Ярость. Долгая прогулка

или что почитать в отпуске с детьми, чтобы развеяться, или когда достало нытьё «мы устали гулять четыре часа подряд»

На самом деле, про «чтобы развеяться» не шутка; кто читает меня относительно недавно, думает, я всю жизнь была фанатом и знатоком Достоевского, кто знает меня чуть дольше, помнит, что я фанат и знаток и другого писателя.

Раз в пару лет я обязательно перечитываю что-то у Кинга. Расту я, растёт моя способность воспринимать объём его текстов, и потом, Кинг — дом, в который я возвращаюсь отдыхать от нестабильности мира (да, вот так), знакомый и любимый до мелочей.

В этот раз вдохновилась чужими отзывами на «Долгую прогулку» (кстати, что касается предстоящей экранизации, скажу сразу: несмотря на то, что Кинга вроде как научились экранизировать, у меня почти нет потребности в визуальном воплощении его текстов).

«Долгая прогулка» — триллер без мистики; сюжет прост как пробка: иди, пока не умрёшь или не победишь; роман, написанный до «Королевской битвы»/«Голодных игр». Как всегда у Кинга, дело — в людях.

В чём ценность этой истории?

Во-первых, Кинг написал «Прогулку» в девятнадцать (!) лет, и можно очередной раз поразиться его глубокому пониманию человеческой натуры.

Во-вторых, интересно взглянуть с разных ракурсов (с точки зрения физиологии/психологии) на сам кейс «иди, пока сможешь» (простите, я врач, мне — в самом деле интересно).

В-третьих, любопытно увидеть, в какой катарсис маэстро выведет финал такой немудрящей, в общем, истории — а то, что катарсис здесь будет, не сомневайтесь: это Кинг.

В-четвёртых, местами это красиво. И печально, конечно.

⠀
Rage
Stephen King
⠀

Жанр: реализм, психологическая драма
Год издания: 1977
Страна: США
Количество страниц: 232
Переводчик: В. Вебер
Начало чтения: 31 октября 2024
Окончание чтения: 2 ноября 2024
Локация: Вьетнам, Н.
Заметки: 2
Автор: Следующие книги «Бегущий человек»,  «Пляска смерти»,  «Темная башня. Стрелок».

Название книги. Название, скорее всего, имеет ввиду гнев главного героя, который приводит к трагическим последствиям.

Выбор книги. Стивен Кинг – любимый автор. Читаю книги в порядке издания.

Автор и написание книги. Стивен Кинг – американский писатель. Родился 21 сентября 1947, Портленд, Мэн, США. Идея романа зародилась у Кинга еще в 1960-х, когда он сам был старшеклассником. В этот период он испытывал трудности в общении со сверстниками и часто чувствовал себя изолированным. Эти личные переживания вдохновили его на создание истории о подростке, доведенном до крайности. Первоначально рукопись носила название «Getting On». После завершения рукописи Кинг столкнулся с трудностями публикации, так как издательства считали книгу слишком провокационной. Однако после успеха таких произведений, как «Кэрри» и «Сияние», Кинг решил выпустить «Ярость» под псевдонимом Ричард Бахман, чтобы избежать ассоциации с уже известным именем и проверить, сможет ли книга добиться успеха самостоятельно.

В период с 1988 по 1997 годы в школах США произошло несколько случаев захвата заложников с участием подростков. В некоторых из этих инцидентов у преступников находили копии романа «Ярость». Осознавая возможное влияние своего произведения на подобные события, Стивен Кинг принял решение изъять роман из печати в 1997 году.

Он отметил, что, хотя литература не является прямой причиной насилия, она может служить катализатором для нестабильных личностей. Он позже признался, что считает «Ярость» опасной книгой, особенно для подростковой аудитории. После того как ее упоминали в связи с реальными актами насилия, автор решил больше не переиздавать роман. Этот случай является редким примером самоцензуры писателя, осознавшего, что литература может иметь не только художественные, но и социальные последствия. В 2013 году Кинг опубликовал эссе против насилия с применением огнестрельного оружия «Guns», где обсуждал в том числе влияние своего произведение «Ярость».

Обсуждение книги. Это одно из первых произведений автора, в котором он исследует темы подростковой агрессии и насилия в школьной среде, а также одно из самых противоречивых. Главной темой романа является ярость как разрушительная сила, накапливающаяся внутри человека. Через внутренний мир Чарли Декера автор показывает, как внешние обстоятельства – конфликты с родителями, давление системы образования, жестокость социума – формируют уязвимость подростков и толкают их к радикальным поступкам. Эта ярость не возникает внезапно; она результат многолетнего подавления, насилия и пренебрежения. Одноклассники, вынужденные стать свидетелями и участниками этой драмы, представляют собой типичных подростков со своими скрытыми страхами, травмами и противоречиями. В романе поднимаются вопросы подростковой агрессии, давления общества и кризиса идентичности.

На момент написания книги проблема массовых убийств в школах не была такой острой как сегодня. Книга определенно заставляет задуматься о причинах такого поведения, почему человек способен дойти до подобной крайности, особенно подросток, насколько общество ответственно за создание подобных опасных личностей и как оно может предотвратить это. И в идеале, не хватает только того, чтобы книга не оправдывала подобные поступки.

Я не утверждаю, что она категорически их оправдывает. Но все происходящее вызывает двойственное впечатление. С одной стороны, подняты очень важные темы, которые я всегда приветствую в книгах и считаю не просто актуальными, а стоящими весьма остро. Травля подростков, детские травмы, противоречивость внутреннего мира, комплексы, причинно-следственные связи, давление общества и социума, школьной системы, взаимоотношения со сверстниками и многое другое. Но у книги есть и обратная сторона, над которой я размышляла по мере чтения, которая мне кажется как минимум странной.

Плюсы книги, которые заключаются в поднятых темах, уже отмечены, теперь хочу поговорить о минусах.

Я склоняюсь больше к тому, что произошедшее не было реалистично и подобному происшествию и реакции нет места в реальном мире. Подросток убивает преподавателей, двадцать четыре одноклассника говорят о наболевшем будто бы ничего не произошло, закидывают камнями единственного адекватного человека и расходятся.

Серьезно, я не могу представить, чтобы класс отреагировал подобным образом на стрельбу. Все, кроме одного человека, даже разброса особого не было. Они не осуждали, не паниковали и не боялись, а просто начали разговаривать. Не сложно найти реальные видео и увидеть настоящие реакции в таких ужасных ситуациях и посмотреть, как люди реагируют на оружие. Это касается не только России, но и стран, где ношение оружия разрешено, США в том числе. И нет, я не думаю, что дело в том, что тогда таких ситуаций было меньше. Человеческая природа навряд ли меняется в контексте столетия. Страх быть убитым – это не вопрос конкретного периода времени.

И школьники, которые, прочитав книгу и совершили подобное, они действительно думали, что все кончится тем, что у них сложится разговор о важном, их одноклассники будут поймут их и раскроют свои души в ответ? Поддержат их? Конечно, нет. Благо, что в большинстве случаев, эти парни с оружием просто держали класс в заложниках и никто не пострадал.

Если берется такая тема, то подобные поступки либо должны осуждаться, либо автор должен позволить читателю самому делать вывод. Я же вижу здесь косвенное оправдание поступка. Во-первых, читателя не погружают в само преступление. Мы ничего не знаем об убитых, будто это манекены или незначительные фигуры в поступке Чарли, а не личности, у которых была жизнь, мечты, надежды, близкие люди. Жертвы преступления не вызовут у читателя никакого сочувствия, так как из-за отсутствия подобного акцента преподаватели быстро стираются из памяти. И данное происшествие по итогу не вызывает ни ужаса, ни чувства неправильности, ни сочувствия, ни сострадания к убитым. Потому что они – пустое место, просто помеха на пути главного героя. В жизнь Чарли же, напротив, нас погружают несколько раз, рассказывая печальные события из его детства, что вызывает сочувствие и понимание, желание ему сострадать. Соответственно, внимание акцентируется на его страданиях, а не на его ужасном поступке и эти два события ярко контрастируют друг с другом, задавая ход оценке случившегося.

В конце возникает ощущение, что книга написана так, чтобы этот поступок не только понимался посредством мотивов и причинно-следственных связей, но и принимался. Об этом говорит не только безразличие к жертвам, которые мало чем отличаются от мебели, но и принятие поступка Чарли всем классом. Очень сильное ощущение, что класс поддержал это. Их равнодушие, отсутствие страха, отсутствие паники, отсутствие понимания неправильности свершившегося, желание общаться с Чарли в болтательном режиме, сосредоточение на своих проблемах. Местами они открыто его поддерживают. И что особенно кажется неправдоподобным: поддержали его 23 из 24 человек, по крайней мере, приняли произошедшее до странности спокойно. Можно представить, как подобная подача истории будет воспринята школьником с нестабильной психикой.

Вывод. Я понимаю, почему эту книгу изъяли из печати. Вернее, почему это правильный поступок. Данное произведение – просто опасная вещь, которая может стать катализатором трагичных событий, если попадет в руки к пострадавшему и неуравновешенному подростку. Любому школьнику, который проходит через травмы, проблемы, легко проассоциировать себя с Чарли. И несколько подобных случаев действительно случились в реальности: почему бы не поступить как любимый персонаж, ведь я так на него похож?

Кингу не нравится его произведение «Кэрри», потому что каждый затравленный школьник будет ее понимать и оправдывать? А это произведение чем отличается? В «Кэрри» плюс минус то же самое, только книга намного-намного лучше. Потому что подача иная. Посыл иной. Там читатель делает вывод сам.

Не совсем понятно для чего написана «Ярость», именно из-за подачи истории. Темы, которые в ней подняты, которые я ценю и считаю важными, можно было поднять множеством других разных способов, что Кинг неоднократно делал. И делал гораздо более успешно.

Что касается темы шутинга, то лучше прочитать те же «Девятнадцать минут» Джоди Пиколт. Глубоко, реалистично, поднимаются важные темы и проблемы, а происшествие показано с самых разных сторон. И в отличие от «Ярости», понятно, с какой целью писалась эта книга и куда она копает.

По итогу, важные темы подняты, но поданы совершенно неправильно. И тот факт, что это привело к подражанию и попыткам воплотить сюжет книги в реальной жизни, ни вызывает ни малейшего удивления. Потому что книга выглядит как больная фантазия будущего стрелка. Факт изъятия ее из печати я поддерживаю. Но достать ее все равно возможно, поэтому я бы рекомендовала читать ее в 20+ лет. Только тогда, когда психика будущего читателя сформируется и будет более-менее стабильной.

Далее, я перечислю случаи, связанные с этой книгой, о которых известно:

◆ Джеффри Лайн Кокс. Ученик выпускного класса средней школы Сан-Набриэль, Калифорния. 26 апреля 1988 года взял в школу полуавтоматическую винтовку и держал в заложниках класс гуманитарных наук, состоящий примерно из 60-ти учеников, более 30 минут. Когда учитель засомневался, что Кокс причинит вред кому-либо, последний направил оружие на одного из учеников. В это время трое учеников сбежали через заднюю дверь и были обстреляны Джеффри Коксом. Позже Кокс был обезоружен другим своим одноклассником. Друг Джеффри Кокса сообщил прессе, что тот был вдохновлен угоном рейса 422, а также романом «Ярость», который Кокс перечитывал не один раз. И с главным персонажем которого он себя сильно ассоциировал.

◆ Дастин Л. Пирс, выпускник средней школы округа Джексон в Макки, штат Кентукки, вооружился дробовиком и двумя пистолетами и взял в заложники класс истории 18 сентября 1989 года. Противостояние с полицией длилось 9 часов, закончилось все без травм. Полиция обнаружила роман «Ярость» среди вещей в спальне Пирса.

◆ 11 сентября 1991 года Райан Р. Харрис вошел в класс математики в средней школе Стивенса в Рапид-Сити, Южная Дакота, вытащил обрез и приказал учителю уйти. Учитель подчинился, и Харрис держал остальную часть класса в заложниках в течение следующих четырех часов. Харрис потребовал пиццу и сигареты, которые были доставлены, а также 1 миллион долларов и вертолет, которые доставлены не были. Он сделал в общей сложности 10 выстрелов в классе по таким объектам, как проектор и домофон. Ни один ученик или преподаватель не пострадал и не погиб. Получив требуемые им сигареты, Харрис отложил свой дробовик, чтобы вытащить зажигалку и прикурить. В этот момент 17-летний старшеклассник Крис Эрикс поднял дробовик, и полиция ворвалась, положив конец противостоянию. У Харриса так же имелся роман «Ярость».

◆ 18 января 1993 года Скотт Пеннингтон, ученик школы East Carter High School в Грейсоне, штат Кентукки, взял револьвер 38 калибра, принадлежавший его отцу, и выстрел в голову своей учительнице английского языка Динне Макдэвид во время ее седьмого урока. Затем он застрелил школьного смотрителя Марвина Хикса и держал класс в заложниках в течение 20 минут, прежде чем отпустить их. Незадолго до стрельбы он написал эссе о «Ярости» и был расстроен тем, что Макдэвид поставила ему оценку C.

◆ В декабре 1997 года на молитвенном собрании в Heath High School в Уэст-Падьюке, штат Кентукки, Майкл Корнел выстрелил в восемь одноклассников, трое из которых были ранены смертельно. Три девушки погибли. По свидетельству очевидцев Корнел, закончив стрелять, сам опустил оружие на землю и сдался школьному директору, сказав при этом: «Пожалуйста, убейте меня. Я не могу поверить, что сделал это». У Майкла была шизофрения. И любимая книга «Ярость», которую нашли в его шкафчике. Этот инцидент побудил Кинга прекратить издание книги.

◆ Одну школьную стрельбу сравнили с «Яростью» из-за неточного освещения событий. Барри Лукайтис, ученик средней школы Frontier в Мозес-Лейк, штат Вашингтон, 2 февраля 1996 вошел в класс алгебры во время пятого урока. Он открыл огонь по ученикам, убив двоих и ранив еще одного. Затем он смертельно ранил в грудь свою учительницу алгебры Леону Каирес. Когда шок его одноклассников перешел в панику, Лукайтис, как сообщается, сказал: «Это, конечно, лучше алгебры, не так ли?» – фраза, ошибочно приписанная роману «Ярость». (В книге Кинга такой фразы нет). Однако впоследствии Стивен Кинг в своем эссе «Оружие/Пушки» написал, что это была цитата из романа. Услышав выстрелы, тренер по физкультуре Джон Лейн вошел в класс. Лукайтис держал своих одноклассников в заложниках и планировал оставить одного заложника себе, чтобы безопасно покинуть школу. Лейн вызвался быть этим заложником, и Лукайтис держал его под дулом своей винтовки. Лейн выхватил оружие у Лукайтиса, повалил его на землю, а затем помог эвакуировать учеников.

В своей программной речи на ежегодном собрании VEMA 26 мая 1999 года Кинг сказал:

Как я уже писала, в 2013 году Кинг опубликовал эссе против насилия с применением огнестрельного оружия. «Guns». Я прочитала данное эссе. И очень рекомендую прочитать его тем, кто ознакомился с «Яростью». Оно короткое, но Кинг подробно и здраво рассуждает о шутинге, своем романе, доступности оружия и последствиях. Также там обсуждаются случаи подражания книге, которые я упомянула выше, добавляя новые факты. Дабы не увеличивать объем отзыва, оставлю здесь ссылку на комментарий к данному эссе.

Эту книгу нельзя снова выпускать в свет. Чарли Деккер действительно должен исчезнуть.

Экранизация. Нет

ЗДРАВСТВУЙТЕ!
«Вполне пристойный», по мнению Стивена Кинга, роман – «Продвижение», который издатели по своему усмотрению переименовали в «Ярость», вышел в 1977 году (за 2 года до «Кэрри») под псевдонимом Ричарда Бахмана. Это первый из пяти романов, изданных под этим псевдонимом, или по-другому – «Диди».

«Ярость» запрещена к печати по всему миру. Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть эту информацию. Но сообщается, что в 1997 году ранее выпущенные экземпляры романа были изъяты. Откуда были изъяты – не указывается. Зато говорится, что в РФ с 2006 года книга перестала выходить.

Также есть мнение, что

«Издание романа прекращено с 2007 года во всем мире по личной просьбе Стивена Кинга в связи с участившимися случаями насилия с применением огнестрельного оружия в учебных заведениях.»

Может быть, книга не издаётся, но продаётся.

В России книга «Ярость» не издаётся с 2006 года; в мире по личной просьбе Кинга – с 2007-го.

Перевод с английского И. Котейко и О. Лежниной заметно отличается от перевода Виктора Вебера. Например, в первом случае действие происходит в высшей школе, во втором – средней.

Котейко и Лежнина свой перевод адаптировали к современным условиям, зачастую совершенно неоправданно. Высшее учебное заведение с ванными комнатами? Такое может быть? Администрация – это современное понятие, используемое в школе не так уж давно.

У Вебера – реалии времени написания романа – 1970-х. Заштатный городишко штата Мэн – Плейсервилл. Обычная школа с шумными бачками унитазов в обычных школьных туалетах. Дирекция, а не администрация. Типично для школы Кинговского времени.

Я выбираю перевод Виктора Вебера. Он органично вписывается в своё время.

К концу 6 главы (первые главки коротенькие) меня ещё не захлестнула, но лишь возникло предчувствие, что захлестнёт и очень скоро та самая ярость, давшая название роману. Создаётся впечатление, что автор сводит нас с учеником-психопатом, который ведёт повествование.

Чарлз Декер. Чарли. Опасный зверь с разрушенной психикой. Таким он предстаёт перед читателем. Главный антигерой.

Моё отношение к читаемому и прочитанному менялось дважды. Возможно, от того, что и сам автор сначала начинал роман, потом забрасывал его, а, спустя приличное время, снова за него брался. Псевдоним – Ричард Бахман также сыграл свою роль: Кинг как бы раздвоился. Появился особый, Бахмановский дух.

Чарли едва не убил учителя. Чудо, что тот остался жив. Ни грамма раскаяния о содеянном. Диалог с директором школы об избиении учителя физики и химии, вылившийся в изобретательнейшее по гнусности издевательство над человеком, который имеет право на уважение по должности, если уж не по личным качествам (по мнению ученика), о которых читатель пока судить не может. Но Чарли … После сцены унижения директора школы и морального опускание его ниже плинтуса у меня к главному антигерою не осталось ни капли сочувствия. Парень явно неадекватен.

Становится не важно, ПОЧЕМУ он стал таким. Это ещё предстоит выяснить. Хотя сцену на охоте с оленем и 9-летним Чарли мы видим в самом начале книги. Важно то, что он уже такой и представляет реальную угрозу обществу. На мой взгляд, важнее, что теперь с этим ДЕЛАТЬ.

Способны ли системы образования и правоохранительных органов США адекватно реагировать на появление в школах таких «отмороженных»? Вот в чём первый вопрос. Автор тут же даёт на него ответ: нет, не умеет и не может. Ни компетенций, ни компетентности у руководителей школ, как и других сотрудников, нет. Так и будет директор (простите за выражение) «сопли жевать», а Чарли будет ДЕЙСТВОВАТЬ.

«Он не бросился за мной.
А раз не бросился, значит, я мог продолжать начатое.»

Кстати, в «Кэрри» – тоже школьная тема. И тоже автор рисует образ директора Ювинской школы города Чемберлена того же самого славного штата Мэн.

Мистер Грэйл – образ на удивление положительный. Описан он два года спустя после публикации «Ярости». Он умнее и находчивее мистера Денвера – руководителя Плейсервиллской школы: не допустил бы, по крайней мере, разговора один на один с психопатом Чарли, по чистой случайности едва не убившего разводным ключем учителя. Не оказался бы в двусмысленной и унизительной ситуации.

А, вообще, не понятно, как после инцидента с неудавшимся убийством избитого до полусмерти учителя Чарли, как ни в чём не бывало, ходит в школу. Думаю, Кинг не случайно создаёт эту «увертюру» к последующей трагедии.

В «Кэрри» к образу директора школы Кинг подошел более разумно, поэтому м-р Грэйл и выглядит более реалистично, чем м-р Денвер – директор Плейсервиллской школы. И вызывает симпатию.

Что же касается антигероя – Чарли, то, несмотря на то, что повествование ведётся от его лица, читателю (имхо) не следует поддаваться на его «обаяние»: обращение к читателю за пониманием, сочувствием, словно к другу, товарищу и брату. Он будет объяснять нам, что это не он такой, это время – такое: виноват не он, а те, кто сделал его, бедного и несчастного, таким. А, главное, – он не один такой!

«Вы понимаете, почему я его уважал...» и тому подобные обращения к читателю. Словно ему и поговорить-то больше не с кем, как с незнакомцем.

Зло, как известно, умеет быть обаятельным и очаровательным, принимая разнообразные личины. Хладнокровный убийца, очень метко стреляющий (!), убивающий наповал, как «два пальца об асфальт» (рука не дрогнет), мерзок и отвратителен: чудовище.

Чарли признаёт себя сумасшедшим. Легко. Ещё бы! Как иначе объяснить глубинные мотивы своего поведения? Думаете, я сумасшедший? – Ну, да, я сумасшедший, если вам так угодно.

Лицемерие. Издёвка. Возвышение над всеми. Я – король, вы все – ничтожества! Плевать он хотел на то, что о нём думают. Плевать он хотел на всех.

Чарли ступил на путь порока, с которого ему не свернуть. Он это знает. И поступает не обдуманно, а по наитию: можно всё, если хочется. Особенно ему хочется глумиться над другими (представителями власти, полицейскими, работниками школы и своими одноклассниками), как тролль.

«— Ты свихнулся? — неожиданно спросил Хэрмон Джексон.
— Думаю, что да, — ответил я. — По моему разумению, только сумасшедший может убивать других людей.»

Идея романа проста: в каждом из нас живёт чудовище, и только ждёт своего часа. Главное, чтобы этот час не наступил. Предотвратить. А если не сумели предотвратить, то должны знать, как действовать по ситуации. Вот это важно.

Не менее важна тема доступности оружия. Доступ подростков к оружию и в книгах, и в реальных ситуациях очень уж свободный. Безалаберность и безответственность взрослых – родителей (и не только) способствует осуществлению больных фантазий молодых людей, отравленных фильмами, книгами, … да мало ли чем. Пагубным воспитанием, неблагополучием в семье в том числе.

Это серьёзные проблемы современного общества, а семьи и школы – в первую очередь. И Стивен Кинг поднимает их в романе «Ярость», заставляющем думать. И хорошенько думать.

Когда размывается порог чувствительности к чужому горю, чужой боли, эмпатия глохнет: конец человечности. Убийство учителя – миссис Андервуд не вызывает столько эмоций, сколько убийство персонажа в каком-нибудь фильме, где оно подаётся куда как более эмоционально! Вот ужас-то где!!!

«Большинство из нас видели маленькую девочку, размазанную по асфальту, в местном автокино. В сравнении с этим смерть миссис Андервуд особых эмоций не вызывала.»

Поразительно, что одноклассники «шизанутого» Чарли воспринимали сцены убийства одного учителя за другим, словно на экране этого самого «автокино». Кинг описывает действия не только убийцы, но и ребят – одноклассников Декера. Подчёркиваю, действия, но не чувства, которые должна бы вызвать чрезвычайная ситуация. Их как будто бы и нет вовсе: притупились, заглохли, умерли … Подросткам не страшно. Им любопытно, чем всё закончится. Будут ли ещё трупы? Чарли видит это.

«Занимает меня другой вопрос: неужели они надеялись, что я подстрелю кого-то еще?»

Поведение подростков в классе, в котором забаррикадировался Чарли, в комнате номер 16, поражает не меньше, чем поведение антигероя. А на полу – распростёртый труп учительницы – Джин Андервуд. Ей было 37. Вся жизнь впереди. Была.

Более гнусной, циничной, невероятной картины представить сложно. Кучка безбашенных эгоистов-недоумков, уверенных в своей бессмертности и скором окончании «игры» Чарли … Более того, они поддерживают психопата-террориста, удерживающего целый класс заложников. А красотка Грейс Станнер даже подогревает его:

« — Давай, Чарли! Оттрахай их всех!»

Два трупа. Никого не смущают. Что они вытворяют в классе! Рядом с телом их учительницы.

Тут явный намёк на противостояние учеников, неуверенных в том, что они сумеют социализироваться в обществе, и обществом в лице школы: директора, учителей, психоаналитика и всех иных работников образовательного учреждения. Сам институт – ШКОЛА представляется подросткам врагом, угнетателем, которого боятся и ненавидят, но вынуждены с ним считаться: документ-то нужен для продолжения образования.

Стивен Кинг был учителем. Школа, ученики – интересная тема, в которой он разбирается. За годы своей работы он повидал всякого …

Роман «Ярость» вызревал и доходил до нужной кондиции долго. Псевдоним Ричарда Бахмана тоже в этом сыграл свою роль: автор расслабился и под маской инкогнито дал волю своим эмоциям. Более эмоционального, психологического романа-триллера лично я у него не читала. Даже более поздняя книга – «Кэрри» не вызывает такой сильный шквал эмоций – ярость.

Естественно, что такая авторская безудержность сделала книгу скандальной. А потом, когда подростки стали зачитываться ею и брать себе на вооружение то, что делали персонажи романа, участились теракты в школах с вооруженными нападениями подростков, подобные описанным в книге, и всякие непотребства. Отсюда и запрет произведения.

Но главный антигерой Чарли не одинок. Он не выдвигал никаких требований, взяв на себя роль террориста и захватив в заложники 24 одноклассника. И никакой ясной цели у него не было. Она появилась потом. И он получил то, что хотел. И никаким сумасшедшим Чарли Декер не был, ибо

«Безумие есть неспособность видеть швы, соединяющие бред и явь.»

В итоге один учитель избит до полусмерти, двое – убиты. А одноклассников он вынудил разоблачаться. Они сами себе устроили психологический стриптиз. Жуткое и мерзкое представление. И оказались нисколько не лучше Чарли. Все они – нормальные американские школьники.

Стивен Кинг выносит яростный обвинительный приговор.

«Таков уж западный путь развития. Ты начинаешь зажимать рот руками, чтобы заглушить крики. Кровит у тебя внутри.»

Есть понятие – немотивированная агрессия. А есть другое – аномально направленная агрессия. Роман С. Кинга «Ярость» о ней. Думаю, читатель сам разберётся в траектории этой агрессии. Для этого не обязательно быть психологом. Достаточно посмотреть «спектакль», устроенный Чарли и его одноклассниками.

Браво! Автору.

P.S.

«А очнулся я, держа револьвер стволом к себе, хотя желания стреляться у меня не было.»

Интересное произведение, которое рассказывает нам до какой степени могут быть жестоки дети и как они могут быть неадекватны.
Знаете, это рассказ о том, что порой мы не знаем, на что горазд подросток и что им управляем, когда он делает той или иной поступок. Читая книгу, я себя ловила на мыслях, как же детские травмы влияют на нас и почему тот или иной аспект, нам не дает здрава мыслить. С другой стороны главный герой хотел просто к себе внимание, чтоб его кто-то выслушал.
Мне в принципе нравится как пишет Кинг, несмотря на его грубость

11 часов аудиокниги. Это оказалось весьма изощренное испытание, ведь нервы натянуты, словно канаты, а мышцы напряжены подобно мышцам участников долгой прогулки. Конечно, я знаю, что от Стива Кинга не стоит ждать лёгкого чтива, он любитель напрячь читателя, измотать, вывернуть наизнанку все, чем наполнено его Я. И я готовилась к этому чтению, честно, почти год подбиралась к этой книге, но все равно не была готова к тому, что это окажется гонка на выживание, шоу для зевак, абсурдное с точки зрения всякой логики, как и все прочие шоу.
Сама не прочь пройтись пешком, чтоб собрать мысли и разложить по полочкам сложности, я изначально догадывалась, что придется иметь дело с философией дороги, вот только автор заставляет своих героев доживать и падать в пыль и грязь лицом, в последнем издыхании проклиная национальное достояние - долгую прогулку. 100 человек, движущихся от старта до финиша, постепенно сходят с ума, будучи ослеплены призрачным призом, морально и физически раздавленные системой и дурацкими правилами.
Автор находит десятки разных формулировок для того, чтобы сказать, что вот был человек, а вот его уже нет. И вместо восторга от его писательского таланта мне было страшно, что картинки, зарисованные Кингом, настолько реалистичны.
Признаюсь, после прослушивания книги пришлось использовать в качестве релаксанта музыку. Слишком тяжко.

Как и многих, наверное, меня всю книгу мучил вопрос: такое вообще физически возможно? Ну и всякие разные мелкие вопросы постоянно лезли в голову, отвлекая от главного. Например, если не советуют идти на Долгую прогулку в кроссовках, то какую обувь надевать предпочтительнее? Участие девушек не предусмотрено по причине их физиологических возможностей? Тех, кому выпал билет, родственникам возвращают и в каком виде? Если бы я была там, то пошла бы вместе с толпой поглазеть на чужую смерть? Тьфу, всякая пакость в голову лезет. Но в целом книгу, как и всё у Кинга, читала с огромным интересом. Правда, не скажу, что она меня потрясла, нет. Скорее удручила. Хочется повторить известные слова известного ослика: «Душераздирающее зрелище».
В чём Кинг мастер, так выворачивать всё в человеке наизнанку. Собственно, я и ждала этого, но почему-то обнажённые нервы и души участников прогулки в ожидании собственной смерти оказались для меня весьма мучительными. Тут же лез князь Мышкин в голову со своими «пятью минутами перед смертью». И нет возможности повернуть назад, впереди только дорога- к призу или в вечность. И ради чего?
Я всё ждала, что это «ради чего» окажется весьма глобальным. Но Кинг нас водит за нос, до конца не рассказывая, не раскрывая, не уточняя. Ну, прям как в песне: «По деревне ходит парень мимо дома моего, поморгает мне глазами и не скажет ничего. И кто его знает, чего он моргает». Но Кингу прощаются все недомолвки и недоговорки – потому что в какой-то момент всё это теряет значимость, и важной только остаётся дорога.
Все эти «мушкетёры» на прогулке – прекрасный объект для психологического исследования. Как, впрочем, любой её участник – от самого противного до самого умилительного. Но мне интересен был даже не сам Рэй, как центр повествования, а Стеббинс. Вот уж фигура.
Всё, что я сейчас пишу, это всё снято с поверхности. Столько ещё вопросов осталось нерешённых и невысказанных. Никому рекомендовать эту книгу не буду. А вот сама, наверняка, ещё не раз её перечитаю.

Длинный путь - продолжается

1 января 2014 года. 06:45. Девушка в темноте сидит не отрываясь от планшета. Она читает Стивена Кинга и не понимает, почему не читала его раньше.
История первая: Кто такой Стивен Кинг и почему я так долго не читала его книги.
О гении письма Стивене Кинге я узнала в возрасте 10 лет наверное, когда в первый раз взяла в руку "Кэрри". Тогда я ее не смогла осилить. Потом я видела много ужасов в его исполнении по телевизору и решила, что никогда не буду его читать, чтобы поберечь свою психику.
Но буквально пару месяцев назад, я все-таки открыла "Кэрри" и взяв себя в руки - прочитала. Я думала, почему же я не испугалась - оказалось, что все не так плохо. И я решила, что пора открывать для себя этого автора. И тут, дорогой Livelib и его удивительные представители создали для нас игру: "Долгая прогулка". И один из пунктов для меня стало прочтение Стивена Кинга и его книги, которая послужила основой для создания игры.

История вторая: Удивительная книга и мои опасения о том, так ли мирно будет проходить наша игра.
Я никогда не слышала о "Долгой прогулке", не знала о чем она и не удосужилась прочтением аннотации прежде чем ее открыла. Я просто начала читать и поняла: я просто не могу взять и отложить книгу, она захватила меня полностью. 100 человек должны просто идти, пока из них не останется только один. Но для чего они идут, зачем, для чего вообще эта игра, так и осталось для меня загадкой.
Вся соль книги в том, как "выживают" ее герои. Как быстро они сдаются, или наоборот борются, теряют надежду или вдруг снова приобретают ее. Каждого на этот путь толкнула своя маленькая история: жажда чего-то большего, деньги, слава, гордость, слабость, страх, зависть.

• Тогда зачем ты идешь?
• Мы все хотим умереть, потому и идем. Зачем же еще?

А потом я вспоминала: наша игра же тоже своеобразная "Долгая прогулка" и я спокойно вздохнула.. Нас не будут расстреливать если мы на секунду отложим книгу или решим поспать, надеюсь.. Ведь так???

История третья: О смысле жизни и путешествии
Он представил заголовки газет: "Длинный путь выиграл мертвец"
Что ждет нас в конце пути? Путь - это наша жизнь и само собой каждый в конце обретет свой финал. Кто-то естественный, кто-то нет. Кто-то будет рад, кто-то будет цепляться за свой путь. Но финал всегда один.
Думаю, кто бы не завершил это путешествие - все бы закончили одинаково. Каждый бы просто уже не смог остановится. Это как наваждение. Сначала ты молишься о том, чтобы все побыстрее закончилось, а под конец - ты уже не можешь без этого.
Ноги сами тебя несут и ты уже не понимаешь, куда и зачем. Ты находишься в забытье и делаешь все чисто механически. Под конец все получается как у Кинга...
Я иду, я шел, я буду идти - Переведите это на латынь.

Кинг взял антиутопию, триллер и психологическую драму, взболтал, поставил получившееся на дорогу и заставил идти вперед. И это сработало.

Дано: вымышленные США (на момент написания романа можно было бы сослаться на будущее, но теперь можно представить, что в нашем будущем прогулка была бы совсем другой. Гораздо ужаснее), где к власти пришли военные. Есть некто Главный — жесткий правитель, вызывающий у народа страх и восхищение, так как восхищаться можно, а критиковать — нет, иначе заберут «Взводы». А никто не знает, что случается с людьми, когда их забирают. Они просто никогда не возвращаются.

Жестокому правителю — жестокие развлечения. Раз в год проводится «Долгая прогулка» - игра на выживание, в которой участвуют несовершеннолетние мальчишки. Условия просты — 100 участников начинают идти вперед по дороге. Им нельзя останавливаться, нельзя замедляться, нельзя сходить с дороги. Им позволено неограниченное количество воды, раз в день им дают еду. Но сопровождающие военные строго следят за скоростью, и, если нарушаешь правила — получаешь предупреждение. Три предупреждения — билет на вылет. Билет на вылет — пуля в голову.

На игру делаются огромные ставки, участников отбирают в телевизионной лотерее, а толпы людей готовы смотреть на измученных детей, с жадностью ожидая, что на их глазах кто-то получит билет. До финала дойдет лишь один. Но зато он получит все, что захочет.

И в это жуткое путешествие читатель отправляется с шестнадцатилетним Рэймондом Гаррети. Вместе с ним увидит первую смерть, заведет друзей, упадет в яму отчаяния. Пять дней прогулки, без сна и без отдыха.

Несмотря на то, что действие романа происходит только на дороге (и если бы она не была такой длинной, вполне можно было назвать роман герметичным, потому что стен, хоть и невидимых, тут хватает), на него можно посмотреть, как на модель общества в антиутопии. И не придется долго приглядываться, чтобы увидеть в нем антивоенное высказывание.

Так, почти все мальчики решались на прогулку с радостью и гордостью. Участие в прогулке — это почетно. Почти никто из них не сомневался в своей выдержке и стойкости. Но ответ на вопрос «Зачем?» был далеко не у всех. Гаррети, например, даже сам себе не мог объяснить причины, по которой он подал заявку и радовался победе в отборе. В начале прогулки никто из них не боялся сопровождающих военных. Ведь никто не хотел «дезертировать».

Понимание начало приходить после первой смерти. Усилилось после первых суток. Свело с ума тех, кто дожил до третьих.

«Прогулка» - небольшой роман, от которого сложно оторваться. С каждой страницей он все больше сковывает тревогой, даже когда заранее знаешь, чем закончится история. Читать его — словно залпом выпивать шот эспрессо: горькое послевкусие заставляет поморщиться, но зато определенно бодрит.

Не знаешь, что почитать? Почитай Кинга. Похоже это превращается в мой девиз.

Итак, после трех прочитанных у Кинга толстячков: Стивен Кинг - Оно , Стивен Кинг - Противостояние , Стивен Кинг - Под Куполом кажется, что мне уже ничего не страшно. И наверно это верно. Относительно размера книг.

Собственно, идея этой книги в животном азарте толпы и совершенном сносе всех мыслимых и немыслимых человеческих преград. Будь то, превышение своих собственных сил или потеря человеческого облика.

Вообще, очень страшная книга и невероятно цепляющая. Вроде бы она ни о чем. Ну идут парни и идут, но каждый из них несет свою историю, а еще более страшную историю творит толпа.

Кинг начинает книгу сразу с удара обухом по голове. 100 молодых парней идут в игре на выживание. Они добровольцы и до конца так и не становится понятно, что толкает их на этот смертельный марафон. Они должны идти и не останавливаться, пока в живых не останется всего лишь 1. Но самое страшное, что сойти с трассы нельзя. Сошедшего ждет смерть. Вы наверно подумаете, что естественная смерть от переутомления? Нет. Сдавшихся расстреливают солдаты, которые контролируют ход марафона.

И вот очень явно автор показывает, как шок и ужас от первого убийства переходят в тупое чувство безысходности и радость, что застрелили не тебя. Им становится все равно.

Больше всего меня расстроил конец книги. Ты вроде бы веришь, что главный герой выживет, но он так пишет, что надежды на его выздоровление и нормальную жизнь просто нет. Написано не явно, но намек прослеживается весьма явно.

Кинг написал совершенно потрясающую книгу, которая в полной мере отражает проблемы общества и показывает весь тот ужас, творящийся с людьми из-за теле-шоу. Однозначно советую!