэнсэй успешно избавился от мистического налёта и с головой ухнул в прорубь научной фантастики. Правда, с каждой страницей она становилась всё менее научной. Тыщи суперкомпьютеров, супер-дупер рак, секс в больнице для онкологических больных, поездки по пустыне, жизнь в индейском племени с помощью очков виртуальной реальности и аннигиляция тела с помощью нейтрино. Не-еее, чувак, в смысле, сэнсэй, чё-то тебя понесло...
Четвёртый звонок. В театре такого не бывает, может, оно и к лучшему. Зачем нужен был этот, простите, послед? (да-да, я ещё никак не могу отойти от сцены, где Садако, родившаяся у Маи, перекусывает зубами пуповину, перекусывает (в смысле завтракает) плацентой и выползает наружу из вентиляционной шахты по верёвке из поясов. Чё??? Судзуки-сэнсэй, денег на что-то не хватало? Просто никак иначе я не могу объяснить появление книги, состоящей исключительно из сцен, которые подразумевались в первых трёх частях.

Вот, милок, каков итог:
Понаписывал чуток,
А чуток-то тот потянет
Книг примерно на пяток
(свят-свят-свят, не дай бог!)

В какой-то мере вторая книга куда интереснее первой. Горы псевдонаучного бреда её не портят, и как ни странно прекрасно вписываются. Не смотря на сложный временами язык и странные имена, читается так же быстро, потому что по большей части захватывает сюжет. И ни о чем другом думать не получается.
Идея книги не потеряна, как это иногда бывает, а наоборот - развивается, растет, будоражит воображение.
У меня от неё, если честно, чуть крыша не поехала. Но было круто. Насколько это возможно. Лучше, я думаю, не получилось бы.

Циклы в прозе -- очень условное образование (на самом деле их надо назвать ансамблями, но не будем углубляться в терминологию). Основная проблема прозаических циклов: они состоят из объемных произведений, которые сложно обозреть разом и "собрать" воедино, спланировать изначально, поэтому буквально рассыпаются что у автора, что у читателей.

Яркий тому пример - сборник "Мир звонка", состоящий из четырех произведений:

• "Кольцо. Звонок" - мистический триллер.
• "Спираль" - научно-фантастический триллер.
• "Петля" - философский сай-фай.
• "Рождение" - рассказы, дополняющие предыдущие части.

  Некоторым особенностям циклов произведение удовлетворяет: жанр совпадает, атмосфера первых двух книг практически одинакова (саспенс от первой страницы до последней), совпадают мотивы в финале и начале: первая книга завершается мыслью о размножении, которая становится основной во второй части, вторая часть завершается размышлением о судьбе человечества, что решается в третьей части. Вселенная поначалу расширяется (максимум достигается в "Петле"), а затем сворачивается к судьбам частных героев (в "Рождении", который также является циклом, циклом внутри цикла). А еще с каждой новой частью концентрируется, становится сильнее и поток бреда.

  Безусловно, шедевром является первая часть. Здесь еще все логично, стройно, понятно, удивительно. Я была подготовлена к ее чтению американской версией фильма, могу сказать, что оригинал превосходит экранизацию, прежде всего, атмосферой, в фильме накала страстей не хватило. Единственное открытие: изначально мотива звонка не было, он был развит уже в кино.

Такое самооспаривание, желание переписать уже существующее а также срубить побольше бабла достигает апогея в третьей части цикла "Петле". И за идею, само писательское предвидение Судзуки можно было бы дать премию (рак ведь сейчас действительно становится практически эпидемией, причем возникает рак в том числе от излучения компьютеров и гаджетов - тут он тоже "попал"), если бы данное произведение не было связано со "Звонком". Во-первых, уходит саспенс, видно, что автору уже и не хочется писать, но деньги взор застилают надо. Здесь сама собой снова возникает аналогия с "Чужими": сначала Р. Скотт снял шедевр, затем снял невнятный "Прометей", а потом решил его переписать и снял "Чужой. Завет", который связан с обеими фильмами лишь названием (ну ,и фигурой монстра). У Судзуки мы даже монстра не видим (в форме вируса, но этого мало). Что интересно, престарелый Р. Скотт спустил хорошую идею на размышления о Боге и происхождении жизни. То же самое и в четвертой книге Судзуки: кто мы? где мы? кто нас создал? Бог или не Бог? быть или не быть? и так в течение 400 страниц.
Совершенно непонятно, почему клоном Такаямы оказывается Каору, хотя внешне, по характеру и образованию это один в один его отец - Хидэюки, вот кто все повествование соотносится с Рюдзи, а совсем не малохольный и слабовольный Каору. Чтобы запутать? А смысл? Для пущей неожиданности? Но тут весь роман -- сплошная неожиданность. Почему с самого начала нельзя было более четко обосновать воскрешения, поступки Такаямы, чтобы затем переписывать историю? И ладно бы поправки относились только к одному персонажу, но переписывается условно весь мир!

Сборник в принципе и описывать нечего, собственно, аналогичный сруб денег, даже еще проще: первый рассказ - сплошные самоповторы, второй и третий тоже ни о чем. Здесь меняется точка зрения, что важно для цикла, дополняются предыдущие части, но не вносится ничего существенно нового (за исключением третьей новеллы разве что + зеркальная композиция: в первом рассказе на свет неестественным образом появляется чудовище, а в третьем рассказе вполне естественно появляется сын мессии).

Начали за здравие, кончили за упокой.

История, которая давно уже стала классикой ужасов. И, хочу вам сказать, не зря. Это очень хорошая проработанная история, которая в свое время нагоняла страх на читателей, а после и на зрителей. Сразу хочу сказать, что нам с высоты людей 21 века не страшно и даже не жутко, но зато чертовски интересно. Я воспринимаю эту книгу как отличную мистику с элементами детектива. И произведение именно в этом жанре отлично справляется, да и к тому же, такие творения как "Звонок" толкают вперед сам жанр "ужасы". И как после этого ругать данную вещь? Да никак.
"Звонок" - пример хорошего выбора на прочтение для тех, кто хочет расслабить мозг после трудного дня, и отличный выбор для тех, кто увлекается таким направлением в литературе и кинематографе как "хоррор. Если вы из таких людей, то обязательно почитайте.

Благодаря рецензиям других читателей и в общем-то указанному жанру, я знала, что страшно быть не должно. И не было. Я читала, чтобы выяснить ответы, которые появились при просмотре фильма. "Звонок" я просмотрела много раз, но так и не поняла многих вещей. Книга совсем другое дело.

Спойлеры.

1. Название книги вполне логичное.

• Во-вторых, исходя из ассоциаций что Садако - вирус, теперь ясно, почему в фильме в конце героиня сделала копию.
• В-третьих больше раскрыта тема со способностями и с тем, что Садако была недовольна своей жизнью. Думаю, что в следующих книгах будет все более понятно, но я чувствую удовлетворение уже от того, что выяснила эти детали, которые не давали мне покоя.

  Если говорить о вещах, которые мне не понравились, это конец. Вообще странно было, как на героя снизошло озарение. Сидел себе - бац, придумал. Это сродни какому-то внезапно появившемуся мудрецу, который решил выложить все секреты, лишь бы герой не мучился. Любопытно, как все сложится с расхлебыванием всей этой каши с вирусом, хотя уже по названию книг можно предположить, как все закончится.

  Относительно жути. Мне несколько раз было не по себе. В первый раз, когда оказалось, что первая жертва - племянница главного героя - родилась в один день и месяц со мной. Недобрый знак какой-то. А во-второй, когда герои пришли к выводу, что видео было заснято не на видеокамеру а перцептивно. У меня прямо мурашки побежали по коже. Сейчас-то не страшно, но тогда почему-то стало страшно.

Этот фильм вызывал у меня в детстве дикий восторг. Я его обожала! Он для меня был самый страшный и самый любимый (не зря я подросла и полюбила Стивена Кинга, конкретно подсев на его творчество).
Я даже не знала, что он снят по книги, до недавнего времени. Скачала книгу, прочитала... И разочаровалась! Молодцы создатели фильма - из этой полужуткой мряки сотворили крутейший ужастик.
Книга - это смесь триллера и детектива, двое друзей ведут расследование. Как по мне, слишком быстро, скомкано, ко многим выводам приходят не пойми как. Мне не понравилось. Думаю, даже если бы я не знала о существовании фильма, я бы не оценила эту книгу выше, чем сейчас. А еще меня поразило такое обилие японских имен и названий местностей. Оно то и не странно - автор родом из Японии, это то тоже для меня было сюрпризом.