Ярость. Долгая прогулка

Не смотря на то, что я могу назвать Стивена Кинга одним из своих любимых писателей, есть в его творчестве ряд книг, которые совсем не для меня. При этом я могу даже с интересом книгу прочесть, а потом сказать "не понравилось". Вот и "Долгая прогулка" оказалась "мимо кассы".

Во-первых, и с этим я ничего не могу поделать, эта история оказалась для меня вторичной, так как с "прогулкой" (ходьбой на выживание) я уже знакома по книге "Лекарь. Ученик Авиценны", хотя эта книга написана позже кинговской "прогулки". Сомневаюсь, что Ной Гордон "стырил" идею у Кинга, скорее всего Кинг где-то узнал о том, что подобные "игры" когда-то проводились в средневековой Персии. В любом случае Кинг меня не удивил. К тому же всплыла одна особенность произведений Кинга: его романы - это "комфортные ужасы". Ты сидишь на диване и смотришь на все происходящее в книге со стороны. Это, конечно, достоинство, а не недостаток, потому что именно такие ужастики мы и хотим читать. Но в сравнении с такими яркими, живыми и реалистичными главами из романа "Лекарь. Ученик Авиценны", где один из героев книги участвовал в соревновании по ходьбе, устроенном персидским шахом, "Долгая прогулка" получилась такой блеклой невнятной историей, что немного стыдно за "короля ужасов". Я все понимаю, жанр книг разный. В случае с "лекарем" - это приключенческо-историческая проза, "Долгая прогулка" - это антиутопия, но, блин, где этот мир - то ли будущее, то ли альтернативная реальность? То что подкидывает автор о мире за пределами дороги - это малые крохи, которые не дают полной картины, ни как люди дошли до жизни такой, ни почему. Мотивы поведения персонажей также не ясны, хотя и есть попытка разобраться в психологии, но такая жалкая, что, наверное, не стоило и пытаться. Герои практически безлики, не вызывают ни симпатии, ни участия. Если уж сюжетный план книги провисает, так может быть "король ужаса" будет делать то, что умеет лучше всего - пугать? Нет, не страшно, не жутко, вообще никак. А я словно такая же зевака вдоль дороги, которой, в общем-то, пофиг, дойдет ли герой до конца или его пристрелят как паршивую овцу.

Книга разочаровала, но меня это все-таки не удивило. Не может быть у такого плодовитого писателя все гениально (это я сейчас в первую очередь о цикле "Темная башня". Кажется на автора снизошло какое-то небесное озарение, что он создал такое потрясающее произведение, и именно за этот цикл я ставлю Кинга на первое место среди любимых писателей). И еще, я сделаю этой книге скидку на то, что она написана под псевдонимом, и Кинг старался писать чуть хуже себя самого. Он пытался создать образ писателя-неудачника для дешевых покет-изданий. Это своего рода блажь, бзик, но талант не спрячешь, и Кинга быстро раскусили, чем и похоронили Ричарда Бахмана, написавшего всего пять книг. Я, пожалуй, как-нибудь прочту еще "Бегущий человек", так эта книга затесались в мою домашнюю библиотеку, и с Бахманом покончу. Радует, что у "моего" Кинга у меня еще много непрочитанных книг, и уверена, среди них найдутся шедевры, которые меня поразят, впечатляет и удивлят.

Многогранный роман-антиутопия по-кинговски с элементами триллера и психологической драмы — о пути в никуда, обречённом братстве, молодости, смехе на краю пропасти и гнетущем одиночестве в толпе.

Перед читателем открывается жестокий мир милитаризированного государства, где тоталитарный лидер — Майор — ежегодно устраивает необычное соревнование — Долгую Прогулку.
Участвовать могут молодые парни до восемнадцати лет.
100 участников — 1 победитель.

Основные правила просты:

- Не снижай скорость ниже определённого уровня;

• Не останавливайся;

Рэй Гэррети, от лица которого мы узнаём обо всех обстоятельствах, отправляется в эту Прогулку и знакомится с другими участниками.
Сами того не подозревая, ребята завязывают приятельские отношения: делятся историями, шутят, подкалывают друг друга, рассуждают о жизни. Не обходится и без стычек — неизбежных в условиях жесточайшего стресса.
Постепенно герои осознают, во что ввязались. Они понимают, что за шорами повседневности скрывалась настоящая жизнь, ценность которой стала видна только теперь…

Общее впечатление неоднозначное: от восхищения идеально переданной, гнетущей атмосферой Прогулки — до чувства недосказанности и размышлений о финале.

Из плюсов:

• Атмосфера. Прекрасно передано отчаяние участников, их сожаления и ощущение безысходности. Напряжение нагнетается за счёт тягучего, вязкого повествования, под стать самой Прогулке.
• Персонажи. Герои раскрываются постепенно — это не «картонки», а рефлексирующие молодые люди. Узнавая детали их жизни, невозможно не проникнуться их судьбами.

• Философская глубина. Поднимаются важные экзистенциальные вопросы: ценности жизни, предела человеческих возможностей, бессмысленности насилия и неоправданной жестокости.
• Финал. Неоднозначный, открытый, провоцирующий на размышления. Он одновременно интересный, ожидаемый и неожиданный.

  Из минусов:

• Мир и обстоятельства. Кинг не раскрывает устройство государства, не даёт предпосылок, ничего не рассказывает о прошлых победителях или о самом Майоре.

• Финал. Та самая вариативность и открытость, что записана в плюсы, может разочаровать читателя, ждущего ясности.

  История, которая не заканчивается на последней странице. Она продолжается — в вопросах без ответов о ценностях, что мы задаём внутри себя и в навязчивом ощущении, что ты всё ещё идёшь вместе с Гэрретти по пустынной дороге и слышишь его прерывистое дыхание.

«Ярости» никогда не было в библиотеке книг Кинга, которую собрала моя мама. Не потому, что эту книгу запретил издавать сам Кинг, нет, она спокойно издавалась в в России еще лет десять после запрета. Она просто не успела ее купить (как всегда это бывает, когда откладываешь покупку на более денежные времена), а когда уже я начала пополнять полки Кингом, я несколько раз упустила «Ярость» из рук в букинисте и перестала за ней всерьез охотиться. Поэтому я прочитала этот роман только сейчас, вспомнив про него в рамках собственного марафона по чтению всех книг Кинга в порядке издания.

И, честно говоря, я не очень много потеряла, не читая его раньше. Неплохо, даже хорошо, но все еще далеко не лучшая его книга.

Историю читатель сразу видит глазами Чарли — глубоко травмированного подростка. Ему кажется, что весь мир против него, по крайней мере, мир взрослых. Недавно он напал на своего учителя и теперь ему светит спецшкола, и поэтому у него остался последний день, чтобы выполнить задуманное. Чарли достает из шкафчика пистолет, убивает двух учителей и берет в заложники своих одноклассников. Они проводят в классе несколько часов — пока снаружи взрослые пытаются понять, как освободить заложников, подростки в классе обсуждают темы, которые непросто обсуждать со взрослыми. Чарли сначала вынуждает их говорить, но потом они раскрепощаются, рассказывая об отношениях с родителями, о проблемах в семье, которые не принято обсуждать, о первой любви и о первом сексуальном опыте.

Чем больше времени подростки проводят вместе с Чарли, тем меньше они его боятся. Точнее, тем меньше они боятся за себя. У них практически выстраивается общество, свой собственный «Повелитель мух». Лишь один из учеников дает себе полный отчет в том, что происходит, и пытается обезвредить Чарли — Тед. И Тед видится как еще одно отображение взрослого мира, которому не место в этом классе. Он инороден, хоть и пытается взять на себя ответственность за спасение всех детей, и именно у него уточняют обстановку взрослые, пытающиеся провести переговоры.

Сначала кажется, что у Чарли нет никакой цели. Но чем больше тайн раскрывается в этом классе, тем больше он пытается доказать всем и себе, что это не у него, Чарли, проблемы, травмированы вообще все. Этот мир сложный и непонятный, сами взрослые не знают, что с ним делать.

Но даже если какие-то мысли и откликаются, нужно не забывать, что Чарли не просто ненадежный рассказчик. Он рассказчик с сильными психологическими проблемами и ему нужна помощь. Все его рассуждения, его способность к манипуляциям и доведению разговоров до невыносимого пика — это вывернутая наизнанку призма одинокого ребенка.

Я понимаю, «что хотел сказать автор», и даже понимаю, почему эта книга так приглянулась реальным школьным стрелкам, настолько, что ее пришлось запретить издавать. Это небольшой роман, набитый тревожностью и ожиданием. Он непредсказуем и психологичен, а чужие травмы так и норовят выплеснуться со страниц. Читать его было для меня непросто, потому что Чарли будто бы и не хочет сделать это простым — его мысли сбивчивы, неприятны, болезненны.

И, с одной стороны, я опять хотела побурчать на небольшой объем, а потом задумалась: а готова ли я читать еще страниц сто чужих нарывов и потерянности? Скорее нет. Так что роман хорош таким, каким он есть.

ЗДРАВСТВУЙТЕ!
Те, кто интересуется творчеством Стивена Кинга, знают, что одно время он использовал («Я был не так молод, когда писал эти романы») псевдоним – Ричард Бахман. Тогда, думаю, небольшое эссе «Почему я был Ричардом Бахманом» может оказаться любопытным. Для любопытных. Есть интересные моменты.

Мне сразу же, в самом начале, понравилось откровение автора о том, что он начинает «делать» произведение с чистого листа, имея в голове только лишь ИДЕЮ.

За собой замечаю такую же особенность в работе, когда передо мной чистый лист бумаги. Не сиди: начинай делать! Всё сложится только лишь в действии: выкладывайся, а твой мозг, опыт, интуиция тебе помогут. У вас тоже так бывает? Если нет, то это неплохой совет: начинай делать. А там видно будет …

Вторая мысль, высказанная Кингом, тоже не лишена глубокого смысла. Правда, исходит она из подтекста: напрямую он не говорит, но понятно. Как «Битлз», захоти они выступать инкогнито: в хоккейных шлемах и масках, замаскируясь до неузнаваемости, публика всё равно их узнает по голосам. Я понимаю так, если писатель дельный, то дела его узнаются под любым именем. Если не всеми, то фанатами – точно.

«… с самого начала ко мне поступали письма с вопросом: не я ли Ричард Бахман?
Реагировал я просто: лгал.»

Так что в вопросах лжи Стивен Кинг такой же смертный, как и все мы. И не стоит безоговорочно верить тому, что он говорит на публику. Тем более, «под дулом пистолета». Надеюсь, что меня поняли. Не обязательно соглашаться.

«Пока я сплю спокойно, мне без разницы, с кем или чем ассоциируют меня люди.»

Псевдоним – скромный, маленький зонтик из лжи и тумана даёт автору иллюзию свободы для творчества. Но большому автору под ним не спрятаться. Тем более, что ему всё равно когда-то придётся выходить из-под этого зонта.

Вот тогда-то и встанет в полный рост всё, что он наворотил. Понимающий это писатель, не лишённый честолюбивых планов, никогда не станет писать какое-нибудь непотребство, типа порнографической макулатуры.

Писательская свобода под псевдонимом – относительна. Только дурак этого не понимает. Стивен Кинг – прекрасно понимал. Ему не пришлось краснеть за «Ричарда Бахмана».

«Бахман появлялся там, куда я уходил, когда мне требовалась разрядка.»

Вот и прекрасно. Раз уж была такая необходимость. Главное, что читатели от этого не пострадали: «Повторяю: как хорошо, что я никого не убил, не так ли?»

… Важная мысль из уст Мэтра Кинга: среди «обычных книг» в мягких обложках нередко встречаются достойные внимания.

«В море этих изданий иной раз встречаются очень хорошие книги.»

Лично я в этом не сомневаюсь и никогда не сомневалась: «всякому овощу своё время». И даже, если не «очень хорошие», то хорошие и неплохие.

Интересно, что Кинг вовсе не собирался «убивать» Ричарда Бахмана. Он хотел ещё издаваться под псевдонимом. Но издатели в погоне за прибылью не были заинтересованы в Бахмане. Как всегда, ведущая сила – деньги, прибыль. Бахман – из разряда «обычных книг». А Стивен Кинг так и остался с вопросом без ответа:

«… труд поднимает тебя на вершину или все это лотерея?»

Но мы-то с вами знаем ответ. Не так ли?

Кинг тоже всё понял по объёмам продаж. Чего уж тут сомневаться?

«… пока автором «Худеющего» был Бахман, магазины продали двадцать восемь тысяч экземпляров, когда им стал Кинг — объем продаж возрос в десять раз.»

Но самое «вкусное» автор приберёг под конец эссе. Он немного, но совершенно верно и интересно рассуждает о роли псевдонима в творчестве писателей раньше и сейчас. Я открыла для себя кое-что новое … Просто никогда об этом не задумывалась.

И, конечно же, вполне естественно было выражение любви к своим друзьям: книгам под псевдонимом Ричард Бахман, или «Дикки».

Хорошая статья – эссе. Интересно.

Вот за это восхищаюсь Кингом. За то, что обнажает мысли человека до самого дна, выворачивает и демонстрирует скрытое. Как ведет себя человек, когда понимает, что его сейчас убьют? Что чувствуют те, кто видит чужую смерть? В этой книге нет никаких поворотов – в прямом и переносном смысле.

Правила просты: сто парней и бесконечно долгий путь, до финиша дойдет только один. Снизил скорость – умрёшь, нарушил правила – умрёшь, устал, заболел, отошел по нужде – умрёшь. Ничего себе, "прогулка", однако! И уже с самого начала понятно, что хэппи-энда не будет. В чём тогда фишка? Конечно, в психологии героев. Как менялось отношение к смерти у этих парней, как приходило осознание, что силы на исходе, и следующий – ты. Как они боролись, как воспринимали друг друга и себя в этом страшном пути, чего хотели и о чем думали, когда не оставалось шансов. И конечно, Кинг бы не был собой, если бы не показал, как всегда, что самая большая опасность для человека – сам человек. В этом, по моему, и заключается его талант – он может внушить ужас без всяких зомби, монстров и прочих вымышленных чудовищ. Вполне хватает внутреннего мира людей, чтобы волосы встали дыбом. Мастер!

С Кингом у меня не складывается, и прослушав "Долгую прогулку" (а это было последней надеждой улучшить наши взаимоотношения "писатель-читатель"), я поняла: наши пути разошлись навсегда (ему, конечно же, все равно, и он не догадывается об этом). Никогда не пойму его творчества, даже если он и King современной прозы.
Слушала книгу и чётко представляла себе сценарий фильма. Часто вспоминался фильм "Голодные игры". На протяжении всего романа часто недоумевала: для чего она написана? Какова её цель? Пришлось обратиться к некоторым критическим откликам. Кажется, идея интересна, антиутопична. На зачем все это? Как обычна, для утоления жертвами голода публики-толпы, живущей только зрелищами и хлебом? Пройти, остаться в живых, затем с ума сойти? Искусственное выживание кажется самым нелепым из идей человечества.
Возможно, дело в переводе, но сам текст вызвал сомнение с лёгким отвращением. Почему-то героев часто волновали потребности плоти, и автор,на мой взгляд, уделяет этому много времени. Естественно, конёк для массового американского читателя.
Жалею, что прослушала её, не смогу никому порекомендовать, тем более подросткам.

Я стал таким же пустым и глухим внутри, как та земля, за которую мы сражались.
Майкл Коннелли. «Черное эхо»

«— А вообще, для чего мы были во Вьетнаме? — спросил Салл. — Без всяких философствований и прочего, но ты для себя это хоть раз вычислил?
— Кто сказал: «Тот, кто не учится у прошлого, осужден на то, чтобы повторить это прошлое»?»
Стивен Кинг. «Сердца в Атлантиде»

Роман-антиутопия «Долгая прогулка» (The Long Walk) был написан Стивеном Кингом в 1966 году. Однако опубликовать книгу удалось лишь в 1979 г., через два года после выхода другого триллера - «Ярость». «Долгая прогулка» небольшая по объему (350 страниц), если ориентироваться на издательство АСТ, 2019 г.

Источниками вдохновения послужили слова американского президента Джона Кеннеди о пользе пеших прогулок, американские реалити-шоу и опыт путешествий самого Стивена Кинга. Так о чем же роман «Долгая прогулка»?

Перед нами тоталитарное государство, во главе которого стоит Главный. И каждый год правительство торжественно проводит мероприятие, освещаемое на всю страну – «Долгая прогулка». По результатам заявок отбираются 100 молодых парней-добровольцев. Им необходимо пройти по заранее очерченному маршруту через леса, холмы, реки, другие американские города. Победитель получает огромный денежный приз, нужно лишь остаться последним на ногах.

Каждый, кто снижает скорость во время прогулки, получает предупреждение, которое, впрочем, можно снять. Однако если предупреждений больше трех, а ты устал, снизил скорость, просто присел отдохнуть – тебя расстреливает прямо на месте взвод солдат .

На протяжении всей книги мы наблюдаем за подростками, видим, как раскрываются их характеры и мотивация. Каждый персонаж уникален и настолько достоверно воссоздан Стивеном Кингом, что воспринимается как реальный человек. Мы знакомимся с некоторыми фактами из жизни главных героев, так что к концу повествования кусочки сложатся в цельную мозаику.

Я неоднократно замечала, что в своих романах Стивен Кинг использует прием «поток сознания», как Э. Хемингуэй или С. Фицджеральд. Он настолько детально описывает происходящее, вплоть до марки мыла, что поневоле чувствуешь себя участником «Долгой прогулки».

Писатель устами своих героев рассуждает, что двигало каждым, что побудило их на «Долгую прогулку», ведь участие в ней сугубо добровольное. Интересно, что Стивен КИнг сделал своих героев совсем юными, не искушенными жизнью. Многие из них даже ни разу не были в постели с девушкой.

Кто-то пошел импульсивно, под влиянием прихоти. Кто-то желал денег, кто-то славы. Однако в подавляющей массе участники и сами не знали, что ими двигало. Они просто пошли, не представляя толком, чем все закончится. «Прогулка» казалась им игрой, где никто не умирает. И лишь со смертью идущих, один за другим, наступает прозрение. Недаром один из них говорит, что ему не нужны ни приз, ни слава, он просто хочет остаться в живых.

И здесь мы подходим к весьма любопытному нюансу. Я думаю, что «Долгая прогулка» - это символ войны во Вьетнаме. Во Вьетнам уходили мальчишки, не знавшие жизни, не знавшие, чего они хотят от жизни, не знавшие, что такое смерть. Война казалась им просто «долгой прогулкой», где умирают другие, но не ты. Больше 50% всех призывников составляли молодые люди до 21 года. За какие идеалы они воевали? За какие идеалы они топтали чужую землю, оскверняли ее, разоряли, уничтожали?

Победители и участники «Долгой прогулки» сходили с ума, получали физические травмы. Кто из воевавших во Вьетнаме вернулся прежним? Сколько вернулись ампутантами, слепыми, глухими, с изуродованной психикой?

Глупые мальчишки, которых «обманули в самом начале, на старте». И ввязавшись в войну, уже не было пути назад, кроме как дезертировать, что многие и делали. Однако за дезертирство положен военный трибунал.

Даже вырвавшись из Вьетнама, он навсегда остается с тобой – в твоих снах. Так считает главный герой романа «Черное эхо» Майкла Коннелли – Гарри Босх, ветеран вьетнамской войны.

Что видит в конце пути один из главных героев - Рей Гаррати, которого поддерживает большинство зрителей? Что за темная фигура маячит впереди, не отпуская его? Не тот ли самый метафорический «Вьетнам»?

Роман мне очень понравился, как и все книги Стивена Кинга. «Долгая прогулка» - это мрачный и жестокий триллер о тех, кто ввязался в «игру», не рассчитав свои силы, о тех, кто осознал реальность слишком поздно.

Я рекомендую книгу поклонникам короля ужасов, любителям психологических триллеров и всем, кому нравятся «Голодные игры» Сьюзен Коллинз, «Бегущий человек» Стивена Кинга, «Бегущий по лабиринту» Джеймса Дэшнера, «Зомби и прочие неприятности» Карлтона Меллика.

Все казалось, что это несерьезно. А потом было уже поздно.

Сначала мне не давали покоя вопросы по поводу сюжета, мол, где предыстория. Почему я стою вместе с ГГ в начале Долгого Пути, толком не зная, что меня ждёт впереди, и не имея представления о том, какова моя цель? Что это за мероприятие такое вообще? Когда его.. кхм... учредили? Как отбираются участники? Если (как они сами говорят) это было добровольным решением, то что же должно было произойти в их жизни, чтоб на такое подписаться? Кто такой Майор, и почему он так обезличен (усы и тёмные очки - это как-то мало для человека, который сначала вызывает дрожь восхищения, а потом бурную ненависть)? Что за Эскадрон такой?

Так вот, сначала меня мучали вопросы, но к тридцатой странице я уже страдала от жажды, голода, жары/холода, боли в ногах, сонливости и чувства необратимости... НО

Да, Кинг берёт читателя за шкирку и втаскивает в созданные им кошмары. И у меня наконец-то появилась мысль о том, как именно он это делает. Сначала кажется, что книга весьма кинематографична: хочешь - не хочешь, а картинка перед мысленным взором рисуется настолько четкая и яркая, что от неё сложно отделаться, даже отложив книгу в сторону. Словно профессиональный психолог, Кинг знает, что человеческое внимание способно выловить из хаоса поступающих сигналов лишь ничтожную малость, и, эксплуатируя эту ограниченность, автор не растекается мыслью по древу, он фокусируется лишь на значимых маркерах, на том, что настоящий живой человек может увидеть, осознать и запомнить в реальной ситуации.

Стилистические средства не блещут новизной и красивостями, но мы же не ожидаем от нашего собственного сознания лингвистических изысков при простом ежедневном восприятии действительности. А если нас поставить в условия экстремального выживания, то вся наша внутренняя речь сведётся к хочу есть/спать/пить/с*ать, а внимание будет задерживаться лишь на потенциальной опасности или желанных предметах.

Возможно, именно эта близость описания к естественной работе человеческого сознания позволяет автору дать читателю возможность видеть, чувствовать, почти проживать события книги. При этом голос автора не заглушает внутренний читательский голос, наоборот, поступающая информация, чётко и преднамеренно ограниченная, стимулирует "рассуждения на тему".

Первая мысль во время прочтения книги - и что же Кинг всем этим хотел сказать? Самое очевидное решение - принять ДП как обычную антиутопию, с обличением тенденций развития современного общества в рамках жанра. Да, людям нравится наблюдать за чужими страданиями, особенно, если эти страдания заканчиваются чем-то необратимым, а ты стоишь весь такой живой у дороги, сытый, чистый и счастливый, невероятно живой и свободный. Да, у людей притупляется способность к сопереживанию и состраданию, более того, страдания ближнего могут стать отличным продуктом потребления. Да, люди, выставляющие себя напоказ, становятся кумирами толпы. Стоп! Уже стали. Иногда мне казалось, что где-то в мире уже идут подобные шоу. Более того, при прочтении книги, мне перед глазами рисовался не мир будущего, даже не настоящего, а прошлого - какая-нибудь американская глубинка 60-70-х годов. Ужас кинговской антиутопии заключается не только и не столько во внешнем враге (в виде Эскандрона? Майора?), сколько во внутреннем - в самих участниках "захода": снова и снова нам дают понять, что они подписались на это дело совершенно добровольно. По каким причинам? Как пишет один из них в сочинении на тему:

Причина не так уж нелепа. Будь у нас шоу на выживание, призом за победу в котором стало бы что угодно до конца жизни, сдаётся мне, желающих каждый год было бы много, оооочень много...

Впрочем, этого мало. Читатель требует других параллелей. За массмедийно обусловленным отупением общества, пускающим слюни от чужих смертей в реальном времени, читатель может самостоятельно выстроить почти хемингуэевский айсберг смыслов. ДП может стать отличной метафорой для многих явлений: прежде всего, метафорой войны, войны, на которую молодые мальчики идут добровольцами, с головами забитыми патриотическими идеями, восхищением командирами, уверенностью в собственной силе и правоте, идут по глупости, по нелепому стечению обстоятельств, не имея ни малейшего представления о том, что их ждёт впереди.

В таком контексте женский голос, как обычно, оказывается голосом разума:

ДП может быть символом самой жизни и взросления. Какой бы ни была удачной твоя стратегия вначале, всё может испортить понос/мозоль/камень в ботинке,дождь и многие другие несерьёзности, которым не было места в изначальном жизненном плане. Очень мешают на жизненном пути иллюзии, в первую очередь, на свой счёт. Большая у тебя масса тела или нет, любишь ты рядом идущих или нет, есть ли кому ждать тебя или нет - не имеет значения. Главное на пути к финишу - желание жить и... стечение обстоятельств. Весы, отмеряющие значимость, не отягщены моралью и логикой: на их чашах часто оказываются чужие мозги на дороге и упругая попка юной девчонки, тюбик с сырным концентратом и собственная жизнь - и никто не знает, что перевесит на этот раз.

Иногда думаешь, что Долгая Прогулка закончилась, но кто знает... возможно, она еще только начинается.

Как бы то ни было, книга допускает много трактовок.
Кинг снова восхитил правдивостью, яркостью, жизненностью.
А для меня Долгая Прогулка началась с хорошей книги.

Не могу сказать, что книга плохая, но мне она абсолютно не понравилась. Почему? Сейчас попробую объяснить.

Недосказанность общая. Что, как, почему, откуда... Кто придумал долгую прогулку, зачем она нужна, кому, почему люди вообще соглашаются в ней участвовать, почему именно дети, почему это - гордость, насколько адекватно устанавливать такой приз: все, что пожелаешь до конца жизни - а если долгую прогулку отменить пожелают, или "закажут" майора? Как вообще до такой жизни докатились? И снова почему, почему, почему...

Недосказанность частная. Мотивацию участия в прогулке я увидела только у одного героя, и то натянутую. Ну хорошо, допустим подросток расстался с девочкой, психанул и решил эффектно покончить жизнь самоубийством, принято. А остальные? Один, например, пошел на прогулку, чтобы сына в колледж отдать. Серьезно? Иди работать, чувак! Не хватает? Почку продай, глаз там... и живой будешь, и на колледж сыну наскребешь. Заманчивый приз манит... Так ли? По ходу текста из ста участников еще до начала игры хорошо если двое или трое реально верили в шансы на победу. Принуждение? Не раскрыто. Честь? Не затронуто даже, хотя упомянуто. То есть, возможность получить абсолютно все - не та причина, по которой сто мальчишек до 18 лет отправляются на замедленное самоубийство. Тогда почему? Может, нам раскроют хотя бы мотивацию главного героя? Нет.

Сотня негритят отправилась обедать, одного убили - осталось девяносто девять, девяносто девять негритят пошли на долгую прогулку - одного негритенка убили, считаю страницы, страдаю от скуки. До последнего надеялась, что главного негритенка расстреляют где-нибудь пятидесятым по счету и некая эффектная развязка вытянет сюжет. Увы.