Смерть сказала: Может быть. Вдовцы

Рейтинг LiveLib

4,1

36 оценок

• 5
  44%
• 4
  31%
• 3
  22%
• 2
  3%
• 1
  0%

Ваша оценка

Отметить эмоции

Прочитали 36Хотят прочитать 18

Рецензии

• 

  NataliStefani27 апреля 2024 г.

  Заклятые друзья, или Одуряющий кайф паталогической ревности

  
  «Светлая рукоятка, очень короткий ствол, барабан, словно распухший от патронов.»

  РОМАН «ВДОВЦЫ»

  
  «Я погружался в ревность, как в своего рода пьянство […] сам из себя извлекая кайф самого одуряющего свойства.»
  (Буало-Нарсежак. «Вдовцы». 1970)
  «И мы продолжали молча сидеть бок о бок, заклятые друзья.»
  (Буало-Нарсежак. «Вдовцы». 1970)
  «Теперь вы понимаете: нельзя горячиться, располагая одними только подозрениями...»
  (Буало-Нарсежак. «Вдовцы». 1970)

  ЗДРАВСТВУЙТЕ!
  О! Если вы лишь по наслышке знакомы с такой эмоцией, как ревность, но хотели бы узнать что такое настоящая ревность на самом деле, то вам необходимо прочитать этот небольшой роман Буало-Нарсежака, признанных мэтров психологического детектива, — «Вдовцы»/ Les Veufs (1970).

  **
  Он купил у Боба револьвер …

  Уже с самого начала мне хочется как следует встряхнуть главного персонажа, от лица которого ведётся повествование: потрясти, как грушу! И даже «надавать по морда́м». Чтобы пришёл в себя. Ибо он замыслил злое.

  «Когда я выхожу с ней вместе из дому, то в любой момент готов кому-нибудь съездить по физиономии.»

  Эти двое соавторов — два Пьера умеют пощекотать нервы. Так, что внутри, где-то в области желудка, возникает неприятный холодный комок — предвестник страха и негодования. Да, вызывать эмоции — это их специализация. Тем и прославились Пьер-Луи Буало и Пьер Робер Эро, которые известны читательской публике под псевдонимом — Буало-Нарсежак.

  
  Соавторам удалось препарировать ревность, словно поражённую ткань под микроскопом. Главный мужской персонаж — 28-летний Серж Миркин, подающий надежды писатель, талантливый актёр, одержим ревностью к своей красавице жене, с которой в браке всего два года.

  Его больная ревность принимает воистину ошеломительные размеры. Это — болезнь. Явное психическое отклонение. Истинный нарциссизм. И отнюдь совсем не то, что я воображала себе прежде.

  Чудовищная ревность — чудовищный «сдвиг по фазе» … Это за гранью.

  «А между тем у меня нет никакой охоты пытаться что-то сделать с собой. Тот, другой, этому слишком обрадовался бы... Вот если бы его не существовало, я, разумеется, наложил бы на себя руки. Ведь у меня ничего не осталось. Я потерял все. Но пока он тут, за кулисами, и я его не изобличил, я не успокоюсь.»

  Буало-Нарсежак настолько детально прорабатывают движения больного разума (все беды от разума!) одержимого человека, что кажется, так описать могли не просто талантливые писатели, но те, кто не понаслышке знают то, о чём пишут.

  Лично для меня эти два француза — мастера высшего пилотажа в жанре психологического детектива. Не перестаю ими восхищаться.

  
  Такого напряжённого и эмоционального романа, как «Вдовцы», у Буало-Нарсежака я ещё не читала. Не то что не оторваться от чтения, а наоборот: делать перерыв, судорожно выдыхая. Дай отдышусь! Потом продолжу …

  Возможно, что ещё кому-то предстоит испытать похожие эмоции. Если, конечно, читатель наделён богатым воображением, эмпатией и впечатлительностью. И если «вюблён» в эту «сладкую парочку» — Пьера Буало́ и Тома́ Нарсежа́ка.

  Временами мне тоже необходимо отдыхать от напряжения точно так же, как главному персонажу — Сержу Миркину, замыслившему убийство. Да … Живым быть не так-то уж и просто!

  «Мне необходимо вытянуться на постели и отдыхать долго-долго. Дорога запружена транспортом. У меня ноет поясница, болят плечи. Как же, оказывается, трудно быть живым!»

  **
  Соавторы романа «Вдовцы» словно внедрили читателя в мозг, одержимого местью, ревнивца — Серджо Миркина. Становится реально не по себе, когда чувствушь, какие демоны захватили его в плен. Они ему не оставили ни единого шанса, чтобы он смог опомниться и остановиться: цепная реакция.

  Всё существо потерянного человека поглотили ревность и её сестра — месть, превратившие тело и душу в комок неутихающей боли.

  Он сам виноват в том, что у него ничего больше не осталось: ни здоровья, ни работы, ни желания жить.

  И никого не осталось … Но даже и это не останавливает антигероя — вдовца Миркина. У него на какое-то время исчезает даже чувство самосохранения. Разум ищет неизвестного соперника — любовника Матильды, его жены.

  Все преступления совершает РАЗУМ человека. По этой же причине звери никогда не сравнятся с человеком в том, что люди называют «зверством»: животные жестоких преступлений, издевательств, глумления не совершают …

  «Я пострадал от катастрофы сильнее, чем предполагает хирург, — в сфере, недоступной его пинцетам и скобкам. Доказательство тому — любая мысль сразу перерастает в навязчивую идею.»

  Вот эту сферу и освещают Пьер Буало́ и Тома́ Нарсежа́к.

  Но кто же «Другой» вдовец? Прочитайте этот психологический роман, и вы поймёте.

  Повествование вдруг приобретает совершенно неожиданный поворот. В происходящее верится с трудом, когда появляется он — «любовник Матильды».

  Всё. Дальше я умолкаю, дабы не разрушать интригу. Кому интересно, найдёт этот роман. Он выходил в разных изданиях. В том числе в «Полном собрании сочинений Буало-Нарсежака в 11-ти томах»: том V – «Морские ворота».
  
  «Большой сад залит солнцем... Оранжевый зонт... и внезапная боль...»

  P.S.
  «Все, что произошло после того, как я купил у Боба револьвер, — звенья одной цепи...»

  Ревность! Ревнивцы. Не покупайте у «Боба» револьвер … Чтобы ваша жизнь не превратилась в слезливую мелодраму ...
  

  Читать далее

  37

  214
• 

  NataliStefani15 ноября 2023 г.

  Безупречное убийство, или Смерть в рассрочку

  
  «Верно то, что в Ницце самоубийств больше, чем где бы то ни было.»

  
  «Стремление к саморазрушению проявляется по-разному.»
  (Буало-Нарсежак. «Смерть сказала: может быть». 1967)
  «Так называемое безупречное убийство… Преступление, которое совершается как бы, само собой.»
  (Буало-Нарсежак. «Смерть сказала: может быть». 1967)
  «Девушка, которой, похоже, угрожала смерть в рассрочку…»
  (Буало-Нарсежак. «Смерть сказала: может быть». 1967)

  ЗДРАВСТВУЙТЕ!

  IV том «Разгадка шарады – человек» полного собрания сочинений в 11-ти томах.
  

  • Жертвы (1964)
  • Разгадка шарады – человек (1965)

  
  3. Смерть сказала: может быть (19

  • Убийство на расстоянии (1968)

    Четвёртый том мэтров детективного жанра – Буало-Нарсежака под общим названием – «Разгадка шарады – человек» Полного собрания сочинений этих соавторов в 11-ти томах содержит четыре романа. Третий из них – «Смерть сказала: может быть». Этот роман издавался также, как отдельное произведение.

    На сей раз нам предлагают криминальный психологический роман, основоположниками жанра которого они и являются. Написан в 1967 году. Не забываем об этом, собираясь давать оценку небольшому по объёму произведению. Хотя соавторы об атмосферности повествования отлично позаботились: и дух времени, и Франции, и мест, где зарождаются, а затем разворачиваются события, переданы мастерски с присущей им элегантностью.

    Помним и о том, насколько непросто было творить вдвоём, используя для общения друг с другом лишь почту и телеграф.

    «Пьер Буало и Тома Нарсежак впервые встретились, когда им было за сорок, к этому времени оба уже были известными писателями.»

  ng>

Франция. Ницца. Курортный город. Море. Солнце. Туристы. Веселье. И … самоубийства. Не странно ли, что в таком замечательном, любимом представителями бомонда, престижном месте совершаются самоубийства, причём, как утверждают соавторы, чаще, чем где-нибудь ещё во Франции.

Именно попытка к суициду и есть тот спусковой крючок, давший начало развитию сюжета.

Вообще, если кто-то когда-то задумывался о смысле этого явления (суицид), наверно, знают, что для совершения этого поступка, помимо отчаяния (или иного мотива) необходимо недюжинное мужество и отвага. Самоубийство, как утверждают психологи, – не для слабаков. Нужны сильная воля и характер … для «нормального» человека.

Главная героиня романа – полька по происхождению, великолепно владеющая немецким и французским языками, – Зина Маковска 26-ти лет. Молодая женщина обратилась в Службу доверия с тем, чтобы сообщить о том, что она собралась покончить с жизнью.

Не знаю, существуют ли подобные организации в наше время. Но тогда (в романе) это было что-то вроде «экспериментальной» службы. Один-единственный телефон и единственный служащий, выслушивающий и фиксирующий в толстом журнале звонки потенциальных самоубийц. Явно развитие романа пойдёт не в направлении Службы доверия: она нужна лишь в качестве затравки – триггера, чтобы свести читателя с главной героиней.

Служащего зовут Флешель. Ему под 60. Сын Флешеля в 19 лет застрелился. И вот он 6 лет выслушивает по телефону людей, готовых на самоубийство. Он сам определил для себя такую задачу. Иногда ему удаётся кое-кого удержать от последнего шага к точке невозврата.

Но не 60-летний Флешель поведёт главную партию в этой игре, а случайный свидетель его разговора с очередной самоубийцей. Той самой полькой – Зиной. А зовут его странно – Лоб. Ему 32; он страховой агент, представитель ассоциации страховых обществ в Лозанне. Его-то соавторы и назначают главным героем, который попадает в жуткий переплёт, прикоснувшись к …, впрочем, это уже развитие сюжета, а о нём, как известно, распространяться не рекомендуется.


Любопытство. Любознательность. Желание докопаться до сути проблем. Оказывается, это не только двигатель развития, прогресса, но и путь туда, куда тебе вовсе не надо. Не зря же в народе говорят, «Любопытной Варваре на базаре …» что-то там оторвали.

Герой Буало-Нарсежака прямо-таки зациклился на этой девушке с цыганским именем Зина, которая повела себя после кризиса, последовавшего за попыткой суицида, странно. Уж очень странно … И почему Эрве Лоба это не насторожило? Наоборот, поведение Маковски возбудило в нём такое любопытство, что он решил не отступать и докопаться, в чём же тут дело.

Вот и создали соавторы интригу. Женщины – они чаще всего формируют эпицентр событий в романах Буало-Нарсежака.

Помимо, собственно, детективной истории ещё будет интересная информационная составляющая для расширения кругозора любознательных читателей. Например, об индустрии ароматов – парфюмерии. Хороший роман должен включать такие элементы. Лично мне, любопытной особе, было очень интересно.

Ну, и конечно, «оригинальная манера письма»: текст романа – воздушный, плавный, ритмичный, с уместными и в оптимальном объёме диалогами, внутренними монологами, письмами … Продуманный до мелочей. Музыка, а не текст.

Кроме того, и это особенно важный момент, читая Буало-Нарсежака, я чувствую их присутствие: настолько одухотворёнными личными качествами пронизаны их романы. Кажется, что они свою душу вложили в литературных героев …, например, можно ли выдумать такой психологический стриптиз, которому подвергает себя главный герой – Эрве Лоб, не прожив когда-то его самому?

«Лоб нескончаемо, слой за слоем, сдирал с себя шкуру. Под одним слоем обнаруживался другой. Никогда не очистить ему свою совесть!»

Ух, ты! Здорово. Не правда ли?

Переводчица – Л.М. Завьялова, на мой взгляд, со своей задачей справилась хорошо: читаешь и не задумываешься о проблемах перевода. Лёгкое, увлекательное чтение. Что ещё нужно душе для отдыха и развития?

***
Всё, что происходит в романе, загадочно и таинственно. Читатель понимает, что разгадка где-то близко: строит версии. Остаётся только следить за повествованием. И надеяться, что собственная версия окажется верной. У меня лично была не одна. Но я не надеялась … Они – эти Буало-Нарсежак всегда оказывались изобретательнее …

Да, и вот что ещё. Классика – она и есть классика: образец для подражания. Что касается манеры изложения, письма, стиля, – Буало-Нарсежак, на мой взгляд, неподражаемы. А вот сюжеты их произведений в той или иной интерпретации встречаются у современных авторов. Но они-то были первыми.

«Буало-Нарсежак, чьи книги буквально взорвали изнутри традиционный детектив, открыли новую страницу в истории жанра.»

Не в первый раз Пьер Луи Буало и Тома Нарсежак сквозь туман психологизма подводят читателя к финалу романа так, чтобы взорвать мозг. И вроде понимаешь, что должно закончиться, как не ожидаешь, хотя путеводные ниточки они всё же нам оставляют (иначе было бы нечестно), но всё равно в конце концов глаза лезут на лоб, сердце учащённо бьётся, и думаешь: где-то что-то я упустила из виду.

Чтобы окончательно расставить все точки над «i», читателю, возможно, придётся вернуться назад для уточнения биографических фактов главных героев, тетрадке Эрве Лоба ... Может быть, тогда и сложатся «пазлы» этого «гиньоля» : здесь нет ничего случайного.

P.S.
Бедный Эрве. Он так и не понял, что стоит за фразой – «… некоторые женщины не слишком ценят ум. Им требуются сообщники, а не исповедники.»

… Буало-Нарсежак. Они великолепны.
_____________________________________________________________________
Гиньоль (фр.) — наименование театральных представлений, изобилующих различными преступлениями, ужасами, злодействами. (Примечание переводчика).